43. Ян

Наш план по спасению компании практически выполнен. Остались мелкие детали, но кажется, все и правда сработало. Усталость накатывает с самого утра. Но оно того стоило, черт возьми. Теперь Антон сможет вздохнуть спокойно, а мы с Митяем — работать без постоянных оглядок на старшего Лиховича. И по такому поводу я даже позвонил родителям, предложив заехать к ним на дачу. Мама, конечно же, сразу насторожилась и стала задавать наводящие вопросы. Все-таки ждет, когда ее сын остепенится. Что ж, кажется, дождалась, мамуль.

Но несмотря на то, что все идет как надо, какое-то странное чувство тревоги не отпускает уже который час. Понятия не имею о его причинах, но никак не могу отмахнуться от него. Смотрю на часы — до конца рабочего дня еще полчаса, но что-то упорно не дает полностью погрузиться в работу. В итоге не выдерживаю и звоню Элине. Просто чтобы убедиться, что это не с ней что-то не так.

Один гудок. Второй. Третий. На десятом оператор просит перезвонить позже. Странно. Обычно она, даже если занята, либо сбрасывает, либо переводит на автоответчик. Даю себе десять минут и снова звоню. Результат тот же. Меня начинает напрягать неизвестность. Поэтому не придумываю ничего лучше, как позвонить в офис журнала и попросить Алёхина к телефону.

— Алло, — вяло отзывается главред.

— День добрый. Элина на работе?

— А это кто?

— Ян.

— Уехала уже час как.

Нервно сглатываю.

— Уверены?

— Что случилось?! — тут же меняется голос собеседника.

— Пока не знаю. На телефон не отвечает.

— Редко, но она отключает его и забывает включить обратно.

— У нее не переведен на автоответчик.

На том конце повисает пауза. Потому что мы оба знаем, что Элина никогда не оставляет телефон просто без звука.

— Я перезвоню.

Он отключается, а я места себе не нахожу — нарезаю круги по кабинету. И как раз заходит Лихович.

— Ты чего такой дерганый? — удивляется он. Но я только отмахиваюсь.

— Эй, Ян, — останавливает меня друг. — Что случилось?

— Пока не знаю.

— Что-то с Элиной?

— Возможно.

Антон уже собирается что-то сказать, но у меня снова звонит телефон. Эля. Я с облегчением выдыхаю, а генеральный начинает довольно ухмыляться.

— Ты куда пропала? — едва сдерживая эмоции, интересуюсь у девушки.

— О, она вовсе не пропала, — раздается совсем другой голос в ответ. У меня внутри все холодеет, и, видя мою реакцию, Антон тоже перестает улыбаться. Не знаю, как догадываюсь, но перевожу телефон в режим громкой связи. — Рядом со мной твоя персональная шлюха.

Взгляд Лиховича становится холодным и сосредоточенным.

— Где она?! — рявкаю в трубку. И тут же чувствую на плече руку друга.

— В надежном месте. До тех пор, пока я не получу желаемое.

— И чего ты хочешь? — цежу сквозь зубы.

— Все просто. Из-за этой подстилки ты лишил меня работы. Я хочу, чтоб Леонтьев вернул меня обратно в дело. — Перевожу вопросительный взгляд на Антоху, но тот качает головой и делает знак, чтобы продолжал говорить.

— Я хочу поговорить с Элиной.

— Уверен, что хочешь ее услышать?

— Уверен.

— Ты сам захотел, — ржет Калганов. Слышится какая-то возня, а затем четко и ясно слышу звук удара и тут же вскрик моей девочки.

Меня будто кипятком ошпаривают — за секунду моя злость трансформируется в такую ярость, о которой я и не подозревал. Хватка на плече усиливается — смотрю на Лиховича, тот делает предупреждающий знак.

— Убедился? — между тем продолжает ублюдок.

— Вполне. Я договорюсь с Леонтьевым.

— Даже не сомневаюсь. И кстати, я тебе делаю огромное одолжение, показывая истинную сущность этой суки до того, как она потрахается на стороне, а тебе принесет тест с двумя полосками!

Я уже собираюсь ответить как следует, но Антон вырывает у меня телефон и отключает микрофон.

— А ну остынь! — рявкает он. — Будешь дразнить его, он отыграется на ней! Просто договорись о сделке — скажи, через пару часов будет готово! — и тут же включает микрофон обратно.

— Мне нужна пара часов, — едва сдерживаясь, произношу я.

— Оперативно. Неужели так хочешь вернуть эту шлюшку? Хотя согласен, сейчас она куда презентабельнее. Раньше была дворовой девкой…

Нажимаю отбой, потому что еще немного — и уже не смогу сдерживать внутреннего зверя. Поворачиваюсь к другу и беспомощно смотрю на него.

— Ты же сказал, что Халиев все сделает…

— Подожди немного, — просит друг. Отходит к окну и что-то ищет в мобильнике. А я без сил падаю в кресло, судорожно соображая, как мне найти мою девочку. Столько мыслей — и ни одной, сука, идеи, как отыскать ее и вытащить из лап этого недоноска. Черт, от мысли, что она там одна, лицом к лицу с этим кошмаром прошлого, мне словно выкручивают мышцы на живую. Я ничего не слышу вокруг, будто в вакууме. И единственная мысль — я должен ее спасти.

— Ян! — толкает меня Лихович. — Прием! Приди в себя.

— Что?

— В общем, так. Раджан сказал, что все подготовил к вечеру — Калганов заказал у него вип-комнату и лучших девочек. Ему должны были оформить все, как договаривались. Похоже, собирался праздновать победу.

— Сука! — вскакиваю на ноги. — Убью мразь!

— Тише! — хватает меня за плечи друг. — Успокойся. Ты заметил, что голос у этого юриста какой-то не такой?

— В смысле?

— Нервный какой-то. Если учесть, что он часто балуется в клубе, то, скорее всего, под наркотой сейчас.

От этих слов я цепенею. Если он в неадекватном состоянии, то кто знает, что он может сделать с Элиной.

— Надо найти ее! — хватаю телефон и быстро иду к двери.

— Да стой ты! — рычит Лихович. — Послушай меня!

— Что еще?

— Халиев сказал, что приставил к Калганову человека приглядывать. И он знает, где сейчас эта тварь.

— И ты молчишь?!

— Вообще-то говорю

— Где?!!!

— Стой! Халиев отправил туда своих людей.

— Ты идиот? Она там одна! С ним! С тем, кто ее почти убил однажды! А он под наркотой. И ты предлагаешь мне посидеть подождать?! — ору в голос.

— Вообще-то я предлагаю поехать туда, но, — он резко поднимает руку вверх, останавливая мой порыв, — но с холодной головой. Если он под наркотой, нужно действовать осторожно. Согласен?

— Согласен, — отвечаю неохотно.

— Возьми себя в руки, друг. Мы вытащим ее.

Мы вместе покидаем офис, идем к парковке и садимся в машину Лиховича. Я даже не пытаюсь сесть за руль — не уверен, что в таком состояния смогу доехать без происшествий. В голове бьется только одна мысль — найти и защитить! Сейчас я до болезненной остроты понимаю ценность тех отношений, что у нас с Элей, ценность ее самой в моей жизни. Черт, да я готов положить себя на плаху, лишь бы она осталась цела и невредима. Это странное чувство самопожертвования не кажется чем-то глупым и неуместным. Наоборот, будто само собой разумеющееся. Будто так и должно быть. Потому что она — моя. От макушки и кончиков пальцев. Моя душа. Моя жизнь. И я не могу ее потерять.

— Приехали, — выдергивает меня из мрачных мыслей Антон. — Сможешь держать себя в руках?

— Безусловно, — холодно отвечаю я. Если для спасения Элины нужно обуздать эмоции, я это сделаю.

— Тогда идем, — говорит друг и выходит из машины.

Мы подходим к новостройке, явно только-только сданной. Нас встречает темноволосый мужчина крепкого телосложения. Он стоит возле черного внедорожника и пристально наблюдает за нами.

— Раджан, — приветствует его друг, — это Ян.

— Добрый день, — говорю, кивая.

— Твоя девочка наверху? — спрашивает знакомый Лиховича.

— Да.

Он коротко кивает.

— Мои люди наверху, на позиции. Они на пятом этаже. Окна выходят на другую сторону.

Тут же дергаюсь в сторону подъезда, но Халиев останавливает меня, придерживая за плечо.

— Не советую. У Калганова пистолет. Мы же не хотим, чтобы девушка пострадала?

От его слов меня оглушает. По-настоящему закладывает уши так, будто оказываюсь в вакууме.

— Что? — глухо переспрашиваю я. Поворачиваюсь к Антону. — Ты знал? — тот недовольно поджимает губы и бросает взгляд на своего знакомого. — И не сказал…

— Ты и так на взводе! — холодно возражает друг. — А мы должны думать головой, чтобы Элина не пострадала.

— Твой друг прав, — говорит Раджан. — Михаил, судя по всему, под наркотой.

Чертыхаюсь, пытаясь взять себя в руки. Всего пару минут назад мне казалось, что я справлюсь. Но теперь, узнав, что у ублюдка есть оружие, чувствую, что все мои предохранители снова вышибло напрочь. Наверное, еще никогда в жизни я так не боялся.

— Каков план? — глухо спрашиваю я.

— Идеально было бы выманить его. Мои люди заняли соседние квартиры — пока все тихо.

— Откуда такая уверенность? — откровенно злюсь.

— Стены картонные в таких домах, — совершенно спокойно отвечает Халиев. Его будто не трогает моя грубость. — Можно взломать дверь и брать штурмом, но в том состоянии, в котором сейчас этот ушлепок, есть шанс, что девушка может пострадать.

Переглядываюсь с Антоном — тот кивает. И как бы мне ни хотелось броситься наверх, понимаю, что это верные слова.

— Ладно, — выдыхаю резко. — Как мы можем его выманить? Он хотел вернуть дело Леонтьева. Может, использовать это?

— Можно позвонить ему — он нормальный мужик, должен понять, — тут же подхватывает идею Лихович. Достает мобильный и набирает номер.

Пока он договаривается с партнером о помощи, я пытаюсь отогнать все мрачные мысли. Но, как назло, перед глазами встают только образы испуганной Эли наедине с этим сумасшедшим.

— Все будет хорошо, — неожиданно произносит Раджан, вырывая меня из тяжелых мыслей. Поднимаю на него тяжелый взгляд. — Я был на твоем месте и отлично понимаю твои чувства.

Казалось бы, пустые слова от постороннего человека. Но я готов верить ему, держаться за то, что он сказал.

— Леонтьев поможет, — объявляет Антон. — Перезвонит, как только будет готов позвонить Калганову. Мы будем на громкой, чтобы все слышать.

Мысленно выдыхаю: по крайней мере, первый шаг сделан. Раздается звонок — Леонтьев перезванивает Антону. Он включает громкую связь, и я замираю. Слышится возня, а затем гудки.

— Алло? — приглушенный голос Калганова.

— Михаил, здравствуй.

— Матвей Игоревич! — уже бодрее отзывается ублюдок. — Рад вас слышать!

— Мне звонил Ребров. Сказал, что ваш конфликт полностью исчерпан и та ситуация была лишь простым недопониманием. Это так? — я даже дышу через раз, потому что боюсь пропустить что-то.

— Да, это так. Мы просто не так поняли друг друга. Погорячились. Претензий взаимных нет, — врет напропалую похититель.

— Что ж, рад это слышать. Ты знаешь, как я не люблю скандалы, — холодно отвечает партнер.

— Конечно, больше такого не повторится. Сами понимаете, отец будет не в восторге, если узнает…

— Значит, боишься разочаровать отца? — в ответ слышится недовольно сопение. — Раз так, я готов встретиться с тобой и обсудить условия твоего возвращения к делу.

— Правда?

— Да. Но у меня слишком плотный график. Сам понимаешь. Поэтому приезжай сейчас. В мой офис.

— Сейчас? — потерянно отвечает Калганов.

— Какие-то проблемы? — жестко спрашивает Леонтьев. — Или тебе не нужна работа?

— Конечно, нужна! — поспешно отвечает тот. — Я скоро буду!

Слышатся короткие гудки.

— Он заглотил наживку, — произносит наш партнер. — Удачи, парни.

Антон нажимает отбой и вопросительно смотрит на Халиева. Но тот уже что-то быстро говорит своим людям по рации.

— Они готовы. Как только выйдет из квартиры, его повяжут.

— Я иду туда, — решительно заявляю, обходя друга. Но тот снова удерживает меня.

— Стой, Ян. Дай им сделать свою работу. Ты же не хочешь словить пулю?

— А если он будет ею прикрываться?! — огрызаюсь в полном отчаянии.

— Мои люди — лучшие, — мягко удерживает меня Раджан. — Дай им сделать свою работу.

Стискиваю кулаки до боли, надеюсь хоть как-то унять то, что творится в душе. Мысленно я там, с ней. Вдруг рация Халиева оживает, и мужской голос что-то произносит не по-русски. Я жадно смотрю на него, но по лицу мужчины ничего нельзя понять.

— Поднимайся, — говорит он мне. — Калганова повязали. Но девушка забилась в угол и никого к себе не подпускает.