Глава 27

На том наш разговор и закончился. Нам обеим необходимо было восстановить силы, чтобы продолжить путь, и мы решили немного поспать. Все равно лошади дадут нам знать, если кто-нибудь чужой к нам приблизится, поэтому выставлять дежурных не имеет никакого смысла. Вот и улеглись мы на сухие листья, заложив руки под голову и закрыв глаза.

Я старалась прогнать лишние мысли из головы. Ну правда, зачем сейчас думать о том, что наши лошади спокойно подпустили к себе чужаков, которыми мы для них являлись, и что они могут поступить точно так же снова? Или зачем мне сейчас в красках представлять, какие насекомые скрываются среди опавшей листвы и готовятся напасть? Если продолжить так думать, уснуть точно не получится.

Не то, чтобы я прям сильно хотела спать так, что глаза слипались или сидеть ровно не могла, и голова сама клонилась к полу… Нет, но пока у нас есть двухчасовая передышка, ей надо воспользоваться. Выспать, так сказать, из жалких минуточек все что можно.

Но сон упрямо не шел. Я лежала с закрытыми глазами, ощущая как все ушибы горят, пульсируют, а вывих так вообще доставлял массу эмоций. Я все никак не могла улечься, чтобы ничего не болело. А потому просто замерла, стараясь не шевелиться лишний раз.

Надо мной шумела листва. К вечеру начал подниматься ветер, который заглушал звуки леса, и теперь слышно было только шелест. Даже стрекот насекомых на этом фоне пропадал, хотя обычно кузнечики или сверчки покоя не давали, устраивая громогласные концерты чуть ли не прямо над ухом.

Небо постепенно стало совсем темным. Где-то на западе наверняка еще виднелось заходящее солнце, но мне открывался только маленький синий клочок между кронами деревьев. На этом клочке начали появляться пока что блеклые звездочки, к которым надо было хорошенько присмотреться, чтобы увидеть их.

Люся зашевелилась. Перевернулась набок, подложив ладошки под голову и поджимая колени к груди, и сладко причмокнула губами, вздыхая. Начало холодать. И если мне в рубашке и штанах, пригодных для разведчиков, было вполне тепло - только лицо и пальцы рук мерзли, - то Люсе не позавидуешь. На ней были какие-то тонкие обтягивающие лосины и платье до колен, с глубоким вырезом и тонкими бретельками на плечах. Я задавалась вопросом, как она вообще в таком наряде уснула? Земля же колется.

Впрочем, помочь фее я никак не могла. Все мои вещи, кроме тех, что на мне, остались в поместье у Сервиля. Конечно, самую важную вещь я взяла с собой, как знала, что сумка - не самое надежное место для хранения. Только тут же пришло осознание. Мне просто сказочно повезло, что меня не стали обыскивать похитители - а зачем, если пленнику и так и так конец, а сбежать от них еще ни у кого не получалось?

Я аккуратно, стараясь не разбудить Люсю и не потревожить больную руку, провела пальцами по локтю, нащупывая небольшое уплотнение, и с облегчением вздохнула - точно не обыскивали.

И я снова вернулась к разглядыванию неба. В какой-то момент совсем рядом послышался до боли знакомый скрежет, и даже поднявшийся ветер не смог его скрыть. Он донесся как раз со стороны дерева, будто прямо за ним к нам бежали сколопендры.

Я приподнялась, с досадой отмечая шевельнувшуюся листву, и легонько схватила Люсю за плечо. Она тут же испуганно открыла глаза, но, увидев меня, немного расслабилась. Я приложила палец к губам, дождавшись кивка с ее стороны, и только тогда разжала пальцы.

«Что происходит?» - прочитала я по ее бегающим глазам.

Я показала пальцем себе на ухо, надеясь, что фея догадается прислушаться, но не увидев никакой реакции, одними губами по слогам сказала:

«Тем-ны-е», - и Люся меня поняла. Тут же замерла, как испуганная мышка, и долго-долго вслушивалась, откуда доносится шум. Но, судя по недоуменному взгляду, который она на меня бросила спустя пару секунд, она так ничего и не услышала.

И я сделала для себя вывод, что слух у фей, откровенно говоря, так себе, ведь не услышать такой жуткий, громкий скрежет надо постараться.

Но пока шум не стремился к нам приближаться. И хотя из-за его громкости мне казалось, что враг близко, чуть ли не прямо за деревом, на самом деле в поле зрения никого не было. Пока я наблюдала за обстановкой, Люся наблюдала за мной. Снова переносить нас телепортом она не спешила, то ли силы еще не восстановились, то ли повода не было. Лошади наши так вообще, даже ушами не пошевелили, будто и не слышали сколопендр. И непонятно: привыкли ли они к этим опасным животным или просто сторожа из них плохие, - но, ясное дело, полагаться на них не стоит. Пока темные будут нас окружать, лошади как паслись, так и будут мирно пастись.

А вот был бы со мной Тейн…

Я лишь печально вздохнула. Как он там? Кормили ли его? Он же наверняка голодный сидит, в тесном стойле, и ждет меня. А как мне до него добираться, если я не имею ни малейшего понятия о том, где я сейчас нахожусь и в какой стороне эльфийское поместье? Одна надежда была на дракона, который за время общения со мной видел, как я отношусь к Тейну. Вдруг догадается покормить моего конепса…

Скрежет на мгновение стих. Я осторожно выглянула из-за дерева, и с долей облегчения выдохнула - никого. Только на душе все еще было неспокойно. С тех пор как вырвались из дома полукровок, так нехорошее предчувствие меня и не покидало.

Я отвернулась к Люсе, опираясь спиной на шершавый ствол дерева, как вдруг землю сотряс рев. Он длился не меньше пяти секунд, и издавал его явно немаленький зверь. Сначала это было больше похоже на крик злости, который ударил по ушам, затем он перерос в низкий, гулкий рокот, а после раздался треск. Снова застрекотали сколопендры, но уже как-то быстрее, будто они старались ускользнуть от кого-то. Подобно раскату грома щелкнули массивные челюсти, и одна из сколопендр завизжала.

Теперь эти звуки слышала не только я. Люся опять схватилась за меня, словно я была единственной надежной опорой поблизости, и вздрагивала на каждый громкий рык. И если на стрекот сколопендр, наши лошади реагировали весьма флегматично, то рычание неизвестного зверя заставило их оторвать морды от травы и испуганно заозираться.

Раздался грохот. Деревья, одно за другим, начали падать, задевая ветвями соседние, треск стоял оглушительный. А потом со стороны, откуда доносились звуки, вдруг повеяло запахом гари. Едва заметный, можно было подумать, что это лишь плод моего воображения, он становился все тяжелее и тяжелее, и в какой-то момент, выглянув из-за дерева, я увидела, как в нашу сторону ползет густая серая дымка, поднимаясь все выше и выше к небу. В темноте ночного леса заметить ее было сложно, по крайней мере, до тех пор, пока она совсем к нам не приблизилась.

А когда я поняла, что глаза мне режет вовсе не от усталости, было уже поздно. Токсичные газы сбивали дыхание, отдавались болью в висках, мешая смотреть под ноги. Как мне еще хватило сообразительности увлечь Люсю за собой и направиться в сторону, куда сбежали наши лошади, - большой вопрос. Я попыталась закрыть нос рукавом, но это было совершенно бесполезно, потому что такая преграда едкому дыму была не помехой.

Нам в спину дышал пожар. Подгоняемый ветром, он почти бежал за нами по пятам. Больше нам холодно не было - от огня стремительно начало распространяться тепло, а затем и жар. Один раз я оглянулась, проверяя, как далеко от нас очаг возгорания, и не поверила своим глазам. Яркое оранжевое пламя почти мгновенно перекидывалось с дерева на дерево, ползло по земле, пожирая сухие листья, сминая траву, оставляя за собой тлеющие черные угли. Оно подбиралось к нам.

Я сцепила зубы, буквально волоча за собой фею. Она уже с трудом переставляла ноги, кашляла, чуть ли не складываясь пополам, и постоянно запиналась обо все кочки, коряги и ветки. Мне самой было не легче - организм работал на износ. Но, хоть резервы и истончались стремительно, пока силы все же оставались. И я упрямо ускоряла шаг.

Рядом мелькали силуэты животных, стремительно убегающих от огня. То на нас из-за пригорка выскакивал олень, тут же отпрыгивающий от людей как от прокаженных, то пробегал пестрый фазан, думая, что по земле быстрее, чем по воздуху. Некоторые животные, наоборот, глубже забивались в норы, обваливая ходы. Живность спасалась, как могла.

Наши лошади сбежали раньше, чем мы успели понять, что что-то не так. Окрас животных ночью было видно плохо, и, несмотря на привязанные к дереву поводья, они смогли вырваться, с силой дернув пару раз головой и оборвав крепления, которые сделаны были явно на небольшие средства. И только топот копыт донесся до нас, быстро растворяясь в гуле пожара.

В какой-то момент я поняла: все, больше не смогу. Сяду здесь и буду терпеливо ждать, пока огонь до меня не доберется. Казалось, каждая мышца в теле дрожит и сопротивляется, заставляя стоять на месте. Но даже смертельная усталость не могла заглушить вопли разума. Жить хотелось больше, чем когда-либо.

- Люсь, - прохрипела я, удерживая фею под локоток, - я знаю, что у тебя не так много сил осталось, но хотя бы попытайся нас перенести.

- Есть проблема. Мало того, что мне может не хватить резерва, так я еще и не смогу проконтролировать, где нас выкинет.

Фея бормотала себе под нос, смотря куда-то мимо меня, словно и не видела уже. Я ее понимала - дым мешал мыслить ясно. И я бы ее совсем не услышала, если бы мое внимание не привлекли ее последние слова.

- Что значит, не знаешь? А если нас в самое пекло закинет?

- То и значит! - сорвалась фея, начиная психовать. - Я могу только вложить магию в перенос и избежать столкновения с другими объектами, чтобы не появиться где-нибудь в земле! А уж в какую сторону - этого я сказать не смогу. Можем рискнуть, но ручаться, что мы появимся в безопасном месте, я не могу.

- У тебя есть силы бежать? - выдохнула я, глотнув едкий воздух и закашлявшись. Фея отрицательно покачала головой. - У меня тоже. Тут пока безопасно, но ветер движется слишком быстро. Сколько у нас в запасе минут? - я снова обернулась, разглядывая освещенный огнем лес. Огонь полз по деревьям вверх, превращая их в огромные факела, высотой с девяти-десятиэтажные дома. - Боюсь, у нас есть только одна возможность что-то предпринять...

- Если что, - пугающе спокойно сказала фея, - прости меня. И спасибо. Если бы не ты, я бы продолжала делать артефакты телепортации для дроу, и только боги знают, как много жертв бы еще было по моей вине.

- Подожди, телепорты?

В моей голове роились вопросы к Люсе, но она, по всей видимости, уже активировала свою магию, и на мгновение мне почудился свежий воздух, которым я попыталась надышаться. Но едва я моргнула, как запах гари вернулся. И вернулся с удвоенной силой. Глаза тут же заволокло дымом, он полез в нос, в рот, кожу обожгло огнем, и сквозь серую пелену ярко полыхал пожар.

Что примечательно, Люси поблизости не было. Я больше не чувствовала ее пальцев на своей руке, не слышала ее голоса и, тем более, не видела ее. Зато я прекрасно услышала тяжелое жаркое дыхание прямо за моей спиной. Я медленно обернулась, прикрывая лицо от летящих мне навстречу искр, и даже мутным зрением смогла разглядеть вытянутую хищную морду с острыми зубами, выглядывающими из-под верхней губы.

Как ни странно, первым делом я подумала не о том, что передо мной тот самый зверь, который недавно грозно рычал на всю округу. Нет, я списала увиденное на помутнение рассудка, вызванное длительным пребыванием в едком дыму. Ну правда, что угодно может привидеться, если надышаться угарного газа. И я не стала обращать на воображаемого зверя внимание, с ужасом глядя на окруживший меня огонь.

Под ногами тлели угли высохшей травы, рядом скрипело догорающее дерево, которое медленно сползало вниз, угрожая вот-вот рухнуть прямо на голову.

Это, похоже, конец. Я как никогда четко это поняла. Не знаю, что произошло и почему телепорт феи раскидал нас по разным местам, но сейчас это было уже и не важно. Выбраться отсюда шансов нет никаких. Самостоятельно. Но что-то я не вижу никого, кто мог бы мне сейчас прийти на помощь.

Только неведомое чудовище, которое все это время почти не шевелилось, продолжая шумно дышать мне в лицо, обдавая горячим дыханием. Но много ли с него возьмешь, если оно не настоящее?

Печально улыбнувшись своим мыслям, я перестала смотреть по сторонам и просто положила руку на морду чудовища. Надо просто немного потерпеть, и все закончится. Я ожидала, что под моими пальцами окажется какой-нибудь, камень, обгоревший ствол дерева или, на крайний случай, совсем ничего, но когда я нащупала покрытую мелкими чешуйками кожу, ноздри и когда зверь дернул головой, я шокировано замерла. Происходящее даже при большом желании уже не спишешь на галлюцинацию. Я не могла выдавить из себя ни слова. Во-первых, дым осел в легких и мешал даже дышать нормально, не говоря уже о том, чтобы говорить. А во-вторых, меня, естественно, сковал страх. Мало того, что я нахожусь в непосредственной близости от чудовища, у которого неизвестно какие мысли в голове, так я еще и руку положила чуть ли ему не прямо в пасть.

И теперь я даже не знала, как поступить. То ли попытаться отойти от него, то ли остаться и не двигаться. Вроде и жрать меня сразу за своеволие никто не собирается, а вроде и судьбу испытывать не хочется.

- Ты кто? - вдруг послышался рокот из огромной пасти. - Темный? Я не чувствую от тебя никаких запахов.

Чудовище оказалось говорящим. Впрочем, меня это не удивило. Мысли в голове путались, и в какой-то момент я даже забыла о том, что нахожусь в другом мире.

- Во… Воспитательница я, - пробормотала я, не уверенная, что говорю это вслух. - За детьми приглядываю, преподаю…

- И как же ты здесь оказалась, воспитательница? - чудище снова обдало меня дыханием, и я вдруг отчетливо поняла, что самый сильный запах гари шел именно из его пасти, а не от огня вокруг. Но подумать о том, что именно этот зверь виновен в устроенном пожаре, я не смогла.

- Меня похитили, - ответила я, испытывая странное чувство дежавю. Будто когда-то давно я точно так же отвечала на похожий вопрос. В голове промелькнуло лицо орка с серой кожей, но воспроизвести воспоминание полностью мне так и не удалось. - Полукровки, дроу… Со мной была фея… Люся? Люся! - попыталась я позвать подругу по несчастью. Но никто не отозвался. - Мы с феей вместе сбежали.

- Похоже, правду говоришь, воспитательница. Темные тут недавно пробегали, искали кого-то. Полагаю вы-то им и были нужны… - чудище продолжало что-то говорить, но я уже не слушала. Может и хотела, но звуки проносились мимо меня, будто я стою совершенно глухая. Даже жара я больше не замечала. И только запах гари пробивался в мое сознание.

Внезапно чудище щелкнуло челюстями прямо над моей головой, и меня как-то резко оторвало от земли. Одежда в груди натянулась, шов больно врезался в плечи, и я отчетливо услышала треск одежды, будто кто-то хорошенько прошелся по ней ножом. Хотя почему «будто»? Огромные острые зубы действительно пропороли мою рубашку в районе спины, будто нож - масло, и чудище, держа меня как котенка за шкирку, стремительно направилось прямо в огонь. Оставалось только удивляться прочности ткани, которая не стала рваться дальше после нескольких дырок.

Я устало прикрыла глаза, полагаясь на волю зверя. Решил меня зажарить на огне? Что ж, его воля. Болтаясь вот так в зубах чудища, я меньше всего думала о том, что меня ждет. Я беспокоилась о судьбе Тейна, думала о сбережениях, оставшихся на Земле. Их можно было бы пожертвовать детскому и собачьему приюту, порадовать их воспитанников подарками. И, как никогда сильно, я вдруг пожалела о том, что не находила времени на родственников. Со смертью родителей я как-то перестала ходить к ним в гости, откупаясь переданными через кого-то подарками. А ведь мы не чужие друг другу люди…

Но пока в моей голове вяло барахтались эти мысли, ничего вокруг больше не происходило. Огонь не спешил обжигать меня, дым больше не лез в нос и глаза.

Я рискнула приподнять ресницы и увидела прямо перед собой мерцающую полупрозрачную пленку. Жадное пламя ударялось об нее и с шипением отскакивало прочь, вскоре затухая. Пожар вокруг постепенно начал угасать. Я бессмысленно смотрела, как под неведомой силой огонь прижимается к земле и сворачивается до маленькой искорки, которая больше не могла разгореться и тут же рассыпалась пылью.

Дым начал рассеиваться. Дышать становилось все легче и легче, и я снова закашлялась, но уже от того, каким чистым был воздух. Перед нами с чудищем распростерся овраг, на другой стороне которого заканчивался лес. Меня перехватили покрепче. Я позвоночником почувствовала большие зубы и постаралась замереть. Но сделать это не так просто, когда ты болтаешься в чужой пасти.

Я не успела даже рта открыть, как зверь в один прыжок перемахнул этот овраг. А когда мы вышли на поляну, он и вовсе взлетел. До этого момента я даже и не подозревала, что у чудища есть крылья. Но когда мои ноги начали стремительно удаляться от земли, я вдруг осознала этот факт. Как-то мне не до рассматриваний было раньше, а сейчас уже и вовсе поздно. Зверь определенно страшный. Спиной чувствую.

В лицо ударил холодный воздух. Но я этого почти не замечала. Меня всю сковало от ощущения свободного полета. По сути, чудище меня почти не держало, ткань могла в любой момент треснуть, и я бы полетела вниз. Полет на самолете не шел ни в какое сравнение с происходящим. Мне хотелось вцепиться во что-нибудь руками, хотя бы для иллюзорного спокойствия и безопасности, но цепляться было попросту не за что. И я, слыша только грохот своего сердца, считала секунды, мечтая, когда же это все закончится.

Чудище мои мысли как будто бы услышало, и начало снижаться. Мы приземлились у реки. Меня аккуратно поставили на ноги, но они меня не держали, словно и не мои ноги вовсе. Я рухнула на землю, уперевшись руками перед собой, и попыталась отдышаться.

- Ты как, воспитательница? - пророкотало чудище. - Извини, помочь пока ничем не могу, я в этом облике на какое-то время застрял.

- Ж-жива, - ответила я, хотя зуб на зуб у меня не попадал. Говорить о себе в женском роде было несколько непривычно, но поделать я с собой ничего не могла. Раз уж начала общаться со зверем так, то было бы очень странно, если бы я вдруг переметнулась и заговорила о себе в мужском. - Хотя бывало и лучше.

Приведя себя более-менее в чувство, я посмотрела на своего спасителя и одновременно мучителя. И как посмотрела, так и не смогла отвести взгляда.

Передо мной был дракон. Такой же, как тот, которого я видела в первый день в этом мире, но другого окраса. Ящер поражал своими размерами. Сейчас он опирался на свои крылья с двумя черными когтями на сгибе и даже так возвышался надо мной на полтора метра. Передних лап у него не было, но, по всей видимости, они ему были и не нужны - для опоры хватало развитых пальцев на крыльях. У него была треугольная вытянутая морда с ярко выраженными надбровными дугами. Глаза на фоне морды казались небольшими, но такого насыщенного янтарного цвета, что создавалось впечатление, будто они светятся. Шея у дракона была гибкой, чуть ли не в треть его длины, она плавно переходила в узкие, но мощные плечи с бугрящимися под шкурой мышцами. Ящер был худым. На фоне талии грудина казалась просто огромной, но, как и у любого летающего существа, там скрывался киль. Хвост тоже был длинным, с несколькими, похожими на закрылки парными выростами. Задние ноги были массивными, чтобы отталкиваться от земли, с острыми загнутыми когтями.

По всей длине дракона, начиная с носа и заканчивая кончиком хвоста, шли выросты, похожие на спинной плавник дельфина. Однако их было намного больше по количеству, и они были значительно меньше в размерах, если смотреть относительно пропорций. В общем, дракон оказался огромной зверюгой. Целиком его длина не превышала метров десяти, но что для жителя мегаполиса норма, то для этого мира - реально устрашающий размер.

А главное, на темном фоне ночи дракон был хорошо заметен. Его окрас выделял его из общей серости и блеклости, будто кто-то специально подсвечивал ящера факелом. Морда была значительно темнее туловища, почти черная. Но выросты, украшающие голову, пестрели ярким мандариновым цветом с примесью красного. Этот цвет переходил на спину, разрастаясь и немного светлея на перепончатых крыльях, на которых были еще хаотичные желтые прожилки, превращающиеся в узоры. Брюхо, насколько мне позволяло увидеть мое положение, было темным. Если бы дракон летел, то с земли его заметить было бы довольно сложно. Только крылья, опускающиеся во время взмахов, могли бы выдать его.

- Нравлюсь, воспитательница? - веселясь фыркнул ящер, давая мне себя рассмотреть. - Значит, ты в порядке.