Глава 12

Неделю спустя…

— Я вспомнил твою женушку!

Вопль в половину восьмого утра? Я покосился на Еву, но та была занята кофемашиной, да еще с наушниками в ушах. Милана уже уехала в школу.

— Ты в смысле мне утром позвонил, чтобы обрадовать этой новостью?

— Знаешь почему? — радостно хохотнул Егор.

— Мутант, не иначе. Как можно в такое время быть таким радостным? Я глотнул еще кофе, поморщился.

— Да бреши уже, давай, я же чувствую тебя там разрывает от нетерпения.

— Я ее видел на одной благотворительной тусе. Она там, мать ее, выделялась как алмаз среди унылых какашек.

— Ты там тоже был. Себя причисляешь к отходам жизнедеятельности? — хмыкнул, залипая на то, как Ева выбирает какой сироп налить в кофе.

— Да, да, ты с утра всегда злой. Так вот, я ее когда увидел, то сразу про тебя подумал!

— Мне уже пугаться?

Ева “лунной походкой” прошлась от кофемашины до барной стойки. Вот ведь…все как на собаке заживает! Копчик явно почти не беспокоит.

— Тимыч, ну я тебя знаю! Ты же стал редкостным занудой после травмы. Ворчишь как старый дед, так и жду услышать от тебя “вот в наше время кхе-кхе-кхе”.

Я понял, что слишком сильно сжимаю телефон. Осторожно выдохнул. Гаденыш меня как обычно провоцирует.

— Ладно, ладно. Короче, видишь как я людей то чувствую?! Офигеть, да? Я подумал, что вы идеально подходите друг другу и вуаля! О! Я тут прикинул. Может, мне организовать что-то типа ивент-вечеринок “быстрые свидания”? Или…еще круче! Свадебный салон “под ключ”.

— Осторожнее! — предупредил я, глядя на Еву. Та вопросительно вздернула бровь, такая непосредственная и забавная в своем зеленом домашнем костюме и с наспех заплетенными волосами.

— Чего?

— Того! Ты слишком быстро тараторишь, вдруг лимит слов закончится. Сколько там примерно в среднем произносит наш пол в сутки? Точных исследований, конечно, нет. Но в целом где-то в районе двенадцати тысяч, плюс минус еще несколько тысяч.

— У меня безлимит. В общем ладно, я сказал, теперь пойду радостный работать, а ты сиди злой и продолжай ворчать.

Молча бросил телефон рядом с собой и уставился в чашку. Потом ощутил как взгляд сам собой устремляется в сторону Огонька.

— Дорогая. — ух, как мне нравится как у нее глаза прищуриваются от такого обращения. Погладил против шерсти с утра.

— Судя по-всему, твой копчик чувствует себя хорошо?

— Мне еще не сильно нравится сидеть на твердых скамейках, но в целом норм. И я сегодня к двенадцати уеду в университет. Потом по своим делам.

Вот так. Сказала, сложила посуду в посудомойку и упорхнула куда-то наверх. Я же остался на кухне, размышляя когда успел так сильно вляпаться.

Неделя ж всего прошла! Да я дома появлялся либо утром, либо уже совсем вечером. Сразу куча дел, которые надо срочно и быстро решать. Благо Милана после школы под присмотром домработницы и Евы. Хотя нет, в случае последней еще непонятно за кем присматривать надо. И даром, что одной десять лет, а второй двадцать три. Хотя нет, вру. Несмотря на внешнее раздолбайство, Ева все же присматривает за Миланкой. Хотя делает это весьма своеобразно.

Ну и когда меня на ней заклинило? В тот момент, когда в Вегасе она потянула меня к капелле? Нет, там был интерес, но и только. Я ее не знал, она меня притянула внешностью и блеском в глазах.

Или когда наклонился к ней там, у торгового центра?

Или, может, неделю назад? Когда в очередной раз проверял как там чувствует ее травма. В этот раз бесстрастность врача не сработала. Ева тогда лежала у себя на кровати, на животе и вслух ворчала на то, какую идиотскую лестницу и решил тут сделать. Я же молча осмотрел ушиб, стараясь не причинять сильной боли. И все равно в какой-то момент Ева коротко прошипела и прикусила губу.

Вот тут то крышечка чуть и не сорвалась.

Просто на секунду перед глазами возникла яркая картинка: как веду рукой ниже, как прижимаю к матрасу.

У нее обалденная кожа: нежная, теплая, почти горячая. Кажется, я это ощущаю даже шрамами на пальцах.

Сам не понял, как отдернул руку, точно обжегся. И мысленно обозвал себя придурком. У девчонки травма, ей, блин, двигаться больно. А я тут размечтался.

К тому же то, как она шарахнулась от меня в кафе, намекает, что попытка соблазнения закончится не слишком удачно.

Да и зачем усложнять фиктивные отношения?

Можно рискнуть, если обоюдная симпатия, но тут не такой случай явно. Потому я предпочел как можно меньше присутствовать дома. Хотя прекрасно понимаю, что это временный вариант.

При этом Ева продолжает одновременно и бесить. Такое чувство, что знает это и балдеет. Да, всю неделю она была ограничена в передвижениях. Но все равно каждое утро спускалась по лестнице, чтобы накормить Миланку. Ну и меня, раз под руку попался. Но как она это делала! Спускалась минут десять, картинно охала, держалась за спину и громко приговаривала что-то на китайском. Возможно, желала мне всяких гадостей. Зная ее — уверен.

Но! При этом готовит она просто отвал башки. Не безрукая, с мозгами, без искусственных улучшайзеров, внешне все отлично. Особенно глаза, кхм, да, глаза.

И она не пытается притворяться. Если злится, то показывает это, если смешно, то хохочет, а не пытается изящно хихикнуть.

И волосы за ухо убирает так волнующе.

А еще, если волнуется, то начинает очень забавно морщить нос.

Все от души.

Это и хреново. Потому что не стоит на нее залипать. Она, как и другие, видит оболочку, а та у меня местами сильно так потрепана. Просто Ева не видела меня без одежды.

Все. Дальше день идет своим чередом. Пока в пять вечера мне не звонят родители.

Неладное чувствуется уже в том как истерично дергается телефон. Хотя вроде бы обычная вибрация.

— Тимочка, это просто ужасно! — сначала голос мамы, но ее тут же сменяет отец. Который разговаривает более спокойно.

— Ничего ужасного, Тимофей, твоя родительница как всегда излишне экспрессивна. Говорил я ей не пить кофе по-ирландски…три чашки…с утра.

— Что случилось? — я откинулся на спинку кресла, понимая, что плечи ноют от трех часов сидения с документами. — Что-то с рейсом?

— С рейсом все отлично, с домом беда.

У меня успело сердце упасть в пятки, но отец продолжил:

— Котел навернулся дома. Я созвонился с сервисом, который наш район обслуживает, они уже там. Но похоже это на день, а то и на два. Какую-то деталь ждать надо. Мать уже в панике, хотя ее заверили, что все будет в порядке. Можешь съездить и глянуть как там и что, иначе она мне тут мозги проковыряет насквозь своим нудежом.

Я хмыкнул, слушая как мама тихо, но эмоционально выговаривает отцу все, что думает о сложившейся ситуации.

— Так приезжайте после аэропорта ко мне. — предложил внезапно. — Нет, вы можете, конечно, взять номер в отеле. Но неужели не соскучились по младшенькому и по внучке? К тому же вас ждет сюрприз!

Пока не сказал родителям о наличии жены. Миланка же с дедушкой-бабушкой созванивалась раза три, быстро щебетала свои школьные новости и убегала дальше.

— Сюрприз то хоть приятный?! — мама в своем репертуаре.

— Для вас — очень.

Оно и правда. Родители спят и видят, как их младшенький женится, а потом настругает кучу детишек. Но Инга им не нравилась. Правда, они молчали, улыбались, никогда о ней ни слова плохого не сказали, но я видел. Ингу терпели только ради меня.

А я — придурок — на тот момент точно ослеп.

Ладно хоть потом сумел глаза открыть.

— Давайте сразу после аэропорта ко мне. — скомандовал, прикинув, что родители будут здесь в районе одиннадцати вечера. Как раз Миланка уже дома, Ева тоже. Вот и познакомятся. А домработницу Настю попрошу подготовить все к приезду родителей.

Да твою ж трижды!

Я аж подпрыгнул, вспомнив, что гостевая то занята Евой. А для родителей с обеих сторон брак настоящий. Тем более мама ненавидит все эти фиктивные штучки. Для нее такие вещи как любовь, верность — не пустые слова.

Да она мне печень своими руками вырвет, если я только намекну на фиктивные отношения.

Не не не!

Так что следующие два часа я провел крайне весело. Лихорадочно перетаскивал вещи Евы в свою спальню. Мог попросить Настю, конечно, но нет.

Я хотел по вещам попытаться изучить свою внезапную жену получше.

И совесть при этом молчала, молчит и будет молчать. Я не собираюсь воровать у нее трусики или искать какой-то компромат.

Просто любопытно.

Инга была фанатиком порядка. Я тоже его люблю, но не до такой степени, чтобы кружки ставить под определенным углом.

Ева же не свинячила, но и не искала пылинки под лупой. Кровать заправлена, на бледно-розовом покрывале лежат футболка и шорты. На столике перед зеркалом косметика небрежно свалена в закрытый ящик, флаконы с духами стоят, но не по струнке а как придется.

Обычная спальня, в которую Ева привнесла уют. Хотя всего лишь сменила покрывало и заказала ковер нежно-бежевых оттенков. В магазины всю неделю не выезжала, так как ходить ей правда было больно. Но думаю в следующие дни оторвется. Я тут пока перетаскивал вещи, заметил, что одежды не так уж и много. Меньше, чем было у той же Инги. Моя бывшая каждый месяц решала обновить гардероб, потому что, видите ли, хочется новых ощущений.

Хочешь новых ощущений? Прыгни с парашютом!

В итоге, все готово уже в районе девяти вечера. Миланка дома, сидит и треплется в чате с подружками. Настя все подготовила и ушла.

Ева где-то шляется. И на звонки не отвечает.

Отлично! Что на этот раз? Как назло, сегодня она уехала на одной из моих машин. Доверенность я ей успел оформить. Так что даже водителю не позвонить.

— Да где тебя носит?! Ева, ты опять во что-то влипла? Ты застряла в зоопарке? Встретила пришельцев? Отправилась в Тибет, чтобы научиться идеально медитировать?

Что, млять, случилось?! С тобой логика начинает сбоить!

Кажется, я впервые в жизни ощутил сильнейшее желание отшлепать девушку.

* * *

— Да ладно, Дашка, хватит уже! Сказал — пойдешь, значит пойдешь. Сегодня в семь.

У меня талант выхватывать подобные разговоры из общего университетского шума. Потому что моя задница вечно в поисках где бы суету навести. А тут, как по заказу, стоят двое рядом с кабинетом. К тому же эту вот кудрявую студентку с разноцветными глазами и одетую как обычно во что-то балахонистое я знаю.

— Сегодня в семь ты поцелуешь дверь моей комнаты в общаге. Хотя нет, не поцелуешь, потому что тебя не пропустят.

И этого высокого смазливого парня тоже знаю. Вот почему мужчины так любят нависать над невысокими девушками, еще и руки по обе стороны от нее выставил, уперся в стену. Типа авторитетом давит? Или хочет парфюмом своим задушить?

— She is not interested. Walk away. Stop embarrassing yourself. — сообщаю скучным тоном, подходя ближе.

Это скотинообразное еще и ухмыляется. Правда, потом вспоминает, что я не студентка, а преподаватель, пусть и факультатива. Но зато в отличных отношениях с его куратором, моим дядей Ильей. Ну и факультатив у них веду. Где он откровенно “плавает”.

— Ева Александровна, а я к вам!

Молодец, Дашка, быстро сориентировалась. Но меня жесть как бесит когда по имени-отчеству.

— Ну тогда дуй ко мне в кабинет. Я сейчас.

А сама в упор разглядываю белобрысого верзилу. Ну так то симпатичный, точнее — смазливый. И тоже смотрит в ответ, ухмыляется.

Ну давай в гляделки. Я вот матом смотреть умею, а ты?

Не умеет. У него даже улыбка начинает бледнеть, растворяться, пока я смотрю в упор. Не улыбаюсь, не хмурюсь, просто смотрю. Ну бровь разве что чуть вздернула.

— Вас тоже на свидание позвать? — о, ко мне на “вы”, так мило.

Просто смотрю. В упор. Матом.

— Ладно, ладно, я понял. Я пошел. Че вы сразу так смотрите. Просто хотел расшевелить девчонку. Да и пофиг.

Отлично. Спасибо, папа, я этому взгляду научилась у тебя. Ты им всегда сверлишь тех, кто не согласен с твоим мнением. Срабатывает практически всегда.

Ну а что от меня Дарья хотела?

— Ева, — фух, вне свидетелей мы на “ты”, у нас разница блин три года всего. — Скажи, ты же тренированная и гибкая девушка? И артистичная?

Я оглядываюсь, но, к счастью, в кабинете больше никого. Преподаватели кто на парах, а кто уже домой удрал.

— Ты такие вопросы не задавай, а то я нервничать начинаю. Чего хотела?

Дарья показывает все еще загипсованную руку. На ней видно несколько росписей и какие-то цветочки.

— Ты могла мы вместо меня изобразить японскую девочку-призрака?

Я икнула. Нет, ну ждала всякое, но точно не такой вопрос.

— Дарья. немного расширь объяснение, а то я сейчас слегка в…ахере.

— Да это я про хоррор-квест. Называется “Момо”. Там все класс, но для роли девочки-призрака нужна хорошая такая физическая подготовка, кроме меня и еще одной девчонки никто не может, а она, как назло, заболела. А квест популярный. Егор Аристархович велел срочно искать замену, но на сегодня на с восьми до десяти никого нет. Ева, пожалуйста! Егор Аристархович и твой муж…они же друзья!

— Ну…на работу в квест я по знакомству еще не устраивалась.

— Ева, там оплата двойная за нагрузку! Тебя никто не тронет, потому что пугаешь издалека. И самое главное — надо песню петь на японском. А ты же его знаешь, зазубривать песню не придется!

— Дарья, — перебиваю ее, — так, спокойно! Я поняла задачу.

Это будет…

Прикольно!

И копчик уже не болит практически. Я сегодня с утра растяжку делала, так даже не поморщилась.

— Что делать. — я вскинула ладони. — Погоди кидаться на колени с воплями благодарности, сначала опиши, что конкретно от меня требуется.

От меня требовалось не так уж и много. Хотя да, нетренированный не смог бы сыграть подобное. И, конечно, мы поехали туда за три часа до начала. Правда, я решила, что надо проворчать на всякий случай:

— Пары прогуляешь?

— У нас лекция по философии. — Даша выглядит забавно в дутом длинном пуховике и в шапке с длинными ушами. — Преподаватель скинет ее в наш чат, ничего страшного. К тому же, у меня там всегда зачет автоматом.

Мне очень хочется спросить, что связывает такую странную девушку с таким типом как этот Егор. Да его кобелиное поведение за версту можно учуять. Но…это не мое дело. И Даша мне не близкая подруга, а хорошая знакомая.

Сам хоррор-квест находится недалеко от центра. Двухэтажное просторное здание с вывеской “Добро пожаловать отсюда”.

Как минимум это привлекает внимание.

— Тут три квеста. — Дарья первая вылезает из машины. — Я по дороге написала нашему админу, он не против замены. Вообще так не делается, но ситуация плачевная. Ты подпишешь кучу документов по безопасности.

Да я не просто подписываю кучу документов. У меня рука, такое ощущение, что скоро отвалится. А этот администратор Олег толковый парень. Все подробно объясняет, весь на позитиве, звякает многочисленными пирсингами и демонстрирует неплохие такие бицепсы с кучей татух. Мне прямо нравится. Яркий парень.

Мне еще выдают костюм.

— Божечки-кошечки. — только и могу сказать, глядя на свисающее с руки длинное белое одеяние с художественно размазанной кровью и дырками. А еще в придачу черный длинный парик, который надо закрепить на голове так, чтобы не слетел в ненужный момент. Ну и морду лица накрасить тоже надо. Белый ровный тон, черные круги вокруг глаз, черные губы.

— Я тоже тут побуду. — сообщает Даша. — Сяду в комнате управления с Олегом. Буду подсказывать тебе в наушник.

Твою мать, ну что за фея суетологии каждый раз кусает меня за задницу и требует приключений?! Могла бы сейчас уже дома быть, троллить Миланку и следить за Тимофеем, придумывать колкие фразы. Так нравится когда он начинает сжимать челюсть, явно сдерживаясь от ругательств. Прямо чувство, что с огнем играю.

Не раскусила пока моего внезапного муженька. Но от меня он явно не в восторге. Вот же подлец, а?! То есть, на одну ночку женой меня можно, а вот так всерьез не-не-не?

Как после этого не верить, что большинство мужчин те еще какашки? Хотя среди них встречаются достойные представители. Я сначала Тимофея к ним причисляла. Но, видать, ошиблась. Он на меня смотрит на на банановую кожуру на полу. Даже не пытается прикоснуться. Когда мой копчик щупал так кривился весь, точно ему противно.

Спрашивается, на кой хрен тогда ему брак? Нашел бы с кем приятно общаться.

В общем, я себя накручиваю так, что японская девочка-призрак выходит на “ура”. У меня у самой адреналин шумит в крови, особенно когда по сценарию я должна появиться в конце длинного коридора. И не просто появиться, а встать на мостик и так начать двигаться в сторону гостей.

Все визжат как резаные. Едва не плачут и зовут маму, а еще я узнаю несколько новых прикольных фраз. Надо запомнить.

В итоге после десяти вечера я выжата как лимон, грим слегка потек, а тело дрожало от нагрузки. Пришлось побегать, попеть и пошипеть. Хорошо хоть в основном издалека.

— Давай к нам на постоянку! — Олег в диком восторге, как и Дарья. — Будете с Дашкой на пару отжигать!

— Не-не-не, — выставляю перед собой руки. — Могу подменить Дарью, пока она поправляется, но на постоянку точно нет. Это прикольно, но это как десерт. Иногда поесть — круто, а если жрать килограммами, то офигеешь и заработаешь диабет. Но! Могу тебя попросить кое о чем?

Судя по выражению лица, Олег мне сейчас даже стриптиз станцует с продолжением, если я захочу. Даша аж взгляд отводит, да и мне неловко.

— Можно у вас одолжить этот чудесный нарядик? — дергаю за подол балахона. — Завтра прямо с утра подвезу. Хочу кое-кого разыграть.

Охо-хо-хо, так и вижу лица Тимофея и Миланки!

— Бери. — машет рукой Олег. — Завтра “Момо” нет, так что можешь вернуть к вечеру. Тебя подвезти?

— Я на машине. — проверяю телефон и досадливо морщусь. Когда разрядится то успел? Ладно, по дороге заряжу, но звонить не буду. Устрою муженьку сюрпризик. Чтобы ему спалось лучше.

Перед тем как отправиться домой подбрасываю Дарью до общаги.

— Думаю, твой несостоявшийся кавалер поцеловал дверь и уже упорхнул.

Даша только машет рукой.

— Стас придурок. Он каждый месяц делает подкат, получает отпор и уходит. Ощущение, что он с кем-то на меня поспорил. Ты же в курсе как это сейчас можно?

— Что?

— Ну типа спорить на другого человека. — Дарья прищелкивает пальцами. — Например, две студентки спорят на то, что одна из них за месяц очарует главного красавчика потока. И все в таком роде.

— Фу! — сообщаю я. — Это просто фу!

— Согласна. Мне пару раз предлагали, но нет, спасибо. Это глупо. Спасибо, что подвезла, Ева. И огромное спасибо, что выручила.

Я еще некоторое время смотрю ей вслед, пока фигурка в нелепом пуховике не исчезает за толстой дверью университетской общаги. А потом еду в сторону нового дома. Все еще в костюме японского призрака.

Глаза охранного поста на въезде не просто округляются. Такое чувство, что они вот-вот вывалятся из орбит.

Я не выдерживаю и открываю окно.

— Извините. — отбрасываю прядь от парика с лица, слышу сдавленный хрип. — Я просто хочу мужа порадовать.

Судя по-всему, бедный мужик сейчас безумно рад тому, что мой муж не он.

Вот и дом Тимофея. На первом этаже неяркий свет. Значит, скорее всего, горит только торшер. Отлично! То, что надо!

Я заезжаю в гараж, где автоматически включается свет. Да, блин, тут все на автоматике. Полное ощущение, что мне тут в один прекрасный день робот тапочки подвезет. Тимофей помешан на хай-теке и крутых технологиях как в медицине, так и в жизни.

Осторожно приоткрываю дверь в небольшой коридор. За ним просторный холл, а уже дальше — гостиная. Оттуда доносятся звуки телевизора и звонкий голосок Миланы.

Ну…здравствуйте, мои хорошие!

Я прокрадываюсь вплотную к гостиной, которая сейчас освещена электрическим камином и торшером в виде хромированной стойки, на конце которой виднелся плафон из матового стекла.

Ну, вперед! Становлюсь в мостик и, осторожно перебирая конечностями, подметая пол париком, эффектно вхожу в гостиную. Не забывая шипеть:

— Я пришла за вашими душами, у-у-у-у-у-у!

В гостиной воцаряется тишина. Вот просто моментально. А я громко сглатывая, застывая в нелепой позе.

Потому что это не телевизор работал.

Из рук стройной светловолосой женщины падает бокал. С тихим звоном разлетается на осколки. Но на него никто не смотрит.

Глаза и рот Миланки медленно, но верно увеличиваются. Примерно так же реагирует и сидящий рядом с ней крепкий бородатый мужчина в годах.

— Папа, мама, — Тимофей почесывает покрытый легкой щетиной подбородок, изучая меня, — позвольте вам представить мою жену Еву.

* * *

Мне сейчас одновременно хочется перекреститься, выругаться и расхохотаться.

И да, идея с ремнем и чьей-то красивой задницей мне прямо вот нравится все больше и больше.

— Папа, мама, позвольте вам представить мою жену Еву.

— Бабуль! — Милана же не может долго молчать. — Я хочу такой костюм на Хэллоуин!

— Дорогая, — мой отец качает головой. — давай все же остановимся на розовом единороге?

— Отстой! — сообщает Милана. — Никто не носит костюмы единорогов! Ева, ты мне сошьешь такой костюм?

Ну давай, дорогая, жги! Я, пока Ева подыскивает слова и нервно улыбается, успеваю убрать осколки бокала. И на всякий случай забираю бокал у папы. Мало ли что еще эта ненормальная выкинет. А у меня родители, конечно, сильные люди, но все же не привыкшие к такому перформансу.

— Нас не было неделю. — задумчиво тянет мама, продолжая с интересом разглядывать Еву. Та зачем-то отряхивает свой окровавленный балахон. Типа, он так лучше станет выглядеть?!

— Самые лучшие вещи всегда случаются внезапно. — ебушки-воробушки, она заговорила! И голосок такой прямо ангельский.

— О да, тут я не могу не согласится. — кивает мама.

Ева улыбается, отчего я невольно вздрагиваю. Она еще и зубы себе через одного вычернила. Твою мать, как это развидеть?!

— Давайте я себя в порядок приведу и спущусь к вам? — о, смотрите-ка, в кои то веки в ее голову зашла здравая мысль.

— Конечно, конечно, — кивает мама, у которой глаза все еще круглые и слегка выпученные, — а вы кем работаете, Ева? Или были на костюмированной вечеринке?

— Какая вечеринка! — машет рукой моя невообразимая женушка. — Я в универе работаю.

Папа отчетливо икает. Видимо, представил в лицах как Ева преподает в таком образе.

— Идем. — тоже направляюсь к лестнице на второй этаж. — Идем, дорогая.

Я ее сейчас убью и меня оправдают.

— Пока ужин разогрею. — сообщает мне в спину мама. — Ева, вы, наверное, проголодались. Обожаю поесть на ночь.

— Я тоже! — сообщает женушка с самым радостным выражением лица, которое сейчас выглядит страшненько из-за грима. — Я вчера там много всего приготовила!

— Не беспокойся, дорогая. Приводи себя в порядок, а мне поможет Милана.

Я уже едва ли не подталкиваю Еву, чтобы она поторапливалась. Что вообще происходит? Где она была и почему явилась в таком…виде? У нее детство головного мозга?

— Стоять! — перехватываю Еву когда она собирается пройти в гостевую. — У нас тут произошли небольшие изменения. Тебе сюда.

— Почему ты не сказал, что твои родители приезжают?! — на меня точно дикая кошка шипит. — Нет, мне пофиг, но, блин! Тимофей Сергеевич, у вас мозги где? А если у них сердца были бы слабые?

— Да неужели госпожа Соколова задумалась о возможных последствиях своих поступков?

Меня игнорят. У Евы тут новая проблема. Надуманная.

— Какого хрена?! — мы так мило шипим друг на друга. — Почему мои вещи в твоей спальне?!

— Освежу твою память. Для всех — у нас нормальный брак, а не его, как ты там сказала, пробник. Родители останутся у нас на день или на два. Надеюсь, ты не храпишь и не пускаешь во сне слюни.

Вот что бы сделали на ее месте те женщины, с которым я сталкивался. Скорее всего изобразили бы смущение, возмущение или чего там, начали говорить, что они спят исключительно в красивых позах, не храпят и питаются исключительно бабочками и розами.

Но это же Ева.

— У меня обильное слюноотделение. — кивает она. — Могу в рот тебе плюнуть, хочешь? Храплю как медведь. Можно тебе буду храпеть прямо в ухо? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

Можно я ее отшлепаю? Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

— Так, — Ева уже переключилась на другое. — ладно, у тебя тут кровать больше, чем в гостевой. Думаю, поместимся.

— Ты любишь спать справа или слева.

В ответ невинный взгляд и нежный голосок:

— Поперек.

Кажется, у меня появилась склонность к садизму.

С другой стороны, такая точно заставит Ингу свалить в дальние дали.

— Хорошо, можешь спать поперек. — я подмигиваю, надеясь, что это не выглядит как нервный тик. — На мне.

Ева открывает рот, чтобы явно сообщить очередную колкость и…молчит. Только почему-то смотрит мне в район лба и начинает краснеть. Прямо вот волной: от шеи до щек. Затем бледнеет, после чего резко отводит взгляд и даже отворачивается.

Ну супер! Ей еще на меня и смотреть противно?!

Или… — я недоверчиво хмыкаю. Нет, черт возьми. Она смутилась.

Тут что-то точно щелкнуло. Подозреваю, что это моя “крышечка” слегка покачнулась. Иначе как объяснить, что злость резко сменилась другим чувством. Вот совершенно лишним в данной ситуации.

Какого трижды черта мне сейчас хочется протянуть руку и провести пальцами по щеке?

Просто хочу удостоверится правда ли помню насколько у нее нежная кожа. В Вегасе мне очень понравилось прикасаться к ее лицу и шее, пока мы целовались. А сейчас стою тут, как дебил, смотрю и думаю, что она сделает, если я прямо сейчас припру ее к стене, наклонюсь и проведу губами по шее. Прямо там, где под тонкой кожей нервно бьется жилка.

И сдохну, когда она отпрянет от меня. Как тогда, в кафе.

Потому что я для нее просто средство для того, чтобы обрести свободу. Она специально удрала тогда, в Вегасе. Ей от меня нужна роспись и все.

— Приводи себя в порядок. — отворачиваюсь резко. — Все твои вещи в гардеробной, я буду с родителями и Миланой.