Глава 9

После похода на кладбище Рик еще с час находился в подавленно-угрюмом состоянии. Всю дорогу до магазина спортивной одежды и словом не обмолвился, зато обгонял и подрезал прочих участников движения с особым пристрастием. Мира же сидела тише воды ниже травы, и успевала разве что хвататься за ручку, когда хозяин совершал очередной дерзкий маневр.

— Все, на месте, — заехал на стоянку. — Готова? — покосился на девушку.

— Может, не сегодня?

— Завтра уже не будет времени. Отбываем в семь утра. А в чем дело?

— Ты немного не в духе, как мне показалось, — и вжала голову в плечи. Ох, зря язык высунула.

- Я всегда такой после… — но договаривать не стал. — В общем, мое настроение на тебе никак не отразится, не переживай. Идем, — все-таки смягчился.

Когда вошли в огромный магазин спорттоваров, Мира аж оторопела от такого разнообразия всего.

— Итак, — Войтов осмотрелся, — тебе нужна одежда и лыжи.

— Лыжи? Я и лыжи сочетание так себе.

— Ничего, научишься. Благо, там палочки есть, а с высоких горок так и быть, кататься не будешь.

— Мне лучше санки и шлем в придачу, — и впервые засмеялась, отчего Рик впал в ступор. Будто увидел нечто прекрасное, что было сокрыто все это время глубоко-глубоко. — Почему? Почему ты так смотришь на меня? — сразу изменилась в лице.

— Как? — до чего же хотелось сейчас коснуться ее, поцеловать, а еще обнюхать, чтобы запомнить именно такую.

— Не знаю, как-то странно.

- Ты щекотки боишься?

— Да. А что? — еще сильнее напряглась.

— Да ничего. Санки, говоришь? Есть здесь кое-кто. Подходящее.

В магазине провели без малого два часа. Рик купил себе только горнолыжный костюм, ибо старый поизносился, остальное время он с большим энтузиазмом подбирал лыжи для Мурзика, одежду для Мурзика и, как она хотела, надувные санки ватрушку. А Мира в какой-то момент поймала себя на том, что при каждом удобном случае не просто смотрит на хозяина, а любуется им. Этот зверь снаружи огромный и свирепый, а внутри, словно так и остался маленьким волчонком, жаждущим тепла. Материнского тепла. На кладбище она тоже увидела нечто новое. Войтов не просто скорбел, он болел. Глаза его сияли, на скулах ходили ходуном желваки, было такое ощущение, что он вот-вот бросится рыть землю, чтобы вернуть мать.

— Не многовато? — Мира подошла к тележке, доверху заваленной всем, чем можно.

— В самый раз, — взял свою Лиску под мышки и усадил сверху на вещи.

— Рик, — начала тут же оглядываться. — Опусти меня. Я же не вещь, хотя…

— Ты на самом деле такая прямолинейная или притворяешься? — уставился на нее с прищуром. — Неужели до сих пор не поняла, что нравишься мне?

— Ну, — сразу покраснела, — я знаю, точнее, помню, ты сказал, что хочешь меня.

— И хочу тоже, — провел пальцами по косичкам.

На что она замотала головой, а потом достала из корзины вязаную шапку и натянула себе на голову, лишь бы спрятаться от столь пронзительного взгляда волка.

— В купе шапочка тебе не поможет, — и ехидно усмехнулся. — Ладно, топаем к кассам.

А у касс начался аншлаг. Как только кассирша узнала в клиенте Зверя, сейчас же достала из-под стола журнал и подбежала к бойцу.

— Господин Войтов! — аж запрыгала на месте. — Можно ваш автограф? Пожалуйста!

Глядя на нее, и остальные сбежались. Что удивительно, у каждой в руках был журнал кроме одной, волчица в возрасте держала блокнотный лист бумаги. И когда очередь дошла до нее, женщина протянула ему ручку и листок:

— Мой сын ваш большой поклонник, — улыбнулась. — Он будет в восторге. Каждый ваш бой смотрит.

— Сам дерется? — Рик не торопился расписываться.

— Дерется. Уже два года посещает зал.

— Тогда, — подозвал консультанта, — принесите нам боксерские перчатки. Фирмы Аль-Мател.

Когда перчатки лежали на ленте, Рик взял одну и расписался на ней.

— Думаю, вашему сыну полезней будет, чем просто каракуля, — протянул волчице.

— Ох, спасибо. Большое спасибо, господин Войтов.

Из магазина вышли в весьма приподнятом настроении. Рик убрал все покупки в багажник, после чего повернулся к Мире:

— Ну, что? Я покорил тебя? — усмехнулся.

— Если все это было только для меня, то нет. А если от души, тогда да. Ее сын будет на седьмом небе от счастья. Все дети ждут похвалы и признания их успехов, пусть и самых маленьких.

— Ты же с детьми занималась? Ну, обучала плаванию.

— Да. И еще не встречала ни одного, который бы не ждал доброго слова. А повидала разных. Мне часто отдавали в группу, скажем так, трудных детей.

— Теперь понятно, откуда такой характер, — все-таки коснулся ее лица. — Поехали домой.

Практически всю ночь Мира не спала. Разве что часок подремала, остальное время ворочалась, думала, снова ворочалась и снова думала. Рик признался в симпатии — это раз, пообещал что-то с чем-то в поезде — это два. И все бы ничего, если бы не ее статус. Понятное дело, таков закон — человек может жить в доме оборотня только в качестве подопечного, что значит, полноценных и равноправных отношений между человеком и волком быть не может, по крайней мере, не в Север-граде. Тогда же вспомнились очередные печальные истории тех, кто прошел через подобное, кто осмелился понадеяться на счастье. Женщины забеременели. Одна в итоге сделала аборт, а заодно добровольно прошла стерилизацию, лишь бы остаться со своим любимым зверем, который, кстати, через год нашел себе волчицу и женился, а ее перепродал, чтобы глаза не мозолила. Вторая решила сохранить ребенка, за что была изгнана из города, волк за ней не пошел. Вот и финал большой любви. Не хотелось бы оказаться в их числе. Да и о чем она вообще? Какая любовь? Стоило Войтову выдавить пару слов о симпатии, как уши-то и развесила.

Поднялась в пять двадцать. Вчера с вечера вроде бы все собрала, но нужно перепроверить. Мало ли!

А Рик проснулся еще раньше. Причем спал как младенец, ибо на душе было легко и спокойно. Мать проведал, свою Лиску порадовал. И скоро они окажутся вдвоем в одном купе, где проведут сутки.

— Ты готова? — заглянул в кухню, где Мира стояла у плиты и наблюдала за тем, как молоко убегает. — Эй? У тебя там извержение вулкана.

— Блин! — мигом встрепенулась, — вот блин, — и выключила плиту.

— Просыпайся уже, — усмехнулся, — такси прибудет через десять минут.

Сейчас бы забраться обратно в постель, свернуться калачиком и уснуть. Вообще, какая-то подозрительная слабость в теле. То ли нервы сказались, то ли умудрилась простудиться.

Все время, пока Рик загружал вещи в машину, пока выставлял систему на минимальное энергоснабжение дома и с кем-то разговаривал по телефону, Мира сидела в столовой с кружкой горячего чая в руках. К слабости добавилось противное першение в горле. Н-да, собралась в горы, называется.

— Что-то ты мне не нравишься, — Войтов опустился перед ней на корточки.

— Кажется, я заболела. Вчера такой ветер был, продуло видимо.

— А симптомы?

— Горло, голова как чугунная. Через час я окончательно превращусь в овощ.

— Что ж, с овощами мне спать еще не доводилось, — потрогал ее лоб. — С мягкими игрушками в детстве спал, с бутылкой виски спал, а с овощами…

На что Мира чуть не взвыла, но Войтов быстро успокоил:

— Там просто кровать одна.

— Значит, ты не будешь… ну…

Сейчас уже Рик закатил глаза под лоб. Бедный, бедный Мурзик, только и думает об одном. Как мозги еще не вскипели.

Всю дорогу до вокзала несчастная проспала. Рик же сидел рядом и боялся пошевелиться, лишь бы не разбудить эту маленькую простуженную Лиску. Ну, ничего, в поезде он ее быстро поставит на ноги. Есть добрый проверенный веками способ. Но разбудить все-таки пришлось. И Мира впервые увидела Центральный вокзал Север-града. Здание поражало величиной и обилием стекла.

— Как же красиво.

— Никогда не была здесь? — нацепил на себя большущий рюкзак.

— Нет. Какой там, я за всю жизнь в городе всего три раза покидала территорию резервации.

— Тогда, — взял по увесистой сумке в каждую руку, — тебя ждет масса впечатлений.

— Не тяжело? Может, помочь?

— Помочь? Ты? Хотя, возьми вон свои лыжи.

Войтов оказался прав на все сто процентов, внутри здания Мира не переставала восхищаться. Высоченные стеклянные потолки, колонны, что подпирали эту многотонную конструкцию, мраморные полы, много света. И везде электронные табло, вещающие о прибывающих и отбывающих поездах, а также виртуальные помощники, расхаживающие по залам.

Спустя минут пятнадцать удалось-таки найти свой перрон. И когда Мира увидела приближающийся к ним поезд, то просто открыла рот.

Двухэтажный состав остановился плавно и бесшумно, после чего раздался характерный звук открывающихся дверей. Навстречу пассажирам вышли проводники в сине-белой униформе.

— Нам туда, — Рик указал в сторону вагона, на котором пестрела надпись «Для важных персон».

Миловидная проводница приняла билеты с документами, отсканировала данные, а получив положительный ответ от оператора, вернула документы обратно, после чего пригласила носильщика, который поспешил занести вещи в купе.

Мира в этот момент посмотрела наверх, по стеклянному потолку снова барабанил дождь. Как же надоела эта сырость и серость.

— Ну, что? — Рик взял ее за руку. — Вперед?

— Вперед, — скромно улыбнулась, а ладонь его сжала.

Пассажиры в вагоне суетились, искали свои места, провожающие толпились, но когда появился виртуальный помощник, порядок был восстановлен, тогда же зазвучала приятная успокаивающая музыка.

— А вот и наши места, — Войтов пропустил Миру вперед.

— Да это не купе, это мини-квартира, — осмотрела апартаменты.

Невероятно! И такое можно организовать в поезде! На первом этаже у окна стоял довольно широкий диван, рядом стол с парой кресел. Напротив дивана белела дверь, очевидно, в душевую с туалетом. Помимо был еще встроенный холодильник с микроволновой печью. От входной двери шла лестница на второй этаж, где, по всей видимости, располагается спальное место.

Мира села у самого окна. Когда-то она путешествовала с матерью на поезде, но запомнился лишь стук колес и запах туалета. А здесь… здесь можно ехать и ехать, и ехать. Сама дорога уже как приключение.

— Ты еще главного не видела, — Рик опустился в кресло напротив.

— И чего же?

— А заберись на второй этаж.

— Кроватью меня не удивить, — сложила руки на груди.

— Да выброси ты из головы мысли о постели. Или настолько сильно хочешь меня? — расплылся улыбкой.

На это Мира ничего не ответила, зато побагровела, а глаза потемнели. Ага, опять ершится.

— В общем, подними свою очаровательную попу и залезь наверх.

Когда Мира выполнила просьбу, то в очередной раз испытала эстетический шок. Крыша у вагона была тоже стеклянная. Вот это да!

— И как? — донеслось снизу

— Просто нет слов…

— То ли еще будет!

— Не сомневаюсь, — все же оценила размер спального места. Да здесь троих таких, как Войтов можно разместить.

И только собралась спуститься, как ей помогли.

— Ты когда-нибудь прекратишь таскать меня как жалкую собачонку? — обхватила его за шею.

— Во-первых, я тебя не таскаю, а ношу. Заметь, весьма бережно. Во-вторых, тогда уж как жалкого котенка, на собачонку не тянешь. Слишком своенравная.

Рик заметил ее покрасневшие глаза, а главное, ощутил жар.

— Ты как? — припал губами к горячему лбу.

— Неважно. Хочется спать, — и положила голову ему на плечо, — со мной у тебя сплошные проблемы. То стиралка, то драка в баре, то вот простуда. Отпусти меня, а? — с трудом улыбнулась.

— Никак бредить начала? — сел с ней вместе на диван.

— Возможно, — голова, правда что, перестала соображать, отчего и язык развязался. — Так что? Отпустишь?

— Давай обсудим это позже, а сейчас, — принялся ее раздевать.

— Рик, — попыталась помешать, но куда там.

— Я знаю, как тебе помочь, — стянул куртку, потом водолазку, когда же очередь дошла до джинсов, Мира снова начала отталкивать его. — Да прекрати ты уже, — слегка треснул по рукам, после чего снял штаны.

— Мне плохо, неужели не понимаешь? — пролепетала со слезами на глазах.

— Понимаю, — поднялся.

Через минуту Мира снова была на втором этаже.

С каким же удовольствием она забралась под мягкое и ароматное одеяло, с каким же блаженством улеглась на пухлую подушку, но единение с постелью продлилось недолго. Войтов пожаловал, да еще и в одних трусах. Но сил сопротивляться уже не было. Он лег рядом, накрыл их обоих. Мира спиной ощутила горячую немного колючую грудь волка.

— Ты что задумал? — посмотрела на него таким взглядом, что Рик еле удержался, чтобы не лизнуть ее в нос от нахлынувшего чувства умиления.

— Про сухое тепло слышала?

— Будешь меня греть? — искренне удивилась.

— Иди сюда, — прижал ее к себе покрепче. До чего же нежная и хрупкая. В итоге не удержался и поцеловал плечо, потом шею чуть ниже уха, от чего Мира покрылась мурашками с ног до головы.

— Щекотно.

— Спи, моя Лиска.

Уснула за считанные секунды. И так хорошо ей давно не спалось. Было невероятно тепло, не жарко, а именно тепло. Во сне даже перевернулась и обняла свою огромную грелку, притом и рукой, и ногой. Рик в свою очередь ощутил гармонию, будто нашел то, что давно искал. Пожалуй, нужно практиковать совместный сон как можно чаще, например, постоянно. Точно! С этого момента никаких разных постелей. За мыслями не заметил, как сам уснул. Поезд тем временем неощутимо тронулся с места.

Разбудил обоих стук в дверь. Мира открыла глаза и первое, что увидела, это небо — синее небо без единого облачка.

— С ума сойти, — вытянула руку и коснулась кончиками пальцев стеклянного потолка. — Мы уже выехали из города?

— Угу, — тоже обратил взор на небо. — Проблема Север-града в том, что он находится в низине. Все облака, что скапливаются у вершин гор, потом пускаются вниз и идут на город. С другой стороны это плюс, мы хорошо защищены от внешнего мира.

— От мира людей?

— В том числе.

— Но война давно закончилась. Мирный договор был подписан сто двадцать лет назад.

— Закончилась, да. Но сколько бы веков ни прошло, волки не забудут прошлое. Север-град основали бывшие рабы, так что…

— Твои предки тоже были рабами? — покосилась на него.

— Прадед был. Тебе лучше?

— Удивительно, но да. Больше не знобит и голова прошла. А еще есть хочется.

— Я хоть и не болею, но пожрать не отказался бы.

— Ты прожорливый, — улыбнулась, — что есть, то есть.

— Устала мне готовить? — перевернулся на бок и уставился на нее.

— Нет, — сразу покраснела, — мне нравится готовить и смотреть, как ты подчищаешь тарелки. Надеюсь, получается вкусно.

— Очень, — склонился и застыл в сантиметре от ее лица. — А еще вкуснее целовать тебя, — едва ощутимо коснулся губ, — нюхать тебя, особенно когда ты возбуждена, — провел языком по нижней губе, — вот как сейчас, — вдохнул этот неповторимый аромат.

А Мира поняла, что хочет его прикосновений, хочет тоже чувствовать его, тогда закрыла глаза и откинулась на подушку, чем вызвала улыбку волка. Да, она готова к следующему шагу, более того, испытывает желание. Войтов осторожно стянул бюстгальтер до живота и припал губами к груди. Скоро Мира уже постанывала от столь откровенной ласки, а когда его рука проникла в трусики, то и вовсе выгнулась. Рик провел пальцем по влажным складкам, опустился чуть глубже и коснулся входа во влагалище, отчего его маленькая Лиска распахнула глаза. Взгляд ее был полон напряжения, сердце колотилось с сумасшедшей скоростью.

— Думаешь, возьму тебя? — провел языком по соску, затем взял его в зубы, но очень аккуратно.

На что Мурзик судорожно кивнула.

— Нет, не возьму. Не сегодня и не здесь, — спустился к животу, покрыл его поцелуями.

Вдруг стянул одеяло.

— Сними их, — кивнул на трусики.

Спрашивать зачем не стала, просто сделала так, как он попросил.

И когда на ней ничего не осталось, Рик снова начал целовать живот. Мира догадывалась, что будет дальше, в то же время самой до безумия хотелось узнать, каково это.

Издевательски медленно Войтов спустился к лобку, провел по нему языком, а в следующую секунду накрыл губами клитор. По телу Миры тотчас пробежал мощный разряд. Рик тоже испытал небывалый прилив желания, член аж заныл от перенапряжения.

— Мне продолжать? — обдал нежную кожу горячим дыханием.

К чему вообще эти вопросы?

Рик видел ее волнение, но то было не от страха. Мира ждала продолжения, хотела. Тогда он решил не мучить. Однако волк не ожидал, какая реакция последует за его лаской. В какой-то момент Мира резко села, схватила хозяина за шею и поцеловала. Сама проникла в рот языком, сама прижалась к волку всем телом. Но Рик практически сразу схватил эту маленькую дикую кошку и уложил обратно.

— Я еще не закончил, — задрал ей ноги вверх.

И поцелуи возобновились, только Зверь уже действовал куда активнее, напористее. Мира ощущала его язык везде, а когда он надавливал на вход, когда прикусывал за малые губы, так и вовсе теряла связь с реальностью.

— Рик, — коснулась его рук.

И он опустил ноги, но ласкать не перестал, наоборот, начал буквально вылизывать, что стало последней каплей. Мира аж на цыпочки встала. Это было ни с чем не сравнимое удовольствие. Тело ее не сразу успокоилось, волны все накатывали и накатывали, отчего мышцы сокращались, с губ слетали стоны. А Рик навис над ней и поцеловал.

— Если хочешь, вечером повторим, — улыбнулся.

— А ты? — снова зарылась пальцами в волосах.

— И меня оставим до вечера.

Как же хотелось задать ему кучу вопросов, но сдержалась. Ведь легче от ответов не станет.

Остаток дня прошел просто замечательно.

Мира впервые за долгое время почувствовала себя свободной, ведь Север-град остался далеко позади. И пусть ненадолго, всего-то на две недели, но в нынешних условиях приходится радоваться малому.

После той страсти, что случилась между ними, двое отправились в вагон-ресторан, который по убранству и оснащению ничем не уступал полноценному кафе в каком-нибудь дорогом районе города. Большие окна, такой же стеклянный потолок, столики с мягкими креслами или полукруглыми диванчиками. Народа здесь было прилично, но суеты не наблюдалось, все спокойно сидели за своими столиками, вели светские беседы.

— Что будешь? — Рик сел на диван, а Миру усадил рядом.

— Что-нибудь мясное и с гарниром.

— Да в ком-то проснулся кровожадный Мурзик, — усмехнулся.

— Угу, а в ком-то так и не засыпал серый обжора.

— А я не серый, между прочим.

— Какой же?

— Черный. Могу показать. Как-нибудь.

— А ты в образе зверя не кусаешься?

— Нет, но зализать до смерти могу, — расплылся широкой улыбкой.

— Фу! Фу, фу, фу…

— Чего это фу? Или утром тебе не понравилось?

— Понравилось, — буркнула чуть слышно, — но одно дело так, а другое…

— Все-таки ты слишком прямолинейная, — приобнял свою Лиску. — В горах я тебе покажусь во всей красе.

— А здесь есть еще люди? — осторожно осмотрелась.

— Есть. Там и там, — указал на двух девушек, что сидели около своих хозяев. Выглядели они дорого — шикарные наряды, украшения, прически.

— Те самые элитные подопечные?

— Угу.

— Красивые.

— Красивее тебя здесь все равно никого нет.

— Какой приторный комплимент, господин Войтов, — подперла голову руками.

— Возможно, но это правда. Моя правда.

— Жаль… — посмотрела в окно, за которым простирались удивительной красоты леса.

— Что жаль?

— Жаль, что придется вернуться. Мне так часто раньше снились сны, в которых я умела летать. И каждый раз улетала прочь из города.

— Тебе просто не повезло, Мира. В Север-град люди в основном сами едут, сами соглашаются на те условия, что им предлагают. И в подопечные тоже идут по собственной воле.

— Я знаю, но от этого знания не легче.

В этот момент к ним подошел официант, и Рик аж выдохнул. Что ей ответить он не знал. Не знал, как можно успокоить или обнадежить. Мира жаждет вырваться на свободу, а он… он жаждет оставить ее себе. Но какое у них будущее? Этот вопрос острой иголкой вонзился в голову. Увы, рано или поздно пришлось бы задуматься, уж лучше рано. В Север-граде у них нет шансов, это факт. Только если Мира согласится быть подопечной, однако, что это за жизнь? А вне Север-града? Он ведь тогда всего лишится. Абсолютно всего. Да и возраст уже не тот, чтобы с нуля выстраивать карьеру. Хотя, о какой карьере вообще может идти речь на нейтральных землях? Там не города, а большие деревни, страдающие от безработицы и дефицита. Затем Рик посмотрел на подопечных за соседними столиками. По лицам девушек не сказать, что они несчастливы, скорее наоборот. Разве плохо жить при мужчине, который обеспечит всем, который будет заботиться? Свобода не всегда сулит процветание. Что хорошего жить свободным, но при этом испытывать постоянную нужду?

— Что с тобой? — голос Миры вернул его на землю.

— Ничего, задумался просто.

— А остановки будут?

— Будут, конечно. А что?

— Да так, всего-то запланировала побег, — пожала плечами.

— Ну-ну, — криво усмехнулся.

Кстати! Что-то совсем он расслабился, а ведь Мира действительно может попытаться сбежать. Как-никак, город-то они покинули. И нейтральный Доброгорск как раз граничит с курортным Верен-градом. Лиска хитрая, сейчас улыбается, нежничает, хотя буквально вчера продолжала ершиться. Неспроста это все, неспроста…

В это самое время в Мир-граде в своем кабинете на двадцать восьмом этаже современного бизнес-центра сидел широкоплечий статный мужчина средних лет. Он внимательно читал договор, а параллельно оставлял на полях пометки. Около начальника стояла секретарь в ожидании дальнейших указаний.

— На такие условия разве что последний дебил согласится, — пробубнил себе под нос. — Нет, — снова что-то подчеркнул, — и вот это тоже нет, — обвел очередной пункт. — В общем, внеси правки и уже с нашими условиями отправь Варковичу. Пусть думает.

— Хорошо, господин Зотов.

Вдруг раздался телефонный звонок, тогда Демьян глянул на электронное табло:

— Выведи звонок на громкую связь, — произнес в пустоту.

И сейчас же система выполнила приказ.

— Слушаю! — откинулся на спинку кресла.

— «Добрый вечер, Демьян Леонидович» — раздался мужской голос.

— Добрый. С кем имею честь?

— «Будем знакомы. Филипп Карлович Косинский. И у меня есть важная для вас информация относительно вашей дочери — Мирославы»

— Что? — мужчина вмиг побледнел.