13 глава

Стелла

Склоняю голову в такт речи выступающего, качаю ею, улыбаюсь, когда на меня смотрят. Странно, что не требуют активного участия в беседе. Наверное, привыкли к моей молчаливости. Свое мнение я стала высказывать в конце встречи, а еще перестала ходить на встречи одна, меня теперь сопровождают помощник и юрист, чаще всего именно они и ведут диалог.

На глаза попадается затылок Эмина. Он задумчиво крутит ручку в руках. Задерживаюсь взглядом на его пальцах. Если бы там было кольцо, никогда-никогда не стала бы вешаться ему на шею. Отсутствие этого аксессуара вводит в заблуждение, потом узнала, Эмин просто не носит никаких украшений, кроме наручных часов. Откуда узнала, учитывая, что с ним теперь разговариваю только о делах? От Амины: она как-то вскользь заметила, что ее муж не любит на себе украшения, в отличии от нее. Девушка пару раз приезжала в офис, пока Эмин был на совещании, терпеливо его ждала в приемной, сильно выделяясь нарядом в окружающей обстановке: красиво повязанный платок на голове, пара золотых колец вместе с обручальным, платье в пол, не позволяющее толком ее рассмотреть и животик. Вот он меня манил, притягивал магнитом. Еле сдерживалась, чтобы не попросить разрешения его погладить. Ребенок Эмина. Это больно. Это слишком больно осознавать это и постоянно об этом думать. Но я, видимо, мазохистка, ведь каждую ночь, смотря в потолок, думала о нем и об их семье, думала о будущем его ребенка и гадала, каково это быть его женой, любимой женщиной.

— Стелла Станиславовна, что вы об этом думаете? — привлекает мое внимание Денис Романович, наш ведущий экономист. Моргаю, судорожно вспоминая, о чем тут толковали, пока еще слушала, это совещание проходит мимо меня.

— Денис Романович, думаю, пока с решением спешить не будем, время позволяет подумать, насколько мне известно, они только нас и рассматривают. — Эмин быстро реагирует на мое молчание, не позволяет ситуации поставить меня в неловкое положение перед сотрудником. Вот бы Женя, помощник, точно так же понимал, когда открывать рот, а когда стоит промолчать. Увы, Женя считал себя спецом и постоянно болтал, тем самым не давая мне рта раскрыть.

— Вы правы, Эмин Исмаилович, тогда я пойду?

— У меня вопросов нет, Стелла Станиславовна? — Вздрагиваю от его обращения ко мне, отрицательно мотаю головой. — Спасибо за уделенное время, Денис Романович! — мужчины встают, Эмин застегивает единственную пуговицу на черном пиджаке и пожимает руку экономисту. Тот, кивнув мне на прощание, уходит.

— Все хорошо? — складывает бумаги в файл, на меня не смотрит, а я смотрю. Не могу отвести глаз от его лица, спасает то, что еще контролирую свою мимику. Теперь каждый день рядом с ним для меня сплошной стресс, домой возвращаюсь выжатая как лимон, с одним желанием — спать без сновидений.

— Да. Все хорошо.

Вскидывает на меня глаза и задумчиво рассматривает, кивнув своим мыслям или мне, собирает со стола вещи в одну кучу.

— У меня есть одно предложение, хочу его обсудить с тобою.

— Какое? — сердце радостно екает, но я его тут же осаждаю, не стоит обольщаться. Это Эмин, он о чувствах никогда не заговорит, где-то далеко-далеко в подсознании мелькает сумасшедшая мысль: «Если он предложит стать его любовницей, что маловероятно, то я подумаю над этим предложением».

— В этом году Булат должен проходить практику, я тут подумал, почему бы его не пристроить сюда?

— Ты уверен в правильности такого решения? Мне кажется, Булат не готов пока брать на себя какие-то поручения.

— Ты же взяла, хотя, если быть откровенным, я тоже не особо верил, что из тебя получится ценный сотрудник. Рад был ошибиться

— Спасибо за комплимент, но по поводу Булата я в сомнениях.

— Дай парню шанс себя оправдать… — Иронично вскидываю бровь, возникает ощущение, что слова Эмина и само его отношение к теме разговора в действительности расходятся. Нет, он смотрит прямо, не усмехается, не иронизирует, но почему-то уверена, ему самому неприятно пристраивать Булата именно сюда, ближе ко мне.

— Я бы хотела подумать, все же он не совсем ровно дышит в мою сторону, — делаю вид, что собираю свои вещи, а сама наблюдаю за реакцией Эмина. Лишь поджимает губы и все.

— Подумай, надеюсь к сентябрю мы расставим точки, и я смогу уехать домой.

— В смысле?

— В прямом. Евгений Андреевич — профессиональный консультант, все трудные и спорные вопросы сможешь обсуждать именно с ним. Плюс грамотный юрист, ваш семейный юрист, Захар Генрихович не даст тебя в обиду. Право подписывать документы я тебе передам. Не вижу смысла мне сидеть в Москве.

— Ты же нарушаешь условия папы.

— Это же формальность, по документам я останусь исполняющим обязанности директора. Замы тут замечательные люди, они заинтересованы сохранить бизнес, ибо люди сюда пришли работать и зарабатывать, а в условиях сложной экономической ситуации в стране каждый дорожит своим местом. Если будут сомнения, мой номер телефона у тебя есть, можешь звонить в любое время суток: чем смогу — помогу.

— Эмин… — Голос дрожит. Я не справляюсь с эмоциями, слезы сразу же набегают на глаза. Мужчина опускает взгляд и молчит.

— Так будет лучше, Стелла. У меня жизнь в Грозном, там моя семья, мои дела. Москва меня не держит.

Прикусываю щеку изнутри, смотрю поверх его головы, часто моргая, чтобы слезы так и остались непролитыми. Наверное, жить с болью в сердце — мое нормальное состояние, даже не представляю, что может меня сейчас порадовать, заставить улыбнуться беззаботно и поверить в то, что завтра будет лучше, чем сейчас.

— Ты, конечно, прав. Я думаю, мы справимся без тебя, рано или поздно этот отъезд наступил бы. Тем более скоро родится твой ребенок, — стискиваю зубы, тяну губы в вежливой улыбке, Эмин спокойно выслушивает слова о скором отцовстве, никак на них не реагирует.

— Подумай по поводу Булата, если согласишься, то распоряжусь о том, чтобы сделали приказ о его стажировке, — встает из-за стола, берет вещи, направляется на выход. Стискиваю руки в кулаки, больно вонзаясь ногтями в кожу. Мне с трудом удаётся усидеть на месте, не кинуться следом, не придумать глупую причину, чтобы еще чуть-чуть побыть рядом с ним. Глупое сердце плачет по этому человеку, любит его безответно. Теперь понимаю, что ранее мое «люблю» было просто симпатией, сейчас же эта любовь крепко держит в своих тисках, учит молчать и не просить, не требовать, а отпускать.

— Стелла! — в зал заглядывает Булат. Сразу собираюсь, выпрямляюсь, сдержанно слежу за перемещением парня. — Проходил мимо вашей конторы, решил заскочить. Слушай, сейчас время обеда, может сходишь со мною?

— Я уже обедала.

— Тогда, может, мы вечерком сходим вдвоем в кино, — сейчас он выглядит самым обыкновенным парнем, который пытается пригласить на свидание понравившуюся девушку. В нем больше нет агрессии, которая пугала раньше, и смотрит на меня нормальным, адекватным взглядом, без пожирающего похотливого блеска. Не зная Булата, легко поддалась бы его очарованию, но, к сожалению, мы давно знакомы, поэтому подсознательно ожидаю подвоха.

— Ок. Давай на чистоту, Стелла, ранее я вел себя не совсем порядочно, импульсивно, но, знаешь, смерть отца меня тряханула. Понял, что обязан продолжить все его начинания, стать главой семьи и быть их гордостью, опорой. Много думал о сложившейся ситуации между нами. Не буду скрывать, ты мне нравишься, хотелось бы начать все с чистого листа, забыть возникшие недоразумения и получить шанс поближе узнать друг друга.

— С какой целью? Дружбы между парнем и девушкой не бывает, а становиться тебе женой — не моя мечта.

— Мы можем быть хорошими знакомыми, раз ты во мне не видишь друга, а по поводу жены… Я бы не отказался от такой красавицы, но все понимаю: вера, мировоззрение, отношение к жизни — все у нас с тобою разное, так что в этом плане ни на что не претендую. Как правило, в моей культуре браки заранее оговариваются между родителями будущих супругов, уверен, в Грозном меня уже ждет одобренная невеста.

— Эмину тоже подбирали? — говорю специально с иронией, долей издевки, типа мне ваши правила и устои смешны, а на самом деле хочу узнать, по любви или по договоренности создавалась семья любимого мужчины.

— Эмин? — Булат удивленно вскидывает брови, смеется. — Он женился неожиданно для всех, перед этим долго избегая само понятие брак, но, наверное, увидел и влюбился. Амина — сестра его лучшего друга.

— То есть до этого он особо не интересовался девушкой?

— А разве кто-то будет интересоваться девчонкой, которая еще в куклы играет, а тут он Асхада долго не видел, как-то пришел к нему в гости, а милая сестренка превратилась в прекрасную девушку. Видимо, в этот момент наш Эмин и попал.

— Влюбился с первого взгляда? — усмехаюсь, а самой хочется плакать от своей глупости и иллюзий, которые имели место быть.

— Выходит, что так, иначе не объяснишь, почему он, минуя все наши традиции, женился на Амине. И с рождением ребенка не стали затягивать, как некоторые.

— Я думаю, ты тоже затягивать не будешь, — перевожу разговор с больной темы на нейтральную, хотя мне лично все равно, как будет устраивать свою жизнь Булат.

— А чего медлить, если со здоровьем все в порядке, после девяти месяцев хочу держать на руках своего сына!

— А если будет девочка, закопаешь в горах?

— Странные у тебя шутки, Стелла. Я хочу большую семью, минимум троих детей, а там — как Аллах даст.

— Понятно все с тобою, — тратить время на Булата уже кажется роскошью. Увидев, что я собираюсь, вскакивает на ноги.

— Ну, как насчет кино? Если переживаешь, что мы будем вдвоем, думаю Амина с удовольствием к нам присоединится! — только чудом во время прикусываю язык на это предложение, не позволяя себе спросить и про Эмина. Неопределенно пожимаю плечами.

— Я подумаю, номер твой вроде есть, позвоню!

— Буду ждать!

Перед тем как выйти из зала совещаний, смотрю на Булата, он — на меня с добродушной улыбкой. Возникает стойкое ощущение, что он играет, преследует только ему одному известные цели, но, может, я себя накручиваю, помня прошлый опыт наших отношений. Наверное, стоит ему поверить и дать шанс, тем более Эмин за него ходатайствует. В итоге так и не прихожу к единому мнению по поводу Булата, просто киваю ему и ухожу, но мысленно возвращаюсь к теме семьи Эмина.

Любит ли он своего жену? Разум говорит, что вполне возможно, раз женился так быстро и не стал соблюдать традиции сватовства и свадьбы. Сердце протестует, не верит, ибо любящий человек вряд ли бы изменил своей половине, даже если искушение было велико и невообразимо красиво. В принципе какая разница… все равно он для меня закрытая тема.

***

— Держите, красотки, мороженое! — Булат приземляется за наш столик, протягивая мне и Амине холодное лакомство в вафельном рожке.

— Спасибо, — она улыбается, задорно сверкнув глазами. Оказывается, Амина милая девушка, ровесница Булата. Если закрыть глаза на факт, что Эмин на ней женат, мы бы могли подружиться.

— Обожаю вишневое мороженое с ванилью, кисло и сладко одновременно.

— Я люблю один вкус… — Булат прищурено наблюдает, как ем мороженое, не комментируя свои вкусовые предпочтения. Внимание парня нервирует, если бы не условие присутствия Амины с нами, не позвонила бы ему. В пятницу поняла, что не хочу сидеть дома и в полной мере ощущать свое одиночество. Подругам решила не звонить, ведь после вечеринки у Альберта стала избегать подобных сборищ, помня, чем все тогда закончилось.

— Ты, как Эмин, он тоже предпочитает что-то одно, не смешивает как в еде, так и в одежде.

— Я заметила.

— По-моему, муж всегда был таким, помнишь, Булат, как он нам спокойно и без нервов объяснял математику. Кстати, мы с тобой написали тогда контрольную на пятерки.

— Да, было дело, Эмин подтягивал меня в точных науках, хорошо иметь брата, у которого голова варит, — Булат усмехается, Амина смеется, смущенно прикрыв ладошкой рот.

— Вы в детстве дружили? — любопытствую, мне интересно об Эмине всё, что только смогу узнать, может, перестану идеализировать мужчину, начну понимать его спокойную натуру, найду изъян и перестану тяжко вздыхать.

— Ну, не совсем дружили, пересекались, когда мой брат виделся с Эмином, да и наши родители тоже знали друг друга. Между прочим, папа считал, что я выйду замуж за Булата!

— А оказалось, что старший брат пришелся больше по душе! — Булат сверкает улыбкой, но, глянув на меня, глаза его темнеют, мне приходится перевести внимание на мороженое.

— Кстати, учитывая, что само бракосочетание прошло без сватовства, надо Стелле показать хоть день свадьбы, проведенный согласно нашим традициям, — предлагает парень и достает мобильник, а я не хочу видеть это важное событие: не желаю наблюдать Эмина с Аминой в свадебном платье, однако вместо протеста молчу и задерживаю дыхание, когда мне вручают телефон.

Булат включает мини-клип, демонстрирующий шикарный дом, в котором каждая вещь кричит о благосостоянии хозяев, видимо, родной особняк семьи Амины. Ее платье на видео очень красивое, даже не могу представить, сколько оно стоит. Много людей, судя по тому, как все здороваются, обнимаются и улыбаются, все действительно знают друг друга. Вот во двор въезжает белый «роллс-ройс», появляется приятный юноша, напоминающий мне самого Эмина.

— Младший брат, Аюб, — поясняет Булат. Сглатываю, когда брат Эмина на палец Амины надевает массивное дорогое кольцо, на следующем кадре он отдает какой-то девушке несколько купюр. Дальше традиционная фотосессия с родней, невесту сажают в машину. Предварительно друзья жениха забирают ее приданое, распихав по машинам чемоданы вместе с сундуками, которых оказывается невообразимо много. Далее скрываю свой шок, когда вижу, как из одной машины мальчишкам швыряют несколько купюр валюты. Внушительный кортеж соревнуется в жажде занять место за машиной, в которой сидят невеста, ее подруга, сестра и брат Эмина.

Очень трогает момент, когда невесту привозят к ресторану, в котором проходит торжество, и будущая свекровь, стоящая в окружении близких и родственников, нежно обнимает Амину, а потом для сладкой жизни в доме подносит девушке конфету, согласно примете. Еще очень мимишно наблюдать, как невесте на руки дают годовалого мальчишку, который забавно улыбается и мило строит глазки.

В этом коротком ролике невозможно не почувствовать весь колорит их народа, не проникнуться музыкой и всем известной лезгинкой. На свадьбе нет никакой пошлости, вульгарности, девушки в закрытых длинных платьях, кто с покрытой головой, кто нет, танцуют с парнями свой народный танец, люди старшего поколения сидят на стульях и довольно улыбаются. Для меня это совершенно другой мир, со своими законами, традициями и обрядами. Для меня в мире Эмина нет места.

— Круто, мы с ребятами сопровождали Амину, договорились, что все машины будут черными, кроме «роллс-ройса». Сразу же прижали со всех сторон, не позволив никому занять место сзади, жаль, Эмин запретил стрелять, руки так и чесались пару раз стрельнуть в воздух! — хвастается, как мальчишка, Булат, будто до этого никто так у них не делал.

— Эмина не было? — обращаюсь к Амине, она качает головой.

— Нет. То был замечательный праздник! — Булат смотрит на меня напряженным взглядом, чувствую желание скрестить руки на груди, как-то отгородиться, ибо вновь улавливаю волну агрессии по отношению к себе. Все же не верю, что этот человек так кардинально поменял свое отношение ко мне. Однозначно нельзя оставаться с ним наедине, однажды Булат не сможет сдержаться и набросится, как голодный хищник. Этот голод читается в черных пылающих глазах, меняющих выражение в зависимости от того, на кого направлен взгляд. Мне достаются в нем языки пламени.

— Всем привет, — раздается рядом до дрожи необходимый в любое время суток голос. Булат застывает на секунду, ведя с собой борьбу, но сдержанно улыбается. Амина скромно поднимает глаза и дружелюбно смотрит на мужа.

— Привет! — поворачиваю голову и широко улыбаюсь, пропускаю сердечные удары, наплевав, что мои глаза сразу же превращаются в сияющие звезды. Три дня не виделись, а кажется — три века. Опять не сдерживаюсь и разрешаю себе слабость.

***

Эмин не смотрит фильм. Ему неинтересно. Я не вижу в темноте выражение его лица, но отлично ощущаю желание поскорее отсюда уйти. Фильм, действительно, не ахти, но Булату с Аминой явно зашел, они пристально смотрят на экран.

Сижу с краю, встаю, никому не мешая, покидаю зал. Выйдя за дверь, зажмуриваюсь от яркого света, не спешу открывать глаза, чувствуя спиной тепло другого человека.

— Тебе нехорошо? — мужская ладонь ложится мне на талию. Качаю головой, не тороплюсь отстранятся, считаю до трех и притворяюсь, что мне безразлично, рядом Эмин или нет. Иду к буфету с целью купить воды, он следует за мною, не спешит начать разговор. Некоторое время мы пристально гипнотизируем выход из кинозала, но оттуда никто не выскакивает следом, ревниво сверкая глазами.

— Пообедаем? — Эмин достает мобильник, кому-то набирает сообщение.

— Не откажусь, а как же ребята?

— Булат написал, что они досмотрят фильм.

— Отлично.

Идем рядом друг с другом по торговому центру к ресторану, моя рука так и норовит взять его ладонь, переплести пальцы, но сдерживаюсь, ногтями впиваясь в кожу и сжав кулаки. В ресторане нас встречают с улыбкой и сразу же находят свободный столик. Сажусь и беру меню. Есть не хочется, но следует сделать заказ.

— Что ты решила по поводу Булата? — на меня смотрят в упор карие глаза, каждый раз в груди растекается тепло от этого взгляда, каждый раз приходится ловить бабочек, внушая им, уже ничего волнительного и восхитительного не будет. Бабочки меня не слушаются и трепыхаются в предвкушении какого-то чуда.

— Решила не провоцировать судьбу, поэтому откажусь брать его в свою компанию. Надеюсь, это не станет проблемой?

— Нет. Я предвидел такой ответ, поэтому уже договорился со своим партнером, он возьмет Булата к себе.

— Спасибо.

— Не за что. Правда, это не гарантирует, что он не будет подкатывать к тебе.

— Постараюсь выдержать его натиск.

— Брат бывает настойчивым.

— Это у вас, видимо, семейное: один настойчиво избегает, другой настойчиво ищет повод быть рядом. Забавно, — захлопываю меню, когда возле столика появляется официант. — Стейк семги с овощами на гриле, стакан свежевыжатого апельсинового сока.

— Вам? — молодой мальчик поворачивается к Эмину.

— То же самое, что заказала девушка.

— Не смог выбрать ничего иного? — иронизирую, когда остается вдвоем.

— Почему же, просто я тоже люблю рыбу, не моя вина, что мы совпадаем во вкусах.

— Что-то подобное уже слышала от твоей жены.

— От Амины? — удивленно изгибает темную бровь. — Никогда не думал, что она замечает, что я люблю, а что нет.

— Складывается впечатление, будто вы вместе не живете.

— Верно складывается, если я с мая пропадаю в Москве, когда Амине успеть запомнить мои привычки.

— Вы недавно в браке? — невинный вопрос заставляет Эмина напрячься, он крутит вилку.

— Мы поженились в апреле.

— Я, наверное, должна почувствовать себя виноватой, что жизнь подложила тебе такую свинью.

— Стелла, прекрати, злая ирония тебе не к лицу.

— А что к моему лицу? — ставлю локти на стол и наклоняюсь в сторону Эмина, наши взгляды перекрещиваются и не могут уже разбежаться в разные стороны. Медленно делаю вдох, карие глаза вспыхивают, как первые звезды на небосклоне при наступлении темноты. Мужчина повторяет мою позу, нагибается ко мне. Дыхание Эмина щекочет кожу лица, замечаю морщинки в уголках глаз, тень усталости. Как же хочется прикоснуться к нему, погладить по щеке, ощутить колючесть от щетины, очертить изгиб бровей, прильнуть без страха и осуждения к губам и целовать любимого долго-долго, нежно-нежно.

— Улыбка! Ты чаруешь, слепишь и сияешь подобно звездам на небосклоне. Ты вроде так близко, рядом, но при этом бесконечно далека, звездочка…

— Эмин… — облизываю губы, взволнованно дыша от нежных слов. Это такое скрытое признание?

— Ш-ш-ш…не надо, — грустно улыбается, качнув в отрицании головой. — Есть вещи, которые нам не суждено изменить.

— Эмин… — пытаюсь вставить тысячу слов, сказать все, что на душе, сказать, как он мне дорог. Пусть я в чьих-то глазах и выгляжу слабачкой, не оправдываю чужих надежд, мне важнее быть в гармонии с собой, даже ценой комфорта других. Но моя «гармония» сидит напротив, не позволяя произнести и пары слов, озвучить признание, рвущееся наружу уже не первый день.

— Я верю в тебя, Стелла! И каждый раз, когда жизнь захочет поставить тебя на колени, помни, что я верю в тебя! Смотри вперед так же дерзко и вызывающе, как смотрела на меня в первый день нашей встречи.

— Эмин, я тебя… — не успеваю закончить предложение с важным признанием, его палец прикасается к губам, заставляя замолчать.

— Не надо. Я тебе не отвечу тем же, — выпрямляется и откидывается на стуле, прикрыв глаза, словно хочет скрыть свое состояние от внешнего мира, от меня. Открываю рот, чтобы все-таки договорить то, что хочу, но тут появляется официант с подносом и, едва он отходит в сторону, в ресторан заходят Булат с Аминой.

— Вы поступили правильно, уйдя с самого начала этого скучного фильма! — Булат замирает возле нашего столика, Эмин поднимается и помогает сесть Амине. Его забота, нежность в каждом прикосновении, режут как нож по сердцу. Безумно ревную любимого мужчину, глушу в себе желание схватить его за руку и вернуть на место, вообще сесть между ним и Аминой. Заставляю себя отвести взгляд от супружеской пары, переключаю внимание на Булата, и напрасно. Его глаза темнеют, взгляд тяжелеет, подавляет чужую волю, чувствую, как постепенно перестает хватать воздуха. Хватаю стакан с соком и делаю большой глоток.

— Ты будешь что-то заказывать? — Эмин протягивает Булату меню, тот нехотя отводит от меня глаза, недовольно смотрит на меню.

— Я ничего не хочу, — Амина улыбается сначала мне, потом чуть виновато Эмину, бросающему на жену укоризненный взгляд после этих слов.

— Я бы выпил кофе, — резко захлопывает меню Булат, заставляя всех вздрогнуть. — Ну, что насчет моей стажировки рядом со Стеллой?

— К твоему сожалению, ты не будешь работать с ней. Я договорился в другом месте.

— Это почему? — Булат вспыхивает, яростным взглядом сверлит спокойное лицо Эмина. Две противоположности. Напрягаюсь, чувствуя надвигающуюся бурю. Амина тоже начинает нервничать, поглаживает живот, с беспокойством поглядывая на братьев.

— С каких это пор ты стал решать, что нужно мне, а что нет?

— С тех самых, когда ты ясно выразил свою позицию и показал нежелание брать на себя ответственность за собственные поступки. Я посчитал, что практику лучше всего пройти под руководством опытного специалиста, который, действительно, даст знания и опыт, а не формальность, как было бы возле Стеллы.

— Ты не прав!

— Как показывает жизнь, я всегда прав, особенно в отношении тебя, брат мой.

Булат психует. Резко встает из-за стола и уходит, не прощаясь и не оборачиваясь. Беру стакан с соком, переглядываюсь с Аминой, молчим. Эмин невозмутимо доедает свой обед, просит официанта принести счет.

— Ты думаешь, он спокойно смирится с твоим решением? — осторожно спрашиваю Эмина, когда официант, приняв оплату по карте, отходит.

— Нет. Поэтому советую в случае каких-либо поползновений со стороны Булата звонить мне, будем решать проблему. Семье очень нужно, чтобы он доучился и получил диплом, была бы моя воля перевел его в Грозный и не переживал за сохранность… — запинается, вскидывает на меня глаза, — твоей чести.

Я вспыхиваю, чувствую, как краснеют щеки. Злюсь. Меня очень сильно задевает смятение Эмина, когда он по привычке говорит о сохранности чести и, даже запнувшись и осознав, кто прямой виновник ее отсутствия, все-таки озвучивает мысль до конца. Как будто ничего между нами и не было, хотя, возможно, мужчине просто неудобно перед женой… Хранить-то мою девственность больше и не нужно.

Неторопливо покидаем уютный ресторан, какое-то время бродим без цели по торговому центру, заходя иногда в магазины с одеждой. Эмин постоянно с кем-то переписывается, на нас не обращает внимания, а я без интереса смотрю по сторонам. Амина терпеливо ждет решения своего мужа, уведомления о том, что едем по домам. Минут через двадцать все же выходим из торгового центра. Булат так и не появился, на звонки Эмина не отвечал.

Сначала усаживаем Амину в черный джип, она выглядит уставшей, на прощание мне мило улыбается. Я тоже проявляю вежливость, даже выдаю банальное: «Может, скоро увидимся». После Эмин провожает и меня до машины, наверное, оберегает от злого Булата, способного сейчас натворить не нужных поступков в своем состоянии.

— Стелла… — теперь я не позволяю ему сказать что-то обнадеживающее, даже если и не собирается ничего подобного произносить, все равно перебиваю.

— Не надо, Эмин. Всего тебе хорошего. Я так понимаю, что в понедельник уже не увижу тебя на рабочем месте. Счастливо ддобраться, спасибо за все: и за знания в сфере бизнеса, и за поддержку в трудную минуту, и за честь. За последнее мне даже не стыдно: получила то, чего настойчиво сама и добивалась.

Протягиваю руку для пожатий как деловому партнеру, Эмин колеблется мгновение, пожимает. Как же хочется хоть на минутку проникнуть в его мысли, узнать, сожалеет или нет, грустно ли ему от того, что мы расстаемся, или, наоборот, безумно рад вернуться к привычной жизни в своем городе.

— Надеюсь, что у тебя все получится так, как хочешь именно ты. И… — заглядывает мне в глаза проникновенным взглядом, покрываюсь мурашками, а сердце заходится в волнении. — Я тоже ни о чем не жалею! — выпускает мою руку, разворачивается и делает первый шаг от меня. Дергаюсь следом, торможу, обхватив себя руками, как бы пресекая попытку сдвинуться с места и побежать следом за любимым. До последнего провожаю взглядом его фигуру, а потом еще пару минут смотрю в пустоту, ничего не замечая. Не всегда в жизни случается хеппи-энд.