Глава 14

За стеной царила кровавая вакханалия. Получив отпор, монстры жрали друг друга, метались в ограниченном пространстве между стеной и надвигающейся глыбой монстра. Представить не возьмусь, откуда такая гадина выползла. Глядя, как комфортно она себя чувствовала в хлюпающей от дождя и крови жиже, отжиралась тварь в каком-нибудь водоеме или болоте. Другой вопрос, кто ее оттуда выманил? Эта атака монстров похлеще, чем в Тангсуре будет. Там только твари первого и второго уровня нападали, а к городу как бы еще с третьего не сбежались.

В голове мелькали разные мысли, пока неслась, используя туши чудовищ, как опоры, одновременно уворачиваясь от клыков и когтей. Наиболее ретивых осаживала ударами меча или посоха, которые крепко сжимала в руках. Немного мешал передвижению плащ, но он надежно защищал от подлых ударов в спину, так что неудобство очень даже полезное, жизненное, которое я готова потерпеть.

Чем ближе я подбиралась к громадному чудовищу, тем ниже опускалась температура. Зверья становилось меньше, да и выглядели они неживыми. Мне не нравилась чернильная жижа, расплывшаяся вокруг каракатицы. Недавно ей обрубили щупальца, которые попадали поблизости. Если они обладают свойством перерождаться в новых монстров, как мокроеды, то под слоем чавкающей грязи таится еще большая опасность. Меня громадная тварь пока не заметила. Да и вряд ли обратила бы внимание на еще одну букашку, копошащуюся внизу. Но молодым особям такая добыча придется по вкусу. Однако мне повезло, что поверхность возле чудовища покрылась корочкой льда, по которому я проскользила так стремительно, что трескающийся позади лед не утянул в полынью.

Приблизившись к монстру, с разбегу воткнула в панцирь меч и жало скорпиона, чтобы зацепиться за поверхность и не слететь в мутную жижу. Оба оружия пробили заиндевевшую защиту чудовища. Один этот факт обнадеживал тем, что не зря бросилась в самоубийственную атаку. Панцирь надежно защищал тушу хищника, делая неуязвимым для магических плетений. А от таких вот атак каракатицу спасали громадные размеры. Другие монстры запросто могли бы на нее напасть, но вряд ли причинили бы серьезный вред. Банально не достали бы до жизненно важных органов.

Зацепиться на гладком и покрытом ледяной коркой панцире было не за что. Я поднималась только за счет того, что поочередно втыкала меч и посох в тушу и подтягивалась всем телом. Подъем занял больше времени, чем я потратила на путь от стены до монстра. Тем не менее я забралась на верхнюю часть каракатицы и двинулась к голове, вокруг которой шевелились жуткие щупальца. Близко к ним подбираться я не планировала. Мне хватит области сочленения головы и туловища. Обычно там самое уязвимое место монстров. В другое время я бы уже преодолела сравнительно небольшое расстояние, но меня замедлял холод. Наверху он пронизывал каждую клеточку, сковывал движение, вынуждал преодолевать себя. Дважды пришлось останавливаться и пить восстанавливающее зелье, а перед последним рывком, вытащила кусок печени, откусила внушительный кусок и заставила себя жевать.

А в это время каракатица настолько приблизилась к городу, что уже доставала новыми щупальцами до стен и крушила их вместе с защитниками. Но я и так спешила, и делала, что могла. Добравшись, наконец, до бурой головошеи, рассекла мечом тушу чудовища и расширила рану жвалой, после чего высыпала внутрь часть грибов. Оставила себе парочку, чтобы исследовать или размножить, если возникнет необходимость. Дальше оставалось только ждать.

Тварь даже не почувствовала легкой раны. Едва я вытащила оружие, как края сомкнулись, затягивая порез. Регенерация у каракатицы была бешеной. Заинтересовавшись этой особенностью, я сдвинулась на пару метров в сторону от места, где высыпала грибы, и нанесла еще одну рану с тем, чтобы наполнить внутренностями каракатицы зачарованный мешок.

Я потратила на сбор трофея не больше двадцати минут и не сразу обратила внимание, что чудовище стало реже шевелить отростками. Затем туша подо мной вдруг задрожала и будто бы нагрелась. Это означало только одно — грибам новая добыча пришлась по вкусу и сейчас они поглощали монстра изнутри. Следовательно, пора убираться и подальше, ведь агония этого хищника будет разрушительной.

Учитывая, как близко каракатица подобралась к стенам, монстров внизу она уже поглотила, набираясь сил для противостояния непонятному противнику. Я сунула еще кусок печени в рот и, пока жевала, сняла плащ и убрала его в тайник. Туда же последовало оружие, которое я опасалась потерять на обратном пути. На замену достала обычный меч и клык улкара.

Защитники города заметили меня только после того, когда я сняла маскировку. В отблесках магических огней хитин скорпиона сливался с тушей монстра. Теперь же я расслышала удивленные вскрики, а надо мной расцвели яркие вспышки огней. Не удержалась и помахала магам рукой. Затем знаками показала, чтобы убирались со стен. Скоро тварь начнет бесноваться и крушить все вокруг, пока не погибнет. Жесты охотников понимали многие, так что братьям не пришлось выдавать себя или расшифровывать послание.

Я уже подобралась к месту, где забиралась на громадную тушу, оставляя зарубки в панцире, когда чудовище истошно завизжало и поднялось на дыбы. Еле удержалась на поверхности, воткнув клык в ранее пробитое отверстие панциря. Но следующий рывок был таким мощным, что меня сорвало с верхушки, а после непродолжительного полета с размаху впечатало в городскую стену. Я успела сгруппироваться и повиснуть, вонзив клык улкара в камень. Однако следом одно из щупалец ударило по сторожевой башне наверху. Камни градом обрушились на меня, сбивая вниз, где еще копошились твари. Я бы справилась, если бы меня не задело обломком, выбившим сознание из тела.

Очнулась я от боли в плече, когда кто-то потянул за руку. С трудом разлепила глаза, чтобы посмотреть, кто до меня добрался. Тварь или?..

— Ммм, ты? — прохрипела я невразумительно и поморщилась, увидев склонившегося надо мной Вериона.

— Парень, ну и потрепало же тебя! — похлопал он по здоровому плечу. — Что ты сделал с тварью, что она так взбесилась и разнесла стену? Клянусь, если бы она в итоге не сдохла, то разыскал бы тебя, чтобы лично прибить. А теперь ты, выходит, герой! Давай-ка, пей зелье, пока снова сознание не потерял. Акхар, сними с него маску, а то он по уши в грязи загваздался.

— Нет! — Слабо запротестовала я, но кто бы послушал?

Маска вместе с шапочкой слетела в один миг, открывая лицо, заплетенные в косы волосы и остроконечные ушки. У принца челюсть отвисла от удивления, а зрачки расширились так, что заполонили собой радужку. Вытаращился, как на призрак. И кончик левого уха нервно задергался.

Мда, никак не ожидала я столкнуться вот так с принцем Езеарана.

Я недовольно поморщилась и попыталась подняться. Раздробленное плечо дало о себе знать прострелившей до пяток болью. Я глухо застонала, закусывая губы и без того перепачканные в крови. В этот момент принц будто очнулся от ступора и захлопотал, устраивая меня поудобнее и раздавая приказы воинам, окружившим нас со всех сторон.

— Зелье! Восстанавливающее! Срочно! Пошлите за лекарем! Дайте куртку, чтобы подложить под спину. Не стойте столбами, олухи!

А у меня эта забота и участие вызывали раздражение. Зелья у меня и свои имеются, опасно только лезть за ними в тайник в присутствии посторонних. Верион глупым никогда не был. Он же не отлипнет теперь, пока не выяснит, откуда я такая взялась. Еще и тварь эта гигантская! Не могла спокойно сдохнуть? Подгадила напоследок!

— Кто вы? Как вас зовут? — Присев возле меня на колени, Верион придержал мою голову и приставил флакон с зельем к моим губам. — Пейте, тана. Вам сильно досталось. Я уже отправил за лекарем, вам скоро помогут.

— Не стоило, кха-кхем, беспокойства, — закашлялась, неловко сделав глоток. Если бы не дурацкая рана, не позволила бы я себя так легко рассекретить.

— Где он? — донесся издали голос ректора, накрывая меня волной обреченности. Этот не угомонится теперь. — Где наш герой? Хочу посмотреть на смельчака, сумевшего завалить такого монстра!

Как же захотелось спрятаться подальше от любопытных взглядов, и округляющихся в удивлении глаз при виде меня. Впрочем, как раз тан Торон и был нужен, чтобы предупредить о главной опасности, способной уничтожить город, не хуже гигантской каракатицы.

— Таурелия Вилин? — не меньше других удивился ректор, когда ему указали на меня, как на того самого парня, которого он разыскивал.

Еще и имя новое разболтал. Вон, даже принц дернулся, будто его молнией прошибло. Ну да, Таурелия похоже на Таурию, за небольшим отличием в виде кончиков ушей. Мда, я хоть и выгляжу после сражения жутковато, наверное, и не похожа на ту девчонку, что проникла во дворец за охотничьим костюмом, но ведь меня скоро приведут в порядок и тогда сходство будет очевидным.

Хоть бросай все и беги отсюда! Собственно, сбежать никогда не поздно, а пока попробую понять, к чему приведет такое вот странное знакомство с принцем. Жаль, Лаэрт не успел первым, чтобы помочь сохранить инкогнито. Я разглядела брата за спинами воинов и преподавателей, и подала знак, чтобы не выдавал себя.

— Тан Торон, я должна предупредить! — просипела охрипшим на холоде голосом. — Вы должны сжечь тварь. Внутри нее зреет тихая смерть — особый вид грибов из Иринтала. Если оставить хотя бы одну спору, грибы разрастутся и убьют все живое, до чего сумеют дотянуться. Нельзя этого допустить! Сожгите тварь, если не хотите, чтобы город к утру вымер. И не вздумайте вскрывать тушу! Горстка спор, которые я закинула в тело каракатицы, убила ее меньше, чем за час. Даже воздух возле грибницы опасен. Если она выпустит споры, а человек вдохнет, смерть будет быстрой.

— Я вас услышал, тана Вилин. Мы немедленно займемся этим вопросом. Тан Альмаир, оставляю девушку на ваше попечение, — пропустил вперед декана лекарского факультета, а сам умчался, забрав с собой магов.

Восстанавливающее зелье медленно, но верно выполняло свою работу, отзываясь жжением и ломотой в поврежденных участках тела. К тому моменту, когда подоспел тан Альмаир, я чувствовала себя значительно лучше.

— Ох, не думал, что мои пожелания увидеть вас в башне лекарей так скоро исполнится, лиера Вилин, — покачал головой мужчина.

Я тактично промолчала, не обвиняя в том, что маг напророчил беду. Я и сама с привлечением проблем на собственную голову превосходно справлялась.

— Так, молодые люди! — Маг осмотрел столпившихся возле меня незнакомых воинов. — Кто из вас достаточно крепкий, чтобы отнести лиеру Таурелию в лазарет академии?

— Позвольте мне! — вызвался принц.

— Нет! — невольно шарахнулась от парня. — Не нужно меня нести. Сама дойду. И, вообще, в лазарете нет никакой необходимости.

— Ну, же, девочка! — мягко улыбнулся лекарь. — Ты же всех нас спасла. Позволь помочь тебе и отплатить добром.

— Не нужно! Я себя спасала, а не кого-то из вас. Зря что-ли за учебу столько денег заплатила? Если бы эта тварь развалила академию, где бы я тогда училась? — пробурчала вслух, понимая, как глупо звучат оправдания.

Но лучше пусть дурочкой считают, чем лезут с благодарностями. Знаю уже, чем они аукаются! Очередными неприятностями.

— Лиера Таурелия, может, вы и спрыгнули со стены ради себя, но этим спасли многие жизни. И этого уже ничем не изменишь. А попасть в лазарет необходимо, чтобы поправить раздробленное плечо. Если оно срастется неправильно, придется ломать и заживлять заново. Вы ведь не хотите месяц проваляться в кровати?

— Нет, не хочу! — мотнула головой.

— Тогда пусть молодой человек вас отнесет. Нельзя тревожить плечо и лишний раз двигаться. Помимо этого, я обнаружил внутренние повреждения органов, которые опаснее переломов будут. Нельзя перенапрягаться без особой причины. Разве вы не хотите побыстрее выздороветь?

Я насупилась, не желая, чтобы принц лишний раз прикасался ко мне.

— Тан Альмаир, кажется, я знаю, почему тана Таурелия отказывается. Ее не устраивает моя кандидатура в качестве носильщика. Я прав? — посмотрел с вызовом.

— Верно! Не люблю лишнего внимания, которое мне уже обеспечено по вашей милости. Если вы еще и на руках меня понесете, то это… — запнулась, подбирая нужное слово.

— Что? Это? Договаривайте!

— Это будет лишним. Пусть лучше меня отнесет кто-то из простых воинов. Вот, хотя бы он! — указала глазами на стоящего чуть в стороне латника с закрытым забралом.

— Акхар! — принц кивком головы подозвал воина. — Отнесешь тану Таурелию в академию и разместишь, где укажет тан Альмаир. Сам останешься там же и присмотришь, чтобы девушке никто не досаждал.

Воин молча кивнул и подошел ко мне. Осторожно просунул одну руку под согнутые колени, а вторую под спину и поднял. У меня в глазах потемнело от боли, но я лишь сильнее закусила губу и не пикнула. Вот он, шанс пообщаться наедине с Акхаром и выяснить, кто скрывается под черным доспехом.

— Калим! — позвала воина по имени, когда мы, следуя за таном Альмаиром, ушли подальше от любопытных. — Это ведь ты?

Парень вздрогнул, но промолчал, продолжая бухать железными набойками по каменной мостовой.

— Калим, я ведь знаю, что это ты. Неужели ты меня не узнал? Почему же молчишь? Я так долго оплакивала тебя, считая погибшим. Нам сказали, что тебя растерзал глирх, и даже тела не отдали. А потом я узнала, что ты выжил, и поклялась, что найду тебя. И нашла! Почему ты не отвечаешь? Неужели забыл обо мне? Неужели все было зря?

Ответов на вопросы я так и не получила. Воин молчал, как железный истукан, и ни единым словом или жестом не дал понять, что понимает, о чем я говорю.

Неужели я ошиблась? Не может такого быть!

Я чувствовала, что за черной броней скрывается тот самый парень, который хотел стать для меня больше, чем названным братом. Что же такого с ним произошло в плену у Айвендила Квалма? Если они причинили Калиму боль, издевались над ним, то, клянусь, уничтожу гнусную семейку!

До башни лекарского факультета мы добрались минут за двадцать. И это еще нам пришлось обходить завалы, образованные в процессе разрушительной агонии монстра. Кстати, ректор прислушался к совету и подпалил тварь. Громадную пылающую тушу было видно издалека.

— Вот, укладывай лиеру Вилин на кушетку! — определил меня тан Адьмаир в отдельную палату лазарета. — Можешь идти, парень. Дальше мы сами тут управимся, — отпустил Акхара лекарь. Воин лишь молча кивнул, сгрузил меня, куда показали, и вышел за дверь. — Итак, лиера Таурелия! Давайте-ка снимем этот костюм. Я пришлю помощниц, чтобы помогли переодеться.

— Не нужно! Для магического лечения не имеет значения, во что я одета, ведь так? — восприняла предложение в штыки. Неизвестно, чем меня напичкают и что станет с вещами, если вдруг отключусь. Не хватало, чтобы о сумке с тайником узнали.

— Вы правы, но разве вам не приятно будет переодеться в чистое и лечь в мягкую постель?

— Нет! Мне и тут нормально. Лечите так, или я пойду к себе, — пробурчала упрямо.

— Ох, как же с вами непросто! Снимите хотя бы часть одежды. Она вроде бы из привычных материалов сшита, но почему-то не пропускает магию.

Сообразив, что вставки из хитина мешают лечению, согласилась снять куртку и расстегнуть рубашку, под которой имелась тонкая сорочка. Лекаря я попросила отвернуться, после чего кое-как, орудуя только здоровой рукой, сняла куртку. Пользуясь тем, что тан Альмаир на меня не смотрит, достала из тайника фиал с зельем собственного приготовления и опрокинула в рот. Сумку я завернула в куртку и сложила под голову.

— Готово! — позвала мужчину, растянувшись на кушетке. Боли уже не беспокоили, а вот мысль, что кости могут неправильно срастись, крепко засела в голове. Не хотелось бы ломать их заново.

— Хм! — тан Альмаир повернулся ко мне и занялся диагностикой, размахивая руками и сплетая соответствующее заклинание. — Неужели, ошибся? Странно! — пробормотал он под нос.

— Ошиблись в чем? — расслышала я, конечно же.

— Да вот, хочу вас обрадовать. Повреждения внутренних органов не такие серьезные, как показалось вначале. Вы ведь выпили восстанавливающее зелье? Скорее всего, это оно дало подобный эффект. А вот с плечом картина не такая радостная. Но, к счастью, кости только начали срастаться. Потерпите немного, пока поставлю их на место.

Ощущение, когда под кожей кто-то копошится, было пренеприятным. Но я терпела, успокаивая себя тем, что ломать кости заново — еще больнее. Да и возился лекарь каких-то полчаса, за которые успела притерпеться.

— Что же! — закончив лечение, тан Альмаир устало потер переносицу. — Кости я поправил, подстегнул процесс регенерации. Вам надлежит пару дней полежать под присмотром и не нагружать руку, чтобы заживления пошло правильно. А дальше еще неделю избегать ушибов и травм, после чего можете постепенно разрабатывать мышцы и восстанавливать прежнюю подвижность.

— Спасибо за помощь, тан Альмаир, — поблагодарила мага.

— Не за что, Таурелия, это моя работа. Выздоравливайте! Пришлю сиделку, чтобы помогала на первых порах. Душевая и туалеты расположены в конце коридора, лучше посещать их с сопровождающим. Дополнительно я пропишу восстанавливающие сборы и снотворное, чтобы побольше спали. Здоровый сон вам крайне необходим.

Я бы с этим поспорила, но не стала ничего говорить вслух. Пусть только одну оставит, а дальше я съем кусок печени, и уже к утру забуду о переломе.

— А вы почему еще здесь? — удивился лекарь кому-то, когда выходил из комнаты. — Впрочем, оставайтесь. Только не мешайте работать моим помощникам.

Я заметила край черного доспеха и догадалась, что тан Альмаир наткнулся на Акхара, которому принц приказал присматривать за мной. Выждав немного времени, я позвала охранника:

— Акхар! Зайди на минуту!

Дверь тут же распахнулась, являя на пороге могучую фигуру в латах. Ага, со слухом, значит, у парня все в порядке. Он прекрасно расслышал каждое слово, сказанное мной. А вот с общением проблемы, похоже.

— Не пускай, пожалуйста, никого постороннего. Пусть не досаждают хотя бы полчаса, хорошо?

Воин молча кивнул и прикрыл двери снаружи. Интересно, он так общается только со мной или другими людьми — тоже? Раздумывая над этим моментом, я залезла в тайник и достала обкусанные остатки печени, которую тут же доела. Руки и лицо не мешало бы отмыть от крови, но мне не без причины сказали меньше двигаться. Ничего, полчаса полежу грязной, а потом сходу в душевую. Я прилегла, ожидая, когда подействует сильнейшее лекарство, которое только знала.

Однако даже несчастные полчаса не дали полежать спокойно. Сначала примчал Санкос, едва только узнал, что я попала в лазарет. Акхар не хотел его пускать, но я, услышав шум и знакомый голос, разрешила войти. Затем в палату сунулась остроухая девчонка Индиль, которую прислал тан Альмаир. Я заверила брата, что в полном порядке, и отпустила его во избежание лишних проблем.

Попросив молчаливого охранника присмотреть за вещами, я в сопровождении эльфирки отправилась в душевую. Помощь только с волосами требовалась — одной рукой такую копну не промоешь, а в остальном сама справилась, выставив девчонку за дверь. После душа с удовольствием облачилась в чистые вещи, которые любезно предоставили в лазарете, и направилась в палату. Сил на помывку много ушло, и я мечтала скорее добраться до кровати и поспать немного.

Ага, мечтать не вредно. За время отсутствия охранников у двери прибавилось. Помимо Ахкара стены подпирали двое остроухих, которых никак не хотелось видеть. Судя по тому, как они воротили носы друг от друга, успели уже поцапаться.

— Таурелия! — первым меня заметил Таэлос и ринулся навстречу. — Как же я рад, что ты в порядке! Не представляешь, как переживал все это время. Я пять раз посылал к тебе адептов, узнать, вернулась ли, и безрезультатно. Зачем из академии ушла? Переждала бы опасность за крепкими стенами. А если бы монстры прорвались в город?

— Да будет вам известно, — надменным тоном заметил принц, — если бы тана Таурелия пряталась за крепкими стенами, та гигантская тварь уже крушила бы город. Это у таны Вилин хватило смелости спрыгнуть за стену, добраться до монстра и уничтожить его.

— Как? — у блондина округлились глаза. — Ты и есть тот смельчак, бросившийся в самоубийственную атаку? Таурелия, это правда? В голове не укладывается.

Вот шуты балаганные! — беспомощно огляделась, подмечая, сколько в лазарете пострадавших адептов, которые высунулись из палат, чтобы подслушать разговор.

— Тана Таурелия Вилин! Позвольте от лица королевства Езеаран выразить признательность за проявленную отвагу в отражении волны монстров! — пафосно произнес Верион, играя на публику. — Примите искреннюю благодарность и…

— Спасибо, Ваше Высочество! — перебила принца, едва только он сделал паузу, чтобы набрать побольше воздуха. — Но давайте повременим с благодарностями до того момента, пока я не оправлюсь от ран?

— Как будет угодно, тана! — натянуто улыбнулся Верион.

— Угодно! Отдохнуть мне угодно. И я не тана вовсе, а обычная лиера, — поправила парня. — Прошу простить, если мои слова прозвучали грубо. Но я уже говорила, что не люблю лишнего внимания.

— Таурелия, позволь, помогу! — Таэлос мягко оттеснил Индиль, подхватил меня под руку и шустро завел в палату, захлопнув дверь перед носом езеаранского принца.

Кстати, насколько успела заметить, отдельную комнату только мне организовали. Остальные теснились по шесть, а то и восемь человек. Многие адепты пострадали в этой битве.

— Таурелия, я безмерно восхищен твоей смелостью! И, несомненно, горжусь дружбой с тобой. Ты — удивительная!

— Тан Таэлос, я бы хотела отдохнуть, — намекнула, что его присутствие в палате нежелательно.

— Разумеется! Но мы ведь еще встретимся, когда ты поправишься? Кстати, может, тебе что-то нужно?

Я тяжело вздохнула и покачала головой, понимая, что избавиться теперь от этой блондинистой пиявки будет проблематично. А там вторая за дверью ожидает. А потом еще и ректор примчит, требуя объяснений. Угораздило же!

Новости по академии разлетелись быстро. Если бы не Акхар, у меня бы тут паломничество случилось. А так, только Энтин прорвался с Мирином и Вольдом. Ребята принесли грустную новость, что четвертый паренек из их компании пропал на стене. Вообще, защитников много погибло. Хорошо, если кто-то из воинов видел, куда подевался их товарищ. А так, большая часть считалась пропавшими.

С рассветом жители увидели печальную картину. Сгоревший остов каракатицы, изможденных воинов, снесенные сторожевые башни и пробоины в стенах. И все это в серой хмари моросящего дождя, образующего на обильно политой кровью земле кровавые лужи. Горожане подсчитывались потери, помогали раненым и спешно восстанавливали порушенные стены. Тела большей части погибших, к сожалению, найти или опознать было невозможно. Тех бедолаг, которых твари утаскивали за стену, тут же разрывали на куски. Никто в здравом уме не кинулся бы в кишащее море тварей, чтобы спасти уже обреченного товарища. Поэтому мои вылазки иначе, как самоубийственными, не называли.

Сезон дождей только начался, тварей за три месяца полно расплодится. Нам же удалось проредить их численность. Но какой ценой!

Сразу после Таэлоса, ко мне вновь пришла остроухая помощница тана Альмаира и принесла сытный ужин. После зелий и печени, выздоравливающий организм требовал сытной пищи в больших количествах. В Иринтале я наравне с кошками порции съедала в такие дни. Заодно заимела привычку регулярно пополнять запасы свежего и жареного мяса. Как я уже поняла, продукты сохранялись в пространственном отделении сумки в том виде, в котором я их туда складывала. Потому и печень была парной, и куски мяса всегда свежими.

Декан лекарского факультета навестил меня только на следующий день ближе к обеду. Судя по изможденному виду, всю ночь не спал и помогал покалеченным адептам и горожанам, защищавшим стены.

— Вы быстро идете на поправку, — отметил мои успехи тан Альмаир. — Регенерация удивительная. Думаю, еще день под наблюдением, и можно вас выписывать. Кстати, я тут столкнулся с пациентами, с которыми вы поделились зельями. Они показывают схожую картину выздоровления. Не поделитесь секретом?

— Секрета никакого нет, — я пожала плечами. — Рецепт восстанавливающего зелья известен каждой травнице.

— Но?.. — ничуть не поверил в такое объяснение мужчина.

— Но травы для эликсира я собирала на втором уровне, почти на границе с третьим, а, значит, они обладают более выраженным лечебным эффектом.

— Боюсь, Фарная Нористар не успокоится, пока не выведает точный рецепт, — поделился подозрениями тан Альмаир. — Даже эльфирские аналоги не так хороши, как те, что приготовили вы.

— Разумеется, я поделюсь секретом, — усмехнулась наивности некоторых. Как будто я за спасибо раскрою постороннему личные наработки. — Но в обмен на рецепт приготовления эльфирских зелий.

А что? Если у меня обнаружился дар и я вскорости научусь усиливать зелья магией, то вкупе с моими ингредиентами наверняка получится довести уже имеющийся рецепт до совершенства. Запасов костей и травок, правда, не так много осталось. Так ведь лес рядом. Подождать еще три месяца, и можно смело на охоту выбираться.