Глава 16 Подруга поневоле

Когда Джанелия распахнула передо мной дверь, подружки чудесным образом испарились из коридора. Но рыжую это не обмануло.

— Будут подслушивать, — недовольно поморщившись, произнесла Джанелия.

Меня впустили в комнату, которая оказалась на порядок просторнее нашей с Роканцией. К тому же рыжую нельзя было заподозрить в отсутствии вкуса. Она отнеслась к подбору обстановки с тщательностью профессионального дизайнера обожающего фиолетовый цвет. Не дожидаясь разрешения, я уселась на пуфик нежно-фиалкового оттенка.

Джанелия принялась ходить взад-вперед перед лакированным столиком. Он, как и остальная мебель, явно имел неказенное происхождение. По резным лакированным ножкам скользила беспокойная тень девушки. Я молча наблюдала за ней.

— Это не я, — выпалила Джанелия, наконец-то остановившись. Взволнованный взгляд и наполовину оторванное кружево с манжеты, которое девушка продолжала нервно теребить, внушали мне беспокойство.

— Что прости? — изображать недоумение даже не пришлось.

— Это сделала не я, — проговорила рыжая и принялась заламывать руки.

— Ну-ка сядь, — скомандовала я и тут же освободила для хозяйки комнаты пуфик. Джанелия с неохотой села и снова принялась теребить кружево. На меня она старалась не смотреть. Однако это не помешало мне заметить, что девица вот-вот разразится рыданиями.

— А теперь расскажи, что у тебя стряслось, — попросила я.

Рыжая все-таки начала реветь, перед этим обличительно ткнув в меня пальцем.

— Это не у меня случилось, а у тебя! — заголосила она. — Я тут вообще ни при чем.

— Хорошо. Как скажешь, — согласилась я, прикидывая уместно или нет погладить ее по плечу. Пожалуй, нет. Мы даже с натяжкой не можем считаться подругами.

Когда потоки слез иссякли, я решила продолжить расспросы.

— Джанелия, у меня в последнее время в жизни столько всего произошло. Не подскажешь, что именно тебя так расстроило?

Рыжая уставилась на меня покрасневшими от слез глазами. На опухшем лице читалось недоумение. Вот почему мир так несправедливо устроен? Пока одни девушки вынуждены тратить кучу усилий, чтобы с помощью косметики хоть немного повысить свою привлекательность, другие ревут навзрыд и все равно остаются сногсшибательными красотками. Джанелия вряд ли когда-нибудь задумается об этом, однако какой-то мыслительный процесс в данный момент в ее хорошенькой головке все же происходил.

— Так ты не считаешь, что это я напоила Магду Тикс зельем и применила заклятие подчинения? — с сомнением произнесла Джанелия.

— А должна? Честно говоря, такую версию событий я еще не слышала. Может, расскажешь?

Глаза девушки снова заблестели и я поняла, что перегнула палку.

— Впрочем, это необязательно. Профессор Игнас сказал, что это было зелье второго уровня. Вряд ли кто-то из первокурсников мог его приготовить, поэтому ты по-любому вне подозрений, — поспешила я успокоить красотку.

Джанелия опустила голову и закрыла лицо руками.

— Я из семьи потомственных зельеваров. У всех моих сестер высокий уровень способностей к менталистике.

— И что? — скептически поинтересовалась я. — Извини, но этого маловато будет для того, чтобы я зачислила тебя в подозреваемые.

Джанелия снова недоуменно на меня уставилась. Неужели придется убеждать ее в собственной невиновности? Похоже, что да.

— Давай рассуждать логически, — предложила я.

Ситуация представлялась мне совершенно абсурдной и это требовало… ну хотя бы пройтись взад-вперед перед заплаканной однокурсницей. Этим я и занялась.

— Мы с тобой не сказать, чтобы много общались в последнее время, так?

Джанелия молча кивнула.

— Мы не ссорились, не распускали сплетни, не делали друг другу гадостей? — с сомнением посмотрела я на Джанелию.

Рыжая на секунду задумалась, но, поймав мой взгляд, уверенно заявила:

— Точно не ссорились.

— А насчет всего остального? — я остановилась на полпути к платяному шкафу.

— Ну… мы обсуждали тебя и твою подружку.

Вот уж не думала, что Джанелия Линвуд умеет смущаться, но сейчас она именно это и делала.

— Это не считается, — равнодушно фыркнула я.

— Очень даже считается, — возразила Джанелия, — Эти идиотки, Фелисия и Синтия, растрепали все Морису. А он заявил, что я с первого дня в академии тебя невзлюбила и…

— Погоди-погоди, — прервала я девушку. — Ты о Мерсере говоришь? А он-то тут причем?

— Так это он и распустил слух, будто я решила тебя извести, наглядно продемонстрировав свои способности в зельеварении и ментале, — всплеснув руками, выпалила девушка.

— Ну надо же… какой талант! — хмыкнула я, в очередной раз остановившись. — Утром я слышала, как он разглагольствовал о том, что бывшая альма-матер организовала мое похищение.

— Он это брякнул в столовой в присутствии кого-то из старшекурсников и те его высмеяли. Теперь он всем рассказывает, что за нападением на тебя стою я. Все общежитие только это и обсуждает. Скоро и до преподавателей дойдет.

— Преподаватели не идиоты, — возразила я. — Они в эту чушь не поверят.

— Мы с Магдой знакомы. Она помогала мне с тренировками по стихийной магии, — выдала очередной аргумент Джанелия.

— Это ничего не доказывает. Даже наоборот… Если вы были в хороших отношениях, то тебе не пришлось бы ее поить зельем и применять заклятие. Ты бы просто попросила ее укокошить меня.

— Ты как-то слишком спокойно об этом говоришь, — нахмурилась Джанелия.

— А ты слишком драматизируешь, — не согласилась я. — Завязывай со слезами и давай подумаем, как заставить Мориса заткнуться. Что ему грозит, если мы уличим его в клевете?

— Ты что хочешь пожаловаться на него в имперский сыск? — округлила глаза Джанелия.

— Можно его припугнуть… — многообещающе прищурившись, предложила я. Мысленно я уже представляла, как Мерсера тащат на допрос, а он, растеряв весь свой лоск, запинаясь и дрожа от страха, отвечает на вопросы дознавателей. Разумеется, мне крайне нежелательно пересекаться с местной полицией, но Линвуд ведь не присвоила чужую личность. А раз от слов Мерсера страдает репутация девушки, то и выводить на чистую воду этого гада тоже ей.

К сожалению, когда я поделилась с Джанелией своими доводами, она не потерла ручки в предвкушении и не запрыгала от восторга.

— Я не стану этого делать, — решительно произнесла рыжая.

— Почему?

— Я его ненавижу, — побледнев, выпалила девушка. — Но он мой жених.

Кто самые популярные студенты нашего курса? Конечно, Джанелия и Морис. Ну чем не идеальная парочка?

Вот только есть одна загвоздка: несмотря на то, что эти двое как нельзя лучше подходили друг другу, я ни разу не видела их вместе. Даже прогулка, на которую Грегор пригласил Роканцию, прошла без Джанелии. Фелисия и Синтия составили компанию Мерсеру и его друзьям, а невеста их проигнорировала? Свои размышления я сразу же озвучила, не особо надеясь на откровенность. Однако Джанелия снизошла до объяснений.

Оказалось, что вопрос с выбором жениха для нее решился в пятилетнем возрасте. Именно столько было малышке Джан, когда ее родители договорились о брачном союзе с родителями Мориса. Тогда же произошло знакомство жениха и невесты. Надежда на то, что эта парочка создаст в будущем прочную ячейку общества пошатнулась, когда юный Морис подпалил своей нареченной платье, а та в отместку запустила ему в чай дождевого червяка. Где благородная барышня раздобыла червяка, осталось для меня тайной. А вот отношения Джанелии и Мориса наконец-то прояснились.

— Семья мне не простит, если я расстрою нашу помолвку, — закончила свой рассказ Джанелия.

— Похоже, Морис вознамерился тебя именно на это спровоцировать, — пренебрежительно фыркнула я.

— Я рада, что ты не считаешь меня виновницей покушения. А что до Мерсера, мне придется и впредь терпеть его выходки.

Не знаю, что меня кольнуло: сочувствие к девушке, которую решили выдать за нелюбимого, пресловутая женская солидарность или желание найти на свою пятую точку еще больше приключений, но вместо того, чтобы пожелать Джанелии удачи и вежливо удалиться, я произнесла:

— А почему бы снова не подсунуть ему червяка?

В продолжении следующего часа мы с Джанелией разрабатывали план, по которому Мерсеру приходилось либо прекратить чернить имя девушки, либо самостоятельно расторгнуть помолвку. Рыжая не скрывала, что второй вариант для нее гораздо предпочтительнее. Однако я была настроена реалистично — скорее всего, Морис тоже не жаждет прогневать родичей. Поэтому стоит сосредоточиться на том, чтобы успешно отражать его нападки.

— Нам придется притвориться подругами, — сказала я ей. — Это сведет на нет слухи о том, что за покушением на меня стоишь ты.

— В это никто не поверит, — произнесла Джанелия и тут же осеклась.

Я, глядя на ее смущенное лицо, не смогла сдержать смех.

— Да, пожалуй, тебе придется предпринять определенные усилия, чтобы в нашу дружбу поверили. Я хочу тебе помочь, но не стану играть роль еще одной Фелисии или Синтии. Это тебе нужно избавиться от амплуа коварной убийцы, а не мне.

Оставив Джанелию размышлять над своим положением, я отправилась к себе.

Признаться, я ожидала увидеть негодующую Роканцию. Или Роканцию сгорающую от любопытства. Возможно даже Роканцию готовящую план моего спасения из наманекюренных лапок Джанелии.

Но я увидела Роканцию примеряющую новое платье. Роканцию со счастливой улыбкой на лице. Роканцию, которая вместо того, чтобы завалить меня вопросами, принялась подыскивать место для вазы, в которой стоял невесть откуда взявшийся букет белых роз.

— Что происходит? — поинтересовалась я.

Ага, ну не доверять же так сразу интуиции, которая вопит, что дело неладно.

— Самый красивый парень курса пригласил меня на свиданье! — не стала интриговать подруга.

Прежде чем убедиться, что под самым красивым у нас обеих подразумевается Морис Мерсер, я на секунду замерла и задумалась. Наверное, я точно также выглядела, когда Стас пригласил меня на первое свидание. Ну уж нет! Роканция не должна пройти через это. Красавчики — зло. Никаких исключений, даже для некромантов.

Я усадила подругу на кровать и выложила все, что узнала от Джанелии.

— Ты ей веришь? — помолчав, спросила Роканция. Разочарование было написано на лице девушки крупными буквами.

— У нее нет причин врать. Я посчитала, что Мерсер зашел слишком далеко, когда узнала о распускаемых им слухах, а теперь… — я осеклась, посмотрев на букет, переставленный Роканцией со стола на подоконник.

— Что теперь?

— Теперь я считаю, что он слово из пяти букв. А именно парнокопытная скотина мужского рода.

— Я сама виновата, — невесело усмехнулась красноволосая. — Поверила, что он может заинтересоваться мной. Подумала, что могу найти среди роз открытку с надписью «Для самой прекрасной девушки академии»

Я посмотрела на крохотную картонку, которую подруга выронила, пока я рассказывала о Джанелии. Так и есть, Мерсер не стал сохранять инкогнито. Карточка оказалась подписана, а на ее обратной стороне было указано место и время будущего свидания. Больше всего меня разозлило то, что парень не удосужился попросить о встрече. Просто написал, куда и когда должна прийти девушка, чтобы лицезреть его чудесную персону.

— Ни в чем ты не виновата! — категорично заявила я.

Еще не хватало, чтобы у моей подруги появились комплексы из-за какого-то идиота. Срочно нужно придумать какую-нибудь пакость!

— А давай устроим Мерсеру групповое свидание, — предложила я, хотя план мести еще не обрел окончательные штрихи в моей голове.

— Это как? — в глазах Роканции загорелись озорные искорки.

— Нам понадобится вон тот веник, — указала я на букет, — и несколько копий этого послания.

Следующий час мы посвятили написанию любовных записок и разбору букета. На цветы Мерсер не поскупился. Благодаря этому, мы осчастливили весь девичий этаж общаги розочками и приглашениями на свидание. Подбросили «презенты» в комнаты во время ужина, когда адептки удалились в столовую. Я настояла на том, чтобы оставить по цветку для себя и Роканции. Должны же мы увидеть физиономию Мерсера, когда он поймет, насколько популярен у девушек!

Роканция отговорила меня от идеи предупредить о готовящейся диверсии невесту Мерсера. Ей в комнату мы тоже подбросили розу. И теперь меня снедало любопытство: как поведет себя рыжеволосая красотка? Недоверие Роканции к Джанелии никуда не делось. Что ж, скоро узнаем, окажется ли оно обоснованным.

Студенческая жизнь продолжала стремительно набирать обороты… Проснувшись воскресным утром я отчетливо поняла, что все мои мысли крутятся вокруг обитателей магической академии. Воспоминания о доме уступили место насущным проблемам. Мне не терпелось заманить Мерсера на свидание-ловушку, хотелось узнать, как отреагирует на это Джанелия, а еще крайне важно было выяснить, кто стоит за покушением, заставить Роканцию поверить в себя и разобраться в наших с Винсом отношениях. Некромант вчера весь день не давал о себе знать. Не то чтобы я по нему скучала, просто… Просто нужно было объясниться.

Или не нужно?

Можно ли притвориться, что никакого поцелуя не было, если от одного воспоминания о нем сердце начинает учащенно биться?

От этих вопросов я отмахивалась, как от надоедливых мух и, если бы не Роканция, наверняка опоздала бы на завтрак. Впрочем, стоило нам устроиться за столиком, как в столовой появилась еще одна любительница остывшей овсянки. Гомонящие адепты при ее появлении стихли, но девушка не обратила на это внимание. Поставив на поднос стакан сока и крохотную тарелочку с кашей, Джанелия Линвуд с безупречной грацией прошествовала мимо стола, за которым сидели Фелисия и Синтия, и подошла к нашему.

— Можно? — спросила девушка, замерев с подносом над нами. К чести Джанелии сейчас она уже не игнорировала Роканцию. Вопрос в равной степени адресовался нам обеим.

Мы с красноволосой переглянулись и синхронно кивнули. Роканция больше от удивления, я от сознания того, что Джанелия все-таки решилась наступить на собственную гордость и воспользовалась моим предложением.

— Приятного аппетита, — чинно произнесла Джанелия, приступая к своей скудной трапезе.

— И тебе, — откликнулась я со всей доброжелательностью, на которую только была способна и, кажется, перестаралась.

Обе девушки с недоумением уставились на меня.

— На нас смотрят, — заговорщицким шепотом произнесла я.

— Ааа… — многозначительно выдала Роканция, уронив кусочек омлета на скатерть.

Джанелия незамедлительно наградила ее презрительным взглядом. Моя красноволосая подруга тут же нахмурилась и открыла рот, явно намереваясь высказать звезде курса все, что о ней думает. В нарушении хрупкого перемирия между девчонками я была совершенно не заинтересована, поэтому поспешила вмешаться:

— Какие планы на сегодня, Джанелия?

В следующие пять минут выяснилось, что рыжая, как и мы с Рокки, собиралась заняться варкой зелий, заданных профессором Оливи. Мое предложение объединить усилия Джанелия приняла. Без энтузиазма, но приняла.

Столовую мы имели все шансы покинуть втроем, если бы не перехватившие Джанелию возле самой двери подружки. Вид у девиц был крайне раздосадованный. В ответ на мой вопросительный взгляд, Джанелия лишь пожала плечами и заверила, что присоединится к нам с Роканцией чуть позже.

— Думаю, она не придет, — заявила подруга, как только мы оказались в нашей комнате.

— Посмотрим, — флегматично пожала плечами я. — Мы ведь ничего против ее компании не имеем, правда?

Роканция снова нахмурилась и полезла за запрятанным в глубины шкафа котелком.

— Она мнит себя едва ли не королевой академии, — наконец озвучила главную претензию к Джанелии подруга.

— У нее просто завышенная самооценка, — парировала я. — Но она вовсе не безнадежна.

— Откуда ты знаешь?

— Будь она такой, какой усиленно старается казаться…

— Расфуфыренной гордячкой, — тут же подсказала Роканция.

— Именно, — кивнула я, на ходу пролистывая учебник по зельеварению. — Так вот, окажись она действительно такой, то не рассказала бы мне ничего ни о себе, ни о Мерсере. Переживала бы, конечно, но не снизошла до того, чтобы объясниться с девушкой, которую в упор не замечала с первого дня учебы.

Роканция молча закатила глаза. Ее мои доводы не убедили, а значит, если Джанелия все-таки придет, в следующие несколько часов красноволосая может попытаться спровоцировать ссору лишь для того, чтобы доказать мою неправоту.

Котелок с гулким стуком приземлился на пол. В следующий момент в дверь тихо, но настойчиво постучали.