Глава 20

Родня появилась в моей палате в полном составе примерно минут через пятнадцать. Кася и еще восемь «уникальных академических шушей», как они мне по очереди представились. Из присутствующих я знала лишь Шербура, и то лишь потому, что пару раз о нем слышала да один раз видела. Остальные же…

Были действительно уникальными.

Я переводила взгляд с одного на другого, с третьей на четвертую и почему-то радовалась, что моя Кася всего лишь темно-серенькая летучая мышка. Ее кузен Шербур был меховым синим шариком на коротеньких лапках, но каким-то образом летал, потому что тоже был летучей мышью. Дядя Виллиган был высоким и худым шушем болотно-зеленого цвета в ядовито-оранжевую крапинку. Тетя Гвинеля оказалась ворчливой старушкой дикой малиновой расцветки и с перьями неопознанной желтой птички на голове. Она носила их как корону. Остальные…

Остальных я предпочла не рассматривать, они были еще ярче и необычнее. Кузены и кузины, дяди и тети, и все гомонили так громко, что у меня уже на второй минуте разболелась голова. В итоге я достала из сумки несколько крупных украшений, разложила их на полу подальше от кровати и самоустранилась от решения проблемы века: опасны ли эти штучки, и если да, то как сильно.

Время шло, шуши совещались, я листала учебник…

Дверь открылась без стука и предупреждения, впуская в мою палату Аррисша, решившего сделать вечерний обход раньше обычного.

Гхырт!

И не сказать, что я испугалась, но было очень неловко, когда он недовольно сдвинул свои белоснежные брови и, найдя взглядом тетушку Гвинелю, сурово поинтересовался:

– И по какому поводу в палате тяжелой пациентки столь высокое собрание?

Малиновая шушечка стала еще ярче. Потупилась, ретировалась за дядю Виллигана и что-то невнятно промычала.

За нее ответила находчивая Кася:

– Они уже уходят. Зашли проведать. По-дружески. Но уже уходят. Да-да!

– С-с-стоять! – Приказ, прозвучавший грозным, свистящим шепотом, враз остановил засуетившихся шушей.

Я тоже замерла. И очень сильно захотела спрятаться под одеяло. Такой Аррисш меня пугал.

– Что тут у нас? – Драук в одно мгновение оказался рядом с нечистиками и, наклонившись, поднял улику.

Колье из крупных рубинов в белом золоте.

– Та-а-ак… – Покосился на меня, я жалобно улыбнулась. Перевел взгляд на дядю Виллигана, который оказался ближе остальных, и сурово припечатал: – Признаемся сами. Сейчас же.

Признаваться шуши не хотели. Стояли, изображали нашкодивших щенков и молча переглядывались. Пришлось признаваться мне:

– Это сокровища из катакомб.

Аррисш обернулся и удивленно приподнял бровь. Я кивнула. Он недовольно нахмурился и поднял с пола остальные драгоценности: браслет с изумрудами, кольцо с топазом и серебряную диадему с аквамарином. Подошел ближе, положил драгоценности на стол и сел напротив меня.

Понятно…

Ругать будет.

Я постаралась изобразить раскаяние. Не знаю, получилось или нет, но Аррисш шумно выдохнул и, прикрыв глаза, покачал головой.

– Так. Давай с самого начала. Откуда это и почему вы о них умолчали?

– Я про них забыла, – смущенно пробормотала и сама поняла, как глупо это прозвучало. – Правда. Они в сумке были, и я совсем о них забыла. А сегодня Кася заговорила о стипендии, и я вспомнила…

– Это все или еще есть?

Вот этого вопроса я и боялась.

Вздохнула. Покосилась на Касю, на чьей мордашке сейчас была мировая скорбь, и с тоскливым выдохом кивнула.

– Вишери? – Аррисш моих вздохов не понял. Или сделал вид, что не понял.

– Безумие за помощь в освобождении подарил мне всю свою сокровищницу. Она в сумке. – Я жестом указала на сумку, которая лежала на полу под столом. – Только они немножко заражены. Шуши хотели разобраться, что с ними дальше делать…

Драук недоверчиво покосился на сумку, видимо, как и Кася, не веря, что в сумку могла поместиться сокровищница. Пришлось снова доказывать.

Я наклонилась, подтянула к себе сумку, положила на колени и запустила руку в послушно распахнувший свое нутро магический артефакт.

Первая горсть, вторая, третья…

– Хватит!

Выкрик прозвучал слишком резко, так что я вздрогнула и перевела испуганный взгляд на целителя.

Аррисш хмурился, рассматривая драгоценности и монеты так, словно на моих коленях лежало что-то мерзкое.

– Сколько в сумке еще?

Не представляя, как сказать «очень много», я неуверенно пожала плечами.

– Если вынуть все, то будет несколько таких комнат.

У драука нервно дернулась бровь. Глаза стали большими-большими. И выразительными. Затем он склонился ближе, взял одно из колец и поднес к глазам. Несколько секунд внимательно изучал, затем его взгляд стал еще недовольнее…

– Они действительно заражены остаточными эманациями безумия. Убирай все обратно.

Я послушно выполнила распоряжение, сложив в бездонный артефакт и то, что лежало на столе, и протянула сумку Аррисшу, уже мысленно распрощавшись и со сметаной, и с трусиками. Не сказать, чтобы было сильно обидно, но… но обидно было.

И если я все это делала молча, то Кася не смогла удержаться от обреченного возгласа:

– Аррисш. Так нечестно!

– Что? – Целитель обернулся к шушам, которые все это время молча и скорбно взирали на происходящее.

– Это наши сокровища!

– Да я как бы и не спорю. – Целитель перевел удивленный взгляд на меня. – Вы что, решили, что я их совсем забираю?

Я кивнула.

– Светлая! Хорошего же вы обо мне мнения! – Аррисш возмутился так громко, что я сразу поняла – он обиделся.

– Прости. – Я поторопилась извиниться и даже потянулась к его руке, но не дотянулась – он сидел слишком далеко. – А… Но ты их сейчас заберешь?

– Конечно! – Драук все еще был возмущен, поэтому отвечал на повышенных тонах и очень эмоционально. – Эти сокровища, зараженные настоящим древним безумием, – катастрофа мирового масштаба! Я понимаю, ты и так уже девочка с безуминкой, но не до такой же степени! Никаких прикосновений, пока мы их не почистим!

– А потом? – Не став заострять внимание на довольно странном оскорблении, я решила сначала выяснить судьбу своих сокровищ.

– Что потом?

– Ты мне их вернешь?

– Конечно. – Драук кивнул уже спокойнее. – Вишери, если это подарок бога, то они твои целиком и полностью. Можно было говорить об ином, если бы вы их украли или нашли, но подарок – это совсем иное. – И слегка подозрительным тоном уточнил: – Это ведь действительно подарок?

Я энергично закивала.

– Тогда даже не обсуждается. Но верну я их только после того, как они станут безопасны. Надеюсь, ты мне доверяешь?

Я закивала еще сильнее.

– Вот и договорились.

Со стороны шушей раздались множественные тоскливые вздохи.

Аррисш покосился на страдальцев, усмехнулся и строгим тоном добавил:

– Уважаемые шуши, прошу покинуть палату. – Нечистики послушно поплелись на выход, а целитель, цепким взглядом осмотрев каждого, недовольно прищурился и уточнил: – Кассандра, у вас на шее ожерелье тоже из сокровищницы?

Мышка что-то невнятно пробурчала, но подошла к нам и, сняв с шеи жемчужную нить, протянула ее драуку. Тот нагнулся, взял, внимательно осмотрел…

И вернул.

– Нить чистая, возьмите. И на будущее – никаких махинаций за моей спиной. Понятно?

Кася, не веря своему счастью, сначала быстро цапнула украшение и только после этого довольно улыбнулась и кивнула.

– А теперь оставьте нас ненадолго, мне с Вишери необходимо побеседовать.

Я насторожилась, потому что Аррисш еще ни разу не просил Касю уйти, когда кормил, давал лекарства и менял мне бинты. О чем таком он собрался со мной говорить?

Через минуту, когда все шуши покинули палату, Аррисш закрыл за ними дверь и вернулся ко мне. Сел близко и зачем-то сурово нахмурился. Я удивленно моргнула и чуть-чуть приподняла брови. Он вздохнул и добавил во взгляд укоризны. Я на всякий случай жалобно улыбнулась.

Так мы и переглядывались минут пять, пока драуку это не надоело.

– Вишери.

– Да?

– Ты мне ничего не хочешь рассказать?

Я задумалась. Вопрос был интересным.

И загадочным.

На всякий случай я уточнила:

– О чем?

– Например, о сокровищах, о которых вы все умудрились умолчать. Что за новость? Почему я узнаю об этом последним?

– Ну… – Я не знала, что сказать. – Извини. Я правда сама о них забыла. Просто… Так получилось.

Драук на мои невнятные оправдания лишь снова покачал головой.

– Так, давай с самого начала. Ты уже отошла от шока, силы есть, и я очень хочу услышать подробный рассказ о вашем путешествии. Все без исключения подробности. Сколько шли, кого видели, о чем разговаривали.

– Хорошо. – Я послушно кивнула. Скрывать мне было нечего, тем более от Аррисша, так что я сосредоточилась и начала рассказывать: – После нашего свидания я вернулась в башню, и Кася сказала, что самое время идти в катакомбы…

Я рассказывала неторопливо, вдумчиво, останавливаясь на тех моментах, которые уже не очень хорошо помнила. Призналась и в том, что Кэдсий и Кася связали на ночь Аделаиду, опасаясь, что она нам напакостит, пока мы спим. Рассказала и о том, что очень боялась принимать предложение Древнего бога, но при этом не видела иного варианта. Упомянула, что в какой-то момент едва не поддалась влиянию Безумия, но сумела взять себя в руки. И, уже завершая рассказ, откровенно смутилась, когда сказала, почему настраивалась именно на него.

– Просто… ты самый яркий знакомый в моей жизни. Я даже с закрытыми глазами могу тебя представить. И мне показалось это самым правильным…

Я смутилась окончательно, но Аррисш не стал смеяться и даже усмехаться. Вместо этого взял меня за руку и погладил пальчики.

– Ты молодец. Все сделала правильно. Шанти ежедневно шлет мне весточки и рассказывает, что Зумий идет на поправку, и он вполне адекватный мужчина, учитывая его непростое прошлое. Ты не ошиблась, когда решила ему помочь. А теперь давай сменим бинты, и я все-таки проверю тебя на безумие. Меня очень смущает один момент…

– Какой? – Я не обиделась, потому что знала – Аррисш сказал это не для того, чтобы меня оскорбить, а только потому, что переживает.

– Я, даже не прикасаясь, чувствовал исходящие из сокровищ нехорошие эманации, а ты трогала их так спокойно, словно на тебя они не имели никакого воздействия. Ведь так?

Я чуть подумала и удивленно кивнула. А ведь верно. Я ничего не чувствовала. Абсолютно!

Первым делом я поела, выпила все положенные лекарства, Аррисш сменил повязки, отметив, что все уже почти зажило и денька через два он меня выпишет как раз к новой учебной неделе. И только после того, как мы закончили, он посадил меня на кровати и прикоснулся прохладными пальцами к моим вискам.

– Расслабься. Закрой глаза и дыши глубоко и размеренно. Будет немного щекотно и покажется, что внутри черепа ползают мурашки. Не дергайся, так положено.

– Хорошо. – Я послушно закрыла глаза и постаралась расслабиться.

Под пальцами целителя действительно скоро начались щекотные ощущения, но они были вполне терпимы. Диагностика длилась довольно долго, я даже устала неподвижно сидеть, и очень захотелось поелозить.

– Все, я закончил. – Аррисш убрал руки, а когда я открыла глаза, он криво усмехнулся. – Могу тебя обрадовать, Вишенка, безумие тебе не грозит, у тебя стопроцентный иммунитет. Признавайся, брала что-нибудь еще от бога в дар?

Вот тут я озадачилась всерьез. Начала лихорадочно копаться в памяти… И с истеричным смешком хлопнула себя ладонью по лбу. Вот память девичья!

– Да. Колечко.

Я выставила вперед левую руку с тем самым серебряным колечком наудачу. И как я могла о нем забыть? А оно словно специально так мягко и незаметно сидело на пальчике, словно вросло в него.

– Сними, пожалуйста, я осмотрю. – Драук протянул ладонь, и я сразу же выполнила его просьбу.

Колечко было осмотрено, ощупано, продиагностировано и возвращено.

– Очень сильный оберег, тебе повезло. На нем защита от темных сил всех возможных проявлений. – Аррисш разрешил мне надеть его вновь и с легкой иронией добавил: – Больше ничего не забыла?

Я смущенно пожала плечиками. Вроде нет. Но кто его знает?

– О! – Мысль пришла в голову неожиданно, но показалась мне значимой.

– О? – Аррисш настороженно прищурился.

– Мне кажется, сумка зачарована на мои руки. Кася не смогла ее открыть. А ты? Сможешь? Тебе ведь придется сначала все достать…

– Давай проверим.

Проверили.

– М-да… – Драук недовольно нахмурился, когда у него ничего не вышло, хотя я тут же без проблем запустила в волшебное нутро руку и прикоснулась к сокровищам. – Так, давай не будем торопиться. Сначала полное выздоровление, и только после этого мы будем думать, как и где все это будем доставать. Договорились?

– Да.

– Вот и хорошо. – Мягко улыбнувшись, драук без какого-либо перехода поинтересовался: – Как у тебя дела с учебой? Все уроки понятны или что-то не получается?

Вопрос удивил, и я неопределенно пожала плечами:

– Да вроде все хорошо… А что?

Аррисш усмехнулся. Качнул головой, при этом не сводя с меня насмешливого взгляда.

А когда я обиженно надула губы, он снова усмехнулся:

– Согласен, намек был слишком тонким.

– Намек? – Я растерялась.

А Аррисш расхохотался. Громко. Искренне. И так заразительно, что я тоже улыбнулась, хотя до сих пор не понимала сути намека.

– Извини. Уже понял, что сам себя перехитрил. – Он улыбнулся легко и располагающе. – Сегодня пятница и целая неделя, как мы с тобой…

Аррисш загадочно прищурился, выдерживая паузу.

У меня зародилось подозрение, что он…

Светлая, неужели?

Наверняка в моих глазах он увидел все мои мысли, потому что кивнул и улыбнулся еще шире:

– Да, сегодня целая неделя, как ты стала моей девушкой. Неплохая дата, верно?

Неплохая? Да просто отличная!

Какой он все-таки ми-и-илый!!!

Этот пятничный вечер мы провели вместе. Аррисш действительно начал с уроков, потому что они были прекрасным поводом поговорить обо всем, причем о личном тоже. Мы обсудили программу: то, что я понимала, и то, что не очень понимала. Драук рассказал о себе, о том, кто такие Следователи и что они делятся на две категории. Те, кто служил Светлой, и те, кто служил Темному. Аррисш и Вурдес оба служили Светлой, причем уже довольно давно и весьма успешно. Расследовали загадочные магические дела преимущественно в учебных заведениях по всей стране. Своего дома у Следователей не было, так как после завершения одного дела их тут же направляли на другое…

В этом месте я слегка приуныла. Аррисш это заметил, прервал себя на середине предложения и сразу поинтересовался, что случилось.

– Значит, как только вы здесь закончите, вы уедете?

– Нет. – Драук ответил так уверенно, словно иначе и быть не могло. – Между прочим, кроме основного расследования, у меня уже появилось дело, которое требует моего присутствия в этом городе следующие лет пять как минимум.

– Да? А что за дело?

– Ты.

Я удивленно замерла. То есть… В смысле…

– Я?

– Ты, Вишенка, ты. – Аррисш улыбнулся так, что у меня в груди расцвел огненный шар счастья. – Мы ведь договаривались, что ты будешь учиться в этой академии, а я буду рядом. Помнишь?

Я судорожно кивнула, не в силах сказать ни слова. Глупая улыбка появилась на моем лице, а в голове, кроме порхающих бабочек, ничего не было. Абсолютная счастливая пустота и эйфория.

– А так как Кэдсимаэль на одном из допросов имел неосторожность рассказать мне о своих видениях…

Я моргнула, возвращаясь в реальность, и удивленно нахмурилась:

– А что с видениями?

– С видениями все хорошо. – Аррисш усмехнулся так, что мне почему-то стало жаль эльфа. А ведь Кася что-то такое говорила. В смысле, что Кэдсий получил по своим острым ушам именно от Аррисша. – А вот с тобой все очень загадочно. Оказывается, ты у нас девочка-катастрофа, причем не по собственной воле, а по причуде судьбы. Не пугайся, хоть и загадочно все будет, но закончится хорошо. – И подмигнув, добавил: – Я ведь буду рядом.

Я поверила. Сразу и безоговорочно.

– А что будет?

– Много чего будет, Вишенка. Очень много чего. Кстати, почему ты мне не сказала о том, что видела своего наставника? Не удивляйся, об этом мне тоже рассказал Кэдсий. Вишери, это очень важно!

Дхар! Этому ушастому точно надо укоротить язык!

– Я забыла.

Судя по ироничному взгляду драука, он не поверил. Но я действительно забыла! В тот день произошло так много всего, что я забыла обо всем!

В итоге пришлось признаваться и в этом максимально подробно. Рассказывать о своих реальных страхах и о том, что я…

– Он меня не доделал. – Я тяжело вздохнула и отвела взгляд, но не замолчала, потому что сказать надо было. – За неделю до того, как в замок пришел отряд, господин решил провести еще один эксперимент. Он считал, что мне не хватает выносливости и скорости, а еще мой магический потенциал был не таким большим, как ему хотелось.

Я вздохнула снова и посмотрела на Аррисша, который не торопился меня прерывать, внимательно слушая не самые приятные откровения.

– Тогда я очень испугалась и сбежала. Он выследил меня уже через сутки и запер в подвале. Избил… – Глаза драука почернели, а я с досадой поморщилась и передернула плечами. – Через несколько дней меня выпустили военные из карательного отряда, которые сказали, что убили темного мага. Я не проверяла. Я просто ушла. И теперь мне кажется, что господин хочет… Хочет довести до конца эксперимент.

Аррисш почему-то зло усмехнулся. Прикрыл глаза, шумно выдохнул. Я с удивлением смотрела на него, не совсем понимая, о чем он задумался. А драук с досадой поморщился и снова посмотрел на меня.

– Вишери, вообще-то он тебя, как ты выразилась, доделал. У тебя гигантский магический потенциал и уникальная живучесть. Я не солгал, когда говорил, что ты выжила чудом. Если бы на твоем месте был кто-то другой, он бы умер сначала от черепно-мозговой травмы, а затем от истощения после контакта с богом. Так что, думаю, ты должна знать это – твой сумасшедший наставник сделал с тобой все, что хотел.

Я шокированно выдохнула, растеряв все слова, а Аррисш кивнул:

– Не знаю, когда и как он это сделал, возможно, после того, как запер в подвале. Ты помнишь каждый час, проведенный там?

Горькая улыбка скривила губы. Все верно. Верно…

А я-то думала, почему так часто проваливалась в небытие, хотя раньше сносила издевательства преимущественно в сознании.

Дхар!

– И что… – Голос был хриплым, и пришлось прокашляться. – И кто я теперь? Зачем он тогда приехал в этот город? Что еще ему от меня надо?!

Сорвавшись, я выкрикнула последние слова, но Аррисш подался вперед и крепко меня обнял, успокаивая и поддерживая.

– Успокойся. Ты не монстр. Ты просто Вишенка. Моя маленькая Вишенка. Обещаю, я не позволю ему тебя тронуть. Пускай он действительно Древний бог, но я жрец Светлой, а это не просто слова. Даже если он приехал только для того, чтобы наблюдать за тобой, я не позволю ему вмешиваться в твою жизнь.

Я смущенно улыбнулась, уютно устроившись в мужских объятиях, и поняла, что это самые лучшие слова, какие я когда-либо слышала. Большой, сильный, надежный.

Мой.

Еще не окончательно, но уже без вариантов.

– Спасибо.

И чтобы завершить не самую приятную тему и не заканчивать ею наш вечер, я лукаво прищурилась и поинтересовалась:

– А в воскресенье у нас тоже будет свидание? Ты обещал!