Глава 21.

Глава 21

Великий котёл, зелье правды и неожиданный гость

Утро в Чайной Гавани наступило, как всегда, с запахом свежего хлеба, дымка над крышей бани и лёгкого звона волшебного колокольчика на двери чайной лавки. Но в этот раз звон не стихал. Он звенел, как будто кто-то неустанно дёргал за верёвочку.

— Баюн! Проверь, кто там балуется! — крикнула Елена из глубины мастерской, где в огромной ступе колдовала новый рецепт — "чай на откровенность и лёгкое покраснение щёк".

Баюн, с важным видом поправив усы, спрыгнул с подоконника и открыл дверь. На пороге стояла… ведьма. Не просто ведьма — незнакомая, высокомерная, в остроконечной шляпе с перьями фазана и палкой, на которую был навинчен мини-котёл вместо набалдашника.

— Здравствуйте, — протянула она, оглядывая лавку с выражением лёгкой брезгливости. — Я прибыла по вызову Магического Совета. Меня зовут Вереника Гнусова. Я... ревизор.

Елена выглянула из мастерской, вся в мятных лепестках и каплях настоя.

— Простите, вы кто?

— Магическая инспекция. Проверка на соответствие стандартам. Неофициальные школы травничества, лавки без лицензии, подозрительные пироги, нелегальные лешие... знакомо?

Баюн выпал в осадок.

— Кто вас вызвал?! — фыркнула Елена.

— Кто-то из ваших завистников, вероятно. Вот жалоба: "Елена Премудрая, не зарегистрированная ведьма. Торгует зельями, обучает несовершеннолетних, использует домовых без трудового договора и, внимание... организовала поющий пирог."

— Ну и что?! — возмутилась Елена. — Пирог был по взаимному согласию! Он сам захотел петь!

Вереника брезгливо записала в блокнот:

"Объект не отрицает. Считает пирогов разумными. Уровень нестабильности: высокий."

— Я должна провести инвентаризацию, — продолжила ревизорша. — Где ваши котлы, лицензии, книга трав, страховка на чай и бумага об утилизации старых зелий?

— Сейчас покажу, — с ухмылкой сказала Елена. — Проходите в Великий Котёл.

---

Великий Котёл был особой комнатой. Его когда-то подарила сама Баба Яга, сказав: "Пусть ревизоры туда ходят — они там сами себе всё найдут".

Внутри была странная магия: каждый, кто входил, видел то, что заслуживал. Воры — сундуки с замками. Лгуны — зеркала. Бюрократы — бумагу. Много бумаги.

— Заходите, — пригласила Елена.

Вереника вошла... и исчезла. Буквально.

— Ну, — вздохнула Елена. — Пока она там ковыряется, давайте заварим Зелье Правды. Авось пригодится.

---

Баюн наблюдал, как в котёл падают:

капля слёз лягушки, что смотрела роман о волшебной любви,

крошка сахара с пирога, который врал о калорийности,

сухой лепесток обиды, сорванный с подушки тёщи,

и мед из улья, где пчёлы болтали без умолку.

Котёл заурчал, потом вспыхнул золотым светом, и из него донёсся голос:

— Кто пьёт меня, тот скажет то, чего сам не знал.

— Прекрасно, — кивнула Елена. — Сделаем чаепитие с откровениями.

Через пару часов из Великого Котла выбралась Вереника, вся в бумаге. Её шляпа была наклеена на какой-то протокол, глаза бегали.

— Я… эээ… вас… проверила.

— Хотите чаю? — мило предложила Елена.

— Это… это… да.

Они сели за стол. Зелье Правды уже дымилось в чашках.

— Я считаю, что ваше хозяйство образцово, — неожиданно сказала ревизор.

Баюн закашлялся.

— Правда?

— Абсолютная. А ещё… я завидую вам. Вы живёте, как хотите. Печёте пироги. Вас любят. А я… я даже кота не завела. Только этот котёл.

И Вереника заплакала. На плече у неё тихонько пискнул котёл. Он сопереживал.

— Тогда оставайтесь у нас, — предложила Елена. — Поживите, посмотрите, как тут всё устроено. Научитесь делать чай не по бумажке, а по сердцу.

Вереника кивнула. Котёл одобрительно булькнул.

---

Вечером в деревне устроили праздник: праздник Честного Чая. Все пили, смеялись, рассказывали секреты. Один леший признался, что тайком выращивает одуванчики с интеллектом. Домовой, что крал у Баюна подушки. Баюн, что тайно учился играть на лютне.

А Вереника стояла у костра, обняв свой котёл, и впервые за много лет... улыбалась.

— Ну что, хозяйка, — шепнул Кощей, подойдя к Елене, — ещё один день спасён. И ещё одна душа.

— Да, — кивнула Елена. — Потому что настоящий чай раскрывает не только вкус. Он раскрывает сердце.

А в небе засияла новая звезда — над Чайной Гаванью. Звезда Доброй Бюрократии.