Глава 22
Фэйнел
- Нет, Ковнин, - я раздраженно вздохнул, поддевая крылом своего братца, отчего тот неловко покачнулся, - я считаю, что на этот раз ты действительно перешел все границы.
Братец чуть не свалился со скалы вниз, но успел вцепиться когтями в камень и, проехавшись вниз на несколько метров, оставляя за собой глубокие борозды, вернулся на уступ. Его взгляд так и горел праведным гневом, однако он не сказал мне и слова, слизывая длинным языком капли яда, скатывающиеся с клыков. Маленький засранец хотел плюнуть им в меня!
- Вместо того, чтобы сидеть тут и обиженно дуться на всех, лучше бы вернулся домой. Родители, знаешь ли, волнуются! - я снова спихнул его с узкой площадки, и на этот раз удержаться он не смог и с громким возмущенным писком полетел навстречу земле. Высота была приличной, потому я не переживал за сохранность братца. Он перекувырнулся через голову и, более-менее выровнявшись, распахнул крылья. Заложив крутой вираж, Ковнин на большой скорости влетел прямо в меня, пытаясь в отместку столкнуть с уступа. Но что мог сделать полутораметровый юнец против здоровой туши около девяти метров в длину?
Я ехидно оскалился, насмешливо осматривая молодого дракона, потирающего лапой лоб.
- Тоже мне советчик, - недовольно рыкнул Ковнин. - Я уже жалею, что сбежал в наше с тобой убежище. Знал ведь, что ты меня тут искать будешь, и все равно остался…
- Так и скажи, - я вальяжно разлегся на уступе, оставляя братцу маленький свободный клочок, на котором даже хвост его не помещался, - Решил убежать из дома, но побоялся убегать далеко? И вспомнил про наше, - я громко фыркнул, - то есть, про мое убежище, которое я многие годы, задолго до твоего рождения, обустраивал? Пришел на все готовенькое и права качаешь? А не слишком ли ты обалдел? - я мотнул хвостом, снова сбрасывая братца вниз.
Для него это было не опасно. Даже если упадет - шкура у него прочная, отделается легким ушибом. А вот для характера полезно - сколько нервов маленький бесенок всем потрепал, не перечесть.
Вернувшись домой после окончания учебы в академии, я меньше всего ожидал увидеть горестные лица родных и отсутствие кучерявой рыжей мордашки за их спинами. Братца я не видел несколько месяцев, и поэтому не знал, что и думать. Вот тут-то меня и огорошили известием, что он, оказывается, вот уже вторую неделю, как сбежал из дома. Меня тревожить не хотели - в последние месяцы по учебе был завал, а потерять из-за семейных проблем диплом, к которому я шел целых восемь лет, было бы настоящей катастрофой.
Наша семья была небольшой, особенно по меркам драконов: бабушка, отец, мать и мы, два сына-оболтуса, долгожданные, но порой такие невыносимые. И разница в возрасте у нас была солидная - когда братец только-только вставал на крыло, я уже считался взрослым. Но, несмотря на это, мы были поразительно близки. Настолько, что я даже позволял младшему пару раз совать свой нос в мою пещеру, которая служила мне и сокровищницей, и вторым домом одновременно. А для дракона сохранность своего убежища порой стояла на первом месте. И поэтому вдвойне удивительно, что я показал его своему брату.
Мать с отцом выглядели, откровенно говоря, плохо. Посеревшие, уставшие, они с болезненной радостью вглядывались в мое лицо, покачивая головой и вспоминая Ковнина. Уже сейчас мальчишка был на меня похож так, словно является моей маленькой копией, и не надо было представлять, как он будет выглядеть через несколько лет, - достаточно посмотреть на меня.
Родители искали везде, подключили всех знакомых, стражников порядка, даже императорскую гвардию, все же наша семья была далеко не самой последней по статусу, но результатов это не дало. Мать была безутешна. Ее рыжие волосы, казалось, потускнели, а всегда улыбчивое лицо нахмурилось. Отец от нее не отставал - на лбу и под глазами залегли морщины. И только бабушка выглядела так, словно ничего и не произошло. Она пристально смотрела на родителей, путаясь пальцами в кончике длинной светлой косы и молчала.
Бабушка всегда видела и знала больше, чем кто-либо еще. И не только почтенный, даже по эльфийским меркам, возраст тому виной. Дар предсказывать будущее кровных родственников позволял ей видеть многое. Но она практически никогда не вмешивалась и не рассказывала об увиденном. Только когда дело касалось непосредственно вопросов жизни и смерти и… обретения пары.
Вот и в этот раз она промолчала, чем одновременно и разозлила, и успокоила мать. Ну вот как можно молчать, если знаешь, где находиться отпрыск, и видишь, как все переживают? У нее нет сердца что ли? И в то же время, зная, что если бабушка молчит, то угрозы жизни мелкому нет. И все облегченно вздыхали, продолжая поиски.
Естественно, я тоже не остался в стороне и, как следует отъевшись, полетел проверять места, о которых знали только мы с братцем. И с первого же раза я обнаружил этого засранца. Как ни в чем не бывало он развалился посреди моей сокровищницы, с довольной мордой прижимая к себе мой любимый кубок, который я никогда не давал ему в руки.
Я не стал беречь его чуткий сон и, громко цокая острыми когтями по полу, подлетел к нему, и рявкнул прямо на ухо. Завязалась небольшая потасовка, в которой бунтующий подросток никак не мог победить. Но и принимать поражение он не собирался, и теперь сидел в самом углу, обиженно на меня косясь.
- Чего сбежал-то? - все же спросил я, понимая, что первым на контакт он не пойдет.
Драконыш - назвать его драконом язык не поворачивался, слишком угловатым, нескладным он был. Впрочем, когда-то и я был таким же…
- Меня не пустили в город на День огненного змея, - буркнул он, отворачиваясь.
- И правильно сделали, - кивнул я. - Чего ты там забыл? Там же только для взрослых праздник устраивали. Не заметили бы и зашибли такого малька…
- Я не малек! - прорычал братец рассерженным котом. - Все мои друзья там были, одного меня как маленького дома закрыли! Теперь со мной никто общаться не будет!
- И ты из-за этого из дома сбежал? - я насмешливо приподнял бровь, думая о том, каким изнеженным и наглым стало молодое поколение. А вот когда-то я сам сбегал от пристального взора родителей… Но не потому, что хотел выразить так свое «фи», а потому что мечтал стать таким же великим путешественником и искателем сокровищ, как и знаменитый персонаж из маминой сказки. - На месте родителей я бы тебя еще и за уши оттаскал, чтоб неповадно было!
- Фэй! - возмущенно вскрикнул вздорный мальчишка. - Ты!.. Ты!.. Ты предатель! - выдал вдруг он.
- Ага, - благосклонно кивнул я, - можешь даже на меня отцу нажаловаться.
- И нажалуюсь! - братец встопорщил крылья, пытаясь казаться больше в размере, чем есть на самом деле, но рядом со мной все равно казался мелким.
- Отлично, - довольно оскалился я и добавил, - тогда лети домой, жаловаться будешь!
- Нет, - буркнул он, поняв, что я его подловил.
- Ну, - протянул я, поднимаясь с уступа и показательно потягиваясь, отчего все свободное пространство накрыла большая тень, - тогда извиняй - по-хорошему ты не захотел…
И прыгнув прямо над его головой, я расправил крылья и передними лапами подхватил его за талию. Когти слегка проскрежетали по его чешуе, не причинив вреда, и под протестующий визг я понес его в сторону родительского дома. Мелкий трепыхался, впивался зубами мне в пальцы, колотил хвостом воздух, пытаясь достать до моих крыльев и сбить меня с курса, но все было тщетно. И, поняв это, он смирился и безвольно обмяк в моих лапах.
- И только попробуй еще раз убежать из дома! - воспитательную беседу с мелким я проводил прямо в полете. - Родители делают все только ради твоего блага. Пошел бы на праздник, нарвался бы на какую-нибудь компанию, и бог знает, где бы мы тебя тогда искали. А так отсиделся дома, в безопасности… И друзья твои наверняка простые балаболы - кто бы их пустил на праздник? Спали, небось, как миленькие по своим кроваткам, видя десятый сон.
Братец молчал, а я продолжал давить на его совесть. И к концу нашего путешествия понял, что миссию свою выполнил.
Опустившись на большой поляне перед домом, я разжал лапы, и вместо того, чтобы в ту же секунду улететь, младший обернулся, виновато поглядывая на высыпавших на крыльцо родителей, и, шмыгнув носом, неуверенно пискнул:
- Простите…
И тут же мать сжала его в объятиях, отец положил руку на плечо и притянул их обоих к себе, благодарно мне кивая, а бабушка… Бабушка же замерла, не дойдя до нас совсем немного. Взгляд ее стал рассеянным, как бывало всегда, когда ей приходило очередное видение. Родители этого не видели, продолжая обниматься, а вот я отчего-то не мог отвести от нее глаз.
Она была все так же молода, как и много лет назад. Прекрасная эльфийка из благородного и разоренного ныне рода, бабушка вызывала только восхищение. Особенно восхищали ее способности. Она старалась о них не говорить, чтобы мы не думали слишком много о ее бремени, но все же… Ее дар много раз нам помогал. Только вот спасти деда не получилось. Бабушка знала о его смерти заранее, но в нужный момент ее попросту не оказалось рядом.
И сейчас я напряженно следил за ней. Что на этот раз? Кому из моих близких судьба пошлет очередное испытание?
- Фэй, - тихо прошептала она одними губами. Ее взгляд сконцентрировался на мне и… засветился от радости. Я напрягся, наклоняя морду в ее сторону. - Подойди ко мне.
Я осторожно обошел родителей и брата, которые совсем не заметили перемещение прямо рядом с собой здоровой тушки, так сильно были увлечены друг другом, и встал перед бабушкой. Не знаю, почему не обернулся - в тот момент как-то об этом и не подумал. И с ожиданием приговора стал ожидать ее слов.
- Внук мой, - тихо, так, чтобы слышал только я, но торжественно сказала она, - я видела твою пару!
- Пару? - спросил я, удивляясь, как смог удержаться и не воскликнуть в полный голос.
Пара? У меня? Но я же еще так молод! Я шокировано рассматривал довольную эльфийку и не знал, как выразить то, что вертелось у меня в голове.
Пара для дракона - это нечто невероятное, то, что надо заслужить. Просто так ее получить нереально. Дед еще во время войны с дроу нашел измученную бабушку у подножья гор гномов. Ее род, по крайней мере, те, кто выжил после мятежа и кого сослали в пещеры, бросил ее. Вода из магического источника на нее не подействовала, и вместо того, чтобы стать темной, она осталась эльфийкой. Слабой, голодной, без желания жить. Но дед ее спас, став по прошествии нескольких лет ее парой.
Отец с матерью познакомились в куда менее экстремальных условиях. Они долгое время были простыми друзьями, хотя и пересекались только по делу - оба учились в академии на одном факультете. И если бы не практика, которая подкинула им сюрприз в виде сломанного артефакта связи и отсутствие какой-либо помощи в весьма опасном месте, парой они стали бы еще не скоро.
А тут мне говорят, что уже нашлась моя пара. Это же значит, что скоро на нашу с моей половинкой долю выпадет испытание, размер которого определить пока было невозможно. И я был и рад, и напуган одновременно.
Переступив с лапы на лапу, я уставился на бабушку, ожидая ее вердикта.
- Я не смогла рассмотреть ее лица, она стояла ко мне спиной, - сказала бабушка, кладя руку мне на лоб, будто пытаясь передать свои видения. Жаль, такой магии не существует и это был всего лишь жест поддержки. Хотелось бы мне хотя бы раз взглянуть на то, что она видит. - Однако я отчетливо услышала имя ее рода - Сернель. Столько раз она его произнесла, - она покачала головой, - словно знала, что ее в этот момент кто-то слышит.
- Никогда не слышал я о драконах Сернель, - пророкотал я задумавшись.
- И не удивительно, - слабо улыбнулась бабушка. Такая ее улыбка обычно ничем хорошим не заканчивалась. И я снова напрягся. Что это за род такой, что среди драконов о нем неизвестно? - Помнишь, я когда-то рассказывала тебе одну сказку? Про эльфов и дроу? Помнишь, как она начиналась?
- Помню, конечно, - я кивнул, чувствуя, как внутри все переворачивается от дурного предчувствия.
- Так вот, внук, Сернель это не драконы, это эльфы. И, учитывая их проблемы с рождаемостью, - добавила она, - у рода Сернель сейчас только один наследник, вернее, наследница. Поэтому найти твою пару не составит труда…
Слова бабушки вызвали у меня внутренний протест. Ну как же так? Почему моей половинкой станет избалованная эльфийка? Почему не дракон, не оборотень… Да я даже на гнома согласен, лишь бы не слышать все это заунывное нытье по поводу приличий и не комфортных условий и не наблюдать вечное недовольство моей расой! Эльфы же помешаны на своей «первородности», и даже эльфийка, не видевшая в своей жизни ничего, кроме родных стен и удушающей заботы, меня заклюет. Да где же это видано, чтобы благородная госпожа стала парой какому-то там облезлому дракону. И ни магия, ни сила рода, ни мое богатство не смогут примирить эльфийку со мной. Это же не жизнь будет, а настоящее испытание!
Из всех эльфов только бабушка не вызывала во мне негатива. Она столько всего повидала за свою долгую жизнь, что на избалованных представительниц своего народа совсем не походила. И я даже иногда забывал о том, что она эльф.
Но дальнейшие слова бабушки шокировали меня еще больше.
- Но не все так гладко, как хотелось бы, Фэй, - покачала она головой. - Сказка-то на самом деле не совсем уж и сказка, а пророчество.
- То есть, - я встал и заметался из стороны в сторону, привлекая внимание родителей, которые отошли в сторону дома и проводили там с младшим братом воспитательные беседы. - То есть, дева из рода Сернель, моя пара, должна спасти народ эльфов?! Ценой своей жизни?!
Я доходил до одного угла ограждения, разворачивался и шел в обратную сторону, пока снова не упирался мордой в забор. В облике дракона огромный сад казался тесным, но сейчас я этого не замечал.
Я не мог поверить в происходящее. Если я выкраду свою пару и она вместо того, чтобы исполнить пророчество, отсидится в моем доме, то без магии она долго не проживет и детей у нас тоже не будет. Пусть для них я пока был слишком молод, когда-нибудь я бы захотел их… несомненно… А если я не вмешаюсь, девушку ее же родные сами отправят на заклание, и уж тем более никакого «долго и счастливо» у нас не будет.
Куда ни посмотри - исполнит она пророчество или нет - исход один. Наша пара обречена.
Только вот, не зря о драконьей настырности и изворотливости слагают легенды. Я не собирался так просто отступаться, и, решительно вскинув голову и обернувшись, я подошел к бабушке.
- Расскажи, пожалуйста, еще раз эту сказку… пророчество, - поправил я сам себя.
И пока бабушка рассказывала, ведя меня под руку вдоль садовых дорожек к родительскому дому, я запоминал. Зазубривал каждую строчку, ведь пророчество затронуло не только эльфов, но и меня. Я не мог позволить ему исполниться, ибо не хотел терять пару, и не мог позволить ему не сбыться, ведь я не хотел терять бабушку. Выбор был страшный, но я надеялся на благоприятный исход.
А утром, когда я собрался выдвигаться в страну эльфов, меня остановил голос отца:
- Куда это ты крылья направил? Садись пока за стол, ветер не попутный.
Он положил руку мне на плечо и с силой нажал. Я мог бы вырваться - все же не просто так я штаны просиживал в академии, - но не стал. Судя по атмосфере, витавшей за столом, готовилось что-то грандиозное. Мама загадочно на меня смотрела, отец - хмурился, братец грустно вздыхал, и только бабушка флегматично пожевывала корочку хлеба, явно уже зная обо всем наперед.
- Сынок, - радостно начала мама, - бабушка сказала мне, что видела твою пару. И я решила тебе помочь!
Мама была драконицей импульсивной, и сначала делала, а потом думала. И, заслышав ее коронную фразу «решила помочь», я напрягся.
- И чем же? - судя по выражению лица отца, ответ мне не понравится.
- Я разузнала все-все о ныне живущих членах рода Сернель, и написала отцу Винлари - единственной дочери этого семейства, - с просьбой выдать ее за тебя замуж, - как на духу выпалила матушка. - Не волнуйся, я написала ему, что его дочь - твоя пара.
Я поперхнулся. Стать настоящей парой можно, только пройдя выпавшее на вашу долю испытание, и женитьба сейчас это явно перебор. Так скорее отношения между нами накаляться до предела, чем станут такими, какими должны быть позже.
С языка уже хотел сорваться вопрос, как бабушка меня перебила:
- Ты лучше спроси, как она «разузнала это все-все», - единственная эльфийка с хитрецой смотрела на сидящих перед ней рыжих, как на подбор, драконов и улыбалась.
- И как же? - вместо меня спросил отец, подозрительно поглядывая на жену.
- У женщин должны быть свои секреты! - мама кокетливо накрутила прядь волос на палец, но под двумя пытливыми взглядами сдалась и призналась, - Я с утра слетала на границу, отловила одного эльфийского разведчика и под артефактом правды заставила ему мне кое-что рассказать.
- А еще она успела написать письмо Сервилю, получить от него ответ, записать Ковнина на подготовительные курсы в академию и приготовить на всех завтрак, - добавила бабушка.
- Мама! - драконица возмущенно посмотрела на эльфийку.
- Вся в отца, - покачала бабушка головой. - Один ветер в голове - сначала натворишь дел, а нам потом расхлебывай…
- Уже получила ответ? - спросил я, влезая в их перепалку.
- Да, сынок, - вздохнула мать и, повернувшись ко мне, передала мне письмо.
«Дракон Фэйнел из рода Лай-фе-ро-ран Костодари.
Не знаю, как вы узнали о свете всей моей жизни, госпоже Винлари Сернель, моей драгоценной дочери, но на вашу просьбу отдать вам ее руку и обвенчаться я говорю вам «нет». Мой ответ категоричен и изменению не подлежит.
Подумайте сами. Разве может дитя, в чьем сердце чистый свет, разделить вечность с не ведающим света драконом? Разве может возвышенное создание провести всю свою жизнь рядом с тем, кто подобно дикому животному подчиняется инстинктам, охотится на зверей, ест их плоть и кровь, и не сожалеет об их смерти? Разве может дракон стать парой моей дочери?
На все эти вопросы ответы очевидны. Нет, нет и нет. Забудьте и думать о ней. Вы ее не достойны.
И знайте, что за родом Сернель стоят все эльфы. Сам великий эльфийский господин, Его Величество, стоит за нами. Как только я получил ваше письмо, сразу же уведомил короля, и он уже подготовил приказ о вашем аресте. Поэтому, если вам ваша жизнь дорога, советую… нет, настоятельно рекомендую, держаться от Винлари и от нашего государства как можно дальше.
Забудьте и думать о Винлари, если ваша жизнь вам дорога. У вас разные судьбы, и в ваших же интересах отступиться.
Я дочитывал последние строчки, чувствуя, как меня трясет. Этот эльф в своем письме оскорбил меня, всю мою семью столько раз, что подобное смывается только кровью. А главное, он наверняка растрезвонил всему своему окружению обо мне, раз уж дошел до короля, и теперь пробраться к Винлари будет не так просто.
Следовать его совету, обличенному в такие красивые, но скрывающие такой неприятный смысл слова, я не стал и не стану. Эльфы просто не понимают, что такое пара для дракона. Сами-то они живут вечность и не знают о настоящей любви, заключая браки не по чувствам, а по расчету. Нужно усилить влияние рода? Нужно получить больше территорий? Нужно продвинуть своего родственника на теплое местечко? Пожалуйста, подбирай подходящую партию и соединяйся с ней узами брака.
Но дракону от этого тошно. Любые рамки, любые ограничения… в них дракону тесно. Душа требует свободы. Мы изрыгаем огонь и должны сами постоянно быть такими же живыми, как горящий костер, чтобы не спалить себя дотла. Брак по расчету для дракона - верная смерть.
А полюбить мы можем только того, кто идеально для нас подходит. По характеру, по здоровью, по силе духа… И в каждом случае всегда происходит по-разному: кто-то дополняет, а кто-то становится похожим как отражение друг на друга. Нельзя предугадать, какой будет пара.
А потому, отказываться от своей пары, я не собирался. Чтобы быть счастливым, нельзя оставаться одному. И советы эльфа, не знающего, о чем он вообще говорит, разозлили. Прямо до трясучки.
Собрав все необходимое, я в тот же день вылетел в дорогу. Ждать было нельзя. Надо было хватать Винлари в лапы и бежать, пока ее окончательно не спрятали. Все осложняло пророчество, которое я собирался помочь ей выполнить и при этом остаться в живых.
Но остановившись на ночлег в пограничном городе, чтобы набраться сил перед последним рывком, я нарвался на неприятности и встретил его. Самого необычного эльфа из всех, кого я когда-либо видел и знал, кроме, разумеется, бабушки.
Винни не переставал меня удивлять. Вернее, не переставала. Пока что я не понимал, зачем она выдает себя за мужчину, попутно разыгрывая смерть Винлари, своей женской версии, но выдавать ее не собирался. Другие эльфы бы жизни ей не дали.
Вот и сейчас, простояв на конюшне в поместье ненавистного мне семейства и так и не дождавшись ее, я вышел вслед за ней, пытаясь понять, куда же Винни подевалась. Что снова эта странная эльфийка умудрилась учудить?