Глава шестая. Сиакирская военная часть

Утром пришлось встать рано, чтобы успеть в местную лавку. Оделась я как крестьянка: неброское платье и туфельки. На голове ожидаемо оказалось воронье гнездо. Кое-как пригладив волосы, я завязала вокруг головы платок и вышла в зал. Тут меня ждал довольный Рарок и завтрак: дымящейся кружка чая и ватрушка.

— Ты когда приехал?! — улыбка сама наползла на моё лицо.

Не знаю, чему я радовалась больше: Рароку, который смог нас найти, или кружке ароматного чая. Наверное, все же, счастливый дроу меня радовал больше. Быстро позавтракав, мы оставили Ондиила на постоялом дворе, и вместе с Рароком отправились на рынок.

По пути в лавку он пересказал мне последние новости. Целитель осмотрел Нилну и заверил, что будет наблюдать её в течение всего срока. Мой с отцом подарок понравился, супруги подписали бумаги, но Нилна хотела переехать в домик немного позже. После свадьбы сестра Нилны решила остаться в городе и помогать с делами, а потом и с родившимся ребенком. Здоровяк Дьерн, с которым на свадьбе подружился Рарок, пообещал, что присмотрит за женщинами и не даст их в обиду.

— Не знаю, зачем все это надо, я бы защищал вас и без этого, — добавил мой телохранитель в конце.

— Помогала я исключительно в собственных интересах, — заверила я Рарока, — чуть позже прочитаю тебе лекцию о ментальных магах, и ты все поймешь.

В лавке мы не задержались надолго: купили тёплые вещи на всех и еще одно одеяло. Выехали без задержек, и примерно к полудню оказались у подножия гор. Сначала уклон был небольшой, и мы поднимались верхом, после пришлось спешиться и вести коней на поводу. Лошади боялись высоты, поэтому я без напоминания распространила возле себя ауру спокойствия. К сожалению, наш отряд растянулся, и на большое расстояние моей ауры не хватало.

Выход подсказал Эур, когда я догадалась к нему обратиться. Оказывается, существовал успокаивающий знак, который можно было нанести животным на лоб. Удивительное сочетание рунной и ментальной магии. Действовал знак всего несколько часов, но зато магии почти не требовал.

Как жаль, что множество книг про ментальных магов были уничтожены. Сколько знаний, сколько интересных заклинаний потеряно! Радует, что есть Эур, который всегда может подсказать. Даже не обладай он возможностью увеличивать силу менталиста, его знания — это настоящие сокровища. Мы так много не знаем о своем даре.

Сначала я поставила знаки на мордах наших лошадей. Потом, вручив поводья Рароку, вместе с Ондиилом дошла до головы отряда, а затем и до замыкающих, постепенно рисуя знаки на лбу каждого скакуна. Мзуру мое самоуправство не понравилось, но он не стал ничего говорить, чтобы не задерживать отряд.

Перед самым закатом мы разбили лагерь. Хотя снега в горах не было, дул сильный ветер. Небольшое плато, где мы остановились на ночлег, продувалось практически полностью. Только около одного скалистого склона можно было разместиться. Мзул приказал натянуть два тента: один для лошадей, другой для людей. Тенты оказались действительно большими: фактически это были огромные палатки, без пола.

Костры не разжигали: дрова пришлось везти с собой, но их было очень мало. Хватило бы только на то, чтобы утром вскипятить горячей воды. Поужинав холодной кашей и лепешками, мы запили все это водой из фляг и начали готовиться ко сну.

Именно это время выбрал Мзул, чтобы поговорить со мной о лошадях. Я как раз поняла, что никаких перегородок у тента не планируется, и всем нам предлагалось спать вповалку. Молча выслушав приказ разведчика — сообщать о своих возможностях заранее — я ответила:

— Знаете, господин Мзул, если бы вы заранее рассказали мне о том, что планируете переход через перевал, я бы озаботилась тем, чтобы взять тёплые вещи и специальное снаряжение для гор. Благодаря вашей безалаберности, я — замужняя женщина — вынуждена буду спать вместе с другими мужчинами. Если вы еще не превратились в пускающего слюни дурачка, то это только потому, что я этого пока не хочу, а не потому, что не могу. Мы друг друга поняли?

Разведчик хотел что-то сказать, но увидев мой увеличившийся и побелевший зрачок, захлопнул рот и даже извинился. Не совсем идиот, понял, что я в бешенстве и решил не нарываться. Спать мы легли, подстелив на голые камни толстое одеяло. С одной стороны ко мне прижался Ондиил, с другой — Рарок. Несмотря на тёплую одежду все равно было холодно.

— Ты напряжена. Что-то случилось? — спросил Ондиил, незаметно ставя заглушающий полог.

— Это самая… хм… смущающая ночёвка, что у меня была.

— На войне еще и не такое бывает. Вообще чего смущаться? Мы ж не голые! — легко ответил Рарок. — Даже если спали голыми, чего нам стесняться? Кстати, говорят, если спать раздетыми, будет теплее. Я смотрю, вы замерзли…

— Ах ты, — задохнулась от возмущения я, — развратник! А еще и женат!

Только по эмоциям этого хохмача, я сообразила, что Рарок шутил.

— Не надо щипаться! Это же больно! Ай! Я сдаюсь! — дурачился он.

— Шутник! Расскажу Нилне, что ты мне голой спать предлагал.

— Пощади! Не губи, я еще так молод! — взмолился Рарок, строя умильные глаза.

Он фонтанировал весельем, и злиться на него не получалось. Надо сказать, его шутка немного разредила обстановку: я расслабилась. Думала, что долго не засну в таких условиях, но усталость взяла своё, и меня сразу сморил сон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Проснувшись утром, я поняла, что самое смущающее не засыпать, прижавшись к мужчинам, а просыпаться всклокоченной и помятой и осознавать, что на тебя смотрят двадцать военных и два телохранителя. Ни умыться, ни причесаться так, чтобы скрыться от любопытных глаз, нельзя. Я уже не говорю про то, что сходить в туалет теперь было огромной проблемой.

Неуютное плато мы покидали с облегчением. В обед, преодолев перевал, наш отряд начал спускаться вниз. Благодаря более пологому спуску, шли мы довольно быстро и к вечеру даже сели на лошадей. Следующая стоянка, на которую мы прибыли в сумерках, оказалась гораздо удобнее прежней. Небольшой лесок, быстрый ручей, достаточно дерева для костра, большая полянка — все, как на заказ. Пока я приводила себя в порядок и магией чистила одежду, Ондиил и Рарок поставили палатку.

Не дождавшись еды, я свалилась на подготовленную лежанку и мгновенно заснула… чтобы проснуться утром вповалку с моими телохранителями. Опять. Оказалось, другой палатки у нас не было. Теперь надо думать о том, как сделать так, чтобы разделить её на две части. Мне просто необходим хоть какой-то свой уголок.

Через несколько дней мы добрались до военной части. Все ночи после перевала я проводила в комнатах постоялых дворов. Моё решение не брать служанку, сейчас не казалось таким правильным, как в начале путешествия. Ондиил больше не помогал с втиранием мази, я договаривалась с девушками, что работали на постоялых дворах. И сегодня вдруг поняла, что массаж мне не потребуется: полдня скачки, но ничего почти не болело. Надеюсь, тело привыкло к нагрузкам.

В военную часть мы приехали днем. За высокой стеной прятались бараки, пара длинных складов, огромная столовая и большое двухэтажное здание, где селились командиры и их семьи. В этом здании мне отвели покои: спальня, гостиная, комната для обслуги и маленькая уборная. Обед из трех блюд и десерт сервировали в гостиной, пока я приводила себя в порядок. Полагаю, по местным меркам, это едва ли не королевский приём. Все это было, безусловно, очень приятно, но наталкивало на мысли, что местное начальство хочет меня задобрить перед каким-то неприятным делом.

Как я и предполагала, после обеда меня вызвал к себе командир части. Он вышел из-за стола, чтобы меня поприветствовать.

— Вероятно, мне надо извиниться за действия Мзура, — сказал высокий, еще не старый мужчина, сразу после положенных по этикету вопросов о самочувствии. — Он не мой подчиненный, но человек весьма старательный. Как только Мзур получил приказ доставить вас как можно быстрее, он начал действовать…

— …не ставя меня в известность об условиях нашего путешествия, — продолжила я. — Из-за этого у нас произошел конфликт.

— Да, он поторопился, — признал командир.

— А служанка — чья инициатива? — я вспомнила настырную болтушку, с которой полдня ехала в карете. — Тоже не вашего подчиненного?

— Простите, кто?

— Мзул подошел ко мне на постоялом дворе, вернул артефакт, показал амулет и сказал, что я обязана подчиняться ему. Он запретил брать мою служанку, взамен навязал другую девушку. Полдня эта липовая служанка пыталась вызнать информацию о моих способностях и об артефакте, что привез разведчик, пока я, наконец, её не усыпила.

— М-да. — Растеряно потер лоб мужчина. — Никто не отдавал подобного приказа.

— Я так и поняла. Лорду Юстиниану прекрасно известно о моих способностях и о том, как работает Эур. А вот рядовому разведчику — нет, но узнать хочется. Так почему бы не попытаться?

— Это превышение полномочий. Он поплатится за подобную инициативу. — Пообещал командир.

Несмотря на то, что у нас с Мзуром не сложилось сотрудничество, мне не хотелось бы, чтобы у него из-за этого были серьёзные проблемы. А то еще отправят под трибунал.

— Я не увидела в нем гнили, не думаю, что он хотел навредить Бизарии. Видимо, просто хотел получить сведения для себя, чтобы лучше ориентироваться в ситуации.

— Если с ним не поделились сведениями, значит, они ему не нужны, — отрезал военный. — Мзуру поручили сопроводить вас в часть и сделать все, чтобы вы добрались, как можно быстрее. Больше никаких приказов у него не было. Но сейчас не о нём. Вызвал я вас не для этого.

Мужчина подошел к карте, которая занимала почти всю стену, и начал рассказывать:

— Несмотря на наше сопротивление, фанатики смогли объединить обе свои армии: ту, которая напала на город Волур и ту, которая захватила крепость Двухглавую. Тем самым они завершили окружение наших сил на полуострове Белый.

— А разве там у нас были войска?

— Туда сразу передислоцировали третью дивизию, а еще здесь располагается часть, где готовили новобранцев. И, главное — это секретная информация — год назад на полуострове Белый нашли месторождение алмазов. Небольшое. Его почти выработали, оставалось немного. Командование приняло решение завершить добычу и вывезти все, что удалось добыть. Для этого туда и перевели одно из элитных войсковых соединений. Третья дивизия должна была оставить коридор, чтобы вывезти алмазы, а так же помочь уйти новобранцам и беженцам. Однако, фанатики резко усилили напор и соединили свои армии. Наши войска оказались в окружении, — обрисовал ситуацию командир части.

— Как давно это случилось?

— Три дня назад. Через два дня мы планируем прорвать окружение, но, боюсь, что противник догадывается о наших планах.

— У вас есть связь с теми, кто остался?

— Есть. У них хорошая оборонительная позиция, я надеюсь, они продержатся до того момента, когда подоспеет помощь.

— Понятно. Вы хотите, чтобы я помогла вывести людей из окружения, — я не спрашивала, а утверждала.

— Вам надо ослабить оборону противника, чтобы наши войска сумели прорваться. Те, кто остались в окружении, будут ждать сигнала. Они ударят с другой стороны, — мужчина отвернулся от карты и посмотрел мне в глаза. — Я слышал, что это древний артефакт может сделать так, что солдаты противника нападут друг на друга. Вы сможете управиться с ним?

— Теоретически, но опыта у меня нет, — созналась я.

— Понятно, — от мужчины повеяло разочарованием, но он сразу взял себя в руки. — Наша разведка донесла, что самая слабая оборона возле деревни Сухая сосна.

На подробной карте мне показали небольшую точку. Судя по всему, деревня крошечная, может быть, пара десятков дворов.

— Здесь мы планируем прорыв, атака послезавтра на рассвете. К сожалению, времени на то, чтобы отдохнуть, у вас нет. Я уже приказал заложить кибитку. Это не шикарная карета, но в ней есть возможность поспать. Чтобы успеть добраться до места дислокации наших сил, нужно ехать ночью. Кучер опытный, амулеты, которые позволят видеть в темноте, вам выдадут. Если у вас есть пожелания, то я постараюсь сделать все, что в моих силах.

— У меня нет пожеланий. Спасибо за приём, за объяснение и за искренность, — поблагодарила я.

Душу сковало тяжелое чувство. Я предполагала, что меня сначала будут испытывать. Дадут какое-то не очень важное поручение, чтобы проверить работу Эура. Но все сложилось иначе. Через день мне придется убивать других людей. Надо смириться с этой мыслью.