Глава 2

Ивар прошёл границу изгороди и, не останавливаясь, двинулся дальше.

- Эй, ты! – крикнула изумлённая Ирма. – Ты куда?

- Ты сама сказала – есть дом, где меня накормят! – ухмыльнулся мальчишка-некромаг, скосившись назад лишь на секунду.

- Но ты забрал мой браслет! – возмутилась Ирма.

- Тебе жалко, что ли? – донеслось до неё.

Компашка, открыв рты, смотрела ему вслед. Ирма облизала губы и прикусила нижнюю. В последнее время она начала слишком болезненно откликаться на самые мелкие обиды. Селена объясняла: это потому что она растёт, а у подростков всякое бывает в это время. В смысле – перепады настроения. Ирма не знала, верить или нет хозяйке Тёплой Норы, но чисто практически знала о себе, что может порой и всплакнуть. Но сейчас… Она тоже посмотрела вслед наглецу, который, по сути, ограбил её, желавшую ему только добра, и внезапные слёзы хлынули так, что она не сумела удержаться от всхлипа. Риган первым подбежал к ней, сдирая с запястья свой браслет и объясняя, что артефакт-проводник ему, как дракону, всё равно не нужен... Лицо мальчика-дракона кривилось от сопереживания, и волчишка заревела ещё сильней, но уже от понимания, что друзья её не бросят за оградой в одиночестве.

- Не надо, - решительно вмешался Берилл и перешагнул границу изгороди. – Риган, не отдавай ей браслет. Мы сейчас поможем тебе, Ирма, а потом скажем взрослым, чтобы они забрали твой браслет у этого Ивара.

- А-а ка-ак? – зарыдала Ирма. – Ка-ак вы-и поможете-е?!

Мальчишки вернулись на территорию деревни.

- Вади, иди сюда, - скомандовал Берилл, и оба встали в проёме калитки от ворот. – Ирма, мы протянем тебе свои руки. Ты возьмёшься за наши браслеты – и перейдёшь.

Слёзы не высохли, но удивлённая волчишка не была бы Ирмой, если бы не спросила:

- Т-ты думаешь, та-ак получится?

- Братство постоянно экспериментирует, - напомнил Берилл. – Ну и мы попробуем.

Ирма шмыгнула носом, печально глядя на протянутые к ней руки, а потом вытерла ладошки о штаны и взялась за руки друзей.

Не получилось. Но Берилл оставался спокойным.

- Зато проверили! Вади, вот тебе мой браслет – отнеси ей.

Лица ребят из компашки вытянулись. О таком простейшем варианте перехода они и не подумали! А ведь сами же предложили его Ивару! Да и Риган…

И всё получилось! Ирма постояла немного перед калиткой, а потом нерешительно шагнула вперёд. И оказалась в деревне. И снова разревелась, стягивая браслет Берилла с руки. Подошёл сзади Риган, обнял её за плечо. Вади рядом постоял-постоял немного, кривясь от неясного чувства, и тоже обнял.

- Надо предупредить всех, - задумчиво сказал Берилл.

О чём предупреждать – никто спрашивать не стал. И слово «всех» означало: в первую очередь об этом опасном Иваре должна узнать Селена.

Они потопали к дому, тревожно рассуждая о том, почему такой тип появился в их деревне и не попадёт ли из-за него компашке, если все узнают, что именно малолетние бандиты помогли войти Ивару в деревню. И снова резко встали: пропавший было с глаз, Ивар сидел среди высокой травы на лужайке и вертел в руках браслет Ирмы.

- Чего вы так долго? – лениво спросил он – и внезапно бросил волчишке её браслет. Та, не ожидавшая броска, с трудом поймала собственность. Ивар ухмыльнулся, и ребятам показалось, что смеётся он не над неловким движением волчишки, а над её заплаканным лицом. – Обещали проводить, а сами где-то валандаетесь! Идём, что ли?

… Любимое время Селены в Тёплой Норе – час перед ужином, когда дети собираются в гостиной. Старшие болтают между собой, обсуждая дела повседневные и учебно-школьные, младшие копошатся в своём уголке, где громоздятся не только игрушки, но и книги с альбомами.

Сегодня специально за полчаса до ужина привели в гостиную со второго этажа Минну с её сестрёнками, познакомили сразу со всеми, а потом отдельно познакомили старшую девочку с Вильмой и объяснили, что та нянчит самых маленьких. И, возможно, младшие девочки-оборотни перейдут в её «апартаменты». Минна молча цапнула всех своих младших и крепко прижала к себе. Те аж пискнули от неожиданности. Вик тут же вцепилась в плечо старшей сестры.

- Ничего, - сказала Вильма, усмехнувшись этому отклику на объяснения. – Я даже рада, что ещё и с твоими возиться не придётся. – И, склонившись в сторону, подняла с коврика Шамси и Торсти. – Своих хватает, так ведь?

Малыш-эльф Корилус рассмеялся, когда двойняшки-оборотни заныли, требуя у Вильмы отпустить их на пол. Зато подошла Илмари, взялась за руку своей любимой воспитательницы, с любопытством глядя на малышек-оборотней.

- И… сколько их у тебя? – скептически, явно не веря, спросила Минна.

- Судя по кроватям в двух комнатах, двенадцать или тринадцать, - фыркнула Вильма, и Минна округлила глаза. – Не веришь – можешь зайти посмотреть. Всё хочу прогнать пару подросших бандитов, да пока не получается. Например, Ирма уходить не хочет из-за своих дружков, Вилла и Тармо. И Берилл из-за этого не уходит. Риган хоть и живёт в отдельной комнате, но, когда ему снятся кошмары про бурю, в которую он попал, он тоже приходит ко мне.

- Риган – это кто?

- Дракончик. Его нам драконы Вальгарда привезли. Разве вам не сказали?

- У вас и драконы есть? – с чувствительным страхом спросила Минна. – Нет, нам в машине говорили про драконов, но я подумала…

Вильма посмотрела на неё и пожала плечами.

- Я вижу, ты ещё не всех разглядела. Вон там – детский уголок. Люция! Не хочешь познакомиться с новенькими малышами?

Топая даже по толстому коврику, косматенькая Люция осторожно пробралась между игрушками и ползающими по полу детьми и встала перед Минной. Малышки-оборотни уставились на странную девочку с раскосыми глазками. Минна смотрела на неё со страхом и насторожённостью и вдруг обмякла и даже сумела улыбнуться.

- Спасибо, Люция, - насмешливо сказала Вильма. – Ну что, Минна, оставишь своих сестрёнок ползать по полу? Отсюда они никуда не убегут.

Минна удивлённо следила за уходящей Люцией, явно ничего не понимая. Зато понимала и Селена, и другие ребята постарше. Люция в последнее время обожала использовать эмпатию, располагая к себе всех незнакомых, но симпатичных ей существ.

Выяснив у Джарри и Колра, что это безопасно для психики тех, на кого воздействует малышка-дракончик, Селена не стала вмешиваться и в сегодняшний случай.

Главное – малышки-оборотни, не обернувшиеся в человеческую форму, сначала нерешительно, а потом более активно задвигались в сторону шкафа в виде угла, битком набитого игрушками и играми, – верхние полки манили разноцветными обложками детских книг. При шкафе располагались два манежа для самых маленьких, с горами игрушек. Здесь же царил Моно – малыш-тролль, умеющий на ходу придумывать небольшие сказки и тут же воплощать их в виде спектакля, командуя куклами. Он настолько страстно занимался этим своим увлечением, что даже подростки, бывало, заворожённые его миниатюрами, забывали обо всём на свете… Селена в последнее время про себя обзывала Моно телепузиком, имея в виду не только его работу на публику, но и то самое «пузико» маленького тролля, на которое обычно умилялась старшая сестра Моно – Лайла.

Селена оглянулась. Неподалёку от детского уголка сидел в кресле Коннор и играл в «ладушки-ладушки» с младшим братом…

Кроме него, из братства, возле кресла – прямо на полу – сидел Колин, насупившись на громадную книгу, которую читал, по мнению Селены, слишком быстро. Но хуже всего, что читал эту книгу Колин в полутьме. Селену это раздражало – из боязни, что он может испортить зрение. Хоть она и знала, что маги умеют читать так, что глазам ничего не грозит… Вот мальчишка-оборотень вздохнул и поднял глаза, заслышав незнакомые голоса. И замер. «Что это он?» - удивилась Селена и попыталась пройти по линии его взгляда. И наткнулась на ещё одну застывшую фигурку. Вик – средняя сестра Минны! Мальчик и девочка, оборотни, немигающе смотрели друг на друга, наверное, с минуту, а потом резко отвели взгляды в стороны.

Коннор чуть заметно усмехнулся, поймав взгляд Селены. Он тоже был рад. Колин отличался от всех ребят-оборотней в их доме не только тем, что по крови принадлежал братству, но и тем, что излишне увлечён учёбой. Даже взрослые тревожились из-за этого. Но, если теперь у него появится подружка…

Стен заплясал на коленях брата, бурча и требуя отпустить его на пол.

Коннор улыбнулся братишке – и поставил его на коврик. Стен радостно побежал в детский уголок, из которого слышался таинственный голос толстячка Моно.

Ещё минуту спустя Коннор исчез. Селена даже поморгала, пытаясь понять, когда он успел сбежать. Хотя в памяти промелькнуло, что он вроде встал и склонился к Колину сказать ему что-то… Думая, было ли это, нет ли, Селена подобралась к мальчишке-оборотню и негромко спросила:

- Колин, куда ушёл Коннор?

- Ты не беспокойся, Селена, - забормотал тот. – Он только на минутку – и вернётся.

- На кладбище, - поняла она.

- Селена! Ему там легче думается, - попробовал Колин защитить старшего брата.

- Ладно, всё хорошо, - сухо сказала Селена и, встав, отошла в сторону.

В конце концов, Коннор – некромант, и Колин прав: Коннор не впервые уходит на кладбище, чтобы решить там важные для себя вопросы и, может, даже найти ответы. Но Селена не любила одного: он порой мог опоздать в столовую. А ведь это время одно из лучших в Тёплой Норе. И, насколько она помнила, Коннор довольно часто успокаивался именно в столовой. Как ни странно.

И как будто эхом на её последнюю мысль из столовой вышли дежурные.

- Ужин готов!

Дети не спеша начали подниматься со стульев или с пола и спокойно идти в столовую. Селена невольно ухмыльнулась, заметив, какими изумлёнными глазами смотрели на её ребят Минна и Вик. Чему удивляются? Что обитатели Тёплой Норы не бегут сломя голову садиться за столы и хватать с них пищу?.. Обе худенькие. Недоедали в Западном приюте?.. Минна обернулась на тихую подсказывающую реплику Вильмы, которая, кажется, взяла-таки шефство над новичками. Спустя секунды новенькая подняла своих самых младших. Вик жалась к ней, хотя промелькнуло мгновение, когда девочка-оборотень огляделась и обрадованно вспыхнула: ответно оглянулся Колин.

Когда в гостиной почти никого не осталось – только в детском уголке Корилус смешливо уговаривал Брина на что-то, а Люция смотрела на них снисходительно, как умела только она, Селена начала сердиться: Коннора до сих пор нет. На звук шагов сбоку посмотрела не сразу. Спускались Мирт и Хельми, за ними плёлся Мика, уткнув нос в бумаги с чертежами: недавно Селена рассказала ребятам древнегреческую легенду об Икаре, и Мика загорелся смастерить такие крылья.

От резкого шипения Люции Селена схватилась за сердце. Корилус и Илмари не менее резво порскнули от девочки-дракончика.

- Ч-что с-с ней? – поразился Хельми, ускоряя шаг.

Люция хищно осмотрелась и сдёрнула с кресла чёрную накидку для сиденья. Накинув её, она, выразительно изображая прячущуюся, побрела к окну. Испугавшись, как бы девочка не вскочила на подоконник, чтобы потом слететь с него, Селена тоже побежала к окну. Люция и в самом деле подпрыгнула. Но не для того чтобы вскочить на подоконник. Девочка-дракончик жёстко оборвала стебель несчастного цветка, стоявшего в горшке, а потом почти разодрала его в клочья. Как ещё горшок не свалился!..

- Люция! – жалобно воскликнул Мирт. – Жалко же цветочек!

Люция обернулась к нему и начала боком подкрадываться к бегущему к ней Хельми. От удивления Хельми чуть не споткнулся и остановился. Мика хмыкнул с лестницы, искренне заинтересованный.

- Предсказание? – предположил он. – Ну что ж. На этот раз хоть без крови. Хотя цветок и в самом деле жаль. Или кровь ещё будет? А где Коннор?

Люция сбросила с себя накидку и, деловито шлёпая голыми ножками по части пола без коврика, удалилась к детскому шкафу.

- Я возьму её с-с с-собой, С-селена, - сказал Хельми и шагнул за дракончиком.

Он успел и впрямь взять её на руки и даже сделать несколько шагов из детского уголка, когда в гостиную открылась дверь из тамбура и раздался звонкий голосок Ирмы:

- Заходи!

Первой появилась именно девочка-оборотень. И сердце Селены дрогнуло: она давно не видела, чтобы лицо у Ирмы было настолько заплаканным – даже глаза впали. Следующим за ней вошёл незнакомый подросток в чёрном балахоне, худенький и насторожённый. И только потом ввалилась вся компания Ирмы, с которой она уходила на пейнтбольное поле, и Риган. Все – очень сильно серьёзные.

- Вон чего Люция-то… - заключил Мика, для большего обзора текущих событий засевший на середине лестницы. – Эй, а ты кто?

- Никто, - напряжённо ответил подросток.

Он не отрывал взгляда от выпрямившегося Хельми с Люцией на руках. И парень-дракон, и драконишка узнаваемы сразу: скуластые лица с большими раскосыми глазищами не спутаешь с другими. Но для Селены странным было иное: если незнакомый подросток вошёл с Риганом, почему так смотрит на Хельми? Или он не ожидал, что в доме могут быть ещё драконы?

Странно, но в лице юного дракона, внезапно ставшем бесстрастным, как у заядлого игрока, что-то промелькнуло необычное. Словно он смотрел на человека, которого узнал.

– Ваша Ирма обещала, что меня здесь накормят.

Недоумевающая Селена вдруг поняла: незнакомый подросток слишком рано отвёл взгляд от Хельми: глаза юного дракона полыхнули мрачной зеленью и сузились.

- Ирма! – повелительно позвал Колин, в то же время встревоженно глядя на сестрёнку, и та побежала к нему.

Неизвестный подросток взглянул на мальчишку-оборотня – сначала пренебрежительно, а потом распахнул глаза – на сияние сильнейшей магии, разливавшейся вокруг Колина… Мирт привычно улыбнулся и взял дело дипломатии в свои руки.

- Меня зовут Мирт.

- Ивар, - буркнул подросток.

- Селена! Там новенькая не хочет сидеть со старшими девчонками! – выскочил из столовой Вереск, дежуривший сегодня, и попятился при виде незнакомого мальчишки. Хотя, скорей, попятился больше при виде чёрного балахона и бритой головы. Слишком хорошо они ему известны.

Лишённая маскировки «одной из», Селена поневоле встала с кресла и подошла к подростку. Тоже улыбнулась – как можно радушней.

- Меня зовут Селена. Я хозяйка Тёплой Норы. Тебя на каникулы отпустил Перт?

- Я устроил себе каникулы сам, - заносчиво ответил Ивар, не удивляясь, что она знает, откуда он и кто такой Перт.

- Что ж, тогда пойдём, выполним обещание Ирмы и накормим тебя.

Они вошли в столовую. Селена представила гостя ребятам и предложила Ивару сесть туда, где ему хочется и с кем ему хочется. Зорко наблюдая за этим странным гостем, она поразилась: после её предложения он прямиком направился к столу братства и сел – причём на место отсутствующего Коннора.

- Это даже интересно, - заметил Мика, всё ещё стоя у порога столовой и хмыкая. – Посмотрим, что скажет Коннор. Мирт, что думаешь? Стоит этого оттуда попросить?

- Думаю, Коннору тоже будет интересно. И мы просто добавим ещё один стул, - предложил Мирт и взял один из свободных табуретов, чтобы отнести к столу. Дежурные немедленно принесли ещё один прибор, сообразив, что Коннор опаздывает.

Колин некоторое время постоял рядом с Ирмой, встревоженно глядя на неё, но волчишка что-то сказала ему и быстро отошла к своему столу, где её немедленно обняла испуганная Вильма: слишком отчётливы были следы слёз на лице Ирмы.

Братство без Коннора расселось вокруг стола, поглядывая на Ивара – кто с любопытством, как Мика, кто – со скрываемой насторожённостью. Хельми, конечно. Юный дракон воспользовался оказией в виде Люции, которая, по необъяснимой странности, нисколько не обращала внимания на предсказанного ею незнакомца, и кормил больше её, чем ел сам.

- Я не понимаю, - прошептала Селена, садясь рядом с Джарри и не спуская глаз со стола братства, за которым Ивар с удовольствием ел порцию Коннора и не обращал внимания ни на кого. – Мне кажется, Хельми знает этого мальчика.

- Я тоже не понимаю, - признался Джарри, сузив глаза на гостя. – Но у меня впечатление, что я где-то видел его… В пригороде?

Поколебавшись, Селена сняла браслет, блокирующий от братства. Теперь она не ощущала их эмоций, но слышала всё, что происходило за столом ребят.

Пока в столовой было тихо-мирно. Обитатели Тёплой Норы с удовольствием ели, вполголоса, чтобы не мешать соседям, разговаривали друг с другом. Изредка даже слышался тихий смех.

Селена начинала сердиться: так намного Коннор ещё никогда не опаздывал к ужину! Поэтому она вскинула голову, когда дверь столовой неспешно открылась. Но на пороге возник сын Колра, Эрно. Он приветливо всем улыбнулся – отдельно Маев, засиявшей улыбкой ему навстречу, но не вставшей с места: вечером и так пойдут гулять. Это Селена прочитала легко, даже не залезая в головы парочки.

И вздрогнула.

- Это Коннор? – спросил, не глядя на входную дверь, Ивар. Спросил чуть ли не в стол, потому что даже глаза не поднял, раз только взглянув на вошедшего.

- Нет, это не Коннор, - спокойно ответил Хельми. – Это Эрно – с-старш-ший брат наш-шей Люции.

Быстро подходивший к столу братства Эрно сразу разглядел в привычным составе едоков незнакомого подростка и кивнул ему:

- Привет, меня зовут…

- Знаю, - буркнул тот. – Я Ивар.

Эрно только насмешливо поднял брови и взял с коленей Хельми Люцию. И, лишь когда он подходил к двери, Ивар словно очнулся и резко поднял голову:

- А почему он брат Люции? Он же человек!

- У них общий отец – дракон Колр, - спокойно, ему в тон объяснил Коннор.

Он вошёл в столовую, спрятавшись под заклинанием отвода глаз, а потому незаметно для всех сел на принесённый Миртом табурет. Проявился же, когда решил ответить на вопрос. Ответил и принялся за ужин, не обращая внимания на вздрогнувшего от неожиданности Ивара. Тот смотрел, смотрел на него, а потом независимо спросил:

- А ты знакомиться со мной не станешь?

- Тебя зовут Ивар, - пожал плечами Коннор. – Но ты прав. Я не назвал своё имя, хотя ты и так знаешь его. Я Коннор.

- Откуда мне знать… - сумрачно пробормотал Ивар.

- Ну, ты знал, что сел за стол братства, за которым не хватало только меня. Логика, как говорит мама Селена.

Некоторое время за столом братства молчали. Ивар, насупившись, смотрел только в тарелку и ел так, будто записывал что-то очень сложное, для чего необходимо сильнейшее внимание.

Правда, братство явно занимало-таки его любопытство. Впрочем, и было чем заинтересоваться. Мика продолжал время от времени что-то чертить в принесённых бумагах, разложенных вокруг тарелки. Колин застывал с ложкой в руках, прочитав страницы своего тома, пристроенного слева от своего прибора, и явно пытаясь не то запомнить, не то впитать информацию. Мирт сортировал коллекцию карточек: он пытался составить свою библиографию для личной библиотеки. Хельми, освобождённый от необходимости кормить Люцию, сосредоточенно ел сам. Время от времени он почти незаметно замирал – и Селена понимала, что он мысленно говорит с Коннором, который ел так, как будто ему нравилось соседство Ивара, хоть он и не обращал внимания на неизвестного нахала, занявшего его место…

Но Селена заметила одну особенность, которая заставила её порадоваться: Коннор теперь выглядел гораздо спокойней, чем до прихода с кладбища. Поделилась этой мыслью с Джарри, но тот сделал другой, неожиданный вывод:

- По мне, так для него началось новое приключение. Вот и ожил.

- Да? – только и смогла спросить обескураженная Селена. Странно, что Джарри так думает: Коннор ходил мрачным из-за отсутствия приключений. Но, подумав, пришла к выводу, что семейный прав: с момента, как мальчишка-некромант открыл глаза на улице, опасной из-за магических машин и одичавших оборотней, он постоянно живёт в экстриме. А последние дни, недели, месяцы – сплошные покой и благодать. К такому он не привык. Вот и начал хандрить, думая в непривычном ключе о смерти.

«Тоже мне – великий психолог, - мысленно заворчала на себя Селена. – Успела вынести вердикт старшенькому… Одних только приключений в мёртвом лесу Коннору хватит на несколько лет вперёд. – И замерла, прикидывая, после чего снова усомнилась: - Или не хватит? Для него – с его-то силищей?»

- … Что ты читаешь? – через стол спросил Ивар у Колина, щуря глаза на страницы томика возле тарелки.

- Это учебник, - машинально отозвался мальчишка-оборотень, а когда заметил, что непрошеный гость за их столом пытается прочитать слова на строке, ближайшей к нему, чуть не виновато сказал: - Прости, но это драконий язык.

- Как это? – Ивар не вскинул брови от удивления – скорее, он насторожился.

- Э… Ну… Это учебник, который написали драконы прошлого для эльфийских первомагов, чтобы разговаривать с ними на общем языке.

- И ты… читаешь?

- Ага. Интересно же, чем отличается старинный учебник от современного! Ну и язык тоже, - пожал плечами Колин.

Ивар поднял тяжёлый взгляд и буквально впился им в лицо мальчишки-оборотня, который снова забылся, углубившись в чтение и рассеянно поднося ко рту следующую ложку со съестным. А потом Ивар выговорил:

- Ты и правда увлечён им. Но почему?

Колин некоторое время смотрел на него с недоумением, затем пожал плечами и, улыбнувшись, повторил:

- Мне интересно. Интересно, как менялся язык первомагов, начиная с первосозданного драконами и адаптированного эльфами, в какие этапы нашей истории он менялся и по каким причинам. – Помолчал, потом снова пожал плечами и попытался снова объяснить: - Когда мне что-то нравится, я стараюсь узнать об этом всё, что найду.

- Ты сильный маг, - медленно сказал Ивар, глядя на него уже оценивающе. – Но не слишком хорошо развиваешь свои магические навыки. Но… читаешь.

- Я понял тебя, - спокойно ответил Колин. – Но мне многого в магии не надо. Если честно – достаточно того, что однажды я заполучил доступ в библиотеку прошлого, именно как маг. Поэтому магия для меня лишь средство что-то получить.

- Однажды ты умер.

Слова прозвучали в тон предыдущему вопросу, поэтому Селена не сразу среагировала. Если бы она поняла значение слов сразу, бросилась бы защищать Колина. Но слова прозвучали так спокойно, что пришлось прокатать их в уме несколько раз, чтобы понять, что именно сказал этот странный подросток. А за это время Колин успел помолчать, а потом слегка фыркнуть в усмешке:

- Да. Был такой опыт.

Немедленно бежать к Колину, чтобы утешать его, и разражаться грозой над головой беспардонного Ивара, не пришлось. Селена с трудом заставила себя дышать спокойно. Прислушавшись к ответу мальчишки-оборотня, совершенно не встревоженному, она уловила в нём даже не столько утверждение, сколько благожелательный интерес уже к вопрошающему: что, мол, дальше-то спросишь?

Колин смотрел на Ивара ещё несколько секунд, затем понял, что тот потерял к нему интерес, и сам вновь уткнулся в свою книгу.

Теперь Ивар смотрел на Мику. Почуяв на себе взгляд, мальчишка-вампир приподнял бровь и весело сообщил:

- А я не умирал. Я только заснул.

- Ты-ы… - Вот теперь Селена услышала угрозу в голосе Ивара. – Узнал меня?

- Мы все тебя узнали, - хладнокровно сказал Коннор. – Только я не понимаю, почему ты прячешь своё настоящее имя. Хотя замаскировал ты его неплохо.

- Хочешь найти его в моём пространстве? – чуть не сквозь зубы спросил Ивар.

- Нет, не хочу.

Ивар некоторое время недоверчиво смотрел на мальчишку-некроманта, потом перевёл взгляд на Хельми, который улыбался Ригану: тот втихаря подкармливал Пирата под столом. Затем жёсткий взгляд снова упёрся в Коннора.

- Почему?

- Почему я не хочу узнавать твоё настоящее имя? – уточнил мальчишка-некромант. – Ты же его прячешь. Я уважаю чужое желание скрывать личное.

- Почему? – настаивал Ивар.

- Вот теперь я не понял твоего «почему», - насмешливо признался Коннор.

- Почему ты уважаешь чужое желание скрываться?

- Ну… Я знаю, что это такое – скрывать настоящего себя.

С минуту Ивар скептически разглядывал его, а потом сказал:

- Ты живёшь в хорошем приюте на всём готовом. Ты не голодный. Хорошо одет. У тебя есть друзья. Как ты можешь понимать, что это такое – скрывать личное? Самого себя? Да и что тебе скрывать?

Мирт посмотрел на обоих и открыл рот. Но промолчал. Он единственный не улыбался, глядя на Коннора. Мика почти хихикал, по своему обыкновению. Хельми чуть свысока и бесстрастно смотрел на «гостя», а Колин смотрел как-то… сожалея.

Селена ничего не понимала. Она только видела, что чужой подросток братству и впрямь знаком. Но откуда? И почему он задаёт такие странные, до ужаса тревожащие её вопросы? От этих вопросов да от этого враждебного тона у неё мурашки по спине.

- Коннор, - лениво позвал Хельми. – С-скажи. С-сейчас уже не с-страш-шно. И вс-се знают.

Коннор вздохнул и проговорил:

- Ивар, из меня сделали машину, когда шла война. Вот что мне пришлось от всех скрывать довольно-таки долгое время.

- Машину? – Казалось, теперь Ивар был сбит с толку.

- Ну да. Внедрили в тело механизмы и оружие.

- Тебя сделали… - медленно заговорил мальчишка-некромаг. – Убийцей?

- Да. В основном я убивал машины. Но и живых тоже.

Селена знала: военное прошлое вспоминать старший сын не любил. Потому и ответил кратко, не вдаваясь в подробности. И сейчас она побаивалась, что Ивар заставит Коннора говорить именно об этих подробностях. Что же на самом деле интересует этого странного мальчика? Откуда его знают ребята из братства? И похолодела, услышав следующий вопрос Ивара:

- Почему вы спасли меня с капища?

- Мы не знали, был ли у тебя выбор, - всё ещё лениво проговаривая слова, ответил Хельми. – Жизнь не должна с-служить рас-спрос-странению с-смерти.

Странный мальчишка помолчал после этого ответа. Селена, поглядывавшая на него словно мимоходом, внезапно заметила, как он осунулся – слишком быстро, буквально за последние секунды пребывания в столовой, до тёмных мешков под глазами. А потом Ивар почти прошептал:

- Это слишком неопределённо.

Насколько поняла Селена, он отвечал самому себе, в то же время оценивая ответ юного дракона… Братство тоже ещё осмысляло реплику Ивара, когда Коннор, сидевший расслабленно на своём стуле, сел так жёстко, словно собрался куда-то мчаться изо всех сил.

Ледяной холод продрал спину. Селена только начала вставать с места, как внезапно выпрямился и Хельми, а Мирт почти машинально взял вилку не как столовый прибор, а как нож. Старшие братства в миролюбиво гомонящей столовой продолжали выглядеть подобно всем, но…

- С этого капища вам меня не снять… - прошептал Ивар, глядя на входную дверь в столовую.

Джарри ничего не слышал – из того, что бессовестно подслушивала Селена. И на Ивара не смотрел. Но его плечи дрогнули, и он поднял голову так, словно его позвали от двери. В следующий миг Джарри быстро, но без суматохи и даже деловито встал и пошёл к этой двери, на которую уставились едоки от стола братства. Селена торопливо последовала за ним. С каждым шагом она убеждалась: холод тянет именно от этой двери.

На всякий случай дверь за собой она закрыла плотно.

В гостиной Джарри подходил уже к двери в тамбур, когда она распахнулась, заставив его от неожиданности шарахнуться назад. В гостиную хлынул такой леденящий мороз, что Селена, вдохнув его, закашлялась. А вместе с волной адского холода в гостиную ворвались бритые люди в чёрных хламидах.