Глава пятидесятая

С тех пор, как я стала совладелицей известной столичной газеты, новости до меня стали доходить очень быстро. Доход мой рос, отношения с мужем тоже оставались на уровне: приехал, поиграл с детьми, переночевал, уехал, а я всё свободное время от работы посвящала занятиям с детьми, катанию на лошадях и фехтованию с Таркхаем, которому пришлось по душе в Симуше, и он нашёл здесь себе знойную степнячку, согласившуюся стать его женой. Вот тогда-то он и потребовал все причитающиеся ему деньги, коих оказалось почти триста золотых драконов и двадцать серебряных волков. Эргильда оставалась со мной, хотя я ей и намекала, что и она может с кем-нибудь построить семью, желающих с ней познакомиться всегда было много, но она только отмахивалась от них. Ллойд уже осваивал азы езды на лошади. Ему исполнилось четыре года, и для своего возраста он был очень разумен и самостоятелен. – Мама, а папа скоро приедет? – спросил он однажды. – Я хочу показать ему, как умею кататься на лошадке. Я, глотая слёзы по своему прошлому, ответила: – Скоро, сынок, обещал в конце этого месяца… – А сколько это дней? – Загни пальчики на руках, а теперь давай посчитаем: раз, два, три, четыре, пять, шесть. Вот через столько дней обещал приехать твой… папа, если дела его не задержат! Юлиус не обижал моего сына, разрешал называть папой, но волчью натуру не переделаешь. Я видела, с какой ревностью он смотрит на меня, когда я держу сына на коленях. Полюбить его он так и не смог… Я продолжала переписываться с Варкхат, она выговаривала мне, что я не смогла приехать на посвящение её с Эрук-Хаем дочери, которое они три дня праздновали всем кланом. В ответ я попеняла ей, что она обещала приехать, но всё тянет с этим. Так спокойно двигалась моя жизнь. И тут в своей таверне я увидела оборотня, которого меньше всего ожидала видеть. Демиус Трикотт. Он превратил часть моей жизни в кошмар. Я шла через зал к себе в кабинет, как всегда любила это делать ещё с Оркея, и тут неожиданно оглянулась, почувствовав на себе настойчивый взгляд мужчины. От узнавания этого лица просто застыла на месте. Оборотень тоже узнал меня, по запаху, его ноздри, втягивающие воздух, его нахальный взгляд – всё это не понравилось мне. Я почувствовала беду. – Какая красивая хозяйка у этого заведения! – громко, на весь зал, произнёс оборотень. – Я рад выпить за Вас, дорогая Элеонора Олджерон! Или как Вас там зовут! Меня затрясло от вида этого мужчины, внутри меня что-то переворачивалось и сжималось от страха! Но я старалась не подавать виду. Мои ноги отказались двигаться вперёд, Таркхай уже зашёл за угол, когда увидел, что я остановилась и позвал меня: – Госпожа Олджерон! Вы идёте? Это привело меня в чувство. Я напомнила себе, что я уже не в чужой стране с жуткими обычаями, а уже в своей, и за мной стоит целый клан воинов! Я ещё раз посмотрела на оборотня и увидела уже трезвым взглядом и его старую и помятую одежду, взлохмаченные волосы, мешки под глазами. А ещё этот взгляд: бегающий и неприятный… – Здравствуйте, господин Демиус, не ожидала встретить Вас в Степной Империи в окружении Ваших врагов! – я сделала шаг в направлении мужчины и почувствовала, что Таркхай стоит опять за моим плечом. – Так какими судьбами Вы у нас? – и повернулась к нему той стороной лица, где на виске виднелся кончик клановой татуировки. Глаза у оборотня сначала расширились от изумления, видимо, он думал, что моя фамилия ненастоящая, а затем зрачки сузились от злости: – Что, решила, что раз я теперь не у власти, сможешь посмеяться надо мной, лорка? – он решил оскорбить меня, но на меня это слово уже ТАК не действовало! – Успокойтесь, господин Демиус! Ешьте и пейте! Мне всё равно, кто останавливается в МОЕЙ таверне, пока он ПЛАТИТ! – и я развернулась, чтобы уйти. – Пока ты тут прозябаешь, твоя пара развлекается во дворце с НОВОЙ ФАВОРИТКОЙ! – прокричал мне вслед оборотень. Я шла в кабинет ужасно злая и думала о том, что духи не вовремя принесли этого гада сюда, моё и так не очень хорошее настроение было испорчено в конец! На рабочем столе меня дожидалась почта, и я увидела среди деловых бумаг письмо Сименуса и решила начать с него. Юный полукровка оказался не только талантливым управленцем, но и неплохим издателем газеты. Его новости всегда были интересны и свежи. Никто не знал, что некоторые секретные сведения, добываемые его информаторами, ложатся не только на стол императору, но и в зашифрованном виде получаю и я. Сименус научился нашему шифру. Я засела за расшифровку послания, и через двадцать склянок отшвырнула от себя письмо с криком:" Нет!" Сименус писал о том же, что мне рассказал только что Демиус: у регента новая фаворитка, и он уже представил её при дворе! Новая! Значит, была и старая! Мне захотелось завыть! Я схватила купру со стены, которую ещё недавно мне подарили проезжающие купцы из бывшей Ритании за то, что я помогла им быстро и дорого распродать их товар в Степи, купра была сувенирной, не очень пригодной для сражений, но меня ничего не могло остановить: мне нужно было, чтобы не впасть в депрессию, выпустить пар! Таркхай по моему виду всё понял и поспешил за мной на улицу, где во дворе было место для моих тренировок. Я начала первая, степняк мне ответил, и вот уже мы дрались почти на полную силу! Почувствовав, что устаю, я остановилась и упала на колени, подняла лицо к небу и закричала: – Всеблагие Старцы! За что?!!! И громко разрыдалась. Эти слёзы принесли облегчение моей душе. И я решила действовать. Нужно было в этой истории с Чёрным Герцогом поставить жирную точку. Этим же вечером мною были написаны два письма. Одно из них я адресовала императору, а второе – Варкхат. Первое было вложено во второе, девушка должна была отправить его только по клановой почте, имеющей хорошую защиту, поставленную клановым шаманом. А сама опять сбрила висок, где красовалась моя татуировка, и начала писать распоряжения Таркхаю и Эргильде об управлении в моём имении без меня. Через шесть обещанных Ллойду дней Юлиус не объявился, писать себе он запретил, и мне он тоже никогда ничего не писал. Раньше я пеняла ему за это, а сейчас мне такое отсутствие связи было на руку. А ещё через неделю к Симушу прибыл отряд воинов клана Олджерон, состоящий из тридцати человек, пятеро из которых должны были вернуться в Степь с моими детьми и Эргильдой, а остальные вместе со мной дожидаться приказа императора. Вместе с воинами прибыла и Варкхат. – Не волнуйся, Эль! Дочь уже не просит моё молоко, обходится козьим. Я оставила её с матушкой Эрук-Хая. Сартар – её первая внучка, она в ней души не чает! Воительница была готова к походу: под ней бил копытом резвый жеребец, сама она была обвешана оружием с ног до головы и была в прекрасной форме, как будто не она всего несколько месяцев назад родила! Через два дня пришёл ответ от императора, и уже на следующий день наш небольшой отряд выехал в сторону границы с Вольвгандтом. Дорога ровно вилась под копытами наших коней. Мы с Варкхат ехали в центре, а впереди, по бокам и сзади нас окружали самые отборные воины клана. Эрук-Хай недовольно поглядывал на жену, выдавая своё беспокойство, но воительница только улыбалась в ответ на все его взгляды и вздохи. Перед границей нас встречали. Ещё издалека наши разведчики увидели десятку воинов из другого клана, и, подъехав ко мне, передали:"Пакуавы". Что нужно было этим воинам от нас, я узнала очень скоро. Они, не скрываясь, подъехали к нашему отряду, опустив оружие, что по обычаям степняков считалось предложением к переговорам. – Мы хотим поговорить с Эль Олджерон! – выкрикнул один из них, самый старший воин, и я выехала из-за спин мужчин, прикрывавших меня собой. – Я – Эль Олджерон! Что вам нужно! – Глава клана послал нас, чтобы сопроводить вашу миссию в Вольвгандт! Мои воины недоумённо посмотрели на меня. Я сама ничего не понимала, ведь эта поездка должна была быть секретной. Сам император настаивал на этом! Но я решила, что лишние воины мне не помешают. – Хорошо! Вы поедете с нами, но каждый из вас принесёт мне клятву верности на время этой миссии! Позовите шамана! Шаман клана подъехал к нам, и воины из чужого клана поклялись перед своими предками в верности мне, как послу императора. А вскоре нас встретила застава волков, и уже по землям Вольвгандта наш отряд сопровождал эскорт из более чем пяти десятков чистокровных оборотней и двух десятков полукровок, державшихся особняком. До столицы мы добирались четыре дня, и в последнюю ночь глава волчьего отряда посетил меня в моей палатке. Когда мне передали, что меня хочет видеть господин Тримеус Рогнар вожак стаи Серых волков, что сопровождали нас, я уселась на подушки и подумала о том, что ему нужно, но в голову ничего не приходило, ведь оборотни не должны были знать цели нашего посольства. Высокий темноволосый мужчина с жёлто-зелёными глазами и резкими чертами лица вошёл быстро и хищно. Огляделся и принюхался, а затем сказал: – Альфа Чёрных волков не говорил мне, что нашёл свою пару… – А он всегда обо всём докладывает Вам? – Конечно, нет… Я ни это имел в виду. – А что тогда? Я, например, до сих пор сомневаюсь, пара ли я ему, или нет… А Вы так сразу определили… – Он Вас пометил… Так самец поступает только со своей самкой… – Я очень благодарна Вам за информацию… Это всё, зачем Вы хотели меня видеть? – Я хочу знать цель вашего посольства… – Об этом я могу говорить только во дворце, и только с регентом… – Мне кажется, что у Вас есть и личный интерес… – Конечно, есть… Но, мне кажется, это не Ваше дело! – да, мне хотелось бы спросить в глаза у моего так называемого мужа, как, если волк выбрал себе пару, можно иметь фаворитку, да ещё и не одну! Но я не собиралась об этом ни с кем разговаривать, кроме Юлиуса! Вожак ушёл, посмотрев внимательно в моё угрюмое лицо. И на следующий день мы въезжали в столицу Вольвгандта – Думбельдт. Нас встречали молча и недружелюбно. Эрук-Хай предложил остановиться на отдых в бывшей торговой миссии степняков, сейчас принадлежащих одному полукровке, продолжившему торговлю с империей. Я сначала согласилась, а затем ответила: – Нет, мы едем сразу во дворец, я хочу потребовать немедленной встречи с регентом. Вожак Серых, услышав это, только усмехнулся, и мы поменяли направление, и наш путь закончился возле ворот огромного дворца на широкой площади, в центре которой стояла статуя воющего волка. Возле центрального входа образовалась небольшая толпа из охраны дворца и придворных, которые с изумлением смотрели на наш огромный для города отряд. Я выехала вперёд и прокричала: – Посольство Степной Империи прибыло! Предоставьте место для отдыха людей и конюшню! Возле нас сразу засуетились мужчины в форме слуг. Кто-то отдавал распоряжения, кто-то показывал, куда вести коней. Двор перед дворцом был маленьким и узким, а позади открывалась огромная территория, заканчивающаяся парком с высокими деревьями. Ко мне подбежал высокий мужчина с рыжими волосами и сказал: – Госпожа Олджерон? – Да! – Регент ждёт Вас… Одну! – Нет, господин… – Бламус Прит, секретарь, Его Светлости герцога Юлтуса Картера. – Так вот, господин Бламус, пусть регент назначает время официального приёма и представления посольства, а затем мы с ним поговорим… наедине! К вечеру мы были размещены в огромном гостевом крыле дворца, и поздно вечером предполагался официальный приём и бал… На который я не пошла, благо, Эрук-Хай был моим доверенным лицом и вторым человеком после меня в посольстве. Варкхат обещала рассказать всё в подробностях о том, как будет себя вести мой муж и что там за фаворитка. А я сказалась больной. Поздно ночью, уже горящую нетерпением меня навестила моя подруга. – Эль, послушай, я, конечно, ничего не понимаю в этих дворцовых правилах, но твой муж вёл себя очень даже достойно! Король, рыжий мальчишка, сидел в центре на красивом троне, а герцог стоял позади и подсказывал ему, что говорить… Бал был прекрасный! Мы с Эрук-Хаем уже давно так не веселились! – Что там фаворитка… – Да крутилась там одна возле твоего, ну, потанцевал он с ней разок, и больше я его рядом с этой рыжей не видела! Хотя она так на него смотрела! Знаешь, мы, когда вошли в зал, он все глаза проглядел, тебя хотел, наверное, увидеть, а потом там загрустил… Мне его даже жалко стало! – Жалко тебе его стало… А меня с детьми не жалко? Наш занимательный разговор пришлось прервать, так как в дверь громко постучали, и кто-то громко произнёс: – Госпожа Олджерон! Вас на аудиенцию просит регент короля Вольвгандта Его Светлость Юлиус Картер! Что, муженёк, не терпиться увидеть меня или это что-то другое? Земля под ногами загорелась? С такими мыслями я шла по дворцовым коридорам с проводником и воином клана, взятым мной для солидности и охраны. Меня провели в маленький тёмный коридор, из которого всего одна дверь привела нас в кабинет. Хозяин этого кабинет на стук сопровождавшего меня оборотня ответил: – Войдите! И вот я уже стою перед лицом нет, не мужа, а герцога, регента и государственного мужа, господина Юлиуса Картера! – Спасибо, господин Цезариус, что сопроводили мою… гмм… главу посольства ко мне! Можете быть свободны! Когда понадобитесь, Вас позовут! Госпожа Элеонора, Вы не могли бы попросить свою охрану остаться за дверью? Я сделала едва заметный знак рукой, и степняк вышел. За ним не успела закрыться дверь, как я оказалась в объятьях мужчины. – Эль,девочка моя! Как я соскучился! Как твоё самочувствие? Это дорога тебя утомила? Я тихонько выбралась из объятий оборотня и отошла в сторону, не глядя на него. – Что случилось? – тон Юлиуса изменился, стал резким и недовольным. – Что-то с детьми? Я повернулась и посмотрела ему в глаза: – Господин Юлиус, не могли бы Вы присесть? Мне нужно с Вами поговорить! И я услышала на грани своего восприятия еле уловимый рык. – Не пугай меня, детка! Говори, что происходит? – приказной тон герцога взбесил меня, и я сорвалась на крик. – Что происходит, говоришь? А то ты не знаешь, муженёк! Если я тебе стала не нужна, так и скажи! Я не хочу, чтобы два государства потешались надо мной! – последние слова я уже орала ему в лицо, желая вцепиться ногтями в его холодное лицо. Разумом я понимала, что такое поведение меня, Эллиреи Вакур Светлоокой Олджерон, не достойно, но мои чувства уже захлестнули меня, и я, как настоящая торговка, устроила скандал своему мужу! Моя рука поднялась и врезала по лицу или морде моего муженька, и тут он схватил меня за руки и рывком прижал к себе, шепча: "Дорогая, успокойся, прошу тебя!" Его рука стала поглаживать мою спину и голову, а меня захватили рыдания. Правда, вскоре они закончились, то ли от того, что Юлиус поглаживал меня и успокаивал, то ли от того, что такие истерики были мне не свойственны. И я очнулась, сидя на коленях у мужа. Я резко встала, вытерла рукой слёзы, и сказала: – Юлиус, мне надоело жить одной. Дети скоро начнут хорошо разговаривать и будут интересоваться, где же папа. Ллойд, пусть он тебе и не родной, уже спрашивает меня об отце. Я считаю, что ты должен выбрать: мы или власть и политика! – Эллирея, ты ставишь мне ультиматум? – Считай, что да! Я не хочу больше выслушивать сообщения о твоих фаворитках! – Всё не так, как ты думаешь! – Какая банальная фраза от неверного мужа! Тебе не кажется? – Неверного? Разве ты ещё не догадалась, что мы – оборотни, не можем изменить своей истинной паре? – Ты потерял своего волка… – Из-за тебя… – Да! И я об этом сожалею! Так что ничего мне не говори про пары! Про твои похождения уже говорят все! – Эль, ты не веришь мне? – Нет… – Тогда нам не о чем разговаривать… Я прошу Вас, Элеонора Олджерон, покинуть мой кабинет! Я, не поверив, посмотрела на своего, теперь уже бывшего, супруга, на его ледяной, исподлобья, взгляд, на крепко сжатые губы, на морщины на лбу, которых появилось множество, и тихо спросила: – Это всё, что ты мне можешь сказать? В ответ я не услышала ни слова! Я развернулась, и молча вышла в коридор.