ГЛАВА 21

— Вызвать целителя? — Герман нахмурился и, подавшись вперед, обеспокоенно всмотрелся в мое лицо.

— Нет… — Я схватила со стола салфетку и начала ею обмахиваться. — Не в этом дело…

Граф был сообразительным малым и быстро догадался.

— Тебя расстроило известие о неминуемости свадьбы? — Его левая бровь язвительно поползла вверх, а тон похолодел. — Марьяна, бессмысленно думать, что я отпущу тебя. Ты — единственная женщина, которую я хочу. К тому же наши расы совместимы, и ты можешь родить мне наследника. Вариантов нет. Или ты думаешь, я сам рад этому?

С каждым произнесенным предложением, с каждым словом он планомерно втаптывал меня в грязь. Я его жалела? Забудьте! Помогла на приеме? Кажется, зря. Хотя нет, я же старалась ради Райвер. Думала, что он стал относиться ко мне иначе? Так сильно я еще никогда не ошибалась!

— Спасибо за обед, ваше сиятельство. Все было очень вкусно. — Из меня будто вынули стержень, и накатила такая усталость, как если бы я пробежала по меньшей мере сто кругов по полигону. — Верните меня в академию, пожалуйста, у меня очень много дел.

— Тебя обидели мои слова? — Он даже не думал подниматься и исполнять мою просьбу. Вместо этого разглядывал очередным надменным взглядом и насмехался. Так ведь это правда. Нас не связывает ничего, кроме проклятия, к чему лгать? Или ты думаешь, что, надев дорогое платье и украшения, станешь леди? Ты даже не дракон, всего лишь элементаль, да и то — без году неделя. Ничего не смыслишь в магии, кое-как разбираешься в этикете, зачем-то записалась на факультатив по боевым искусствам, как какая-то орчанка… Думаешь, я стану уважать тебя только за то, что ты помогла мне на сегодняшнем приеме? Так это была сделка.

Он говорил и говорил, а я смотрела на него остановившимся взглядом и не понимала. Зачем? Зачем он это делает? Намеренно уничтожает первые ростки приязни. Выставляет себя в самом непривлекательном свете. Отталкивает. Самоуничижается…

Да будь он тысячу раз проклят! Но почему же мне так больно?

— Ты прав. Я ничтожество, недостойное даже доброго слова, не говоря уже об отношении. — Я подняла голову и твердо посмотрела в его озадаченные глаза, запрещая себе реветь здесь и сейчас. Спасибо амулетам. — Я уяснила этот момент, благодарю, ты очень убедителен. И если на этом все, то проведи меня в академию.

Не знаю, что ему больше не понравилось: мой ровный тон или вновь озвученное требование, но дракон недовольно прищурился и процедил:

— Сначала прогулка.

— Нет настроения.

Я поднялась, не желая больше ни препираться, ни уговаривать, и стремительно отправилась на выход. В груди нестерпимо жгло от обиды, но я понимала, что все бессмысленно. Он таков, каков есть. Его проклятию плевать, насколько больно от его отношения окружающим. А я… Действительно глупая и сама виновата.

Дракон догнал меня всего через несколько шагов и вынудил взять его под руку, так что из ресторана мы вышли парой. Разговаривать нам было не о чем, и до особняка доехали в молчании. Я даже в окно не смотрела, бездумно уставившись на свои руки. Боюсь, не кончатся добром эти эмоциональные качели… Прости, Фелиш, я не такая сильная, как ты думаешь.

Из особняка ушли порталом, причем сразу в гостиную моей квартиры. Судя по тому, каким мрачным взглядом меня одарил дракон, его сиятельство изволили на меня сердиться, но лимит и моей доброты на сегодня был исчерпан, так что я надменно потребовала:

— Где моя подушка с одеялом, белье и одежда?

— Вер-рну, — глухо рыкнул драконище.

Но меня этим было уже не пронять.

— Когда сообщишь Райвер о расторжении помолвки?

— Сейчас!

Рявкнул так, что до меня, кажется, долетели даже крохотные капельки его слюны.

Псих.

Презрительно скривила губы, проследив, как он исчез в очередном портале, и, только когда пропали последние всполохи, без сил рухнула в кресло. Я не хотела ничего. Особенно продолжать этот фарс.

Зачем? Зачем он сказал ей все это?!

Ни слова неправды, но всего несколькими предложениями он умудрился перечеркнуть все то, чего сумел добиться за эти дни. За один сегодняшний фантастический день, ставший прорывом!

Уже не ставший…

Кто его за язык тянул?! Где его хваленая выдержка и благоразумие?! В какую минуту ему отказало самообладание и дипломатия ность?!

Да просто промолчать было бы в миллион раз лучше!

Все полетело в Бездну! Все!

А ведь у него такие планы были на вечер… Такие идеи!

Да будь проклято оно все!!!

Немного повздыхала, немного погрустила… Неторопливо поразмышляла о том, что все эмоции словно заторможены, и один за другим сняла браслеты. Сразу стало легче, как будто отпустила тугая пружина. Сняла бы и кулон, не нашла застежки, а разрезать ножом шнурок не решилась. Герман мог вернуться в любой момент, а мне на сегодня стрессов более чем достаточно.

Прошло, наверное, уже с полчаса, но дракон все не появлялся, и я решила хотя бы переодеться и узнать, который час. Прошла в спальню… Да так и застыла с открытым ртом.

В спальне стояла Кровать. Именно Кровать с большой буквы. Да что там… Кроватище! Размерами где-то три на три, с резными столбиками, золотистым шелковым балдахином и десятком подушечек, она занимала чуть ли не всю комнату, оставляя лишь немного места для шкафа, комода и до миллиметра продуманных маневров.

— Вконец оборзел, драконище, — пробормотала себе под нос устало и кое-как сняла платье, провозившись со шнуровкой добрых десять минут.

Взамен роскошному наряду выбрала из шкафа самые простые брюки и рубашку. Растрепала прическу, убрав волосы в обычный низкий хвост, оценила ветреную, но ясную погоду за окном, накинула кофту, взяла сумку с деньгами и отправилась в Лоунвилль.

На часах было лишь начало пятого, а сидеть в четырех стенах не было никаких сил.

Городок, оживающий, наверное, каждые выходные, ведь не только преподаватели, но и студенты пользовались возможностью вырваться за пределы строгих стен академии, встретил меня дружелюбными лицами и открытыми допоздна лавками. Я не планировала ничего покупать, Райвер позаботилась обо всем необходимом, так что просто бродила от магазинчика к магазинчику и любовалась товаром. Единственное, что купила, — кошелек для монет.

Догуляла до центральной площади, грустно улыбнулась, вспомнив инцидент у фонтана, и свернула на рынок в продуктовые ряды. Что в них только ни предлагали, но то ли я была не голодна, то ли пресытилась изысками дворцовых, ресторанных и замковых блюд, глаз ни за что особо не цеплялся, и я купила лишь немного специй. В соседних рядах соблазнилась персиками, слишком уж манящий аромат витал вокруг, а стоили фрукты сущую мелочь.

Не спеша вернулась к центральной площади, взяла немного левее в сторону парка и заняла свободную лавочку. Несмотря на довольно долгую прогулку, до сих пор ничего не хотелось, а в голове был сумбур из мыслей, желаний и возможностей. Последнее удручало больше всего, потому что по факту я не могла ничего. Уехать из академии и скрываться до конца своих дней? Постоянно шарахаться от собственной тени и ждать, когда он меня найдет? Взбешенный и озверевший настолько, что позабудет обо всех своих обещаниях не насиловать? Защищать свою честь всеми доступными способами и в итоге сесть в тюрьму за убийство главы клана?

Нет, спасибо. Что-то не хочется.

Искать заступника сильнее и могущественнее? А где? И есть ли такие вообще? Да и что я могу предложить в оплату? То-то же…

Но и смириться не могу. Просто воротит даже от одной мысли об этом. Принять его таким как есть? Выйти замуж, родить наследника? И каждый день знать, что ты ничтожество? Позволять ему удовлетворять собственную страсть, а самой безропотно сносить презрение?

Мило? Да куда там!

И ведь ничего не изменить. Я не леди и даже не дракон — его слова. Он и их-то ни во что не ставит. К Райвер, собственной кузине, относится как к вещи. Так чего я хотела? Поразить его своими магическими знаниями и умениями? Так, когда я обучусь хоть чему-то на уровне магистра, пройдет не одно десятилетие. И вряд ли это достижение будет оценено им по достоинству.

Да и надо ли мне это? Ждать одобрения, похвалы, признания от дракона? От мужчины, с которым меня связывает лишь проклятие? Это все равно, что требовать чего-то у императора лишь потому, что мы живем в одной стране.

Император еще этот…

Последняя мысль окончательно испортила настроение, и слезы полились сами по себе. Это была очень тихая истерика и персики со вкусом слез. Мимо гуляли беспечные студенты, веселились и просто радовались жизни. Теплому дню, выходному и возможности хорошенько развлечься перед очередной учебной неделей.

А я… Пустым взглядом смотрела вглубь себя на свой персональный ад и не видела ни единого просвета. Ни титул, ни богатства, ни высокое положение в обществе не заменят самого обычного уважения. Никто не говорит о любви, но ведь можно же хотя бы не презирать? Не говорить об этом с таким наслаждением. Я ведь не преступница и не злодейка. Даже не стерва! А он ставит мне в упрек, что я не леди…

Глупый, ограниченный и просто жалкий в своем закостенелом шовинизме дракон.

Вернуться бы мне обратно в свой мир…

Хм.

Мысль была не менее безумна, чем остальные, но привлекла меня всерьез. Вопрос требовал тщательной проработки и изучения возможностей как самого дракона, так и моих. Самоубийство снова откладывалось. Теперь требовались книги, терпение и время. А еще капелька везения и новые нервы.

Старые были уже ни к черту.

В академию я вернулась уже в сумерках. Опоздала на ужин, но заглянула на склад к Ирмовичу и добрый завскладом снабдил меня очередным пакетом вкусняшек, которые я с удивлением разобрала у себя в гостиной. То ли я так плохо выглядела, то ли он что-то сам прочувствовал, но положил мне не только сыра, ветчины, яиц и макарон, но и бутылочку вишневой наливки. Вот так Ирмович! Откуда алкоголь на складе? Или из праздничных запасов для преподавателей? Чудны дела твои, мироздание!

Но как бы то ни было, бутылочка пришлась кстати, и я с удовольствием уговорила ее за ужином. Немного посидела с книгами, сходила в душ, надела браслеты и самую свою закрытую сорочку, после чего сбросила с кровати все подушки, кроме одной, и легла спать. Пусть знает — его тут не ждут.

Ночь прошла спокойно, мне ничего не снилось и не тревожило, а утром на кровати лежала вторая подушка со следами головы, а на комоде — моя одежда, книга об истории империи, необычный амулет и записка.

По привычке первым делом взялась за записку и прочла единственное слово:

«Извини».

Хмыкнула, скривилась и скомкала листок в руке. Слова ничего не стоят, особенно когда знаешь, что их хозяин думает на самом деле. Да и за что он извинялся? Вряд ли за правду. А остальное меня уже не тревожило. Теперь у меня была новая цель, и пока именно она грела мне душу и не позволяла окончательно опустить руки.

Если получится уйти в свой мир и не пустить туда дракона — я буду самым счастливым элементалем всех миров!

Изучила амулет в виде небольшого бруска с незнакомыми рунами по всем граням, но инструкции к нему не прилагалось, а сама я в них ничего не смыслила. Прикинув, что можно будет спросить о нем у декана, положила в сумку и занялась собой: умылась, оделась, причесалась.

На завтрак в столовую не пошла — доела то, что оставалось от ужина. В приемную вошла за пару минут до восьми, но Райвер еще не было. Не появилась она и к обеду, и я немного забеспокоилась. Заглядывали магистры и даже студенты, спрашивая, когда она подойдет, но я могла лишь растерянно разводить руками и просить зайти попозже. На обед сбегала буквально на пятнадцать минут, быстро перекусив в одиночестве, и вернулась обратно в приемную.

Декан влетела ко мне за пять минут до конца рабочего дня. Ее глаза счастливо сияли, с губ не сходила улыбка, сама она была одета в праздничное платье, а волосы уложены в высокую прическу. Драконица подлетела ко мне, выдернула из-за стола и закружила по приемной, радостно хохоча.

— Марьяна! Спасибо! Спасибо тебе, милая моя! Ты даже не представляешь, что для меня сделала! Это свобода! Свобода!!! — Она резко остановилась и стиснула меня в объятиях. — Спасибо, спасибо! Что я могу для тебя сделать? Только скажи!

— Скажу. — Беспокойство по поводу ее отсутствия отпустило, и я сразу же вспомнила о своем деле. — Научи меня магии. Серьезной магии. Защите, скрытности, порталам. Сможешь?

Кажется, я перестаралась с серьезностью тона, потому что Райвер отстранилась, оглядела меня с подозрением и проницательно поинтересовалась:

— Решила податься в бега?

Неопределенно пожала плечами и попросила:

— Давай ты ни о чем не будешь спрашивать, и тогда тебе ничего не придется от него скрывать. Если моя затея удастся, я хочу быть уверена, что ты не пострадаешь.

— Ох, Марьяна… — Еще раз внимательно вглядевшись в мое лицо с упрямо поджатыми губами, декан порывисто меня обняла и очень серьезно пообещала: — Что бы ты ни задумала, я с тобой. Но знай, — в ее голосе прорезались зловещие нотки, — ты попала в очень требовательные руки!

— Это именно то, что я хотела услышать, — заверила ее, и мы отправились на ужин.

Во время трапезы Райвер в красках рассказала, как была ошарашена вчера, когда к ней зашел Герман, объявив о расторжении помолвки, и как нелегко ей пришлось сегодня. Сначала во время обеда с семьей лорда Валентайна, где каждый несостоявшийся родственник пытался уязвить ее побольнее, выпытывая причину разрыва (Герман сидел рядом с невозмутимым видом и за все время произнес лишь пару слов). Затем произошла встреча с собственными родными, шокированными не только решением главы клана, но и ее счастливым видом. Ей вспомнили все: и непослушание в детстве, и трудный характер, и выбор недостойного для леди занятия, и даже отказ регулярно выходить в свет, хотя это было совсем необязательно.

— Но теперь я свободна! Свободна! — Райвер повторяла это снова и снова, как будто не могла наговориться или поверить. — Работаю и живу как хочу! Выхожу замуж, когда вздумается! — Она смотрела на меня с таким обожанием, что мне бы обязательно стало неуютно, если бы не одно «но».

Я собиралась этим воспользоваться.

Сразу же после ужина декан зашла ко мне и бегло просмотрела все, что я успела изучить по тем вопросам, которые она составила для меня в первую очередь. Одобрительно покивала, сделала несколько замечаний, пообещала уже завтра подумать о практических занятиях и новых заданиях.

— Я правильно поняла, что тебя в первую очередь интересует все, что связано с защитой, скрытностью и порталами?

— Да. Еще вся доступная информация о драконах. Особенно магические возможности.

— Сроки? — Деловитая Райвер разительно отличалась от счастливой Райвер, как небо и земля. Суровый пронзительный взгляд, скупые движения и менторский тон — она была воплощением ума, строгости и требовательности.

— Минимальные.

— Тебе не понравится, но я это сделаю, — решительно кивнула брюнетка и подмигнула. — Отдыхай, пока есть возможность. Скоро у тебя не останется ни одной свободной минутки.

Мою решимость не смогли поколебать всего лишь слова. Когда на кону рассудок и самоуважение, остальное не имеет значения.

Со вторника моя жизнь превратилась в трудовые будни студента, проспавшего все сроки сдачи зачетов и экзаменов за предыдущие пять лет. С утра задание, вечером опрос и практика до посинения. Спасали лишь эликсиры и то, что брусок с рунами оказался двусторонним порталом в библиотеку замка, где любезный митр Томас подбирал мне необходимую литературу еще до того, как я посещала его с визитом. По сравнению с академической библиотека замка была значительно меньше, но в ее недрах имелись все необходимые книги именно по тем вопросам, которые я изучала. Самые полные, самые подробные и самые редкие. Все-таки драконы — те еще собиратели сокровищ, в том числе и знаний. Шли дни, складываясь в недели, а я становилась все стройнее, умнее и упрямее. На секретарскую работу — не больше двух часов в день. Остальное время — изучение теоретических вопросов. После ужина ежедневная индивидуальная практика с Райвер на одном из полигонов под закрытым куполом. Дотошный разбор каждой из доступных ипостасей и поиск сильных сторон. Ментальная, магическая и физическая защита, заслон от поисковиков. Перемещение под землей в любую желаемую точку (пока в пределах академии). Щиты всех видов от любого типа магии.

Теория и практика, практика и теория. Учеба, учеба и снова учеба на грани возможностей. А иногда и за гранью.

По понедельникам, средам и пятницам в восемь — факультатив у магистра Шикотара. По вторникам, четвергам и субботам — продолжительные практики с деканом почти до полуночи. В воскресенье выходной и блаженное ничегонеделание. А с понедельника все по новой.

В таком бодром темпе прошел почти месяц. Почти месяц о себе не напоминал граф, но каждое утро сброшенная перед сном на пол подушка лежала на кровати с вмятиной от его головы. А вот даже то подобие ухаживаний с презентами, что было раньше, прекратилось. И правильно. Нет у нас отношений, ни к чему и остальной фарс.

Это было бы смешно и нелепо, если бы…

Если бы не все это.

Впервые в жизни он не знал, как быть. Он не считал себя виноватым, но в то же время осознавал, что в ее глазах он действительно монстр. То самое чудовище, о котором верещала Изольда.

Вот кто настоящая дрянь…

В итоге он так ни к чему и не пришел. Выполнил свою часть сделки, с неприязнью и необъяснимой тоской глядя на счастливое лицо Райвер.

И занял выжидательную позицию.

Больше никаких встреч, ужинов или прогулок.

Он не понимал, что задумала Марьяна, но с того вечера ее словно подменили. Она постоянно занималась. Была замкнута, собрана и почти не улыбалась. С таким остервенением доводила себя на практике до изнеможения, что ему приходилось прилагать немыслимые усилия, чтобы только не выдать себя. Защита, защита и снова защита.

От кого?! Не от него ли?! Но разве он дал хоть один повод усомниться в себе?!

За кого она вообще его принимает??!

Райвер сурова. В своем репертуаре. Но видно, что не изводит, а действительно учит. Никогда не думал, что кузина настолько умна и опытна. Даже удивительно. И внушает некое уважение. Немного. Но все равно ничего непонятно.

А этот Шикотар? Да он был готов переломать ему все конечности, в том числе хвост и уши в десяти местах за одни только взгляды! Р-р-р! И он бы точно не удержался, позволь себе этот плешивый кот хоть что-то большее! Мальчишка же… Нет, мальчишка не соперник. А вот плешивый кот… Этого точно стоит покалечить. Чуть позже. Тут, главное, все правильно спланировать…

Ему было противно смотреть, как Марьяна осунулась и похудела. Часто хмурилась. Даже во сне. О чем-то постоянно думала. Вряд ли о приятном.

Еще противней было осознавать, что именно он всему виной. Но как все исправить?

Он не знал.

Со скрипом признался сам себе, что раньше, до того рокового обеда в ресторане, у него еще была возможность создать хотя бы подобие отношений. Сейчас вряд ли.

Только принуждение и холодный расчет. Добровольно она больше ничего не сделает.

Тут еще так некстати очередное требование от императорской четы…

Да будь все проклято! Почему именно сейчас?!

Понемногу холодало, но, по словам Райвер, на территории академии снег обычно выпадал лишь к середине декабря и лежал всего несколько недель, обеспечивая студентам и сотрудникам полноценное празднование дня зимнего солнцестояния, которое здесь заменяло мне привычный Новый год. Недельные каникулы, подарки близким, украшенные деревья и вечерние посиделки за пряным вином — таков местный Новый год.

Но пока что шел лишь конец октября, установилась хоть и прохладная, но ровная и сухая погода, и думать о чем-то другом, кроме учебы, было слишком рано.

Сегодня была пятница, и я возвращалась к себе после очередного бодрого спарринга с Фелишем, во время которого парень снова наставил мне синяков и едва не сломал руку, зато я щедро прошлась по его ребрам и совершенно справедливо посчитала, что мы в расчете. Я уже намного лучше чувствовала свое тело, меньше уставала и почти не ошибалась в простейших атакующих связках, хотя и не всегда успевала с защитой. Сделав крюк до целителей, где выпросила очередную порцию мази от синяков, я уже предвкушала душ и последующий вечер с книгой по магии огненных элементалей, когда заметила на крыльце общежития знакомую фигуру, одетую в строгое черное пальто.

А ведь я почти поверила, что не увижу его хотя бы до нового года… Сглазила!

— Добрый вечер, Марьяна. — Он был почти вежлив. Не считать же грубоватостью раздраженный взгляд, скользнувший по моим синякам и рассеченной брови?

— Привет, — кивнула и прошла мимо.

К чему расшаркивания и этикет, если я все равно существо второго сорта? Тем более меня ждет очень важное дело: умыться и намазаться.

— Ты могла бы быть и повежливее, — донеслось мне в спину.

— С какой стати? — Слегка обернулась и взглянула на него через плечо. — Разве это что-то изменит?

Дракон прищурился, словно не ожидал столь холодного приема, и пока не знал, как ответить. Но стоило мне отвернуться и сделать шаг, как с глухим рычанием произнес:

— Нам надо поговорить.

— А мне надо принять душ и смазать синяки мазью. Твой разговор подождет полчаса? — Снова обернулась, взглядом дала понять, что меня в принципе мало волнует его положительный ответ, и отправилась дальше.

Ни слова не сказала, когда он прошел в квартиру следом, прекрасно зная, что даже запертая на ключ дверь для него не преграда, но сразу взяла свежее платье, чтобы переодеться в душевой. Мылась медленно, растягивая удовольствие. Давно прошли озвученные полчаса… Пунктуальность? Нет, не слышали.

После душа не только смазала синяки и ссадины, но и постирала одежду. Прошло не меньше часа, в это время я обычно уже готовилась ко сну, но в мои планы, как всегда, бесцеремонно вмешался дракон.

— Не ушел? — спросила первым делом, увидев его в кресле в гостиной, и неприязненно скривила губы. — Жаль…

В ответ заработала моментально озверевший взгляд, но даже и не подумала бояться. Эта функция в моем организме была принудительно отключена в ту самую минуту, когда я поставила перед собой цель.

Не обращая никакого внимания на незваного гостя, я достала из шкафчика творог со сметаной, добавила к ним меда и с невозмутимым видом заварила свежий чай. На одного. Налила в кружку, добавила лимонного сахара, расположилась в соседнем кресле и кивнула.

— У тебя десять минут, потом я лягу спать.

Все это время Герман следил за мной взглядом с непередаваемо зловещим прищуром, но не произнес ни слова. Только смотрел. И, кажется, слишком многое видел…

— Ты похудела, — припечатал неприязненно.

— Диета у меня. — И с удовольствием облизнула медовую ложку. Ага, называется: доживи до воскресенья и не сдохни от нагрузок. — Это все, что ты хотел узнать?

— Ты меня намеренно провоцир-р-руешь? — рыкнул, аж внутри что-то отозвалось.

— Нет, что ты, — прищурилась ласково и отправила ему убийственный взгляд. — Тебя и провоцировать-то не надо, всегда готов унизить и наорать, напомнив окружающим об их ничтожестве. Так что за разговор? У тебя осталось восемь минут.

Подлокотник кресла страдальчески затрещал под зло сжавшимися пальцами дракона, и я пренебрежительно хмыкнула.

— Что и требовалось доказать.

— Замолчи!

Изобразила мимикой все, что о нем думаю, и перевела взгляд на мисочку с творогом. И правда, что это я разошлась? Не иначе как у меня ломка морального мазохиста? Нехорошо…

— Я пришел уведомить о предстоящем приеме во дворце, — яростно прошипел дракон, явно не в силах взять себя в руки так же быстро, как удалось это мне. — Прибывает посольство из государства ифритов. Завтра в полдень вручение верительных грамот и даров, а в воскресенье большой вечерний прием. В течение недели послы будут обсуждать некоторые спорные торговые вопросы, а в следующее воскресенье состоится второй бал по случаю завершения переговоров. Я обязан присутствовать на всех мероприятиях по долгу службы, а тебя лично желает видеть ее величество.

Покосилась на графа, сморщилась, но ничего не ответила. Понятно, что отрицательный ответ неприемлем. И никого не волнует, что завтра я работаю. Ради такого отпустят и еще ускорения прибавят, причем лично уважаемый ректор, которого за все это время я видела лишь пару раз мельком и издалека. Импозантный мужчина.

Но одно дело — просто пойти, а другое — пойти как хорошая девочка…

Я усмехнулась себе под нос, и умный дракон все правильно понял.

— Что ты хочешь за свое пристойное поведение, не вызывающее нареканий? — не спросил, выплюнул.

Ну кто же так ведет переговоры? Неуд тебе, драконище.

А что я хочу… Ты все равно не дашь.

— Я оставлю за собой желание. Ограничения те же, меня они устраивают.

— Одно? — Он был искренне удивлен, хотя и пытался скрыть.

— Мне хватит. — Покосилась на него снова и наткнулась на испытующий взгляд, словно он желал любой ценой забраться в мою голову и выяснить все, что я задумала. — Кстати, время вышло. Я буду завтра в замке к десяти.

И взглядом указала на дверь.

Мы оба прекрасно понимали, что каждую ночь спим в одной кровати, но я не собиралась проводить с ним и вечера. Это было лишь мое время.

— К девяти, — раздраженно выторговал он час категоричным тоном и стремительно вышел.

Дверь закрылась очень и очень тихо, практически бесшумно.

А вот ругнулась я громко и с чувством. А кого мне в своей гостиной стесняться?

Как же не вовремя эти ифриты!