Глава 32

Алан

Я вижу, что Лине, мягко сказать, херово от всего происходящего, но я буквально макаю ее в это, чтобы она увидела все и услышала, чтобы потом не было никому ненужных разговоров. Не надо меня нервировать, ведь когда меня нервируют, я похож на питбультерьера. И кому станет легче? Явно не тому, кого я порву с радостью за нее в случае чего.

Решаю, что надо ей переключиться, а где еще можно так круто переключиться, как не в столице? Мой телефон в это время разрывается на хуллион частей, и ладно бы я еще был рад звонившему, так нет же. Альбинка вспомнила обо мне, а я так сладко забыл, что мне вообще ничего не хочется, на очередной заправке кидаю ее в блок с чистой совестью. Вообще буква Ю, по хую.

— Куда мы едем? — спрашивает несмело малышка после того, как в очередной раз уснула и проснулась спустя полтора часа.

— Если скажу, что это секрет, что будет? — ухмыляюсь, сворачивая на трассу, ведущую до столицы.

Лина несмело улыбается, опуская взгляд. Она все еще в платье, а я, лопух, все еще не решил этот вопрос, просто мы особо через города и не ехали, не покупать же ей первое попавшееся на заправке? И смотреть на этот вырез одно удовольствие, конечно…

— Просто… мы долго едем, мне интересно, — за одном давно уже сумерки, все самые главные указатели малышка и правда проспала.

— В столицу, пупсик, — отвечаю весело. — Годовщина у моих родаков, нас пригласили, и тебе отвлечься надо, радость моя. Этот город никогда не спит, как ты можешь знать.

Малышка меняется в лице и смотрит ан меня так, словно я ей сказал самую странную вещь в мире.

— В смысле «нас пригласили»? Алан, подожди, куда ты так спешишь, я не могу просто взять и заявиться к твоим родителям вот так, — она показывает на платье, а я притормаживаю и пялюсь на вырез. Ну там есть на что посмотреть, елы-палы! — Я даже без вещей, у меня с собой буквально ничего нет.

— Во-первых, я еще никуда не спешил. Если бы я спешил, то мы бы с тобой расписались в ближайшем ЗАГСе первой же деревни, мимо которой проезжали. Во-вторых, солнышко, я что, по-твоему, конченный нищеброд? Приедем, оденем, спокойно. Не подумал я сразу взять вещичек, не до того было, знаешь ли.

Лина же себя уже накручивает, это видно по едва пробивающейся налобной морщинке. Ля, ну даже в таком состоянии она вызывает не злость, а трепет.

— Алан, я не могу так сразу.

— Будем постепенно, не переживай. Тебе мои понравятся. Особенно папа, я тебе кричу, он будет в самом большом восторге из всех возможных, — тяну лыбу, потому что представляю уже его реакцию, когда он узнает все подробности начала наших отношений. А уж то, что я и тут пошел по его стопам, порвет его на части. От гордости, конечно.

Конечно, я даже не сомневаюсь, что все будут рады. Да я никого вообще не приводил в дом, и восторга тут не избежать. Технически не приводил, не считая того случая на кухне, когда батя нас застал с Альбиной…Но это не считается, дамы и господа, я тогда был в говно пьяный.

Чего только Мадина моя стоит, будет от радости пищать, а то вечно жаловалась на моих «сосок», с которыми не подружиться. А чего с ними дружить, я к своей сестре никого и близко бы не подпустил из этих шлюх. Не надо мне воздух портить рядом с моим цветочком. Эта принцесса росла не для такого общества.

А по поводу горячо любимой сестры, я сейчас с ужасом представляю, что к ней хоть кто-то может клинья подбивать. Но пока я спокоен, там батя на месте, можно не переживать. Он всех в лес вывезет, надеюсь. Хоть в этом на него можно будет положиться…

Лина тем временем нервничает, хоть я и пытаюсь ее успокоить. Вскоре она берет телефон позвонить своим, ну и эти разговоры для меня, мягко сказать, тоже волнительны. Первая на очереди мама, и судя по интонации, она не поддерживает сейчас дочь.

— Мам, это моя жизнь, понимаешь? Моя, — малышка смотрит отрешенно в окно, а я хочу выкинуть телефон нахер, лишь бы она не расстраивалась. — Нет, говорить с ним лично я не буду.

Отлично, я бы и не позволил, конечно, но слышать такое от Лины подобно чуду. Моя девочка.

— Я отдам одну вещь папе, вот он пусть и думает, говорить тебе или нет. Но с этим человеком не может быть ничего общего. Он не заслужил этого. И я прошу тебя…поменять замки…в квартире, чтобы он не смог туда зайти без меня.

Вот последняя фраза становится для меня полной неожиданностью. Идея, безусловно, огонь, но слышать подобное от мягкой Лины было подобно еще одному чуду света.

Затем голос стихает, сразу понятно, что трубку передали отцу.

— Па-апочка, — несмело улыбается, взгляд теплеет. Ну понятно, с кем проблем не будет никаких, а с кем придётся пободаться.

Мы въезжаем в мой двор, тут многолюдно и светло как днем. Охрана пропускает без вопросов, только вот машина новая и потому остановили вовсе.

Лина все еще говорит по телефону, даже когда мы заезжаем в паркинг. Обрывки фраз неинформативны, и я больше не вслушиваюсь. Пусть позже расскажет сама вкратце все, что там ей сказали. Мне и самому интересно, как закончилась несостоявшаяся свадьба.

Малышка тяжело выдыхает, отдает мне телефон трясущимися руками.

— Там скандалище… Представляешь, он устроил разборки, поехал домой меня искать, пробивал по камерам, на чем мы уехали. В общем, там был полный цирк от начала и до конца. Мама злилась из-за огромного стола на столько-то человек… куча денег.

Аж присвистываю. Непростой говнюк, непростой.

— Я оплачу, кинь карту.

Лина дергается, переводит на меня потрясенный взгляд. Несмотря на столько часов, проведенных в машине, она и сейчас смотрится как звезда, взгляд не отвести…

— В смысле ты оплатишь?

— Я тебя украл, я сорвал свадьбу, все это влетело в копеечку, вот я и буду компенсировать. К тому же, не думаю, что там миллионы.

Это даже смешно, если принимать во внимание мои обычные траты и заработки.

Малышка хмурится, и видно, что в голове сейчас проходит значительный мыслительный процесс.

— Нет, это странно.

— Потом обсудим, что странно, а что нет. Сначала душ и спать, я пиздец как хочу прижать тебя и уснуть, — хриплю и мысленно думаю совсем о другом, а Лина же становится пунцовой, за чем я с радостью наблюдаю.

— Мне бы переодеться.

— У меня найдется, во что тебя нарядить, красота ты моя, — выхожу из машины и помогаю своей девочке выбраться, а после нежно целую в висок и щеку. Не хочу сразу пугать ее своим напором, уже и так добился многого. Надо бы дать ей немного пространства и «воздуха».

Мы приехали в ЖК, где у меня двухуровневая квартира, досталась от бати, но вообще я тут бывал крайне редко. И никого сюда не водил, в отличие от многих «моих квартир», купленных сгоряча и необдуманно. Так что решение привезти малышку именно сюда стало для меня единственно верным. Тут, кроме меня, не было никого, а значит…все с чистого листа.

Мы поднимаемся на нужный этаж, я открываю дверь и знатно так охуеваю, потому что в коридоре целая гора обуви. Лина заходит следом и тоже замирает.

Из глубины квартиры доносятся голоса, а когда мы заходим в зал, (вернее я захожу, а Лину приходится тянуть за руку насильно), мои глаза вылазят из орбит. Батя, мама и сестра сидят и ужинают. Первым меня замечает Мадина, глаза ее тут же округляются, вилка со стуком приземляется на стеклянный стол.

Затем мать кидает на меня перепуганный взгляд.

Батя последний. В его глазах я вижу панику.

— Мда, а ты говорил, что не похож на папку, да вы просто одно лицо, — хмыкнув, говорит Мадина, а затем встает из-за стола и бежит ко мне, чтобы повиснуть на шее. Обхватываю с радостью сестрицу и зарываюсь носом в длинные мягкие волосы. Красота-то какая у меня.

— Привет, Мадюш, — легонько цокаю пальцем ее по носу, совсем как в детстве, от чего она недовольно хмурится.

Затем сестрица фурией подходит к Лине и сразу обнимает ту крепко-крепко.

— Что, стыбзил тебя, да? Ты главное не волнуйся, в нашей семье прецеденты были уже, вот смотри на этот прекрасный итог. Двое детей, крепкий брак. Несколько зарытых в лесу трупов тех, кто хотел нашу маман увести, — повисает пауза. — Я Мадина, сестра этого обосрыша. А ты у нас?

Лина стоит ни жива, ни мертва. Хрипло отвечает:

— Лина.

Шутки моей сестры — это отдельный вид искусства, и я бы даже посмеялся, если бы не одно «но»

— что вы тут делаете? — спрашиваю вполне очевидные вещи, потому что я уж точно не рассчитывал застать тут всю мою семью.