Глава 27

Проснулась я настолько же резко, как и заснула. Над головой всё так же было тёмное небо с россыпью уже более ярких звёзд. Пока любовалась ими, в памяти восстановились последние события. Странное дело, но, не смотря на всё произошедшее мне было спокойно.

— Как долго я спала? — зевнув, спросила у Зигварда, сидящего рядом со мной. От него исходило тепло, потому удалось не просто согреться, а даже немножко упариться в тёплой накидке и одеяле поверх неё. Из-за этого поспешила выпрямиться, заодно освободив руку мужчины, к которой я привалилась.

— Пару часов, — спокойно ответил маг, разглядывая какой-то пергамент. Он слегка светился, позволяя даже ночью читать всплывающие на нём буквы.

Прищурившись, попыталась подсмотреть, что читает Зигвард, но язык оказался мне не знаком.

— Что пишут? — уточнила, отбросив скромность, и показательно заглянула в свиток.

— Ничего особенного. Я сообщил во дворец, что мы скоро вернёмся, а в ответ получил кучу отчётов и теперь вот сижу, изучаю, — проворчал маг явно недовольный этим фактом.

Хмыкнув, посмотрела по сторонам и, не заметив самого главного, опять задала вопрос:

— Эрика ещё нет?

Где-то недалеко ухнула сова, но я не испугалась, а лишь порадовалась. Как показала практика лес полный жизни гораздо лучше тишины.

— Нет, но он приближается, — последовал новый ответ и, оценив мой любопытный взгляд, так и говорящий о новой порции вопросов, Зигвард покачав головой сказал: — Складывается впечатление, что это не тебя совсем недавно похитили.

— И откуда такие выводы? — уточнила, склонив голову набок. — Ты же сам говорил мне поберечь нервы.

— Да, — кивнул маг, всё ещё подозрительно косясь на меня, — но я не думал, что ты будешь вести себя настолько спокойно. У меня даже отвар имелся успокоительный, а ты и поспала без проблем и едва проснувшись, спешишь завалить меня вопросами.

Пусть он и ворчал, но даже в бледном свете луны было заметно, что он рад моей стрессоустойчивости. Усмехнувшись, иронично спросила:

— Ты забыл? Нервы у меня покрепче остальных будут, потому что я уже однажды умерла, после чего меня утащили в другой мир. Чем не похищение? Я уж молчу о своём замужестве.

Зигвард моего юмора не оценил и морщины на его лбу углубились. Однако он не преминул напомнить мне:

— Между прочим, ты от этого только выиграла.

— Кто спорит? — покладисто пошла на попятную. И едва маг расслабился, я задала главный вопрос: — Так что там с Ароном? Почему он сейчас не здесь, а остался во дворце? Ведь ещё одного ты точно мог захватить с собой.

Тут позади послышался треск веток и Зигвард как-то подозрительно облегчённо выдохнул. Повернувшись, увидела, как к нам на полянку выходит Эрик в своём белом волчьем обличии. Он нетерпеливо посмотрел на нас, но приближаться не стал, а опустился на землю неподалеку — выглядело это очень забавно: больше волк, нежели человек, сгорбившись, сидит на пожухлой траве и неуверенно разглядывает меня.

Улыбнувшись, поднялась с бревна и, оставив одеяло на нём пошла к этому белоснежному чуду. Зигвард молчал, но я заметила, как он напрягся, однако мне не было страшно. Сердце согревало от осознания насколько дорог мне этот оборотень, да и я ему, если судить по тому, что произошло, и кроме него есть лишь один ликантроп укравший у меня оставшуюся половину души…

Да, теперь моя душа обрела воплощение в лице язвительного Эрика и смешливого Арона. Это немного пугало, но больше прятаться я не собиралась.

Подойдя совсем близко к замершему оборотню, осторожно коснулась покатого лба — волчьи глаза прикрылись, позволяя мне насладиться мягкостью такой непривычно белой шерсти. Мои пальцы скользнули к треугольному уху, и я едва удержалась, чтобы не почесать за ним. Мало ли, может Эрик в этом обличии посчитает такое откровенной издёвкой.

— Вернёшься ко мне? — тихо спрашиваю, любуясь истинным воплощением мужа. Мой дар остался спать, потому что в этот раз мне хотелось обойтись своими силами. Или даже скорее я желала получить ответ на один очень важный вопрос и желательно без этих магических костылей.

Синие глаза посмотрели на меня, а затем послышался рык, за которым последовал ни с чем несравнимый треск. Тело полуволка стало уменьшаться, перестраиваться и вот уже передо мной сидит не волкоподобный монстр, а такой родной Эрик — от поддёрнутого загаром тела исходил пар, при этом из вещей на нём осталась лишь тряпка на бёдрах некогда бывшая штанами. Волосы мужа оставались ещё пару мгновений белыми, после чего стали темнеть. Через несколько ударов сердца он вновь был жгучим брюнетом с одной белой прядью у лба. Лишь в глазах ещё теплились синие огоньки — они были как доказательство того что произошло.

Он отозвался на мою просьбу, поэтому надеюсь не слишком самонадеянно считать такое за положительный ответ. И есть лишь один способ проверить свои домыслы.

— С возвращением, Эрик, — нежно произношу и обнимаю его за шею, чтобы прошептать: — Я люблю тебя.

Едва эти слова сорвались с губ, мне стало так легко, а главное я поняла, что полюбила его уже давно. Просто гордость и страх не давали в этом признаться даже самой себе. Но после случившегося мои тревоги показались такими надуманными, что я поспешила от них избавиться.

Муж замер, но тут же опомнившись, осторожно, как хрупкую драгоценность, прижал меня к обнаженной груди. Он вдохнул мой запах, а затем оставил на шее мягкий поцелуй и оправдал свой вредный характер, хмыкнув мне в висок:

— Какое спонтанное признание. То ты избегаешь этой темы, то сама её поднимаешь.

Отстранившись, я сделала вид, что собираюсь обидеться, но глядя в нахальные глаза, решила быть откровенной и спокойно поведала:

— Просто пока я сомневаюсь, может произойти что угодно. Поэтому важно не молчать, не прятать своих чувств, иначе они так и останутся всего лишь одинокой тайной.

После этих слов Эрик прижал меня чуть крепче, немного отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза и тихо произнести:

— Я тоже люблю тебя. Гораздо сильнее, чем ты можешь себе представить. — А затем он оглядел свои лохмотья, оставшиеся от штанов, тёмный лес вокруг нас и сокрушенно добавил: — И мне хотелось об этом рассказать в более подходящей обстановке.

Хоть мужа это явно волновало, но я не жалела что признание произошло так. Важно не место или время, важны только чувства и те, кто их дарит. Кстати, есть кое-что чего не хватает, чтобы ситуация стала идеальной.

— Эрик, а почему Арон не пришел? Мне нужно признаться и ему. — После этих слов муж немного стушевался. Если бы я не знала, что ревновать друг к другу они не могут, то решила бы, что мой вопрос испортил момент. Что-то тут явно не чисто. И ещё одним звоночком стала попытка Эрика увильнуть.

— Поверь, он уже знает, — натянуто улыбнулся муж, поднимаясь в полный рост. — Арон понял это едва ли не после брачной ночи. — И заметив, что мой взгляд становится всё более подозрительным, Эрик поспешил добавить: — Но ты, права, нам стоит поспешить и вернуться, чтобы ты смогла сказать ему такие замечательные слова.

С этим спорить не стала. Допрос с пристрастием решила отложить — может, вообще нет причин наседать и я лишь накручиваю себя. Так что, успокоившись, на мгновение прижалась щекой к предплечью мужа и, взяв его за руку, повела к Зигварду. Он старательно смотрел только в свой пергамент, не поворачиваясь и вообще делая вид, что его тут нет, но стоило нам приблизиться, как маг поднялся, выказывая всю свою готовность к переносу.

Мне хотелось как можно быстрее вернуться домой, но меня мучил один вопрос. Потому протянув Эрику одеяло, которым я недавно укрывалась (едва успела выхватить его из рук Зигвард уже успевшего деть куда-то второе одеяло), напряженно спросила:

— Что стало с Наилэвином? — Данный момент меня очень волновал. Если эта гадюка выжила, придёт день, когда всё повторится, а жить в страхе я не хотела. При этом мне было понятно, что просто убить будущего правителя Эфельхайма альфа Туманных земель не мог. После всего, что сделал дорогой “кузен” к нему у меня не осталось жалости. Да и всех можно переубедить, тем более, если это касается тех, кто верит, что его действия несут в себе исключительное благо.

Эрик молчал. Единственной его реакцией стал напряженный взгляд адресованный Зигварду. Тот вздохнул, потёр переносицу и задумчиво протянул:

— Теперь на мирный договор можно не рассчитывать, всё же это был не просто эльф, а наследный принц. — Эти слова заставили меня опешить. Так муж всё-таки…. Но что же теперь будет? Светлейший точно поспешит отомстить и тогда Эрика убьют!

Пока меня медленно, но верно захватывала паника, муж притянул меня ближе и как страшную тайну поведал:

— Знаешь, почему опасно путешествовать инкогнито? — Я, распахнув глаза, посмотрела на него и покачала головой. — Если с тобой что-то случится, никто не узнает, и соответственно некому будет выдвинуть претензии. К тому же, кто сказал, что принц вообще был на нашей территории? — ухмыльнулся Эрик, показывая клыки. — Его загрызли волки в…, — муж осмотрелся так, будто только понял, где находится, — если я не ошибаюсь, лесу Шёпота, который находится достаточно далеко от Туманных земель. Так что мы ни при чём.

Пока я старалась понять, как реагировать, Зигвард с удовольствием подхватил:

— Тогда мне стоит убедиться, что на месте трагедии останутся только следы местных волков.

— Говорят, — продолжил Эрик, войдя в роль рассказчика, и это довольно комично смотрелось, если учесть его внешний вид, — в этом лесу они необычайно крупные и опасные даже для нас.

— Но ведь меня похитили, — напомнила я этим интриганам, всё ещё волнуясь, что несдержанность мужа обернётся против него. — Наверняка начался переполох, а это можно будет связать с принцем и его “несчастным случаем”.

Муж ласково посмотрел на меня и сказал:

— Милая, у меня много врагов. К тому же тебя похитили перевёртыши, к которым Эфельхайм, по их же заверениям, не имеет никакого отношения.

Пока я поражалась такому коварству первого мужа, он подхватил меня на руки и кивнул Зигварду. Маг поводил руками в воздухе, что-то прошептал, оставляя после этого прямо в воздухе нечто напоминающее магический круг, и привычным жестом разрезал ткань мира.

Перед нами открылся портал ведущий домой, а я всё так же пребывала в замешательстве. Что же теперь делать и как спасать этого глупого и настолько любящего меня мужа?