Глава 23 Подслушанный разговор

Роканция нависла надо мной на манер маньяка из ужастика. Ее всклокоченные волосы и поблескивающие в лунном свете глаза выглядели настолько зловеще, что остатки сна слетели с меня моментально.

— Что случилось? — спросила я, резко приподнявшись на локтях.

Подруга не ответила.

Я осмотрелась и прислушалась. Однако причина столь позднего (или уже раннего?) появления Рокки в моей комнате оставалась неясной.

— Я не могу уснуть, — наконец призналась Роканция.

— Ты поэтому меня разбудила? — возмутилась я, отбирая у нее край одеяла.

— Мне все время кажется, что вот-вот в комнате появится госпожа Вудкаст и начнет на меня кричать.

Я бы могла предложить подруге поупражняться в арифметике, пересчитывая очаровательных парнокопытных. Я бы могла предложить ей остаться у меня в комнате до утра. Но вместо этого я сказала:

— Ты должна победить этот страх.

— Знаю, — решительно кивнула Роканция. — И ты можешь мне в этом помочь.

Следующие десять минут ушли на изложение просьбы подруги и на мои вялые протесты относительно ее осуществления. Ничего криминального. Все очень даже невинно на первый взгляд. Роканция всего лишь попросила принести ей чай с медом и корицей. По словам красноволосой, это единственное средство, которое способно спасти ее от бессонницы.

А меня от ее жалостливого взгляда.

Спускаться вниз Роканция наотрез отказалась, заявив, что для нее это небезопасно, а против меня их семейное приведение ничего не имеет.

Передо мной поставили вполне конкретную задачу: в потемках спуститься на первый этаж, разыскать кухню и под страхом повторной вылазки приготовить чай, добавив в него две с половиной ложки гречишного меда и одну палочку корицы. Будь у меня чуть меньше желания вернуться в объятия Морфея, я бы заартачилась. Но я слишком хорошо успела изучить Роканцию. Даже если предложить ей остаться у меня в комнате, она мало того, что сама не уснет, но и мне не даст этого сделать.

Закутавшись в халат и от души зевнув, я вышла в коридор и, стараясь не шуметь, направилась к лестнице. По пути я то и дело замирала и трусливо озиралась. Что ни говори, а рассказ подруги о призрачной смотрительнице произвел на меня впечатление. Если мне суждено снова с ней столкнуться, то пусть это произойдет хотя бы не сегодня ночью.

Ступенька под ногой предательски скрипнула, и я замерла прислушиваясь. Тишина погруженного в ночную тьму замка оказалась обманчивой. В одной из комнат на первом этаже велся приглушенный разговор. Я выровняла дыхание, вглядываясь в контуры золоченых рам. Днем так и не удосужилась рассмотреть портреты представителей предыдущих поколений рода Ристонов. Теперь чудилось, что с каждого из полотен меня буравит чей-то неодобрительный взгляд.

Фу-у-ух! Наконец-то лестница осталась позади. Теперь нужно тихонечко выдохнуть и свернуть направо — туда, где по словам Роканции, находится кухня. Но я, презрев осторожность и здравый смысл, шагнула в противоположную сторону.

Обнаружить комнату, где велась поздняя беседа, не составило труда. Я сделала не больше дюжины шагов по узкому коридору и оказалась перед дверью, из-под которой струился яркий свет.

Стараясь не обнаружить своего присутствия, я прислонилась к стене и замерла.

— Винсент, умоляю… Ты не можешь меня подвести. Только не сейчас! Мы же договаривались… — раздался встревоженный голос Рины Тезарро.

— Да, договаривались. Напомнить тебе о чем? Все зашло слишком далеко, и я не хочу, чтобы это продолжалось, — холодно ответил ей некромант.

— Хотя бы еще пару месяцев… Мне нужно время, чтобы убедить его. И потом, все не должно выглядеть внезапно. Никому не нужен скандал.

— Послушай, Рина. Мы договорились, что наше соглашение с тобой действует ровно до того момента, пока одного из нас оно перестанет устраивать. Если ты еще не поняла, то сообщаю: меня оно больше не устраивает.

— О да, я поняла, — раздраженно фыркнула Рина. — Я даже знаю, из-за кого тебя перестала устраивать наша договоренность.

— Не хотел говорить на эту тему в академии, поэтому спрошу сейчас: подаренный мной фолиант по зельеварению, он все еще у тебя? — спросил некромант, а я заподозрила, что он банально пытается сменить тему.

— Решил забрать свой подарок? Вот уж не думала, что ты, Винсент, окажешься таким мелочным! — презрительно фыркнула Рина.

— Я не собираюсь его забирать, — теряя терпение произнес мужчина. — Мне просто нужно знать, где он находится. Так он у тебя?

— Нет, — поколебавшись ответила Рина. — Я его одолжила.

— Кажется, я даже знаю, кому, — едва слышно пробормотал Винс.

— Зачем тебе понадобился фолиант?

— Неважно, — раздраженно отозвался некромант.

— В отличие от меня, ты никогда не интересовался зельеварением.

Секунды тянулись, и я напрасно напрягала слух, чтобы услышать ответ Винса. Когда уже засобиралась вернуться к поискам кухни, некромант произнес:

— У тебя неделя, чтобы решить свои проблемы. Затем я официально объявлю о расторжении помолвки.

Раздался неприятный скрежет отодвигаемого по паркету стула. Раз один из собеседников встал, мне пора уносить ноги.

На кухне горели магические светильники. Я без труда обнаружила кукибар. У родителей Винса и Роканции он оказался гораздо массивнее, чем тот, что я видела в апартаментах некроманта. Пожалев, что это чудо магической техники не способно приготовить чай по специфическому запросу подруги, я обратила свой взор на более прозаические предметы — плиту и чайник. Пришлось немного понервничать, отыскивая мед и корицу. Однако чай для Роканции все-таки был приготовлен и налит в огромную кружку с ее именем.

Мысленно обещая себе больше не подслушивать никаких странных разговоров, я отправилась в обратный путь.

После ярко освещенной кухни, темень коридора совсем не радовала. Пару раз даже почудилось будто впереди мелькнула призрачная фигура. Ох! Кажется, Роканции удалось заразить меня своим страхом. Вот так и становятся неврастениками.

И все же я без приключений добралась до своей комнаты и вручила подруге кружку с ароматным напитком. Не знаю, что обрадовало Рокки больше: мое возвращение или чай.

— Где ты пропадала? Неужели она тебя выследила? — набросилась она на меня с расспросами.

— Никто меня не выслеживал. Я просто немного заблудилась и не сразу нашла кухню.

Девушка удивленно округлила глаза. Не стала выяснять, что ей кажется неправдоподобным: мой топографическая дезориентация или пониженный уровень коварства у призрачной смотрительницы. Не дождавшись подробного отчета о затянувшейся вылазке на кухню, Роканция отправилась к себе.

— Я загляну утром, — пообещала красноволосая на прощанье.

Оставшись в одиночестве, я быстро осознала, что впору снова отправляться на кухню — теперь уже за чаем для себя. Подслушанный разговор напрочь лишил меня сна. Я ворочалась, взбивала подушку, устраивала себе гнездо из одеяла, но из головы все равно не выходили слова Винса. Что за договор связывает его с Тезарро? Почему Рина просила отсрочки? Зачем некроманту понадобилась книга по зельеварению? Больше всего меня злило то, что ответов на эти вопросы мне никто не даст. Винс не станет откровенничать, а его невеста (у меня даже в животе протестующе заурчало от этого слова!) и подавно.

Заснула я только на рассвете и испытала чувство дежавю, когда, с трудом разлепив глаза, обнаружила, что Роканция стягивает с меня одеяло.

— Приготовься, мама будет нас сегодня мучать, — заявила подруга.

— Может, все пройдет не так уж плохо, — попыталась я отвоевать одеяло и настроить Рокки на позитив.

— Ты просто ее не знаешь, — не поддалась подруга.

Чтобы не опоздать на завтрак, пришлось в спешном порядке отправиться в ванную и вести дальнейшую беседу с Роканцией оттуда.

— Если бы Рина не уехала, у нас остался хотя бы крошечный шанс уклониться от всех этих примерок, — посетовала подруга.

— Тезарро уехала? — спросила я, едва не подавившись зубным порошком.

— Я видела, как она пролевитировала свои чемоданы в холл, — равнодушно отозвалась Роканция.

— Странно. Я думала, она станется здесь на все каникулы, — сказала я, стараясь казаться такой же равнодушной.

Ну да, мне нет дела до Тезарро. И ее отъезд меня совсем не интересует. Даже в свете подслушанного накануне разговора.

Поверили?

Вот и я себе не очень верю. Однако, вернувшись в комнату, об иллюзорнице предпочла больше не упоминать.

Завтрак прошел в обстановке, которая имела все шансы показаться стороннему наблюдателю спокойной и доброжелательной. Но я отчетливо чувствовала окутавшее столовую напряжение и пыталась понять его причины.

Моему любопытству и тут подсунули губозакаточную машинку, потому что никто из Ристонов и словом не обмолвился об отсутствующей невесте Винса. Глава семьи, наскоро проглотив пару тостов, сослался на занятость и удалился в свою лабораторию. Попытка Роканции увязаться за ним не увенчалась успехом. Далма Ристон мягким, но не терпящим возражений тоном напомнила дочери о подготовке к балу. Мне от нее досталась очередная дружелюбная улыбка, но было и в ней что-то властное. Поэтому я мысленно зареклась когда-либо перечить этой женщине. Некромант на протяжении всего завтрака хранил молчание. Когда он, бросив матери что-то неразборчивое, покинул столовую, я вздохнула с облегчением. Меньше всего мне сейчас хотелось находиться под прицелом его глаз. А в том, что я под ним находилась, сомнений не было.

Не знаю, о чем думал Винс, сверля меня взглядом. Я вот размышляла о его странных отношениях с невестой. Можно было тешить себя мыслью о том, что стала причиной их ссоры. Но интуиция подсказывала, что все гораздо сложнее и запутаннее.

— Ну что ж, девочки. Думаю, самое время отправиться в мой будуар и как следует поработать над вашими образами, — Далма Ристон отвлекла меня от мыслей о некроманте, звонко хлопнув в ладоши.

Следующие три часа прошли под знаком трех «Ш» — шелка, шифона и… шока. Каюсь, дома я частенько листала глянцевые журналы, пестревшие эпатажными образами отечественных и зарубежных знаменитостей. Добавьте к этому регулярный просмотр музыкальных каналов и постоянное зависание в социальных сетях. Все это должно было меня подготовить к карнавальной моде магического мира. Но не подготовило. Наряды не поражали излишней откровенностью или, наоборот, строгостью. Удивляла фантазия, с которой они были созданы. Платья словно пытались перещеголять друг друга в оригинальности. Роканция оказалась более стойкой к буйству фасонов, тканей и отделки, но и на лице подруги я время от времени ловила немое изумление.

Не замечая нашего состояния, Далма, как заправский фокусник, продолжала извлекать из шкафа один наряд за другим. Очень быстро у меня появилось подозрение, что мебель в покоях хозяйки Ристон Холла магически зачарована и способна вместить в себя ассортимент по меньшей мере дюжины магазинов одежды.

Расшитый красными чешуйками лиф, плавно переходящий в золотые всполохи юбки, позволял создать образ феникса. Закрытое платье бирюзово-зеленого оттенка с белоснежным фигурным многослойным воротом превращало девушку в редкий для Дилоры цветок — агератум. Нечто, отдаленно напоминающее тунику из тяжелой серебристой ткани, олицетворяло одну из древних богинь, о которых на своих лекциях нам рассказывал профессор Игнас.

Роканция в очередной раз с мученическим видом обошла ряд стульев с резными спинками. На них были разложены отобранные Далмой наряды, и подруга внимательно осмотрела каждый. Остальные платья оказались свалены на диван. Заранее сочувствую горничным, которым придется все это разбирать и возвращать в хозяйский шкаф.

— Может быть, посмотрим что-нибудь еще? — Далма Ристон с готовностью потянулась к распахнутым дверцам.

— Нет! — одновременно выпалили мы с подругой. Переглянувшись, мы поняли друг друга без слов. Пора было что-то выбирать.

Вопреки осторожным, но настойчивым советам Далмы, Рокки выбрала для себя платье-цветок. Я тоже решила поскорее определиться с нарядом, но, проходя мимо дивана, задела рукой что-то полупрозрачное. Гора платьев опасно накренилась.

— Что это? — спросила я, вытащив из шаткой конструкции огромные крылья.

— О! Это наряд феи-фрейлины, — с готовностью просветила меня Далма. — Хочешь примерить, дорогая? Я посчитала его заурядным, но…

Женщина быстро раскидала несколько платьев, лежавших сверху и протянула мне зеленый наряд, богато отделанный золотым шитьем и кружевами. Ловким движением Далма закрепила крылья на платье, и я невольно испустила вздох восхищения.

— Кажется, это платье само тебя выбрало, — хихикнула Роканция.

К слову, радость подруги оказалась преждевременной. Леди Ристон отпустила нас только после того, как были выбраны туфли, перчатки, веера… Скорее всего, этим бы она не ограничилось, но Рокки, под предлогом просмотра дамских иллюстрированных альбомов, удалось убедить мать в необходимости посещения библиотеки.

— А я тебя предупреждала. Мама помешана на балах, — многозначительно произнесла Роканция, плюхнувшись в кожаное кресло. Для конспирации подруга прихватила с полки толстенный журнал.

— Ну теперь-то можно расслабиться, — хмыкнула я, подтянув аналог глянца к себе и начиная пролистывать страницу за страницей.

— Нельзя. Вот увидишь: она попытается заманить нас в салон, заставит делать отбеливающие маски для лица, полировать ногти и еще чем-нибудь пахучим вымазать волосы, — продолжила «пугать» меня подруга.

— В моем мире говорят, что красота требует жертв, — сообщила я Роканции, рассматривая рисунок, на котором была изображена белокурая девушка с туго скрученными в жгуты волосами. — Если хочешь пойти на бал в сопровождении парня, а не старшего брата, придется потерпеть.

— А ты?

— Что я? — не поняла я, поспешно перелистнув сразу несколько страниц.

— Ты хочешь пойти на бал с моим старшим братом?

Под испытующим взглядом подруги я занервничала.

— Скажи, это ведь у нее шиньоны? — проигнорировав вопрос Рокки, я подсунула ей разворот, на котором в весьма соблазнительной позе оказалась запечатлена знойная красотка. Не самая изящная попытка перевести тему разговора, но ничего лучше мне в голову не пришло.

— Нет. Демоницы так свои рожки волосами маскируют, — отозвалась Рокки, продолжая сверлить меня взглядом. — Думаю, вам с Винсом надо поговорить.

— Всенепременно, — кивнула я. — Как только выберем тему для разговора. Может, обсудим погоду, а может, природу. Еще про популяцию единорогов нам надо пообщаться, и я, наверное, расскажу ему парочку пошлых анекдотов перед тем, как он отправит меня домой.

Роканция открыла рот, но так и застыла, не сказав ни слова. Побледневшее лицо девушки и выпавший из ее рук альбом не внушали оптимизма. Но все-таки я надеялась не увидеть того, что заставило подругу побледнеть.

— Ты снова здесь, мерзкая девчонка, — проскрежетала призрачная смотрительница, зависнув над камином.

Я почувствовала, как от ее голоса у меня мурашки забегали по коже. Судя по виду Роканции, это естественная реакция на госпожу Вудкаст. Подруга смотрела на медленно приближающегося призрака, оцепенев от ужаса. А ведь умертвия на кладбище на нее так не действовали. Перед мерзкими скелетами моя подруга не терялась, смело атаковала их… хм… пусть и не всегда успешно. Но сейчас Роканция вжалась в спинку кресла, предварительно вцепившись мертвой хваткой в его подлокотники. Глянув на ее побелевшие от напряжения костяшки пальцев, я поняла, что вывести красноволосую из библиотеки не удастся. Интересно, а мебель тут на колесиках? Вряд ли.

— Добрый день, госпожа Вудкаст, — преувеличено бодро поздоровалась я.

Так… Дрожащие пальцы прячем в складках платья. Выпученные глаза и сцепленные в улыбке зубы должны олицетворять не страх. Это такой сорт радости. Да-да, я страшно рада во второй раз увидеть призрака.

Несмотря на титанические старания, на меня посмотрели как на назойливую муху.

— Я… я… ничего не делала, — зашептала, готовясь разрыдаться Роканция.

Пришлось подобрать альбом и с размаху опустить его на колени подруги. Рокки подпрыгнула от неожиданности, зрительный контакт с призраком разрушился сам собой. Нас от смотрительницы отделяла теперь всего пара метров. Она продолжала беззвучно ступать по ковру.

— А мы вот тут прически для бала выбираем. Может, посоветуете чего? — с всевозрастающей благожелательностью обратилась я к призраку.

Движения Вудкаст дрогнули, а сама она на какую-то долю секунды подернулась рябью.

Уместно ли в такой ситуации сказать, что призрак споткнулся?

Наверное, Винс смог бы ответить на этот вопрос. Я нахмурилась, в очередной раз отругав себя за мысли о некроманте.

— Неудивительно, что вы столкнулись с затруднениями, госпожа Шеридан — злорадно произнесла призрачная смотрительница. Женщина явно по-своему интерпретировала изменения моей мимики.

Я обижено поджала губы.

— Я хочу знать, что ты замышляешь, чудовище? — обратилась к Роканции призрачная смотрительница.

— Ни-ни-ничего.

— Не ври, мерзкая девчонка! Думаешь, я не знаю, зачем ты приехала?! Меня не проведешь! Ты снова здесь и собираешься провести ритуал призыва. Даже не мечтай: я не позволю тебе поднять старую кошелку Снитс. Глория и Мэри всегда метили на мое место. Этим драным кошкам здесь не место, слышишь! А если ты ради развлечения решила призвать прохвоста Мэтьюза, который не брезговал кражей столового серебра его светлости, то клянусь, я заставлю тебя поседеть.

— Валяйте! — неожиданно дерзко воскликнула Роканция. — Я как раз решила сменить цвет волос, так что сделаете одолжение.

Подруга вскочила с места, потрясая в руке многострадальным альбомом. Мне кажется или у призрака округлились глаза? Все, пора делать ноги. Еще бы эту светлую мысль невербально донести до Роканции…

Однако я быстро поняла, что мои взгляды на нее не действуют. Все внимание Рокки сейчас занимала призрачная смотрительница.

— А что до ваших друзей, — продолжила Роканция, делая уверенный шаг в сторону Вудкаст. — Я не собираюсь никого вызывать. ВАС ОДНОЙ ХВАТАЕТ!

Последние слова подруга выкрикнула прямо в призрачное лицо. Мгновение и оно пошло рябью, а потом смотрительница растаяла в воздухе.

Я облегченно выдохнула, осознав, что в библиотеке мы снова вдвоем. Роканция испуганно взглянула на меня.

— Идем отсюда, — сказала подруга.

У меня не было ни малейшего желания с ней спорить.