Глава седьмая. Настоящее

Тёплое солнышко приятно согревало голые плечи Ады. Они с Марком решили устроить небольшой пикник в лесу: насладиться бутербродами с маслом и колбасой, полюбоваться расцветающей природой и поговорить обо всём на свете.

Ада надела лёгкий голубой сарафанчик в горошек и прихватила соломенную шляпку, оставшуюся от прошлых хозяев, которая очень кстати попалась ей под руку, когда она разбирала шкаф. Захотелось добавить украшений, и Ада повязала вокруг неё голубую ленту, подходящую к её сарафану.

Они расстелили плед на молодую весеннюю траву и стали распаковывать рюкзаки с едой. Ада взяла термос, в котором заварила чай с мелиссой и стала разливать его по пластмассовым кружкам.

Лёгкий ветерок нежно играл с её волосами, подхватывая их и кружа, вдалеке шумела река, а на деревьях пели птицы, погружая в состояние спокойствия.

Марк протянул Аде тарелку с бутербродами, и та взяла один.

– Расскажи мне о своей жизни, – попросила она, откусывая кусочек.

Марк уставился на девушку. Его каждый раз впечатляла её природная красота, особенно сейчас, когда вокруг распускались цветы. Парень от всей души радовался, что теперь может ежедневно дарить лесные букеты своей возлюбленной, приравнивая её красоту к дарам природы.

Солнечные блики играли в кружке, откуда доносился лёгкий аромат мелиссы, а в листве неподалёку шуршали ящерицы. Марк на мгновение прикрыл глаза, вдыхая аромат трав, и позволил себе почувствовать покой – редкое для него состояние. Лес казался живым, будто знал, что они пришли с добром.

– Ты когда-нибудь видела море? – спросил он, неспешно отпивая чай.

– Нет.

– Тогда мы должны увидеть его вместе. Беспокойные шумные волны, запах соли и песка, брызги и бескрайняя синева. Однажды мне довелось плыть на корабле целую неделю. На моё счастье, меня не донимала морская болезнь. Я много читал, гулял по палубе и общался с пассажирами. Там я познакомился с одним врачом, которому нужен был помощник. Я изучал экспериментальную науку и имел представление о физиологии и лечении, поэтому сразу предложил свою кандидатуру. Мне была нужна работа. Мы быстро нашли с ним общий язык и работали вместе на протяжении двух лет в курортном городке на берегу моря. А потом на мой след снова вышли и мне пришлось проститься с человеком, который стал другом.

Марк тяжело вздохнул и опустил взгляд на руки, сжимающие кружку.

– Это было нелегко, – признался он. – Каждый раз, когда я прощался с человеком, с которым сближался, я понимал, что, возможно, мы больше никогда не встретимся. Мне не хотелось ещё больше подвергать опасности жизни тех, с кем я сближался, хотя я, в силу своего эгоизма и жажды общения, делал это снова и снова. Через меня прошло много людей, у каждого была своя судьба, характер, хобби и страсти. Я встречал жестокость и доброту, видел глубокую боль в глазах и настоящее счастье. За два века сама жизнь показала мне своё лицо, усыпанное шрамами.

– А если бы ты смог победить тайное общество? Что бы ты делал? – спросила Ада, облокачиваясь на шершавый ствол дерева, и почувствовала, как кора колется сквозь тонкую ткань сарафана.

– Я бы нашёл тебя и поселился в этом домике.

Тёплая улыбка заиграла на лице Ады, озарённая лучами майского солнца. Парень поцеловал её в щёку и убрал непослушный светлый локон за ухо.

– Бери яблоки, сладкие, – сказал он, протягивая мешочек с разрезанными на дольки фруктами. Ада поблагодарила и задала вопрос, который давно её волновал.

– У тебя было много женщин?

Марк пожал плечами.

– Я никогда не был ловеласом, но и целомудренным монахом меня не назовёшь.

Девушка улыбнулась и ощутила прикосновение его руки на своей талии.

– Если ты думаешь, что кто-то может заменить тебя, то это наглая ложь. Такую, как ты, я искал два столетия.

Ада опустила голову на его плечо и прикрыла глаза. Рядом с ним отступали все тревоги и невзгоды. Возможно, что именно в этот момент, пока они с Марком неторопливо пили чай в лесу, за ними охотились бездушные фанатики, желая забрать злосчастный цветок. Но Ада не спешила покидать поляну в поисках укрытия. Став бессмертной, она перестала суетиться и поддаваться внезапной панике. Вместе с Марком они обязательно что-нибудь придумают. Теперь для этого у неё есть вечность.