Глава 30

Агеев

Сначала мне показалось, что слышу что-то не то, или что у меня обман слуха, зрения, реальности и все сразу, блядь. А потом медленно начинает доходить. И эта ситуация становится для меня вершиной пиздеца за последнее время.

— В главный ЗАГС, да? — быстро уточняю детали, одновременно с этим натягивая первое попавшееся. Пульс шандарахает так, что еще чуть-чуть и сердечный приступ долбанет, и тогда уже точно будет все равно на происходящее. Нет, падаль, я его и с того света достану и с собой заберу, лишь бы он до Линки не добрался. Хер ему, а не мою птичку. Буду приходить к нему и клевать в висок до тех пор, пока он не окочурится.

— Он у нас один как бы, умник, давай быстро думай что-то, я постараюсь задержать этот театр абсурда. Но ты у меня теперь будешь под наблюдением. Помяни мое слово.

Я готов был под домашним арестом с постоянным наблюдением ее отца, если все это хоть немного поможет.

— Минируйте ЗАГС, я лечу.

— Лети, птичка певчая, что бы вы без папки вообще делали?

Вылетаю из квартиры вместе с самой главной папочкой в мире, мечтая владеть телепортацией, и на полном ходу сталкиваюсь с Белым. «Нежданчик в лобик Рустамчик», вопящий как свиноматка Рустамчик.

— Ты че, долбанулся? — нас нехило так разбросало, лобешниками поцеловались что надо. На пару секунд я и правда чет растерялся. Переведя расфокусированный взгляд на Руса, практически воплю:

— Ты на машине?

— Нет, блядь, пешком пришел к тебе. Херли ты такой взбудораженный? Иди в душ спусти пар, пока Линку пытаешься заарканить, — недовольно бурчит Рус. Какого он тут делает вообще? А потом до меня доходит вся тщетность бытия. Вот я тупой как сапожок. Вот это был бы номер, если бы не брат.

— Пиздуй, перекатигорошек, она сейчас замуж выходит, надо добраться туда так быстро, как можешь. Моя машина на СТО, масло, бляха, решил поменять. Вовремя.

Подхватываю Руса одной рукой, папку сую подмышку, и уже несусь вниз. Белый бежит сзади и присвистывает. А у меня душа в пятки уходит от одной лишь мысли, что я могу сейчас ее потерять. Хотя…это будет самый быстрый брак в истории этого города, потому что там же их и разведут. Иначе я их всех работников ЗАГСа порву к чертовой матери и скажу, что так и было.

— А какого, собственно, у них сегодня свадьба?

— Ну вот так, перенесли они, погнали, Белый, не чеши ты так долго яйца, — поворачиваюсь и пихаю его вперед, на ходу застегивая обувь. Ля, был бы голый в душе, так бы и погнал.

Рус сегодня на ламбе, и это просто замечательно, если не принимать во внимание тот факт, что он вроде как от автопарка отца отказался. Ладно, сейчас это вес неважно, мы быстро залетаем в машину и газуем.

— Ал, не успеем, пробки, — Белый сейчас комок нервов похлеще меня, нетерпеливо бьет кулаком по рулю на первом же светофоре. Трафик, вот прямо, как назло, хреновый во всех смыслах этого слова. Хотя чему удивляться? Час-пик, он везде час-пик, хоть тут, хоть в столице.

— Ты разнылся как баба, думай, как все это мероприятие сократить.

Белый корчит кислую рожу, а потом сворачивает на улицу с односторонним, от чего я успеваю только крикнуть:

— Я не это имел в виду, шумахер! Я думал ты ускоришься! — охереть, я не думал, что он так хорошо знает габариты, ведь мы проносились буквально в сантиметрах от бибикающих машин. Ля-я-я, зная его прошлое, мне бы молчать и помалкивать, но я сейчас радуюсь тому, что в его светлую голову пришла эта идейка.

— А че я буду сопли жевать, сейчас вот опоздаем и пожуем, а пока давай сокращать хоть по диагонали, — шипит Белый.

— Успеем, — бурчу в ответ, а сам сжимаю телефон, сдерживаясь, чтобы не позвонить бате Лины еще раз. Но что ему скажу? Мы и так делаем все возможное и невозможное, так что нужно напрячься, но главное — не обосраться.

— У тебя уже есть план Б? — мы снова встаем в пробке прямо в центре, и от этого хочется встать и выйти, чтобы добежать на своих двоих.

— Захлопни варежку, плана Б у меня нет, потому что если не план А, то все — пизда.

Это я утрирую, конечно, но опаздывать нельзя. И тогда мой гениальный брат сворачивает на тротуар и едет так, словно мы на автобане. Люди в панике отскакивают в разные стороны, а я ржу как конь, это сейчас нервное.

— Гений!

Белый же открывает окно и кричит все проходящим:

— Осторожно, ноги! Запасных нет! Осторожно! Мы не успеваем в ЗАГС, пропустите жениха, СОС. ПОЖАР!

Он сейчас вопит все сразу, и вот мы уже выезжаем на ту улицу, где машин почти нет, а спустя долгих три минуты он резко тормозит у порога главного ЗАГСа этого города, где меня, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, возле входа ждет батя Лины.

— Мы приземлились. Спасибо, что воспользовались Белов Эйрлайнс, — слышу шуточное от Руса, пока выбираюсь из низкой тачки.

Анатолий Павлович указывает на часы и жестами подгоняет меня.

— Где?

— Второй этаж, красные занавески!

Несусь прямо туда, куда он показывает, так быстро, что практически лечу. Слава Богу, тут растет огромное дерево, ветки которого уходят аж на крышу. Недолго думая, понимаю, что других вариантов нет, а посему лезу в окно по нему, держа в зубах самое важное на данный момент. Папочку с компроматом на всю подноготную идеального женишка.

Чуток осталось, совсем чуток.

В какой-то момент ветка проседает, и я кубарем залетаю в окно, сбивая с ног свое сокровище, но в последний момент удается удержатся на шатких ногах, что вибрируют от нервов и напряжения.

— Курлык, епта, птичка прилетела. Я-таки успел, а Белый все ныл, что мы опоздаем. Хер там валялся. Агеевы не опаздывают на такие мероприятия, — с жадностью вперяюсь в ее раскрасневшееся личико. Папка летит на пол, хер с ней, сейчас вообще надо бы собрать глаза до кучи, а то растеклись по этой картине.

Плакала. Это плохо или хорошо? Я чувствую, что внутренности начинают кипеть. Тяжело выдохнув, прижимаю малышку к себе покрепче, вдыхая ее неповторимый аромат.

— Алан, ты с ума сошел, а если бы ты разбился. Ты чем думал вообще? — она серьезно говорит сейчас или шутит? Да смерть бы меня сама подбросила на второй этаж, если бы я сорвался. Тут такие события происходят, что бессильны все.

Улыбаюсь, абсолютно довольный собой. Волнуется, это пиздец как хорошо. Так хорошо, что я сейчас стал еще счастливее, и не только потому что успел…Волнуется, значит, не все равно, значит, думает обо мне.

— Послушай меня сейчас, малыш. Он говнюк, я тебе говорю, просто падаль, у меня есть доказательства, я все могу показать: фото, видео, записи разговоров. Вот все в папке, там флешка, — киваю в сторону папки и одновременно поднимаюсь, не выпуская Лину из рук. Не могу выпустить просто, зато теряю часть слов от открывшейся картины, невозможной красоты. Нереальная она стоит в этом белом платье, смотрит на меня в шоке, а я любуюсь. Красивая. Самая лучшая сейчас и вообще.

Малышка тоже цепляется за меня, прикусывает губу, отрицательно мотая головой, а потом кладет одну руку мне на губы, и тут я прифигеваю так, что у меня глаза из орбит вылезают.

— Алан, забери меня отсюда, пожалуйста, — шепчет тихо, словно из последних сил.

Че? Че тут происходит? Я рассчитывал на долгие уговоры и все такое. Но надо меньше думать и пиздеть, больше действовать. Утвердительно машу головой, а потом смотрю на дверь.

Она тоже на нее смотрит и отрицательно машет головой, мол, закрыто.

— Твой батя тебя запер? — хмыкаю, испытывая максимальную степень удовольствия.

— Ага, — опускает голову.

Я скидываю с себя куртку и укутываю свою девочку, а потом срываю тюль со старого карниза, и он падает на пол, создавая дофига шума. Бляха, ну нехорошо вышло. А потому из штанов выуживаю пару тысяч и кладу рядом со всем этим безобразием.

— Хреново вышло, но что поделать.

— Алан, ты что задумал? — в панике спрашивает малышка, пока я обматываю ее талию шторами.

— Ничего, малыш, ты мне веришь? — обхватываю ее личико и прижимаюсь лоб ко лбу. Ну же, отвечай.

Она смотрит мне в глаза и молчит, пока я чувствую, что окончательно схожу с ума.

— Д-д-да, — запинаясь, скорее шепчет, и я удовлетворенно хмыкаю. Отлично.

— Тогда слушай меня внимательно, мы сбежим через окно. Я буду тебя опускать, не бойся.

— Что? НЕТ, ты что! Я высоты боюсь!

— Ну так я тебя держать буду, малыш, все хорошо будет, верь мне.

Лина часто дышит, посматривая то на меня, то на штору, то на окно, пока я набираю Белого. Нужна помощь, а именно матрац, чтобы если что… мягко падать.

— Белый, катись под то окно, куда я лез.

— Че?

— Дуй сюда! И подгони машину прямо впритык.

Он отключается, а я подхватываю малышку и несу к открытому окну. Второй конец я оборачиваю вокруг себя, ну так надежнее однозначно, а с другой стороны, ну что моя птичка там весит? Вообще ничего, к тому же в последнее время она совсем исхудала.

— Ты что с Беловым приехал? — тихо спрашивает Лина, в ужасе посматривая вниз из окна. Фата порывом ветра касается моего лица.

Ну всего-то второй этаж, чего ссыковать?

— Давай потом письнем от страха, а пока нам надо отсюда выбраться и в закат умотать. Ага? И да, Белый тут, конечно, куда я без своего пиздюка.

Она смотрит на меня так, словно я с обрыва ее толкаю. Снимаем ей туфли и бросаем вниз, там разберемся.

— Давай, моя храбрая девочка, все получится. Ножку на ветку, она тебя выдержит, тюль страхует, а тут и я.

— Да ты ебнулся вкрай! Тебе чем двери не угодили? — кричит снизу Белый, пока я пшикаю, чтобы меньше трындел.

— Страхуй, умник.

Лина собирается морально и довольно быстро, что самое главное, осторожно спускается по толстым веткам. Один раз, правда, платье цепляется за ветку, но сама же быстро его снимает с «загогулины»

— Умница, — кричу ей я, когда слышу, как в дверь начинают долбить. Причем нетерпеливо. Хах. Oп. Оп. Пидорок. Опоздал.

— Лина, ты там как? Любимая, все хорошо?

Еле сдерживаюсь, что сильнее не заржать, пока перелажу через окно. Лина в этот момент уже внизу, Белый ее перехватывает, и я спокоен. Вместе с папкой спускаюсь вниз, подбираю туфли на огроменном каблуке (с этим надо что-то решать), и как только я сажусь в машину на заднее к своей девочке, Белов срывается с места.

А теперь самое главное. Набираю отца Лины и говорю короткое:

— Невеста депортирована, не волнуйтесь, она сама с вами свяжется.

Обхватив малышку так сильно, как только могу, довольно скалюсь, обращаясь уже к Русу:

— Мы долганем у тебя тачку?

Белый лыбится, кивая.

— Да без проблем, у меня есть семейная для остальных дел.

Семейная. Ага.

— Это какая? "Шевролет Авео"?

— Жигуль, блядь.

Лина прыскает от смеха, и я в полной мере успокаиваюсь. Теперь меня окончательно отпускает, и мы отправляемся в путешествие.