Глава 23

Я хотел поговорить, правда хотел.

Хотел спросить, как она докатилась до такой жизни. Но вместо разговора зажимал ей рот рукой и наваливался сверху, прижимая к стене, раздвигая ноги. Я чуть приподнял ее коленом, потирая между ног.

Я хотел поговорить. Ну правда хотел!

Но вместо этого, невзирая на ее ярое сопротивление, стянул безразмерную футболку, сразу сжав рукой грудь с твердым камушком соска.

Ох, как часто я о ней фантазировал. Вспоминал, как она стонала, когда я вылизывал ей соски или выкручивал их пальцами, вбивая в любую доступную глазу поверхность.

Мозги уже не работали. Сознание заполнила вязкая, тягучая похоть. В паху горело, гнев и обида требовали выхода. Сперма требовала выхода. Член болезненно налился кровью, терся о боксеры, рвался наружу.

Я правда хотел просто поговорить, но, ощутив в своих жадных руках упругую задницу, не смог связать и двух слов. Только рычал как животное, срывал колготки как животное.

Пальцы дрожали, подбираясь к заветной цели. Она сопротивлялась, извивалась как эпилептик, царапала кричала. Мне все было нипочем. Я имел цель, а хотел я поиметь Аню. Прямо сейчас. Оказаться внутри. Там, где тесно узко, горячо. Охуенно.

Средний палец наконец погладил на удивление влажные складочки, потер взбухший клитор и толкнулся внутрь. Палец обволокло влажным обжигающим теплом, и я рвано выдыхаю.

Аня дернулась и стала со всей дури хлестать меня руками, но меня уже было не остановить.

И сделав во влагалище — все таком же узком влагалище — пару движений, я прошептал на ухо:

— Не дергайся. Малыш. Это же я.