ГЛАВА 22. В которой Владыка вежливо разговаривает

– Надо сообщить Владыке, – наконец произнесла эльфийская бабушка.

– Это еще ничего не значит, – отозвался кто-то из свиты Финиста. – Возможно, он использовал огонь, потому что это вы оказали ему слишком теплый приём, уж простите за каламбур. В конце концов, у Пресветлого Фенистила был повод опасаться за свою жизнь.

– Мы его и пальцем не тронули, – отмахнулся от обвинений Кир. – Не смотря на наши разногласия, мы не мародеры, но если бы не помощь Леса, то непременно бы начистили его Лучезарное лицо. А так, Лес сам помог.

– Лес давно не вмешивается в наши дела, – пробормотал дедушка Энти.

– Да, и его столь пристальное внимание говорит о том, что грядут непростые времена, – согласилась бабушка.

– Или, что они его заколдовали, – выкрикнул кто-то истерично из толпы.

– ЛЕС? – возмутилась бабушка. – Вы хотите сказать, что наш Лес могут заколдовать два гнома, один из которых даже не маг, тролль и его детеныш? Вы что там курите, уважаемый?

– Он хотел сказать, что у них могли быть амулеты. Или сообщники. Или предатели среди наших, – с достоинством отозвался дедуся из свиты противника (то, что он явно дедуся было видно по умудренным глазам, в которых плескалась легкая безуминка. Примерно, как у дедушки Энти).

– Вполне возможно, что предатель как раз ваш внук, – с достоинством ответила бабушка, – а я еще хотела своими руками отдать ему свою любимую внучку. Да лучше последний паршивый гном, чем предатель из своих!

– Я не паршивый, – отозвался Кир. – Я мылся и у меня нет никаких заболеваний. Я совершенно точно здоров.

– Я не это имела ввиду, – бабушка не стушевалась и даже не подумала извиниться. – Но мы сейчас совершенно точно идем к Владыке.

– Всей толпой? Вы уверены, что Владыке стоит лицезреть столь неприятных личностей? Да и зачем? Ваша внучка, несомненно, устала, её жених всё равно ничего не решает, тролли и вовсе лишь грубая сила. Ну, если хотите, возьмите с собой Пресветлого Энтеролакса, хотя я уверен, что в его почтенном возрасте, возможно, не стоит лишний раз переутомляться и нервничать.

– Я еще тебя переживу, сосунок, – отозвался дедушка. – Пошли к Владыке. Нечего ему нежиться в постельке, когда такое происходит.

– А вы и в самом деле отправляйтесь в наш Дом, – согласилась бабушка, оглядев всю честную компанию скептическим взглядом. Мы позовем вас к Владыке позже. Пока вы можете немного отдохнуть и привести себя в порядок.

Эрна вздохнула. Она знала, что никакой отдых им не светит, но остальные восприняли эти слова с воодушевлением. Все здорово устали и порядком проголодались, так что сейчас были согласны даже на вареную брюкву.

***

Меж тем спешно был поднят с постели Владыка, в тронный зал которого как к себе домой зашел дедушка Энти, за которым чуть менее решительно шла бабушка Эрны. Владыка был слегка помят и не слишком доволен ранней побудкой. Хотя, считается, что эльфы любят вставать с первыми лучами солнца, а то и раньше, и напитываться ими, Владыка ранние побудки не слишком жаловал. И придворные об этом знали. Но дедушка Энти как обычно плевать хотел на неудобства других существ. Даже если это пресветлые эльфы. Впрочем, на последних он плевал с еще большей радостью.

– Я тебе, придурок с ушами давно говорил, что ты развел в Лесу гадюшник, но ты же не слушаешь старших!

От какого приветствия Владыка растерялся. Давно с ним не разговаривали в таком тоне, хотя Пресветлый Энтеролакс, разумеется, мог себе позволить любой тон.

– Уважаемый Пресветлый Энтеролакс, я бы попросил Вас выбирать выражения, – процедил Владыка. – Я все-таки Ваш Владыка, – хотя уверенности в его голосе особенно не ощущалось.

– Ты – бревно с ушами, хоть и Владыка по нашему общему попущению, – дедуся почесал голову и жестом велел Владыке встать с трона, откуда последний, хоть и с некоторым недоумением величественно поднялся. Дедушка немедленно примостил на троне свой тощий зад. – Делать-то что теперь будем?

– Вы немедленно пойдете по своим делам: пить таблетки, созерцать Луну и восходы Солнца, слушать шелест трав, а я буду решать государственные дела. И встань уже с моего трона! Это прямое неуважение к нашим традициям! Эй, кто-нибудь, позовите следящих за душевным спокойствием наших уважаемых Пресветлых Мудрецов и пусть им уже выдадут их таблетки!

– Прямое неуважением к нашим традициям – это продолбать Лес, к чему ты так стремишься! – не смотря на жестокие слова, дедушка всё же встал с трона, но уходить никуда не собирался. Напротив, на заглянувших в тронный зал слуг он решительными движениями рук замахал, – Эй, вы, бездельники, уберите свои таблетки и принесите поесть! И выпить!

– Хватит пить! В Вашем возрасте это уже просто немыслимо!

– Поучи еще меня что мне делать в моем возрасте, в моем возрасте уже не пить немыслимо. Тем более, что в такое нелегкое время только и остается – это пить! Эй, принесите что-то нормальное на завтрак. А Владыке его любимый смуззи, или что он там пьет?! Такого тошнотно-зеленого цвета.

Владыка эти распоряжения никак не прокомментировал, напротив, как будто остыл и взял себя в руки. На мудрых старцев не принято обижаться, как известно, вначале надо дожить до их лет.

– Ноту протеста я уже отправил с вороном, – миролюбиво заметил Владыка. – Ответа, конечно же, нет, но мы все понимаем, что бюрократическая машина работает медленно.

В тронный зал зашли молодые эльфийки в струящихся одеждах. Одна из них с поклоном протянула Владыке высокий стакан, а дедушке и бабушке по небольшой пиале чая. Вина, разумеется, не было. Как и завтрака.

– А можно мне кофе? – дедушка тем не менее мило улыбнулся ближайшей эльфийке и посерьезнев вновь повернулся к Владыке. Дождавшись, пока девушки выпорхнут из зала, он уже не так миролюбиво добавил:

– Ноту протеста? И это всё, что ты сообразил сделать? Святая Энтеросгель, ты реально такой тупой или хорошо притворяешься?

– Пресветлый Энтеролакс, сбавьте обороты, – подала голос до этого молчавшая бабушка Эрны. – Мы всё же во дворце, а не на конюшнях, столь дорогих вашему сердцу.

– Именно! – Владыка воодушевился, получив поддержку.

– Это потому, что кони не тупят! – ответил нисколько не впечатленный дедушка, – и вообще, с каких это пор ты не на моей стороне?

Меж тем Владыка выпил своей напиток и наконец улыбнулся:

– А знаете, что я придумал? Уважаемый Светлейший Энтеролакс, вас-то я и отправлю разбираться с этим вопросом! Послужите Лесу и покажете молодежи как надо работать! А то только критиковать и горазды.

– Наконец-то! – Дедушка так воодушевился, что несколько раз подпрыгнул на месте. – Полномочия мне самые широкие выдай. И Тадалис пусть едет со мной! И девок еще отправь!

– Полномочий широких выдать, к сожалению, не могу. Но ноту протеста выдам. Дубликат. И помните, пожалуйста, что вы теперь дипломат, а значит лицо всех эльфов!

– Да твоей нотой только в сортире воспользоваться и то не удобно: бумага жесткая. Но с паршивой овцы хоть шерсти клок.

– Я явно об этом пожалею, – пробормотал себе под нос Владыка, – но хоть какое-то время отдохну.

– Так я тогда зову на аудиенцию к вам молодежь? – спросила бабушка, делая странное лицо.

– Зачем? – поник Владыка.

– Затем, что надо работать с молодежью, – важно поднял вверх палец дедушка. По странному стечению обстоятельств это оказался средний палец. – И надо выслушать всё что они знают.

– Чтобы они оказались ослепленными Вашим сиянием, – добавила бабушка.

– Я их уже ослеплял, – пробормотал Владыка, после чего встряхнулся и заметил: – Ну, хорошо, зовите. Только, прошу Вас, ведите себя как положено, а не как обычно. Всё же я тут первое лицо.

– Если ты не будешь говорить глупости, то я буду само очарование, – пообещал дедушка.

Внезапно двери отворились и в зал стали вплывать столы, которые просто ломились от разных блюд: были здесь знаменитые эльфийские сыры и виноград, такой крупный, что мог бы соперничать размером с яблоками, были яблочные колбасы и даже колбасы из мяса птицы, сдобренные специями. На огромных блюдах лежали овощи и фрукты, свежие, словно только что с грядки (впрочем, на некоторых была видна земля, так что вариант с грядкой был вполне возможным). Стояли кувшины с эльфийским вином и крепкими настойками на травах, а также легкие сидры, о которых так любили петь менестрели. И хлеб, ну, разумеется, какой же пир без настоящего эльфийского хлеба. Того самого, который можно брать в дорогу, и он никогда не зачерствеет.

– Что происходит? – обескураженно пробормотал Владыка и не утерпев, схватил с ближайшего подноса кусочек ветчины.

– Ну, наконец-то! – воскликнул дедушка и торопливо (пока не отобрали) плеснул в ближайший кубок вина.

Владыка, пользуясь тем, что на него никто не смотрит, соорудил себе огромный бутерброд и впился в него зубами. Именно в этот момент двери зала вновь распахнулись, впуская одну из самых странных делегаций, которые только видел Светлый Лес. Впереди шла мама Эрны, прекрасная, величественная и немного печальная, как и положено эльфийке, которая узнала, что её супруг находится в бедственном положении. Край длинных развевающихся одежд приоткрывал кончики туфелек, а волосы были забраны в самую сложную из возможных причесок.

Следом за ней шла Эрна под руку с супругом. Они были одеты гораздо проще, но все равно максимально изысканно для столь сжатых сроков. Впрочем, эльфийские портные не подкачали, и одежда была приличных зеленых цветов, из хороших тканей, разве что сидела как на корове седло.

Последними чеканили шаг тролли, одетые в штаны и длинные кафтаны, которые сочли максимальным компромиссом между желанием приукрасить и возможностями.

– Эльфийский король, мы уже несколько дней не кушали, можно нам тоже покушать? – выпалил тролленыш, пока все искали и не находили дар речи при виде жующего Владыки.

– Почему не кушали? – удивился Владыка и поспешил присесть на трон, компрометирующий бутерброд при этом пришлось прикрыть краем одеяния. – Угощайтесь, пожалуйста, хотя я пригласил вас сюда, чтобы уточнить некоторые моменты.

Все тут же бросились к столам, раздалось дружное чавканье, за которым никто слов Владыки и не расслышал. Что самое ужасное, старшие эльфы не только не подавали примера выдержки молодежи, но и сами в первых рядах набивали животы.

– Передайте мне, пожалуйста, немного хлеба, – попросила бабушка Эрны.

– А мне, малыш, плесни настойки. Ну и что, что крепкая, я тоже еще крепкий. Что значит «сколько», ты что, краев бокала не видишь? Да, всё будет хорошо, – дедушка припал к бокалу.

Владыка грустными глазами взирал на это безобразие и, посмотрев по сторонам и убедившись, что на него пока никто не смотрит, достал несколько помятый бутерброд.

– Владыка, вы так далеко сидите, – обратился к нему тролленыш, – Вам же не достать еды. Может быть, принести вам что-то?

– Если не трудно, то еще один бутерброд, – пробормотал вконец деморализованный эльф. – И немного сидра, если он еще остался, конечно. Если нет, то и компот можно.

Заботливый тролленыш притащил целую тарелку снеди и с поклоном поставил на подлокотник трона.

Некоторое время все сосредоточенно жевали, не в силах отказаться от этого великолепия.

– Святая Энтеросгель, – пробормотала Эрна, – как же вкусно.

– Угум, – согласился Владыка. Легкий сидр упал в почти пустой желудок и там разлилось такое приятное тепло, что эльф внезапно возлюбил весь свет и особенно этих милых и приятных существ.

Существа начали жевать медленнее и, наконец, обратили свое внимание на Владыку.

– Просим прощения, – покраснела мама Эрны, – это моя вина, что я не смогла обучить наших гостей Дома и нового члена семьи должным манерам. Я приложу все усилия…

Но Владыка только отмахнулся.

– Ай, к чему эти церемонии, – он дожевал бутерброд и по-простому вытер руки о край одежды. – Так, я просил, чтобы вы зашли и еще раз рассказали о том, свидетелем чему вы стали. А то в первый раз, что-то не слишком понятно было.

Владыка уже было приготовился выслушать шквал нелестных комментариев от дедуси, но тот благосклонно смотрел в бокал, так что приободренный эльф продолжил:

– Итак, вы слышали, что Фенистил говорил о готовящемся перевороте и свержении меня?

– А еще он Лес поджог, – добавил осуждающе Лом.

– Вообще-то вы тоже, – заметил Владыка несколько укоризненно. – И за это обычно следует депортация и запрет на въезд в Лес, а вы мало того, что здесь, так еще и удостоены высочайших привилегий.

– Мы же не эльфы, – пробормотал тролль, – а он – эльф, ему должно быть совсем нельзя со спичками баловаться. Тем более, мы же больше иллюзии напустили, чем в самом деле пожгли.

Владыка только махнул рукой.

– Лучше поведайте что вы в самом деле слышала, а что придумали?

– Мы ничего не придумали, – вразнобой, но единодушно закричали друзья, – мы в самом деле волнуемся. Потому что сейчас мир, и нам он нравится.

– Вы всерьез думаете, что Фенистил задумал переворот? – Владыка так удивился, что привстал на троне. – На самом деле, я уже говорил и могу только повторить, меня постоянно кто-то желает свергнуть. Но обычно дальше мечтаний дело не заходит.

– Мы не можем гарантировать, что это именно переворот, – Эрна успокоилась и теперь могла воссоздать картину в памяти, а после стала аккуратно рассказывать.

– Потрясающе, – Владыка отпил из кубка и со звоном поставил его на подлокотник трона. – Спасибо. Итак, слушайте мою волю: послом в Расополис отправляется Лучезарный Энтеролакс, я выдам ему верительные грамоты. С ним поедет Пресветлая Тадалис, я выпишу грамоты и на неё. Ноту протеста еще не забыть. А вы тоже молодцы. И можете возвращаться к своей обычной жизни. Я слышал, Лес одобрил ваш брак, что ж, поздравляю.

Владыка величественно встал, показывая, что столь необычная аудиенция подошла к концу и было бы неплохо всем удалиться. Никто не стал протестовать, поклонились насколько позволили набитые животы и вышли, почтительно закрыв дверь в тронный зал.

В Дом Эрны вернулись телепортом, где от них откололся дедушка Энти и внезапно бабушка. Они вернулись в свой «Дом Мудрых эльфов», о чем сообщили в весьма ультимативной форме.

– Выдвигаемся завтра, – заметила бабушка на прощание. – Пожалуйста, подготовьтесь. Не опозорьте нас.

Тролли переглянулись и изобразили вежливые улыбки. А Кир насупился, разом поняв, что это камень в его огород: несмотря на теплый приём Владыки, бабушка так и не приняла его в семью. И вряд ли примет.

– Я приложу все усилия, – пообещала мама Эрны и сердце ушло в пятки не только у самой Эрны, настолько угрожающе и предвкушающе это прозвучало.

Наконец, бабушка и дедушка исчезли в телепорте, а друзья сгрудились под внимательным взглядом Эрниной мамы в холле огромного дома. Они стояли перед широкой лестницей, которую укрывал пушистый бежевый ковер, такой густой и мягкий на ощупь, что хотелось сбросить обувь и зарыться в него голыми ступнями.

– Сейчас вам покажут ваши комнаты, где вы сможете отдохнуть и набраться сил, – пообещала мама. – Я проведу отдельную беседу с каждым из вас, раз уж вы оказались в свите моей дочери, поэтому прошу вас не покидать отведенных комнат и отнестись с пониманием. Обед вам доставят в комнаты, а на ужин проводит специальный слуга.

Все с облегчением развернулись к лестнице.

– А вас, господин Кир, я попрошу остаться.

Кир вздрогнул, настолько прохладным был голос высокородной.

– Конечно, Пресветлая …

– Ревалон, и не Пресветлая, а Лучезарная.

– Видимо, какая-то разница есть, – пробормотал себе под нос гном, но эльфийка, разумеется, услышала. Хотя, с такими ушами немудрено хорошо слышать. Последнюю мысль гном подумал, не решив произносить вслух.

– Для Вас есть, – с достоинством кивнула мама Эрны. – Пройдемте в библиотеку.

Никогда прежде Кир не ходил в библиотеку как на эшафот. Честно говоря, он и библиотеки-то не особенно жаловал, предпочитая им ночные клубы, чего уж скрывать. И как оказалось, место и в самом деле было препротивным: это был огромный зал с высокими стрельчатыми окнами, все пространство которого занимали тянущиеся ввысь стеллажи, полные книг. Возле окон стояли небольшие столики с такими на вид жесткими стульями, что Кир даже потыкал в один, в надежде, что глаза его обманывают, но глаза были честны, а стулья были достойны размещения в пыточной.

– Это Книга Рода, – эльфийка прошлась среди стеллажей, небрежными движениями рук выхватывая огромные книги с полок и нагружая ими гнома. – Это жизнеописания самых выдающихся предков, как вы понимаете, краткое издание. Здесь вы найдете справочник хороших манер, вам не помешает. Это свод законов, ознакомьтесь хотя бы с оглавлением, чтобы не выглядеть совсем уж провинциалом. Это сборник легенд, краткий как вы понимаете. Это брачный кодекс.

Гнома под стопкой книг было уже практически не видно, но он мужественно терпел.

– Здесь у нас описание Домов, первых ста, но вам хотя бы их запомнить. Это пособие по приличным одеяниям и моде последних ста веков, мода консервативна, тем более при дворе, так что почти ничего не менялось, но вам и это будет нелишним хотя бы прочесть, я не говорю про выучить.

– Простите, Ре… то есть Лучезарная Ревалон, но это же нереально сделать до нашего отъезда, – попытался возразить Кир.

– Да, я думаю для вас это составит сложности, – покивала эльфийка. – Вы знаете грамоту?

– Гномьи руны, тролльи наскальные рисунки и основы эльфийской письменности. Нам в школе преподавали.

– Святая Энтеросгель, – мама прижала руки к груди в непритворном жесте отчаяния, – да вы еще и неграмотный? Что же делать? Может быть, нанять учителя? Но выучить язык с нуля за ночь нереально. Что же делать?!

– Так я тогда книги на тот столик положу, – Кир с облегчением сгрузил свою ношу, но не тут-то было.

– Ни в коем случае! Вот, возьмите словарь. Гномо-эльфийский, всегда удивлялась зачем такой нужен, а вот, пригодился же, – последнее она пробормотала под нос, но гном тоже не жаловался на слух.

– Теперь можно идти уже?

Кир, поднатужившись поднял всю стопку.

– Куда вы так спешите?

– Так, читать, – гном выразительно качнул книгами. – А еще у меня там долг супружеский не отдан, как бы проценты не набежали.

– Святая Энтеросгель, – мама опять всплеснула руками, – вы же не думаете, что вам кто-то разрешит прикоснуться к эльфийке с этим?

Кир хмыкнул.

– Даже не думайте. Брак останется фиктивным и если через пятьдесят лет не появится наследника, то мы попросим Великое Древо его расторгнуть.

– Я приложу все усилия, чтобы наследники появились, – пообещал гном. – Сегодня и начну прикладывать. Не переживайте!

И оставив Лучезарную хватать воздух ртом в поисках достойного ответа вышел из библиотеки.