Глава 7

Айран

Помыться после долгого пути в лесу было счастьем. Я даже немного понежилась в ванне, расслабилась. Накинула халат, вышла и с тоской посмотрела на грязную потную одежду.

Вздохнула.

Андалар, который уже принял водные процедуры в другой ванной, взглянул на меня и неожиданно все понял без слов.

— Не переживай. У меня есть сменная одежда.

Он принялся рыться в своей дорожной сумке — достал рубашку, брюки и протянул. Я вошла в ванную и надела предложенное.

Конечно, брюки сидели мешковато, да и рубашка как на большого Ивана. Но зато материал казался чистым-чистым, приятным-приятным…

Ммм… Красота!

Когда вышла, Андалар протянул пояс:

— Держи. Будет лучше.

Я подпоясалась и посмотрела на эльфа.

В свободной домашней рубахе и брюках, с босыми ногами он, как ни странно, выглядел еще более сногсшибательно.

Ну что тут скажешь?

Роскошный мужик.

На него хоть рубище надень, хоть — шотландскую юбку — будет шикарным в костюме и без.

Эльф сглотнул, очертил меня взглядом так, словно я голая, и вздохнул:

— Надо спать. Устали и вымотались. Виктору я объяснил — как управлять местной защитой и аппаратурой для отслеживания обстановки. Мы вместе все установки протестировали и убедились, что на данный момент хаэльримы вблизи не шатаются… Кхм… Можно… э-х… и в постель…

Он будто сетовал, что не повторить наш улетный постельный подвиг в автобусе.

— Ты это серьезно? — не знаю почему, но после всего пережитого, да еще и отравленная воздухом Топей, я осмелела и общалась с принцем, как с… кем-то достаточно близким, родным.

Он вскинул брови и присел на свою кровать — у противоположной стены от моей.

— Что? — спросил таким тоном, что было ясно — все-то он понял. Просто чисто уже придуривается для виду.

— Ты хотел бы сейчас, после всего… повторить эм… то, что между было нами в автобусе? У тебя на это даже силы остались?

Андалар вдруг поднялся, резко приблизился — и я невольно вскинула голову, чтобы поймать его сверкающий взгляд. Казалось, принц сделал пару шагов, но он уже очутился рядом со мной. Взял мою руку, положил на свой пах и… меня прямо жаром пронзило, окатило сладкой удушливой волной.

Член эльфа был напряжен, даже очень.

— Я хочу тебя. Сама видишь, — он усмехнулся. — Мне тебя мало, очень мало… Но ты должна отдохнуть… так, что ложимся… и спим.

Я замерла, а эльф еще раз шумно вдохнул, убрал мою руку со своего стояка и вернулся на койку.

Я легла, укрылась теплым, невесомым одеялом.

Поворочалась.

Еще поворочалась.

Посмотрела на Андалара.

Глаза закрыты. Спит?

Он тут же распахнул веки и попер рукой голову.

Свет моментально стал ярче — местные потолочные плиты и стены излучали его и, когда чувствовали, что гости проснулись, усиливали. А когда ощущали, что постояльцы планируют спать, постепенно гасили.

Я увидела лицо Андалара — напряженное, но одновременно открытое.

Он тихо вздохнул и произнес:

— Хочешь что-то спросить? Ну, давай.

— Я знаю, что ты из династии Далмиар. Магия уж больно знакомая, уникальная, — рубанула я, следя за реакцией эльфа.

Принц немного поморщился, провел рукой по лицу, а затем выдохнул:

— И? Что ты хочешь узнать?

— Правду, — тихо ответила я. — Но ты ведь мне ее все равно не расскажешь?

Андалар задумчиво смотрел мне в лицо. Как будто пытался прочесть мысли, эмоции.

И на какое-то время в комнате воцарилась напряженная тишина.

Я ждала, а эльф все молчал.

Я прямо видела на его лице следы тяжелых, глубоких раздумий.

Время словно замедлило свой бег.

Минуты тянулись, кажется, бесконечно. Андалар продолжал хранить тишину, и эта тишина здорово напрягала.

Разбавлял птичий гомон из окон, шелест ветра в листве и крики зверей.

Но все это отходило на второй план.

А на первом были мы — в полном безмолвии, будто в каком-то замкнутом куполе…

В конце концов, стало так неуютно, не по себе, что я произнесла:

— Ладно. Проехали. Давай, действительно, спать.

Андалар вроде бы дернулся, чтобы лечь, и тут я вдруг зачем-то добавила:

— Ты совсем не обязан мне доверять.

Он вдруг аж подорвался, сел на кровати. И я машинально сделала также.

Теперь мы сидели напротив и смотрели прямо — глаза в глаза.

Андалар прямо гипнотизировал.

Я же не могла отвести взгляда. Отвечала ему, и тихонько помалкивала.

— Я тебе доверяю, — вдруг сказал эльф. — Больше, чем кому бы то ни было… Хорошо. Хочешь знать? Слушай. Я все расскажу.

Он привстал, и прошелся по комнате.

— Мы с братом руководили десантом. В нашу задачу входило высадиться на стратегически важной высоте и удержать ее до прихода своих. Как раз тогда хунды стали использовать багры.

— Я слышала про эти жуткие бомбы. Они как бы раскидывают всех вокруг магией, и осколками нашпиговывают.

— Да. Потом эти орудия эволюционировали в яйцо паука. Так вот. Мы успешно высадились и заняли высоту. Начали обороняться. И тогда хунды принялись с воздуха, с летающих машин нас бомбить. Мы это предвидели и заранее создали непроницаемый магический барьер. Но в одном месте энергия истончилась быстрее, чем мы успели заметить. Быстрее, чем просек тот наш воин, который отвечал за эту часть защитного купола. К сожалению, и на войне случаются катастрофически ошибки, промашки. Не сплоховал бы он — все остались бы живы. По крайней мере, шансы были хорошие. Но… В результате, к нам угодили сразу два багра… Меня откинуло, и я потерял сознание от ран. Когда очнулся, все было уже кончено. По магии я определил трупы наших. Но Шалта, моего младшего брата и заместителя, среди них не оказалось. В щите обнаружилась щель, которую явно открывали изнутри, не снаружи… Я понял, что брат сбежал, испугавшись, что всех перебьют — спасал свою жизнь. И бросил товарищей на растерзание. Щель за ним, конечно же, закрыть не успели. Он же не предупреждал о своем дезертирстве. В результате, она стала еще одной брешью в обороне и местом для закидывания багров…

— И? Ты же был ранен?

— Шалт нашел меня, весь несчастный, напуганный. Умолял помочь. Клялся, что это был мгновенный порыв. Помутнение рассудка, безумие… Как бывает — инстинкт самосохранения срабатывает раньше, чем успеваешь подумать и обуздать свои действия. А потом все случилось так быстро, что он уже изменить ничего не успел. Плакал… у моих ног. Умолял что-то придумать. Ну я и придумал…

— Взял его вину на себя? Но ты же был ранен? И остальные поверили?

— Сказал, что это уже после побега напоролся на мину. Никто даже не стал проверять. Меня направили в госпиталь, а потом судили и отправили в ссылку.

— А как же — искупить кровью?

— У нас, у эльфов, нет подобного права, если в измене виновен высокородный. Ты угадала на счет моего происхождения и династии. Я воевал — в партизанах. А потом ушел работать в эскорт. Вот и все.

— А брат помогает?

— Нет.

— Как это?

Андалар пожал плечами.

— Вот так.

— Не знаю, что и сказать…

Я вздохнула и развела руками.

— А ничего и не нужно, — ответил он. — Я скажу. Я очень рад, что, наконец, тебя встретил. Ты — удивительная и ты первая, кому я поведал свою настоящую историю. Думаю, это очень многое значит.

— Почему я?

Он поморщился, отвернулся и какое-то время смотрел в окно на бурые пятна заката, что, словно пальцы, схватили линию горизонта.

Затем опять вперился мне в глаза.

— Потому что… Я не хочу об этом сейчас говорить. Не стоит. Правда. Просто поверь.

— Ну как скажешь.

Эта его недосказанность меня раздражала. Уж признаваться — так признаваться. Но настаивать я все же не стала.

Так и сидела, неловко глядя в мужественное лицо эльфа.

Он тоже смотрел — неотрывно.

Затем предложил:

— Давай спать?

И тут меня потянуло на подвиги.

Я вообще еще никогда в жизни самостоятельно не предлагала себя мужику. Так, чтобы не он, а я делала первый шаг в плане секса.

Но тут я поднялась с постели, под неотрывным сверкающим взглядом эльфа, и направилась к нему. Принц опешил, аж откинулся к стене и ждал, не двигаясь, лишь завороженно наблюдая за мной.

— Я хочу поблагодарить тебя за откровенность и такое доверие. Ну я же первая услышала правду, — я улыбнулась и неловко присела на постель рядом с эльфом.

— Ты ведь понимаешь, что сейчас делаешь? — тихо спросил он и быстро сглотнул. — Я не хочу суррогата. Я хочу тебя всю. Хочу быть в тебе, быть с тобой. Ты к этому тоже готова? Ты нужна мне сейчас целиком… Или никак… Иначе не нужно…

* * *

Андалар

Зачем я ей все это выпалил? Говорил, говорил, говорил…

Она аж глаза слегка округлила.

Да, боги!

Я ее сейчас так хотел, что уже сил никаких не было терпеть и надеяться на любое освобождение.

В паху все горело, член напрягся так, что больно уперся в брюки, и желание было, как нестерпимый зуд — непроходящее, безумное, отчасти животное.

Я смотрел на нее с восхищением, почти с преклонением перед своей женщиной, своей парой…

Истинность давала о себе знать, гормоны шпарили, а воздух Топей, похоже, окончательно, высвободил все, что вызывала во мне Айра…

И все-таки я… блефовал?

Не знаю.

Говорил, что думаю, что хочу.

Попаданка ненадолго подвисла, глядя на меня в упор, не моргая.

Остекленела в непонятном желании — то ли сбежать, а то ли остаться.

Я уже пожалел, что зачем-то наговорил ей всего.

Пусть бы и приласкала, если на большее она пока не готова.

Кто знает? Я ведь ей выложил всю свою подноготную, она же мне про себя особо ничего не рассказывала. Может тот — мразь, что разбил ее сердце — все еще был для нее единственным и желанным. И она сейчас вовсе не готова была стать частью другой пары до такой степени, максимально…

Я выдохнул, собираясь отречься от собственных слов и претензий на нее целиком, когда попаданка также, словно синхронно, выдохнула и произнесла:

— Тогда и ты должен быть моим целиком…

Оу… Я этого так ждал! Хотя даже надеяться не посмел бы.

— Бери, я весь твой, — я бесстыдно раздвинул ноги, демонстрируя мощный стояк.

Штаны давно уже ничего не скрывали. Тем более, что сейчас я надел их для сна на голое тело, в качестве пижамы. Тонкая белая ткань просвечивала, и было видно, как напрягся мой член, как оголилась головка, и как смазка сильно увлажнила одежду.

Айра надсадно выдохнула, аж рот приоткрыла — не ожидала, я ее ошарашил.

Но и отступать попаданка не стала.

Не знаю, что вообще со мной приключилось, возможно, сказалась близость Синих Топей, которые иногда выдавали странные испарения, и те действовали на психику, на организмы по-разному.

Я ведь в автобусе, перед аварией, кончил несколько раз. Вроде бы — удовлетворился. Затем бился, и потерял немало энергии. Я уже не говорю о том, что создал магический купол, который удерживал исключительно за счет резерва.

Но… я снова ее дико желал. Аж на стены лезть хотелось от возбуждения.

Порвать одежду и… что-то с этим сделать, как можно скорее…

В конце концов, мне нужно поспать, а в таком состоянии это проблематично.

Неизвестно — сколько еще хаэльримов-террористов бродят неподалеку. Там, где уже не берет сложная аппаратура Фаэля.

Здесь мы, по крайней мере, могли защититься.

Мы с Виктором выставили мощную оборону — магические ловушки — от меня, от него — охотничьи. Хаэльримам пришлось бы прорываться часами — круг за кругом… теряя соратников…

Плюс, собственно, защита хижины Фаэля.

По всему выходило, что нам лучше теперь остаться именно здесь. Ведь сюда спешили на помощь друзья девушек и Виктора тоже.

А в таком случае желательно находиться в одном месте, а не метаться туда-сюда по лесу.

Я выдохнул, потянулся, как бы демонстрируя себя во всей красе.

Айра выпустила воздух сквозь зубы.

Я нарочито поправил стояк, который уже чуть ныл вместе с яичками.

Как я хотел ее! Просто кошмар!

Это было что-то крышесносное, удивительное.

Она все еще наблюдала, молчала…

Еще немного, и я бы все-таки отправился сам себя наглаживать в ванную, чтобы хоть немного сбросить градус желания и возбуждения.

Я уже начал подумывать, что, если ей так сложно решиться, так трудно принять меня целиком, может, действительно, стоит именно так успокоиться?

Не напрягать ее своими проблемами.

Это же я встретил истинную пару, я надышался в Топях и теперь, как одержимый возбуждаюсь и возбуждаюсь… Ее мои трудности совсем не касаются.

И тут… Айра вдруг медленно провела рукой по моему члену… Я задрожал, чуть двинулся, ловя больше ласки — еще и еще…

Так хотелось надеть ее на себя прямо сейчас.

Но Айра играла, вовсю пользовалась моим состоянием, и мне это, как ни удивительно, даже понравилось.

Впрочем, мне нравилось в этой женщине все.

То, как попаданка временами смущалась, как бы сама себя коря за свои мысли или фантазии или что-то еще. Как внезапно смотрела — пронзительно и так, что солгать было критически невозможно. Как порой задумывалась о чем-то… Затихала, наблюдала, молчала или вообще — вперивалась вдаль, словно горизонт ее загипнотизировал…

Мне нравилось даже то, что она не спешила раскрыться и рассказать обо всем, что на душе накипело…

Я позволил попаданке какое-то время себя трогать, ласкать, и заставлять изнывать от желания большего.

А затем подхватил, крутанул ее, и навис сверху.

Фея ахнула и… улыбнулась.

Потерлась животом о стояк, который разве что одежду не рвал.

Я на мгновение замер, пережидая дикий экстаз, смешанный с болью от ее ласки — потому что член запульсировал, и брюки начали стискивать, как кандалы…

Айра будто все поняла. Осмелев, потянула за резинку брюк и… высвободила член из оков…

* * *

Айра

— Мне тебя мало, — шепнул эльф, заставляя меня выгибаться под ласками. — Не бойся. Я предохраняюсь магически, ты не забеременеешь, моя маленькая…

Наверное, ничто другое так не подогрело бы меня, как эти слова.

Он заботился о том, о чем я почему-то совершенно забыла. Хотя я ведь взрослая женщина, и отлично понимаю, что случается, если двое «полностью друг другу принадлежат».

Одной рукой принц удерживался надо мной, а второй уже залез под рубашку и касался и стискивал груди.

Так умело, что я выпустила воздух из легких и ослабела, полностью отдавшись на его волю.

Эльф ногами как-то стянул брюки и ногой же откинул их дальше.

В мой живот уперся горячий влажный стояк.

Я вдруг ощутила, как же хочется почувствовать его внутри. Впервые в жизни! Ну правда! Я всегда считала себя довольно-таки холодной. Не особенно чувственной, с низким либидо.

А тут… даже между ног увлажнилось.

— Мне тебя мало, — повторил эльф и вдруг стянул мои брюки тоже. Затем сбросил рубашку, и мою снял за рукава.

Я очутилась перед ним совершенно голая — женского белья у Андалара в загашнике, разумеется, не нашлось.

Он провел рукой по моему животу, прильнул к груди и принялся целовать, то в губы, с языком, глубоко, то спускаться к ключицам, к соскам, посасывая каждый по очереди.

А затем, я и сама не заметила, как эльф очутился уже у меня между ног.

Вдруг чуть раздвинул их, и… его язык скользнул прямо внутрь! Туда, где не ласкал меня даже муж!

Я вздрогнула, ахнула и неожиданно выгнулась дугой от наслаждения.

Он знал, что делает.

Двигал языком так, что я, прикрыв глаза и прикусив губы, все равно стонала и извивалась.

Двигалась в унисон с его ласками.

Эльф остановился, лишь, когда я испытала мощный оргазм.

И вдруг резко оказался опять надо мной.

Влажная головка члена скользнула по бедру и уперлась в пульсирующее кольцо лона.

Чуть двинулась, очертила его…

Андалар задрожал, сжал кулаки — я их видела по сторонам от своей головы — и прикусил губу.

А потом, без предупреждения, вошел. Но лишь частично и замер, давая привыкнуть. Двинулся еще и еще, наконец, заполняя меня уже полностью.

Размерчик у него, и правда, был впечатляющий. Куда больше, чем у мужа в эрекции.

Эльф еще выждал, и я заметила, что он до крови искусал губы. Это так возбудило, вызвало у меня столько эмоций и ощущений… что тело просто заныло в ожидании продолжения нашего страстного танца ночи…

Андалар едва дышал, и — чудилось — от него уже впору весь Альянс государств питать электроэнергией. Наконец, я привыкла, и сама слегка двинулась навстречу эльфу.

Он отпустил себя и принялся двигаться, двигаться, двигаться…

Это было настолько улетно, драйвово, что словами не описать. Да и слова, мысли, все закончилось, вдруг испарилось.

Я была вся в ощущениях, тонула в них и захлебывалась…

Эльф быстро кончил, вздрогнул, и я почувствовала, как пульсирует его член внутри лона. А затем Андалар начал двигаться дальше. Чуть набирая темп, притормаживая, входя на всю глубину и вдруг начиная ласкать вход головкой напряженного стояка.

Я вцепилась пальцами в простынь, и уплыла, растворилась в чувственном мареве нашей страсти…

Мир крутанулся, вдруг рассыпался на калейдоскоп чувств, эмоций, страстных желаний, а затем снова собрался.

Эльф слегка ускорился, и уже сам стонал, целовал взахлеб, жадно, вдруг запрокидывал голову, что-то говорил на древнем языке своего народа и продолжал, продолжал, продолжал…

Снова излился, и нехотя вышел.

— Что ты со мной делаешь, — усмехнулся и указал рукой на свой стояк.

— Он у тебя вообще, что ли, не падает? — почему-то эта пошлая шутка выскочила изо рта сама собой.

Я тотчас смутилась, а эльф хохотнул.

— Надеюсь, что не так. Просто ты… ты такая… Я рядом с тобой, как безумный. Как будто все гормоны враз взбунтовались. Впрочем, это нормально, наверное… Ты же… моя… эм…

Он вдруг замолчал, отодвинулся и тихо вздохнул.

— Что я? Твоя? — уточнила я, почему-то ощущая, что это ужасно важно.

Андалар же только лишь покачал головой.

— Ты лишаешь меня воли. Управления телом и мыслями. Это плохо. И хорошо.

— Плохо и хорошо? — не поняла я.

— Хорошо, потому что я еще никогда не был так счастлив, как в эти дни…

— Даже до изгнания?

— Да.

— Серьезно?

— Да. Никогда.

— А почему плохо?

— Плохо, потому что я могу сказать или сделать то, что ни говорить, ни делать не должен.

— Тот еще каламбур, не находишь?

Он помолчал, сел, сложив руки на коленях. Посмотрел, словно с вопросом — с эдаким затаенным, который, видимо, никогда не задаст.

Поднялся и отправился в ванную.

— Освежись и ложись спать. Надеюсь, уже завтра прибудет подмога.

— Они сказали — должны быть к обеду.

— Значит, полетят в объезд Топей, поэтому дольше, чем я говорил, — обернувшись, произнес Андалар.

— Почему? Это ведь сильно дальше?

— Это правильно. Все они верно сделали.

Эльф вошел в ванную и отвечал уже в щелку между дверью и косяком:

— Если и их собьют, все здорово усложнится. Поэтому они полетят безопасным маршрутом.

— А мы продержимся?

Я услышала плеск воды, и Андалар ответил хрипло и с придыханием:

— Да. Не волнуйся. У нас все получится.

А затем закрыл дверь на замок.