Глава 23

Глава 23

Я чувствовала себя, как преступник, застигнутый на месте преступления. Только преступление, к моему глубочайшему ужасу, заключалось в том, что я самым неприличным образом спала в объятиях Морозова.

Я осторожно, предельно осторожно попыталась сдвинуться. Всего на пару сантиметров. Хотя бы настолько, чтобы выползти из-под неожиданно тяжелой мужской руки.

Результат оказался мгновенным и катастрофическим. Рука, лежавшая у меня на талии, сжалась крепче, и меня притянули обратно, словно все до этого момента было так, как должно было, а тут вдруг я со своего законного места куда-то собралась.

Я затаила дыхание, боясь пошевелиться: а ну как он и ноги на меня закинет, тогда вообще не выберусь.

- Это сон, - прошептала я едва слышно. - Точнее, это Морозов спит. Он ничего не понимает.

Очень медленно я приподняла голову и осторожно попыталась вывернуться из-под его руки, скользнув вниз. На пару мгновений я даже подумала, что впереди меня ждет вожделенная свобода. Но Морозов, не открывая глаз, нахмурился во сне… и снова притянул меня ближе. Настолько, что я почувствовала, как его дыхание коснулось моих волос.

- Да что же это такое! - в отчаянии прошипела я.

Чувство было такое, будто я кадриль танцую: два шага вперед и три назад. И все-таки я предприняла еще одну попытку. Всего-то и нужно было, медленно выскользнуть в сторону, поднырнуть под его руку и тихо отползти к краю импровизированной постели из сена, где можно будет притвориться, что я все это время спала отдельно.

План был почти гениален, ровно до того момента, как я начала двигаться.

Рука на моей талии снова дрогнула, и меня притянули еще ближе, почти неосознанно, но с такой решительностью, будто во сне Морозов защищал нечто важное и категорически не собирался это отпускать. Я уткнулась носом ему в плечо и едва не застонала от бессилия.

- Да ты издеваешься… - прошептала я.

В ответ Морозов как-то странно выдохнул, поморщился, и я с ужасом поняла, что он просыпается. И теперь мое положение было откровенно незавидным: сделать вид, что мы спали каждый на своей половине, вряд ли бы получилось.

Морозов открыл глаза медленно, словно ему было некуда спешить даже утром в незнакомом доме. Несколько секунд он просто смотрел в потолок, явно собираясь с мыслями, а затем перевел взгляд вниз, прямо на меня.

И ухмыльнулся, гад такой! Я попыталась отстраниться, но меня не отпустили. И в его глазах, сонных и чуть прищуренных от утреннего света, появилось выражение, которое меня насторожило сильнее, чем доносящиеся снизу звуки.

- Доброе утро, - хрипло пробормотал он.

- Это не то, что ты думаешь, - зачем-то выпалила я.

Уголок его губ дрогнул.

- Я еще ничего не думаю, - лениво ответил Алекс. - Наблюдаю.

Я предприняла последнюю, отчаянную попытку выползти из-под его руки. На этот раз он все же разжал пальцы, но не сразу, а с заметной неохотой, словно еще раздумывал, стоит ли меня отпускать.

Я резко села, стараясь сохранить остатки достоинства. Получалось плохо.

- Ночью было холодно, - принялась оправдываться я, изо всех сил скрывая дрожь в голосе. - И это исключительно физиологическая реакция на пониженную температуру воздуха. Я искала источник тепла, а тут ты попался.

Морозов медленно приподнялся на локте, внимательно глядя на меня, и в его ясных глазах плясало веселье.

- Разумеется, - согласился он. - Исключительно в целях выживания в сложных условиях. Я именно так и понял, Лиз.

Я вспыхнула.

- А ты, между прочим, сам меня держал!

Он приподнял бровь.

- Во сне, - уточнил он с невинным видом. - Неосознанно. Инстинкт сохранения тепла, весьма рационально. Я также как и ты не хотел замерзнуть.

Я уставилась на него. Алекс беззастенчиво улыбался.

- Ты что, считаешь, что это смешно? - прошипела я.

- Немного, - честно признался он. - Особенно забавно было наблюдать за тем, как отчаянно ты пыталась сбежать, пока я спал.

Я замерла.

- Ты… не спал? - медленно переспросила я.

Его улыбка стала шире.

- Я проснулся на второй попытке побега, - лениво ответил он. - Восхищен твоим упорством.

Я закрыла лицо руками.

- Великолепно. Просто великолепно. Значит, ты все это время…

- Наблюдал, как ты сражаешься с моей рукой, - закончил он мягко. - Должен признать, ты почти победила. Но я все-таки мужчина.

- Хам ты, а не мужчина!

Я резко встала, окончательно запутавшись в одеяле, и бросила на него самый возмущенный взгляд, на который была способна.

А он смотрел на меня с явным удовольствием, словно его совершенно не смущали ни моя бессильная ярость, ни ситуация, в которой мы оказались. Ровно до того момента, как хозяйка напомнила ему про неколотые дрова.