Глава 46

Лина

Пара проходит легко и непринужденно, по больше части я даже не испытываю волнения. Потому что заряжена совсем иначе, словно меня напитали солнечной энергией. В глазах яркий свет, а на губах — улыбка. Видимо, мое настроение передается еще и студентам, и лишних выяснений отношений у нас не возникает. Никто не перешептывается, не пытается демонстративно игнорировать меня, как это было в первые пары. Все с каким-то энтузиазмом слушают, и я наконец-то понимаю…мало знать предмет, надо уметь его интересно подать.

Одна группа уходит, на перерыве делаю передышку на кофе и сажусь есть то, что заказал мне Алан. Запахи разносятся — вау. И в этот момент на кафедру заходит Василиса с папкой наперевес. Красотка, одним словом.

— Привет, — она ослепительно улыбается и приветственно машет. — Ты как? — осторожный вопрос звучит следом. Девушка знала, что у меня свадьба…была, и явно знает сейчас, что она не состоялась. Хотя бы просто, потому что ее муж участвовал в процессе этого провального мероприятия буквально.

— Привет, — отложив приборы, открыто улыбаюсь. — Все хорошо, замуж я не вышла.

Вася кивает, сдержано потянув улыбку.

— Да, я наслышана. Потому и спрашиваю «как ты?». Такие решения непросто даются, наверное.

Девушка кладет папку и переводит на меня внимательный взгляд, подпирая поясницу рукой. Сегодня она в белом свободном платье, и смотрится это бомбически.

— Да, мне далось тяжело. Осознание того, что все не так, как я хочу, иногда может приносить страдания, — говорю спокойно, ровно, ощущая укол совести. Он есть. Мне стыдно перед самой собой, что так долго не позволяла себе жить иначе. Не знала просто как.

— Как Алан? Если не хочешь говорить, не надо… — она задает вопрос, но при этом, спохватившись, сразу дает возможность соскочить с неудобной темы. На удивление, я не хочу что-либо скрывать, все так легко идет, и этому «легко» я даю зеленый свет.

— Хорошо. Познакомил меня с родителями, — сдержано улыбаюсь, а у самой уже щеки горят.

Василиса распахивает глаза пошире в немом удивлении. И пока я не подтверждаю все кивком, отказывается верить?

— И с Айдаром? Мадина булочка у них, обожаю.

— С Айдаром в первую очередь. Я вообще туда заявилась в свадебном платье и сразу со всеми познакомилась. С корабля на бал, как говорится. — посмеиваюсь, вспоминая это снова и снова. Особенно удивленные лица и замершие на полпути ко рту вилки. Есть что вспомнить, это точно.

— Обалдеть, я в шоке, — прикрыв рот рукой, Василиса смотрит на меня во все глаза. — Пошел по стопам отца.

А затем осторожно усаживается рядом за стол и берет чашку, следом чай.

— Ты случайно не знаешь эту историю? А то все вокруг говорят, но мне спросить как-то неудобно напрямую.

Василиса замирает, держа в руках электрический чайничек.

— О-о-о, милая, это надо слушать из первых уст, я серьезно. Я так даже так не смогу рассказать, как Алан, к примеру. Ты будешь валяться по полу от смеха и плакать от того, как щемит сердечко за такую любовь.

Да что ж там такого было?

Василиса переводит взгляд в мою тарелку, и вдруг меня осеняет. Даже стыдно становится так, что хочется голову в песок засунуть. Она же беременная, а беременные обычно часто кушают.

— Боже, прости, пожалуйста. Ты хочешь? Бери, я салат не ела, вот еще приборы чистые, — толкаю всю коробку к девушке, но Василиса машет головой не то утвердительно, не то отрицательно и снисходительно улыбается.

— Я сейчас жру в тихушку помидоры как скотина просто, можно я только их у тебя украду? — поблёскивающий и одержимый взор лязгает по мне, скатывается снова к коробке. — Мне Рустам запрещает их есть. Начитался, блин, что они изжогу вызывают и камни провоцируют. Обычные помидоры!! А я сплю и вижу, как этот сладкий сок растекается у меня во рту, я бы не жевала даже. Просто глотала бы.

Девушка с таким аппетитом говорит об обычных помидорах, что у меня мимо воли растягивается улыбка. Неужели мужчины могут быть такими скрупулезными? Никогда бы не подумала, а с виду он плохиш. Прямо очень, и так забоится о жене в самой извращенной форме и чрезмерно. Ох.

— Конечно, что ж ты спрашиваешь, бери, приятного аппетита, — толкаю все содержимое ей, начинаю наблюдать, как она быстро уплетает все за обе щеки. Только помидоры. Хрусь-Хрусь. И столько в ней от этого радости, что Рустама хочется двинуть по сопатке, что он такой лопух и запрещает жене помидоры. Мы перекидываемся парочкой фраз, я просто не смею ей мешать.

Василиса доедает в итоге весь салат.

— Господи, это же просто. Рай.

Отлично, она счастлива, и это прекрасно.

Мы болтаем о некоторых учебных планах, Вася вручает мне очередные свои наработки, за что я ей крайне благодарна. Вся бумажная волокита дается мне крайне тяжело, особенно если надо считать свою нагрузку. Часы сливаются воедино, а где-то я теряю часть за счет экзаменов, которые также включаются в общую нагрузку. Пока все понимающе к этому относятся, но долго так продолжаться не может.

— Здесь теперь точно все, так что ты готова абсолютно ко всему, — девушка откидывается на стул и поглаживает свой аккуратный животик.

— Спасибо тебе, я бы точно с ума сошла со всем этим. Как раз собиралась звонить тебе, — говорю чистую правду. Тут черт ногу сломит на самом деле.

— Ой да не бери в голову, я с этим с третьего курса махаюсь, еще когда лаборантом подрабатывала на кафедре и большую часть нагрузки сама считала. У меня опыт, который не пропьешь, как говорится, — Василиса откидывает прядь кудрявых волос и склоняет голову. — Ты вообще звони мне по любым вопросам или погулять там, развеяться. Без наших церберов.

— Поедим помидоров? — шучу в тему, хихикая.

— Хах, да, точно. И только прошу тебя, не проговорись никому, что я тут тебя объела. Мне Рустам опять промоет мозг.

Подавляя очередной рвущийся наружу смешок, киваю.

— Я могила, обещаю. Ни слова, ни полслова.

Расходимся, потому что мне на скоро на пару, а Василису ждет Рустам.

И вот я иду на дрожащих ногах и испытываю какое-то непонятное волнение, потому что пара с Аланом. А собраться я не могу, когда он на меня смотрит, или когда губы облизывает. Или подмигивает мне. Все сразу в голове превращается в вязкую манную кашу с комочками. А по телу начинает гулять дрожь, концентрируясь там, где совершенно мне то не нужно на паре.

Не доходя до кабинета, я вижу Алана, упершегося о стенку рядом с кабинетом. Играет мышцами и смотрит на меня только так, как может он один. От этих взглядов спихиваешь моментально, и сразу хочется оказаться не здесь.

— Лина Анатольевна, пришел я сдать академразницу. И домашку сделал, и подготовился, — официоз в голосе перекликается с недвусмысленными подзывающими жестами рук. Видно только мне. Вскидывает пальцы, которые очень часто во мне. Мои щеки начинают полыхать, и я осторожно оборачиваюсь — тут никого.

— Агеев, ну раз вы готовы, то почему бы не принять вашу академразницу? — открываю ключом кабинет и захожу, воспаленной кожей чуя, как он мажет по мне взглядом, не оставляя и сантиметра без внимания. Предательское возбуждение уже давно опускается в тяжелую сейчас грудь, острые соски и концентрируется внизу живота пламенным комком.

— Пара начнется через пятнадцать минут, — строго раскладываю отведенное время, абсолютно уверенная

— Да, я видел. По расписанию, правда, в другом кабинете, — доносится мне в спину, когда я слышу звук захлопывающейся двери. — Эта аудитория совершенно свободна аж до завтра.

В смысле в другом? Мы же всегда в этом были?

Аж в пот бросает от низких вибраций мужского голоса. Стоп. Стоп. Не в универе же! Я резко разворачиваюсь, бросая на парня недовольный взгляд.

— Мы же договаривались, Алан, — шиплю, начиная вскипать, но он лишь вскидывает руки, в одной из которых пакетик с чем-то, во втором тетрадь и зачетка.

— Это не я зажмотился на пятерку для умного студента. Вот теперь садись…и получай наслаждение, Лина Анатольевна.