Глава пятнадцатая. Январская суета
– Точно не хочешь поехать со мной? – поинтересовался Ефим и бегло поцеловал ее в губы. Отошел на два шага, надел пиджак и принялся возиться с галстуком.
Лена покачала головой. Поехать она хотела и даже чувствовала себя неплохо, но завтра, шестого января, она записалась к гинекологу и никак не могла пропустить прием. Надеялась получить разрешение на шалости после осмотра. В постель к Ефиму хотелось до зуда во всех частях тела, но врач из больницы рекомендовал воздержаться до дополнительного контроля. Возможно, сообщи она любовнику о беременности, он бы перекроил график и они бы поехали вдвоем завтра, но сил поделиться с Ефимом своей тайной не было.
– Возвращайся скорее, – Лена улыбнулась. – Я, конечно, просплю три дня, но все равно буду скучать. И позвони, как подпишешь документы с Хромовым. Хочу зафиксировать тот момент, когда мой кавалер станет серьезным бизнесменом.
Ефим рассмеялся. Затянул узел на галстуке и поспешил поцеловать свою блондинку.
– Мне нравится, что ты думаешь о моем будущем, – прошептал, когда оторвался от ее губ, – о нашем будущем.
Лена снова улыбнулась.
– А ты как хотел? Я же женщина. У нас всегда большие планы на любовников.
– Забыла о моем самолюбии? – явно шутя, напомнил Ефим. – Я должен ощущать собственную исключительность.
– Уговорил, – Лена закатила глаза и продекламировала будто со сцены. – Таких обстоятельных планов у меня не было ни с одним мужчиной… Не представляю своей жизни без тебя…
Сказала и замолчала, осознавая озвученное. Планы с другими были. Другие планы: смелее, безрассуднее и не такие практичные, но ни с кем не было такой сумасшедшей жажды. Постоянно звучащей струны внутри. С Ефимом хотелось быть рядом каждый миг, каждый вздох, каждый шаг.
– И я не представляю завтра без тебя, – горячо выпалил любовник и чмокнул ее в нос. – Береги себя. Договорились?
– Да.
– Отлично, – мужчина поспешил в коридор.
Лежащий около дивана Козлик поскакал за ним.
– Ты остаешься за старшего, – напомнил коту строго, и Лена тихонько рассмеялась. Конечно, кто ж еще? Рилла – принесенная отцом кошечка – не претендовала на лидерство. Только ластилась и мурлыкала, когда Лена проходилась по ее шерсти чесалкой.
Закрыла за Ефимом дверь и отправилась спать. То ли из-за сотрясения, то ли из-за беременности все больше напоминала себе кота: могла провести во сне полдня. А сегодня любовник поднял ее ни свет ни заря, и Лена готовилась отоспаться после его отъезда.
Проснулась от звонка смартфона. За окном смеркалось, в комнате царила полутьма, и гаджет пришлось поискать. Сигнал не прекратился. Кому-то очень хотелось пообщаться. Она взяла в руки устройство и в недоумении уставилась на экран. Звонила Милана, секретарша Глеба Демидовича из «Веселого повара». Лена поморгала, просыпаясь окончательно, и потянула зеленую трубку.
***
В БЦ «Капитал» Ефим добирался в легком напряжении. Еще ожидал подвоха от совладельцев «Ледяного счета» и немного от господина Александрова. С одной стороны, считал это место приносящим удачу, в конце концов, именно здесь они встретились с Леной второй раз. Он выходил с переговоров с Хромовым и случайно заметил спешащую к лифту блондинку. Сначала не поверил глазам, а после ринулся вдогонку. А с другой стороны, из головы не выходили слова Лениного отца. Не из-за угроз – Ефим верил, что за новогоднюю ночь они нашли общий язык, – а из-за того, что он ненавязчиво напомнил: любой из участников процесса может передумать. До подписания бумаг нет никаких гарантий. Да и после риски остаются еще какое-то время.
Чтобы волноваться меньше, Ефим старался думать о Лене. Это было куда приятнее просчетов возможных вариантов провала. Они со сладкой странно провели последнюю неделю слишком спокойно, даже не без потрясений, а без событий вообще. Развлекали котов, болтали, гуляли, заглядывали перекусить в разные забегаловки. Вечером Ефим читал Лене вслух. Она лежала на его коленях, как на подушке, а он старательно изображал из себя актера-декламатора. Читали нон-фикшен про корпоративную культуру, и после, сидя на кухне за чаем, пытались понять, где именно истина: на страницах книги или в жизненных наблюдениях. Пару раз заходили в его студию на Красносельской, но, скорее, за вещами, чем желая остаться там надолго.
Ефим понимал: когда Лена выздоровеет, их ждут времена поактивнее, но часто ловил себя на мысли, что доволен и тем, что есть. Добавить жаркие ночи, и все станет просто идеально. Нравилось быть рядом с нежной блондинкой, нравилось болтать и гулять, держась за руки, нравилось вечером расчесывать пятерней ее волосы и слушать невнятный, похожий на мурлыканье шепот, показывающий Ленино удовольствие от процесса. Хотелось и дальше обнимать ее перед сном и видеть утром заспанную мордашку в обрамлении спутанной белобрысой шевелюры.
Хромов не спешил. Ефим пришел на десять минут раньше и застал на месте только помощницу контрагента Нину Павловну. Невысокую, тучную женщину в летах. Подозревал, она занимается всем: от делопроизводства до бухгалтерии и юридических изысканий, и старался произвести приятное впечатление. Конечно, работать вместе им не придется, именно к «Ледяному счету» Нина Павловна не имела никакого отношения, но полезные связи никто не отменял.
– Хотите кофе? – поинтересовалась она, когда Ефим снял пальто и устроился на кресле для гостей в приемной. Все документы они проверили уже, кажется, тысячу раз, до нотариуса оставалось полчаса, вполне можно было немного отвлечься.
– Не откажусь, – отозвался визитер и принялся рассматривать приемную. Похоже, там дальше прятался его кабинет. Непременно рассмотрит его получше потом. Совещались каждый раз в разных местах, и он не успел запомнить интерьер. – Черный, без сахара.
Женщина исчезла ненадолго и вернулась с подносом, поставила его на журнальный столик рядом с гостем. Ефим полюбовался чашкой кофе и вазочкой с печеньем и поблагодарил. Помощница Хромова вернулась за свой стол.
– Уже выбрали жилье? – поинтересовалась дежурно.
– Нет, – Ефим отхлебнул горячей терпкой жидкости и покачал головой. – Я в прошлом месяце снял себе студию на Красносельской, но, думаю, окончательно осяду не там.
Снова отхлебнул кофе и ухмыльнулся. С жадностью втянул носом густой, горький аромат. Хорошо, если не на Красносельской, то где? Не у Лены же жить, в конце концов… Что это за кавалер такой, которому некуда привести свою красотку? Вздохнул и неловко улыбнулся.
– Но пока не выбрал где.
– Если с семьей, то советую Черемушки или Беляево, – воодушевилась женщина. – Дороговато, конечно, но все под боком. И сюда по прямой.
– Спасибо! – Ефим кивнул. – Запомню.
Не стал добавлять, что любимая живет в Филях, и туда будет не по прямой. Что до детей… Прежде чем подстраивать под них свою жизнь, их бы не мешало бы зачать и родить, а для этого нужно жениться. Одно без другого, в общем-то, случается, но при нынешнем уровне контрацепции все реже и реже.
На пороге появился Хромов. Худой, невысокий, с проседью брюнет в дорогом костюме. Он поздоровался, скинул легкую куртку и поманил Ефима за собой.
– Пойдемте, нотариус ждет. Совладельцы тоже подъехали, – посмотрел на Нину Павловну.
– Я отнесла все документы его помощнику еще утром, – ответила она, не дожидаясь вопроса.
– Спасибо, – буркнул Хромов и поспешил к лестнице.
Ефим поднялся с места, умоляя провидение скрыть бешеный стук в груди. Последовал за контрагентом. Если не ошибался, нотариальная контора располагалась этажом выше. До белых костяшек сжал ручку портфеля с документами. Так давно мечтал об этой покупке и, сейчас, когда смог подступиться, боялся спугнуть удачу.
Вопреки опасениям, у нотариуса все прошло без сучка и задоринки, и уже через два часа, Ефим, пообщавшись немного с новыми партнерами, отправился на вокзал. Оставалась еще регистрация, но настроение было радужнее некуда. Планы на завтра – просты. В десять они с соседом подписывали договор купли-продажи, а после Ефим шел к себе собирать манатки. Алексей отчаливал на отдых, и к его возвращению следовало освободить квартиру. Ефим планировал пробыть в Петербурге два с половиной дня, надеялся, что этого времени хватит разобраться с делами.
В Сапсан садился с мыслью зайти в один ювелирный магазинчик по приезде. Хотелось выбрать славную безделушку для его белокурой красавицы.
***
– Алло, – выпалила Лена, еще надеясь, что услышит фоновое шуршание и далекие голоса. Хотелось верить, что Милана набрала ее по ошибке, а не по поручению своего похожего на варана босса.
– Елена Геннадьевна? – поинтересовались знакомым голосом. – Это Милана из «Веселого повара». Помните?
– Помню, как не помнить… Здравствуйте!
– Здравствуйте! Я бы хотела поделиться с вами одной тайной, – собеседница практически перешла на шепот, – только обещайте, что не проболтаетесь Глебу Демидовичу.
– Обещаю, – Лена недоверчиво приподняла брови. Происходящее попахивало дешевым представлением. Не представляла обстоятельств, которые заставят ее секретничать с Ворониным.
– У меня на столе сейчас распечатка краткой справки о вашей семье. Господине Александрове, его бизнесе и о вас.
– Надо же… И что там? Положим, я личность неинтересная, но что пишут про отца, я бы узнала с удовольствием.
– Могу прислать вам, если окажете мне одну маленькую услугу.
– Какую?
– Мне нужны контакты владельца «Дворянской трапезы», у меня к нему разговор. Личный. У босса есть те, которые знают все, там отвечает ассистент, а у вас, подозреваю, будет что-то более подходящее. Вы или ваш отец наверняка в курсе.
– Я спрошу у него, но это ближе к десятому. Устроит?
– Вполне. Спасибо! Сейчас пришлю вам файл на почту.
– Хорошо, – Лена кивнула. – Спасибо и вам.
Усмехнулась и включила ноутбук. Не сидела за компьютером с того злополучного вечера атаки филейной части на «Кайен», но сейчас страшно хотела увидеть, кто и что накопал про них с отцом. Решила ограничиться десятью минутами и после отправить все родителю. Он точно понимает лучше, что делать с этой информацией.
Лена открыла сообщение с файлом и застыла, не в силах толком вздохнуть. Не хотелось верить глазам. Милана не стала морочиться, просто переслала письмо от исполнителя. Адрес, с которого отправили досье, явно принадлежал одному очень близкому Лениному знакомому: перед значком собаки красовалось латиницей enkholmogorov.
Тоскливо засосало под ложечкой. Лена закрыла лицо руками и протяжно застонала. Надо же быть такой дурой! Не стала спрашивать, что и как, в Новый год, но после же можно было поинтересоваться! Решила, что все пойдет хорошо, если не задавать вопросов? Дура и есть. Еще и расслабилась, размечталась, собралась рассказать о беременности… «На кой черт ты ему со своими нежностями и приплодом?» У мужчины совсем другие цели.
Передумала пересылать файл отцу. Решила повременить. Испугалась признаться, что позволила себя использовать. Они частенько ссорились из-за ее мужчин: то родитель безуспешно пытался свести дочь с сыновьями партнеров, то она сама выбирала не тех и попадала в сомнительные истории. В какой-то момент поверила, что с Ефимом будет иначе. Отец умыл руки и позволил творить что вздумается, да и кавалер казался честным и заинтересованным именно в ней. Получалось, только казался…
Лена захлопнула крышку ноутбука. Не станет читать! Там наверняка полно язвительных комментариев и о ее образе жизни, и об отцовском стиле общения. Шмыгнула носом и покачала головой. Как же так? Она же человек, а не белобрысая кукла. И отец не железный. Прикрыла глаза, позволяя предательским слезинкам течь по щекам. Может, если поплакать, будет не так больно?
Звякнул смартфон. Пришло сообщение от Ефима. Лена стерла его не читая, уселась на край дивана, почти спряталась между спинкой и подлокотником и разревелась окончательно. Все происходящее вполне вписывалось во взрослую жизненную логику, но верить в реальность не хотелось.
Из коридора, видимо, на звук, прискакал Козлик и без лишних расшаркиваний улегся хозяйке на колени. Лена почувствовала, что ей хочется сдохнуть. Все вокруг казалось нелепой игрой и только зря терзало ее душу.
Не помнила, сколько просидела на диване, жалея себя и обливаясь слезами. Очнулась, когда на кухне настойчиво замяукала Рилла. Похоже, в миске не осталось еды и кошечка решила затребовать свое. Настойчивости у нее было не отнять. Козлик тоже услышал призыв и, подскочив с коленей, помчался поесть. Лена усмехнулась, шмыгнула носом и потопала на кухню кормить котов.
После решила поесть сама. Заглянула в холодильник, нашла остатки говядины по-мексикански, которую Ефим специально приготовил перед отъездом, и принялась накладывать себе порцию. Проглотила набежавшую в рот слюну: готовил кавалер превосходно и явно старался порадовать свою такую полезную блондинку. Покачала головой и застыла, раздумывая.
Неясно, зачем Милане общаться с владельцем «Дворянской трапезы». Тем более минуя ассистента. Вряд ли она может ему что-то продать, Царь таких на завтрак ест, а как женщина она его не заинтересует. Лена видела парочку его пассий, он любил дам в теле, а не субтильных моделей. Разве что в «Веселом поваре» эту просьбу придумали, чтобы был повод выслать ей отчет? Но зачем? Махнула рукой. Черт знает… В любом случае стоит поговорить с Ефимом. Расставить все точки над i. И чем скорее, тем лучше, долгих метаний ей просто не выдержать. Рвать надо резко и решительно. Так отпустит быстрее.
Вздохнула и поставила мясо в микроволновку. Сейчас поест и разберется, что к чему.
К концу трапезы твердо решила наведаться к Ефиму в Питер завтра после врача. Билеты были, сил хватало, на работе никто не ждал из-за больничного, так что она вполне могла посвятить время путешествию. Осталось только отыскать в переписке адрес горе-любовника и куда-то пристроить котов. Можно, конечно, оставить их отцу, но совсем не хочется отвечать на его вопросы.
Усмехнулась промелькнувшей мысли, прихватила ключи, нырнула ногами в тапочки и направилась к соседке. Аделаида Степановна любит животных и не должна отказать.
Женщина еще не спала. Увидев Лену, она расплылась в улыбке и пригласила зайти. Гостья тоже невольно улыбнулась, глядя на ее домашний наряд. Строгому простому платью из шелка в огурцах могла бы позавидовать любая театральная прима.
– Я к вам с неприличной просьбой, Аделаида Степановна, – начала Лена осторожно.
– И что же неприличного вы можете мне предложить, Леночка? – лукаво отозвалась соседка. – Развлечение втроем? Боюсь, вынуждена буду отказаться. Еще лет пять назад я бы собралась с силами из любопытства, а сейчас прошу прощения.
Лена хихикнула в кулак. Иногда шутки этой женщины совсем не сочетались с ее внешностью. Впрочем, сейчас она, похоже, высмеивала неправильное употребление слова.
– Все еще неприличнее, – заверила гостья. – Я хочу уехать на пару дней в Питер, не могли бы вы присмотреть за котами? Корм оставлю, нужно будет просто поглядывать, как они.
– Конечно, присмотрю. Едете вместе с Фимой? Уж простите мое любопытство, но я несу за этого молодого человека ответственность…
– К нему, – ответила прямо. Врать не было смысла, они с любовником заходили поздравить соседку с праздником, и тогда-то Лена и узнала, что Аделаида Степановна – приятельница почившей матери Ефима. – Хочу сделать сюрприз. Нанести внезапный визит. Только адрес надо найти. В переписке.
– Я вам дам! У меня есть, – оживилась соседка. – Хотите чаю с шарлоткой? Сын приходил, но у меня еще половина осталась.
– С удовольствием, – согласилась Лена. – Она у вас лучше, чем у самого именитого шефа.
– Мне приятна ваша лесть, голубушка, – отозвалась Аделаида Степановна и поманила гостью в сторону гостиной. Та покорно пошла за хозяйкой дома. В присутствии других людей хотя бы не мучила холодная тоска, но забыть о Ефиме здесь, похоже, была не судьба. Судя по настрою соседки, о нем тут собирались и рассказать, и расспросить, и дать рекомендации по эксплуатации экземпляра.