ГЛАВА 21. В которой вопреки всему происходит мезальянс

– Ну ничего не можете нормально сделать, – заявил дедушка Энти, стоило друзьям проморгаться и, кряхтя, принять сидячее положение. И первое, что они увидели оказался старенький эльф, невозмутимо сидящий на пенечке и попивающий что-то из небольшой зеленой бутыли.

– Мы старались, – не стал спорить гном, в то время как Малыш явно хотел сказать что-то неполиткорректное про пожилых эльфов.

– Плохо старались, – попенял эльф и снова отхлебнул из бутылки. Побулькал остатками и со вздохом допил, после чего запустил бутылкой в кусты.

– Эй, – возмутился Кир, – вы чего мусорите?!

– Ничего, у Леса передо мной должок- должочек. Верно, дружочек? Ик, – эльф икнул и достал из кармана еще одну бутыль. В этот раз немного больше и оплетенную лозой.

Лес меж тем пошумел кронами деревьев, но никаких санкций не последовало.

– А мы же за пределами Леса, – ответил тролль. – Наверное, это уже просто лес.

– Лес везде не «просто», – дедушка поболтал ногой в мягком сапожке и вытащил из кармана бутерброд с колбасой. На полянке запахло так притягательно, что животы друзей требовательно заурчали.

– Даже не мечтайте, – дедушка в три укуса расправился с бутербродом и погрозил узловатым пальцем. – На вас я не смог украсть колбасы, а дедушка мечтал об этом почти сто лет. Имейте совесть.

– Да в вашем царстве час идет за пару лет, – возмутился голодный тролль. – Не понимаю, как вы можете так жить?!

– Грустно, – согласился дедушка и наконец перешел к сути. – В общем, Эрну поймали.

– Как? – воскликнул Кир, от волнения вскакивая на ноги и едва на этих самых ногах удерживаясь. – И что нам теперь делать? Ведь нас-то из Леса депортировали без права возвращения.

– Ерунда, – отмахнулся эльф. – Я сам слышал, что ограничивающим условием было: пока Лес не решит иначе. Это значит, что нам надо всего-то убедить Лес вас пустить обратно. Поверьте старику, это гораздо проще, чем переубедить этих снобов- эльфов.

– Вообще-то вы тоже эльф, – ради справедливости добавил тролль.

– Поэтому я как знаю своих сородичей никто другой.

Дедушка из другого кармана достал краюху хлеба с солью и пару головой чеснока. Чеснок он щедро разделил, а вот хлеб опять зажал. Пришлось жевать чеснок, надеясь, что сегодня не придется разговаривать ни с кем важным, или упаси Боги, целоваться.

Мысли гнома свернули куда-то не туда. Он бы не отказался целоваться.

– Вот, лучком зажуйте, – предложил эльф и друзья послушно похрустели луковицами. – А теперь, когда вы окончательно начали соображать (хотя, это, конечно громко сказано!), давайте думать, что нам делать.

– А что тут можно сделать? – опять вскочил на ноги Кир и на сей раз вполне уверенно на них покачиваясь. – Надо просить Лес нас пустить обратно. А вот что делать дальше? Кстати, а где Лом и Хреновина? С ними вообще всё в порядке?

– Ой, да что им сделается, – отмахнулся дедушка, опять отпивая и сладостно причмокивая. Кир в очередной раз пожалел, что отдал ему мухоморовку. Дудуся, судя по всему, был алкоголиком, и раз сорвавшись, пил не просыхая. – Вон, на соседней полянке собирают голубику.

– Голубику? – это выкрикнули тролль с гномом хором. – Зачем им голубика?

– Она вкусная, – дедушка был совершенно спокоен и уверен в своих силах, чего нельзя было сказать о Кире. Тот явно нервничал и не находил себе места.

– Пусть сюда идут. Будем вместе думать и решать, что делать дальше.

– Ой, да что тут думать, – отмахнулся эльф. – Сейчас перекушу и пойдем просить Лес пустить вас обратно. А Эрнюшечку наоборот выпустить к вам, придуркам. Но чувствует дедушкино сердце, что с вами девочке будет если не лучше, то хотя бы не хуже.

– Эээ… – пробормотал гном, но возражений не нашел.

– Дедушка Энти, – к эльфу подбежал тролленыш и доверчиво протянул ковшеобразную ладошку: – я вот тут тебе голубики собрал, как ты и просил.

– Спасибо тебе, внучок, – старый хрыч, пересыпал голубику в подол рубашки и принялся отправлять в рот по одной ягодке.

– Внучок?

– Да, дедушка меня признал, – кивнул Хреновина и подойдя ближе к сородичу виновато добавил: – Вы классные, и мама Эрна тоже. Но дедушка еще более классный. Можно я с ним останусь?

– И тебя не смущает национальная эльфийская кухня?

В этот момент эльф вытащил из кармана огромный бутерброд (даже непонятно как он поместился в кармане без пятого измерения) с копченым окороком и протянул вновь обретенному внуку:

– Кушай, маленький. Тебе надо набираться сил и расти большим-пребольшим, чтобы и дальше радовать дедушку.

Тролленыш был только рад стараться кушать как следует. Друзья с тоской и некоторой завистью проводили бутерброд, с которым надо отдать ему должное, троллик не стал задерживаться.

– Где там этот колдун-бездельник?

– Эй, я попросил бы, – Лом вывалился из-за ближайшего куста, торопливо вытирая руки о штаны, но ладошки его предательски синели. – Ничего я не бездельник!

– Ты экономил силы, –обличительно ткнул в него пальцем дедушка и от негодования даже отставил бутыль. – А ведь обещал нам выложиться на двести процентов. А выложился от силы на десять. Халтурщик! Я бы тебе зачет по иллюзиям не поставил!

– Мне и не поставили, – буркнул Лом.

– И правильно!

– Зачет по иллюзиям у меня в следующем семестре только.

– И ты его ни в жисть не сдашь! – пообещал дедушка, насупившись и вновь припадая к бутылке. – Я вот не поленюсь тряхнуть своими старыми связями, только чтоб тебе подгадить. Нельзя быть таким… таким… ну, как эльф себя ведешь!

Укоризненные взгляды всех присутствующих скрестились на гноме. Тот насупленно молчал.

– Ну, простите меня. Запаниковал. Не каждый раз на тебя несется эльфийская охрана с луками. Вот вы бы что на моем месте делали?

– На твоем месте он дрался, – рыкнул Малыш, тыча пальцем в Кира. – Он призвал боевую секиру и в одиночку разметал отряд эльфов.

– Ты же не умеешь призывать секиру? – удивился Лом с уважением посматривая на друга. – Учителя всегда этому факту расстраивались.

– Как-то получилось. Случайно, наверное.

– Ну-ка, ну-ка, – дедушка заинтересовался и сделав два шага по направлению к гномам внезапно бросил в них каким-то заклинанием. То упало, не долетев всего ничего, разрезанное пополам боевой секирой. – О! Да ты просто «гном-защитник». Поэтому у тебя секира и не призывалась.

Кир растерянно опустил секиру и уставился на неё. Та, как будто подмигнула и растаяла в воздухе.

– Вот это да, –восхищенно выдохнул Лом. – А мы всегда думали, что ты придурок и неудачник. А ты тот самый легендарный защитник? Как в легендах.

– И сейчас нам надо защитить Эрну. – насупился Кир. – а для этого попасть в Лес, из которого нас с позором выставили.

– Это будет не сложно, – отмахнулся эльф. – Лес мудр и добр. Так что не ссыте, пацаны. Сейчас дедушка дождется посланника, выясним, где искать вашу красавицу и двинем потихоньку. Лука еще хотите?

– Нет, спасибо, – все дружно скривились. – А ничего другого нет? Хотя бы морковки?

– Брюква есть. И репка. Но они даже не вареные, совсем гадость.

– Давайте, – первым согласился Кир. И получил за смелость еще и свеклину. Воистину, бездонные карманы эльфийского дедушки имели прямую связь с подвалами. Иначе как можно было объяснить их вместимость?!

Друзья безрадостно похрустели предложенными корнеплодами и когда на плечо к дедушке сел ворон и пару раз каркнул, вскочили на ноги с неподдельным энтузиазмом. Но дедушка напротив заметно погрустнел.

– Они пошли в сторону Великого Древа, – ответил он на немой вопрос.

– Нам туда не пройти?

– Нет, туда может попасть любой.

– Тогда в чем подвох?

– Великое Древо вершит судьбы. Просто так его не принято беспокоить! – дедушка выглядел несколько озадаченным и даже убрал бутыль в карман. – Следуйте за мной. Кажется, дело приняло нехороший оборот.

***

– Дорогая, будь добра, одень приличное платье и будь готова через час, – вопреки ожиданиям Эрны мама не выглядела сильно довольной. Как будто она придумала какое-то хорошее заклинание, а оно оказалось не настолько хорошим, как она ожидала.

– Ты можешь меня продать и без красивой упаковки, – злобно ответила Эрна. – Думаю, им без разницы на оформление. Хотя, о чем это я, им без разницы и на содержание!

– Ты озлоблена, дорогая, – грустно заметила мама. – Я понимаю тебя, но, к сожалению, жизнь часто сложнее, чем нам бы хотелось.

– И поэтому ты меня ему продаешь? Чтобы твоя жизнь стала немного проще?

Эрна и хотела бы замолчать, но не могла. Её несло со скоростью гномьего поезда-экспресс. Бронированного. Элитного. Которым обычно приезжали в город руководители.

Но мама только мудро промолчала. Постояла немного, а перед тем, как выйти добавила:

– Какая никакая, но это единственная свадьба в твоей жизни. Другой не будет. Думаю, ты захочешь её запомнить не так.

Когда дверь за мамой закрылась., Эрна с чувством ударила руками по кровати. Хотелось конечно по стене, но мама права. Другой свадьбы у неё всё равно не будет. И разбитые руки ничем уже не помогут. А что может помочь?

Эрна впервые задумалась. Училась она не сказать, чтоб очень хорошо, но легенды и обряды эльфов, конечно же знала. И сейчас она чувствовала, что помочь ей сможет только что-то древнее и неожиданное. Внезапное. Как лосось в кустах черники.

Дверь оказалась не запертой. Впрочем, она не обольщалась: сбежать из Дома она всё равно не сможет. Охранные заклинания ей ни за что не обойти, заклинания, которых еще утром здесь не было. Но до библиотеки она дошла спокойно и потратила отведенный час на внимательное изучение преданий, о которых помнила весьма поверхностно. Перечитала три раза, для верности выписала формулу на бумажку, которую сунула себе в корсаж. И подумала, что эту партию она всё равно сыграет по своим правилам. Да, она не будет вместе с любимым, но и Финист не будет таким радостным. Уж она об этом позаботится.

– Ты, конечно, не готова, – вздохнула мама, входя в её комнату за пять минут до оговоренного времени.

– Я как раз собираюсь, – Эрна больше собиралась скандалить. – Помоги мне пожалуйста, с платьем. Я оставлю волосы распущенными.

– Хорошо, – мама тоже не стала метать громы и молнии, а помогла застегнуть множество пуговок и завязать кучу веревочек, выполняющих роль застежек. Мама разгладила последние складочки и отошла полюбоваться.

– Туфель не хватает, – заметила Эрна, разглядывая свои пропыленные ботинки. Но обуви в её комнате не было.

– Да, туфельки на каблучках были бы лучше, – мама посмотрела на ботинки, словно увидела их первый раз. – Знаешь, так получилось, что я сдала всю твою обувь в ремонт. Здесь нет никакой твоей обуви. Моя тебе вся мала, что поделать. Я помою твои ботинки. Юбка длинная. Под ней не будет видно.

Эрна нахмурилась, но потом представила, как ей ковылять по лесу на каблуках и подумала, что ботинки будут больше кстати. Ничего. Под юбкой и в самом деле не видно.

Эрна была готова даже раньше на три минуты. Удивительно, но в холле внизу часы показывали без трех минут, хотя девушке казалось, что она провозилась дольше. Не иначе магия времени, которая, впрочем, была неподвластна никому из их семьи. Да и вообще вроде бы никому из ныне живущих.

– Готова? – спросила бабушка, трон которой принесли и поставили в холле. – Сейчас, ждем жениха и можно начинать обряд.

Финист был прекрасен, впрочем, как и всегда. На его фоне Эрна в очередной раз почувствовала себя замарашкой, из милости взятой в дом. И теперь хозяевам не удобно выгнать её вновь на мороз, в то время как девица хрюкает за столом, вытирает руки о скатерть и сморкается в подол.

Сразу же засвербело в носу и захотелось в самом деле высморкаться. Но вместо этого Эрна пару раз этим самым носом шмыгнула. Взгляды всех присутствующих скрестились на ней.

– Я требую свадебного обряда под присмотром Серебряной Луны, – громко произнесла Эрна, когда тишина стала совсем звенящей.

– Но, милая, эту традицию никто уже не соблюдает лет пятьсот, – снисходительно улыбнулся жених. Словно она глупость какую сморозила.

– Тем не менее, такой обряд есть, – спокойно отозвалась Эрна. – Я согласна выйти замуж, раз того требуют интересы Рода и Лес не против. Но на своей свадьбе я хочу видеть только Жениха, Луну и Великое Древо.

– Такой обряд в самом деле есть, – заметила бабушка и нахмурилась. – Правда со времен Великой Войны против Злобных Орков никто этим обрядом не пользовался. Да и тогда в основном прибегали к нему, чтобы покрыть грех родителей.

– Нам нечего покрывать, – отмахнулся Финист.

– Конечно нечего, – улыбнулась Эрна и многозначительно погладила себя по животу. – Простите, это у меня вареная брюква никак не уляжется.

– Ну, хорошо, – жених насупился, но уступил. – Тогда проводите нас только до начала Леса.

Его отряд сопровождения ненавязчиво оттеснил семью Эрны, но бабушку сбить с настроя оказалось не так-то просто.

– Она еще не в твоем Доме, – бабушка даже привстала со своего трона. – Наши тоже проводят. А то мало ли что у тебя там на уме.

– У меня на уме свадьба, – отмахнулся Финист. – А вот у вас как будто какие-то интриги.

– У меня на уме только счастье моей внучки, – приторно улыбнулась бабушка. – Даже если она сама с этим счастьем не согласна.

Эрна только хмыкнула.

– Пошли. Луна отныне смотрит за нами.

Финист сделался серьезным и галантно подал руку.

На поляне они разошлись в разные стороны. Обряд был древним, и предполагалось, что к Мудрому Древу брачующиеся должны добраться самостоятельно, по одному, чтобы еще раз подумать и убедиться в правильности выбора. Впрочем, Эрна не обольщалась, выйти из Леса ей никто не позволит. Максимум, что она могла бы сделать – это поплутать в Лесу до рассвета и потом пойти под венец уже обычным способом. Так что особых надежд не было.

Не смотря на эти разумные мысли, она шла нога за ногу. Пару раз останавливалась, наклонялась к цветам. Один раз долго рассматривала папоротник, размышляя не цветет ли он, и нельзя ли, заставив его цвести, провалиться в другое измерение. Но папоротник цвести отказывался, и эльфийка опять вернулась на тропинку.

Наконец, какая-то ветка, не выдержав её медлительности, подтолкнула в спину.

– Эй, вы же специально даете это время подумать, – пробурчала она себе под нос, но послушно зашагала дальше. Оттягивай, не оттягивай, а похоже Лес на стороне Финиста.

Каково же было её удивление, когда на поляне перед Великим Древом её ждал Кир.

– Наконец-то, – он в волнении схватил её за руку. – Слушай, я не знаю, что надо делать, но давай быстрее.

– Что случилось?

Эрна послушно смотала с запястья припасенную белую ленту, как символ смерти. Да, сейчас она умирала для своего Дома, с тем чтобы родиться в другом. Впрочем, судя по всему, в другом Доме она уже не родится.

– У тебя есть лента? – спросила она.

– Прости, – Кир виновато пожал плечами, – а я могу что-то предложить другое взамен?

– Надо повязать наши ленты на Ветку Великого Древа, в знак нерушимости наших уз. Нужно что-то, что сможет переплестись с моей лентой и обвязаться вокруг ветки.

– Щас, – Кир понятливо кивнул. – Отвернись.

Эрна послушно отвернулась, хотя и не очень понимала зачем. После всего, что у них было, чего он мог стесняться?! Впрочем, выглядел гном не очень, словно долго болел, а после, возможно, дрался с лекарями.

– На любую ветку привязывать?

– Чем выше, тем более прочным считается союз, – пояснила эльфийка. – Великое Древо не всем позволяет карабкаться по своим ветвям. Так что, хотя бы на третью ветку, чтобы точно не оспорили.

– Я им оспорю, – пробормотал Кир и, взяв их ленты, полез на дерево. То, хоть и было Великим, нисколечко не протестовало. Эрна следила, затаив дыхание. Она слышала истории, когда наглецов уносили с поляны, а особо наглым Древо могло и наподдать ветвями, а не просто сбросить.

Три ветки гном преодолел на одном дыхании, потом четыре, пять, шесть… Эрна забыла как дышать.

– Пятнадцать, – громким шепотом поведала она, – думаю, можно привязывать.

– Оно меня подталкивает, – тоже шепотом поведал гном.

– Тогда лезь, – скомандовала эльфийка. – С Древом не спорят.

Древо само помогло ему спуститься, аккуратно придерживая ветвями и подставляя их, чтобы было удобно наступать и держаться.

– Красиво реют, – решила Эрна, рассматривая свою ленту и что-то более плотное и объемное от Кира. – А что ты привязал?

– Трусы, – шепотом признался он. – У меня больше ничего нет. Штаны плотные. Не сразу видно, что я без трусов.

Эрна не выдержала и захихикала. Древо не против, и это самое главное. Но какой плевок в лицо чопорным эльфам. Её шелковая лента, бережно хранимая в семье, вышитая ею собственноручно на сорокалетие, и несвежие гномьи трусы.

– Мы сохраним эту тайну в семье, – решила она.

– Да щас, – возмутился гном. – Мы непременно всем об этом расскажем, пока менестрели не переврали.

– А где Финист? – задала она самый важный вопрос. Теперь, когда она успокоилась, что ей не придется выходить за него замуж, она начала немного беспокоиться за его жизнь.

– Связали и в кусты затолкали, – из кустов (возможно, тех же самых) высунулась голова Малыша. – Он пытался нам угрожать, но его травой так затянуло, что мы сейчас только мычание и слышим. А нам уже можно выходить?

– Можно, – Эрна не выдержала и всё же начала хихикать. – Таинство закончилось.

И она расхохоталась в голос. Таинство. Мало того что они избили и почти закопали её бывшего жениха, привязали на Дерево трусы, так они еще и браслеты не удосужились подготовить. Вернее, браслеты были у Финиста, но Эрна ни за что бы не стала их надевать.

Кир наклонился к ней и шепотом спросил:

– А когда брачная ночь?

– Молодежь, – пробурчал дедушка Энти, вылезая из тех же кустов, – лишь бы слиться друг с другом телами. Таинство венчания – это про души, а не тела.

– То есть брачной ночи не будет?

– Вообще-то уже светает, – наставительно протянул старик. – Какая ночь утром? Щас тут будет толпа народу, а вы не завершили обряд.

Эрна вздохнула. Конечно, браслеты – это фикция, брак и без того скреплен, но ей хотелось стопроцентной гарантии, что никто не оспорит.

– А что надо сделать? – спросил Кир. – Может, всё же брачное утро? Ну, мы по быстренькому.

Эрна только вздохнула и покачала головой.

– Чтобы брак был окончательно скреплен, вы должны обменяться браслетами.

– А любыми? – Кир принялся быстро соображать, роясь по карманам. – Обязательно драгоценности? Или это просто символ и подойдет просто веревка?!

Эрна поморщилась. Еще вечером она собиралась прийти на свою свадьбу в штанах и сапогах, а вот теперь переживает о том, что у нее не будет красивого браслета. Она мысленно дала себе затрещину, но это не помогло. Браслет нельзя поменять.

Кир, наконец вытащил из кармана то, что так старательно искал. Эльфийка против воли улыбнулась: хорошо, что трусы уже висели на дереве.

– Прости, ничего лучше этого у меня нет, – на ладони гнома лежали два обрезка канализационной трубы. Небольшие, как раз по размеру руки.

– Зачем ты их с собой таскаешь? – продолжила улыбаться Эрна, её наконец отпустило, и она снова могла любить и принимать мир таким какой он есть.

– Да, помнишь, у троллей купальни делали? Ну я срезал, и подумал, что пригодится. И, как видишь, пригодилось. Лучше же всё равно ничего нет. Потом поменяем. Я знаю хорошую ювелирную лавку. Там не дорого и красиво.

Эльфийка подставила руку. Брачный браслет нельзя поменять, но это было не важно. Она согласна всю жизнь таскать на руке обрезок трубы и помнить какой участи избежала.

Но не успела она сунуть руку в трубу, как на плечо опустилась ветка Великого Древа, а когда она вначале не обратила на него внимания, то и осторожно по этому самому плечу похлопала.

– Ой, смотри, что это?

На ветке висели два резных деревянных браслета. Тонкие, ажурные, невесомые. Узор из переплетенных листьев самого Дерева, а в центре изображение Луны, благодаря которой они и связали свои судьбы.

– Я слышала такое только в Легендах, – шепотом благоговейно произнесла Эрна.

– Ой, да, ерунда, – нарушил таинство момента дедушка Энти. – Просто эти дурацкие ритуалы и снобизм остроухих довели даже тысячелетний Дуб. Я бы на его месте вообще упал на кого-то из нашего народа.

Браслеты заняли свои места, а неугомонный гном всё же припал к ней в поцелуе.

– Эй, эй, – возмутился дедушка, – ты-то хоть ему не отвечай. Он-то понятно, одним местом думает, как все мужики, н, ты-то хоть блюди приличия. Не под ветвями же Священного Дерева. Вы тут еще и телами слейтесь.

– А можно? – с надеждой уточнил Кир, но на поляне резко стало больше действующих лиц.

– Я так и думал, что нас хотят обмануть, – произнес кто-то важный из дома жениха (слава Энтеросгель, уже бывшего).

– Я так и думала, что всё пойдет не по плану, – ответила бабушка. – Эрна, милая, ты уверена? Фенистил хотя бы их хорошей семьи, а это же вообще гном.

– Брак одобрен Луной и Великим Древом, – с некоторым вызовом ответила Эрна. – И, кстати, бабушка, не хочешь послушать про подвиги Финиста? Он же замышляет заговор против Владыки! И, кстати, мой отец в тюрьме, и я надеюсь, он еще жив.

– Интересные дела творятся под сенью Великих Лесов, – заметила бабушка и велела найти и привести Финиста. – Против него выдвинуто серьезное обвинение, – пояснила она вскинувшемуся важному эльфу из финистовых.

– Да, – поддакнул дедушка Энти, – было бы неплохо послушать версию мальчика. Мало ли как он объяснит свои поступки.

Однако в кустах, где лежал Финист его не оказалось, а путы из ветвей и трав оказались выжжены.