Глава 7

— Тиа, скажи, ты хотела бы быть со мной всегда? — спросил меня Рейн, явно сильно смутившись. Но даже так он все равно смотрел прямо и твердо.

— О чем ты говоришь? — я неловко засмеялась, стараясь не обращать внимания на сжавшееся в груди сердце. Неужели он имеет в виду…

Схватив меня за руки, он сжал пальцы. Получилось совсем не больно, а нежно и осторожно.

— Ты выйдешь за меня? — торопливо выпалил он, глядя на меня сверкающими от волнения глазами.

— Выйти? — я непонимающе моргнула, а потом вся вспыхнула, пытаясь вырвать свои руки. — Ты что? Разве так можно шутить? Рейн! Мы не можем пожениться!

— Почему? — Рейн нахмурился.

— Потому что нам не позволит твой отец, — серьезно произнесла я, подавляя в душе тоску и боль. И пусть слова Рейна сделали меня самой счастливой, но счастье это было омрачено суровой реальностью. — Кто ты и кто я? Ты сын господина, Рейн, а я простолюдинка. Твой отец, никогда не даст согласие на такое. Я уверена, для тебя уже подобрали подходящую невесту.

— Глупости, — отмахнулся Рейн. — Это все, что тебя волнует? To есть ты не против?

— Я… — запнулась, пытаясь отыскать еще причину. — Я ведь ведьма, — прошептала, заглядывая в глаза Рейна. — Тебя это не пугает?

— Почему это должно меня пугать? — удивился Рейн. — Это здорово! Смотри.

Вытянув руку перед собой, Рейн чуть напрягся. На его пальцах вспыхнул и погас черный огонек.

Я невольно вздрогнула, с ужасом уставившись на него.

— Ты что? — зашипела, с тревогой глядя по сторонам. — Никогда так не делай. А если кто-нибудь увидит? Тебя ведь подвергнут святому очищению! Обещай мне, что не будешь так больше делать, — потребовала я, глядя на любимого.

— Но…

— Обещай, — настаивала я.

— Ладно, ладно, — он засмеялся, поднимая руки так, чтобы я видела ладони. — Обещаю. Так я делать больше не буду.

Я выдохнула облегченно и улыбнулась.

— Спасибо, — прошептала, а в следующий миг ощутила, как меня обнимают и целуют. Нежно и бережно, слоено я нечто невероятно ценное и нужное. От этого в груди все сладко сжалось. Я невольно застонала и…

 Открыла глаза.

Подняв руку, прикрыла ей глаза. Теперь не осталось никаких сомнений, что мои сны — это прошлое, которое по какой-то причине решило напомнить о себе.

Все это звучало невероятно.

— Что со мной случилось? — спросила я, будучи уверенной, что в комнате по- прежнему не одна.

— Ты потеряла сознание, — ответил Десмонд.

— Не сейчас, — пояснила я. — Тогда.

Честно говоря, я и сама знала ответ на этот вопрос, просто хотела убедиться.

— Тебя сожгли, — голос Десмонда дрогнул. — На костре.

Я кивнула, не отнимая руку от лица. Я знала это. Вот почему все мои сны- воспоминания всегда заканчивались обжигающим огнем. Я не помнила свою прошлую жизнь полностью. В памяти всплывали лишь отдельные фрагменты, словно кадры просмотренного когда-то давно фильма.

— Разве такое возможно? — спросила я тихо, а потом все-таки села. Перед лицом тут же появился стакан с водой. — Спасибо, — поблагодарила, забирая воду из рук Десмонда.

— Чего в нашем мире не бывает, — ответил колдун. — Хотя я встречаю такое в первый раз.

— Понятно. — Я отпила, ощущая некую заторможенность. Все-таки не каждый день узнаешь, что твои сны — не сны вовсе, а воспоминания о давно потерянной жизни.

Я раньше никогда особо не задумывалась о подобном. Хотя…

Здесь коты становятся людьми и наоборот. Здесь на каждом углу поджидают монстры, которых еще совсем недавно я считала простой выдумкой. Так почему бы душе не переродиться через четыреста лет?

Новая информация вполне успешно уложилась в моей голове. Удивительно, но шок, испытанный мною, почти прошел. Впрочем, волнение все равно осталось.

— А Рейн? — спросила я, поднимая взгляд на Десмонда. — Он знает?

— Не думаю, — хмыкнул Десмонд. — Он устал ждать, поэтому перестал обращать на мир внимание.

— Устал ждать?

— После того как ты погибла, Рейн столкнулся с гадалкой. Такие колдуньи не редкость. Совет их не трогает, видимо считая, что дар подобных людей не настолько мощный, чтобы доставить им проблемы. И эта женщина поведала ему, что ты вернешься, но не назвала срок. Рейн ждал. Первые сто лет он постоянно перемещался по миру, опасаясь, что пропустит твое появление. Потом реагировал только на рождение ведьм. Проверял их всех. Постепенно он начал терять веру. Видимо, решил, что та гадалка солгала ему. Искать он перестал только в последние лет пятьдесят.

— Откуда вы все это знаете? Вы ведь говорили, что он ушел…

— Да, но это не означает, что я перестал присматривать за своим сыном, — Десмонд качнул головой. — Я боялся, что он не выдержит и решит отправиться следом, но этого, к моему облегчению, не произошло.

— Зачем вы все это мне рассказываете? У меня есть некоторые воспоминания о… прошлом. Но даже так, я — это не она. Да, я помню Рейна, но эти воспоминания не заставят меня полюбить вашего сына.

— Действительно?

Я слегка смутилась.

— Он мне нравится, — сказала я, вздернув подбородок. — Но это не любовь.

 — Глупая, — Десмонд хмыкнул. — Твое «нравится» обязательно перерастет в любовь. Это неизбежно. И неважно, будете вы рядом или нет.

— Почему?! — возмутилась я.

— Потому что ты любишь Рейна. Любовь к нему живет в твоей душе. Ты просто вспомнишь ее. Процесс уже начался, его не остановить.

— Но ведь любила она, а не я!

Десмонд посмотрел на меня так, словно услышал нечто донельзя странное и глупое.

— Она — это ты, — сказал он спустя некоторое время, наполненное тишиной. — Воспринимай это так, словно к тебе возвращается память после потери. Или можешь представить, словно уснула на эти четыреста лет, а теперь проснулась и вспоминаешь ранее прожитое. К тому же чем ты недовольна? Ты ведь сама сказала, что Рейн тебе нравится.

— Похоже на принуждение, — буркнула я, прячась за стаканом. — А вдруг я не хочу любить? Вдруг мне достаточно простой симпатии?

— Да?

Я вскинулась, желая ответить утвердительно, но, наткнувшись на изучающий взгляд, смутилась.

— Вам-то это зачем все? Какая вам разница?

— Рейн — мой сын. Это естественно — желать ему счастья, — Десмонд пожал плечами. — Если бы я мог каким-нибудь образом поторопить тебя с перерождением, то я отдал бы все, чтобы это сделать.

— Ясно, — прошептала я, нахмуриваясь. — Вы сказали, что вините себя. Почему?

— Недооценил совет, — нехотя признался Десмонд. — Таким образом они показали мне, что всегда могут подобраться близко. Если не ко мне, то к моим близким. Они выбрали тебя как более безопасный вариант. Рейна трогать все-таки побоялись.

— Мне надо подумать, — пробормотала я, поднимаясь.

Встав, чуть покачнулась, но устояла. Бросив на Десмонда взгляд, кивнула ему и покинула кабинет. Не знаю, каким чудом, но я смогла дойти до комнаты, в которой не так давно проснулась.

Рухнув на кровать, зажмурилась. Перед глазами мгновенно вспыхнуло видение огня и смазанных лиц. Крики ввинтились в уши, заставляя меня в страхе распахнуть глаза и подскочить.

Тяжело дыша, я села и прижала руки к ушам. Казалось, голоса становились все громче и громче. Они проклинали меня, требовали немедленно смерти.

Перед глазами что-то мелькнуло. Я вскрикнула и дернулась, едва не свалившись с кровати. В меня что-то бросили. Там, в прошлом. Это что-то попало по лицу, разбилось и наполнило воздух невыносимой вонью.

— Хватит, — прошептала я, разворачиваясь и утыкаясь носом в подушку. — Хватит! — уже закричала.

Видения исчезли, будто подчинившись моей просьбе. Правда, ненадолго. Не успела я облегченно выдохнуть, как перед глазами пронеслось нечто странное.

 Здание, похожее на церковь староверов. Высокие шпили полыхали огнем. Кругом бегали люди. Они… они сражались! To и дело мимо пролетали разноцветные росчерки. От одного такого здание позади начало скрадываться, погребая под собой находившихся рядом. Послышались крики.

Рядом кто-то приземлился. Мой взгляд переместился на человека. Это был Рейн. В одной руке он держал вибрирующую косу, а в другой — голову старика. Белоснежная борода мела по земле, пачкаясь в крови и саже. У самого Рейна по лицу текла кровь, а черные глаза горели мрачной решимостью и жаждой боя.

Взглянув на голову, он равнодушно отбросил ее в сторону, а потом весь напружинился и вскинул косу. В тот же миг по округе разнесся стон оружия.

Рядом с Рейном откуда-то появился еще один старик. Весь всклокоченный, безглазый, он жутко улыбался, горой нависая над высоким Рейном. Старик что- то произнес, а потом отпрыгнул в сторону и замахнулся мечом, по которому тут же побежали молнии.

Картинка изменилась.

Я увидела, как из горящего здания вышел Десмонд. Он был похож на древнего демона. Растянутые в жуткую улыбку губы, сверкающие торжеством глаза, развевающиеся на ветру распущенные волосы, казавшиеся из-за огня пламенными, испачканные в крови руки. С пальцев буквально капало, будто он только что вынул их из чьего-то тела.

Заметив что-то, Десмонд распался черным дымом.

Видение снова поменялось.

Теперь я видела, как Десмонд стоит, пробив рукой грудь того самого старика, что не так давно напал на Рейна. Колдун по-прежнему страшно улыбался, глядя на то, как в месте соприкосновения его руки с телом старика расползается черный огонь. Тот кашлянул кровью, а потом закричал. А Десмонд в ответ улыбнулся еще шире, будто агония противника ему безумно нравилась.

Несмотря на страшную рану, старик не собирался умирать. Поняв это, Десмонд резко выдернул руку, а потом едва уловимым движением оторвал мужчине голову и отбросил ее в сторону. Тело несколько раз дрогнуло, а затем рухнуло на землю.

Опираясь на косу, с земли поднялся Рейн. Десмонд что-то спросил, на что его сын покачал головой. Оглядевшись, младший мужчина устремился куда-то в сторону горящего здания. Десмонд проследил за ним взглядом, а потом распался дымом.

Моргнув, я перевернулась на спину. И что это было? Будто отвечая на мой вопрос, в голове возникло знание. Будущее!

Очень странное ощущение. Такое чувство, словно я только что побывала где-то в другом месте. Неужели я на самом деле тот черный оракул, о котором рассказывал Рейн? Что он там говорил? Прошлое, настоящее, будущее — ничто не укроется от глаз черного оракула.

Пока мои видения крутятся только вокруг меня самой и близких мне людей, показывая некие важные моменты. Горящая старая церковь, мертвые старики? Интересно, что это значит?

Думаю, Десмонду нужно знать о том, что я видела. В этом мире, я уже успела убедиться, ничего не бывает просто так.

 Встав с кровати, я поплелась к выходу, надеясь, что смогу отыскать колдуна в этом замке. До сих пор мне каким-то невероятным образом везло.

Дойдя до двери, я протянула руку, чтобы взяться за ручку, но, услышав стук, вздрогнула и отшатнулась. Хорошо хоть, не взвизгнула от неожиданности.

— Кто там? — спросила, немного успокоившись.

— Рейн, — послышалось с той стороны.

Волнение мгновенно затопило разум. Руки мелко задрожали. Почему-то возникло двоякое желание. Мне и хотелось увидеть Рейна, и в то же время не хотелось.

Справившись с первой волной эмоций, я подошла к двери и открыла ее. Стоило мне увидеть Рейна, как в глазах потемнело. Пошатнувшись, я сделала пару шагов назад.

— Что с тобой? — услышала я встревоженное.

— Я… все в порядке, — пробормотала, обхватывая себя руками.

От прокатившегося по телу озноба меня затрясло. Взглянув на Рейна еще раз, я больше не смогла оторвать взгляд от его лица. Он вырос потрясающе красивым мужчиной. Как жаль, что я пропустила столь многое. От этого на душе стало так тоскливо, что я едва сдерживала слезы.

Как я рада, что вернулась! Не понимаю, как это могло произойти и где я была все эти столетия, но в данный момент мне было важно совсем не это.

Хотелось кинуться в объятия Рейна, вдохнуть его запах, засмеяться счастливо, рассказать, насколько я рада его видеть. Останавливало только то, что сам Рейн ни о чем не знает. К тому же…

У меня теперь совсем другое тело. Да, я немного похожа на себя прежнюю, но сходство может заметить только тот, кто его ищет и хочет отыскать.

Вспомнились слова Рейна о том, что я не в его вкусе. А вдруг я ему больше не нужна? Все-таки первая любовь часто заканчивается ничем. Да и с тех пор прошло четыреста лет. Немалый срок, если подумать. За это время можно сотни раз разлюбить и разочароваться.

К тому же пусть я почти все вспомнила, это не значит, что я ничем не отличаюсь от той себя. Все-таки тогда я росла в другом времени. Глупо надеяться, что я осталась прежней. Не осталась.

Да и мои неожиданно появившиеся способности, я уверена, успеют наложить определенный отпечаток на мою личность. Все-таки непросто видеть то, что я вижу, и оставаться при этом неизменной.

— Я так не думаю, — Рейн резко приблизился и заглянул мне в глаза. Не знаю, что он там увидел, но это заставило его немного растеряться. Оглянувшись по сторонам, он взял меня за руку и подвел к кровати. — Полагаю, тебе нужно немного отдохнуть.

— Нет, — возразила я, даже не думая ложиться. — Мне нужно увидеть твоего отца.

— Зачем? — отреагировал мгновенно Рейн. При этом посмотрел на меня как-то не совсем понятно.

— Видение, — пояснила я, неосознанно прижимаясь к телу мужчины ближе, чем следовало. Судя по тому, что отталкивать меня никто не торопился, такая близость его не напрягала.

Впрочем, полностью равнодушным к происходящему Рейн не остался. Взгляд темных глаз потяжелел. Его рука медленно переместилась с моего плеча на талию. Ладонь буквально обожгла кожу даже через слой одежды. Я судорожно выдохнула и подняла на Рейна взгляд.

Прильнув еще ближе, я быстрым движением языка смочила пересохшие от жара губы, чувствуя, как тело мелко дрожит от ожидания и предвкушения. Текущая по венам невыносимая сладость начала скапливаться в животе.

— Что ты… делаешь? — голос Рейна стал более низким. Его взгляд придавливал к земле и заставлял меня дрожать все сильнее и сильнее. Возбуждение, охватившее его, ощущалось в воздухе. Казалось, еще немного — и небеса вздрогнут, разорвутся, и на мир обрушится гроза. — Плохая идея, — добавил он, но все равно положил вторую руку мне на талию, притягивая так близко, как это было возможно.

— Да, — прошептала, взглядом спускаясь к его губам. — Я тоже так думаю.

В следующий миг мир как-то резко крутанулся.

— Ты хорошо подумала? — спросил он, прижимая меня к стене.

«Как мы тут оказались?» — мысль мелькнула и потонула в темноте его глаз.

Он нависал надо мной черной и непоколебимой горой, будто собирался за что-то наказать. Исходящий от него запах дурманил разум, отчего приходилось постоянно себя одергивать. Нетерпение, поселившееся в теле, заставляло ерзать и мелко подрагивать.

— Просто сделай это, — прошептала я.

Резко наклонившись, он на мгновение замер, а потом его губы наконец-то накрыли мои. От первого же прикосновения я не выдержала и застонала, обхватывая его шею руками. Это было настолько хорошо, что я в тот же миг потеряла голову. Сознание будто покинуло мой разум. Он целовал меня, а я чувствовала, что готова была простоять так целую вечность. Мне хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось.

Не знаю, сколько длился наш поцелуй, но в какой-то момент Рейн отстранился и внимательно посмотрел на меня. Представляю, какой у меня в этот момент был вид.

— Стоять можешь? — спросил он глухо.

Я моргнула раз, другой, а потом нехотя убрала руки с его шеи. Когда Рейн слегка отодвинулся, я внезапно поняла, что мне безумно хочется вернуть его руки туда, где они только что были.

— Да, — ответила, прикрывая губы тыльной стороной ладони. — Все нормально.

Рейн посмотрел таким взглядом, словно не верил мне.

— Хорошо. Идем.

Он отошел на пару шагов, и мне стало совсем холодно. Хотелось либо подойти самой, либо попросить его вернуться и снова обнять.

— Куда?

— Ты ведь хотела увидеть моего отца, — напомнил Рейн. — Видения.

— А, — вспомнила я. — Точно, видения.

Пока мы шли по коридору, я не отрывала взгляда от спины мужчины. Она была напряженно ровной.

 — Перестань, — попросил он внезапно, на мгновение обернувшись.

— Что именно? — спросила удивленно, не понимая, о чем идет речь.

— Твой взгляд сейчас прожжет во мне дыру, — Рейн хмыкнул. — Я не собираюсь умирать молодым.

— Молодым? — я хмыкнула. — Тебе больше четырехсот лет.

— И что? — изумился он. — Для колдуна это не возраст. Моему отцу больше тысячи — и ничего.

— Как вы вообще можете жить так долго? — заинтересовалась я.

— Что именно тебя удивляет?

— Ну, вы ведь люди…

— Почему ты говоришь «вы»? Если тебя не умертвить насильно, ты тоже можешь прожить очень долго. К тому же я слышал, что оракулы живут даже дольше обычных колдунов.

— Правда? — я удивилась. Честно говоря, у меня пока в голове подобное не укладывалось.

— Конечно, — Рейн кивнул. — Человеческое тело способно на многое. Даже обычные люди в состоянии жить долго.

— Но почему не живут?

— По разным причинам. У тела человека на самом деле большой, скажем так, потенциал. Однако большинство просто не понимают этого и убивают сами себя. Курение, алкоголь, неправильное питание, постоянные стрессы, малоактивный образ жизни или же, наоборот, слишком активный. Все это негативно сказывается на организме и постепенно снижает срок жизни. Многие попросту пренебрегают своей безопасностью. Или погибают случайно, споткнувшись на ровном месте. Всякое бывает. Мало кто задумывается над своей жизнью, все просто живут в свое удовольствие. Или пытаются выжить. Если создать для человека идеальные условия, то срок его жизни увеличится как минимум вдвое.

— А болезни?

— Чаще всего они возникают по названным мною причинам. Хотя, конечно, бывают врожденные заболевания. Но некоторых из них можно избежать, если уделять своей жизни немного больше внимания.

— Но даже увеличенный вдвое срок все-таки заметно отличается от тысячи лет, — со скепсисом произнесла я. — И как насчет психологической стороны вопроса? Как ощущает себя человек, проживший тысячу лет? Я даже боюсь представить, что может твориться в голове такого… существа.

— Все дело в пробужденной энергии. Она не только поддерживает наши тела, надолго сохраняя дееспособность, но и защищает сознание. Ты права, человеку трудно прожить столь большой срок без изменений в психике. Со временем краски мира тускнеют, все становится… иным, неинтересным. У тебя было такое, когда что-то приводящее в восторг надоедало и становилось скучной обыденностью?

— Конечно.

— Если тебе знакомо это чувство, то должно быть несложно представить, что через какой-то срок вся жизнь становится такой томительной рутиной, в которой ничто не трогает. Очень часто подобное состояние приближает смерть даже против воли человека. Вот от такого восприятия окружающего нас и спасает магическая сила. Она не дает нашему сознанию полностью «устать» от жизни.

— И что в итоге?

— А в итоге у нас прибавляется знаний, но в душе мы не ощущаем себя настолько старыми, — хмыкнул Рейн. — Да, мне больше четырехсот лет, но я совершенно не чувствую себя на этот возраст. У меня есть опыт, знания, но мироощущение на уровне молодого человека.

— Хочешь сказать, что я буду ощущать себя такой же даже спустя пару сотен лет? — с еще большим скепсисом спросила я.

— Сама узнаешь.

— Если доживу.

— Почему нет? — насторожился Рейн. Остановившись, он повернулся и внимательно посмотрел на меня. — Ты что-то видела?

— Ничего такого. Просто сам ведь сказал, что всякое в жизни бывает, — ответила я и неловко рассмеялась.

Рейн качнул головой.

— Не расскажешь, что ты видела? — поинтересовался он, продолжив движение.

— Расскажу, — сказала я. — Как до отца твоего дойдем, так сразу расскажу. Не хочу дважды повторять.

После этих слов между нами повисла немного неловкая тишина. Никто из нас не торопился обсуждать произошедшее в моей комнате. Да и что там обсуждать? Лично мне не хотелось ни о чем таком говорить.

Когда мы дошли до кабинета, который я покинула не так давно, Рейн постучался. Вошли мы практически сразу. Десмонд сидел за столом и работал с какими-то бумагами. Весь стол был ими буквально завален.

— Рейн? Эмили? Что привело вас ко мне? — спросил он, отодвигая от себя один из документов.

— Видение, — коротко ответил Рейн.

— Видение? — Десмонд перевел взгляд с сына на меня.

— Да, — кивнула я и без приглашения опустилась на диван. — Мне показалось, что вы должны знать.

— Рассказывай, — предложил колдун.

Мой пересказ увиденного не занял много времени. Десмонд иногда прерывал меня и просил более подробно описать какую-нибудь мелочь. Казалось, его интересует все, начиная от цвета пламени и заканчивая тем, какой рукой он оторвал голову старику.

Через пару часов я начала уставать и раздражаться. Надоело описывать в десятый раз, какой именно длины была борода того или иного старика.

— Хватит, — попросила я, сердито нахмурившись и глядя на Десмонда исподлобья.

— Хватит? — колдун выплыл из своих размышлений и удивленно посмотрел на меня. Казалось, он не понимает, что мы делаем в его кабинете. — Ты права, — резко выдал он и встал. — Думаю, сейчас самое время.

— Мне кажется, ты спешишь, отец, — произнес сидящий рядом Рейн. Расцепив руки, он наклонился немного вперед. — В ее видении ничего не говорится о нашей победе.

 — Но даже убийство двух членов из двенадцати — уже хорошая новость, — не согласился Десмонд. — Для общего сбора понадобятся сутки.

— А план? — Рейн откинулся на спинку дивана. Судя по всему, спорить с отцом он не хотел или же на самом деле считал так же, как и Десмонд.

— Разработаем, — отмахнулся старший мужчина и вихрем умчался из кабинета. Сейчас он никак не походил на тысячелетнего умудренного жизнью колдуна, скорее на подростка, который ринулся искать билеты на концерт любимой группы, внезапно приезжающей в его город.

Когда за Десмондом закрылась дверь, кабинет погрузился в тишину. Внезапно стало как-то неловко. Я украдкой глянула на задумчивого Рейна. Интересно, о чем именно он думает?

Поерзав, я встала.

— Ну, я пойду, — пробормотала, не зная, как себя вести дальше и что говорить. Почему-то показалось, что раньше все было несколько проще.

Рейн окинул меня задумчивым взглядом, а потом медленно кивнул, продолжая о чем-то размышлять. На короткий миг мне почудилось, что его взгляд хлестнул по мне плетью. Было не больно, а горячо и отчего-то стыдно. Я внезапно задумалась, как я выгляжу. Наверняка растрепанные волосы, некрасивые красные пятна на лице, слишком блестящие глаза и бегающий взгляд, не очень привлекательная одежда.

Захотелось немедленно пригладить волосы, ополоснуть лицо холодной водой, выпрямить спину и переодеться во что-нибудь более красивое и нарядное.

— Пока, — буркнула я и пулей вылетела из кабинета.

Закрыв слишком сильно дверь, я поморщилась и подперла ее спиной. Запрокинув голову, выдохнула и постаралась справиться со взбесившимися чувствами.

Дальше потянулись довольно нервные дни. Не зная, как реагировать на все происходящее со мной, я почти постоянно оставалась в комнате, выходя лишь во время трапез.

Несколько раз встречала за столом Каина. Не знаю почему, но он продолжал относиться ко мне с большой подозрительностью. А однажды произошло вообще нечто невероятное.

В тот день я встала немного сонная. Вечером меня посетило новое видение, короткое, смазанное, совершенно неясное. Я смогла лишь понять, что видела Каина. Вот только меня смущало выражение на его лице и ракурс, с которого я смотрела.

Поразмыслив об этом утром, я пришла к выводу, что все-таки стоит рассказать об увиденном Десмонду. Мало ли, вдруг ему пригодится даже такая малосодержательная информация.

Сразу в кабинет, в котором, кстати, его в последнее время можно было найти очень редко, я не пошла, решив для начала позавтракать. Одевшись как можно наряднее (мало ли, вдруг Рейна встречу), я покинула комнату и направилась в обеденный зал. Дорогу за эти дни я уже запомнила.

С каждым днем в замке прибавлялось народу. Кто это такие и откуда они приезжают, я не знала. На меня, казалось, никто не обращал внимания. Но это только казалось. На самом деле я замечала интерес, направленный в мою сторону. Всем этим людям явно хотелось со мной поговорить, но что-то словно останавливало их.

Дойдя до обеденного зала без происшествий, я вошла внутрь. За столом уже сидел Каин. Я нахмурилась. Почему-то чаще всего здесь я встречалась именно с этим колдуном. Причем во сколько бы я ни пришла, он всегда уже находился здесь.

— Доброе утро, — поздоровалась я, садясь за стол и осматривая блюда.

Каин ничего не сказал. Я никак не могла его понять. Судя по всему, я ему не нравилась. Но тогда почему он всегда будто бы ждет меня в обеденном зале? Следит? Или же на самом деле ему хочется со мной поговорить, просто он ощущает себя неловко?

Вздохнув, я наполнила свою тарелку и принялась размазывать по хлебу кучек масла. Закончив, отложила нож и подняла взгляд, тут же замирая. Прямо напротив меня висела картина, которую я заметила в сегодняшнем видении. Почему-то раньше я не обращала на нее внимания.

Вот только опять же видела я ее не прямо, а так, словно… Словно я смотрела с пола!

Застыв с куском хлеба в руке и приоткрытым ртом, я искоса поглядела на Каина. Тот поглощал еду, глядя строго перед собой. При этом взгляд у него был таким, будто он что-то напряженно вспоминает или обдумывает.

Решив, что стоит поторопиться с завтраком, я начала работать челюстями усерднее. Однако доесть не успела — в зал вошел Десмонд.

Он оглядел стол, задержав на короткий миг взгляд на мне и Каине, а потом легкой походкой направился в сторону сына.

Тот мельком глянул на приближающегося отца и опустил глаза к тарелке. Я не отрывала от него взгляда, поэтому видела, как расслабленный поначалу Каин резко напрягся. Он побледнел и стал выглядеть так, будто сейчас упадет в обморок.

Я насторожилась. Медленно опустив вилку, я вместе со стулом осторожно отодвинулась от стола и принялась ждать. Весь мир будто потерял свои очертания, став каким-то белым и замершим. И только Каин, Десмонд и я могли в нем двигаться.

Я отслеживала каждый шаг Десмонда, не забывая время от времени поглядывать на напряженного Каина. Наверное, любой человек на моем месте подумал бы, что отец и сын просто поругались, вот Каин и нервничает. Вот только эта мысль мне почему-то так и не пришла в голову.

В какой-то момент я поняла — сейчас!

И правда. Десмонд дошел до соседнего с Каином места. Глянув на сына, он, кажется, сказал что-то. Вероятнее всего, пожелал доброго утра.

Это будто стало спусковым крючком. Движение Каина было настолько быстрым, что я ничего толком не заметила, лишь смазанный черный росчерк.

В следующий миг стол буквально взлетел. Я от неожиданности отшатнулась и упала со стула, принимаясь торопливо отползать подальше. Ощутив спиной стену, я подтянула к себе ноги и обхватила руками колени, напряженно наблюдая за размытыми фигурами.

В мое сознание ворвался звон. Мир будто только этого и ждал, чтобы вернуть краски и звуки. Я вздрогнула и принялась вертеть головой, лихорадочно размышляя о том, куда бы спрятаться.

 В стену рядом с моей головой по самую рукоять воткнулся нож. Вскрикнув от неожиданности, я отползла от него, зажимая рот руками. Еще не хватало привлечь к себе внимание. Переведя взгляд вперед, я увидела ту самую картину. Красный черт на ней злорадно скалился, охаживая какого-то грешника длинной шипастой плеткой. Надо будет сказать Десмонду, что такая картина в столовой не слишком уместна.

Все закончилось так же быстро, как и началось.

Вихрь из двух тел на мгновение застыл, а потом Десмонд резко ударил Каина в область шеи. Из-за этого удара лицо Каина перекосилось, а сам он рухнул на пол как подкошенный. В тот же миг я поняла, что именно этот момент показало мне видение. Я даже ноги Десмонда узнала.

— Силен, — пробормотал Десмонд и сел на ближайший стул, предварительно перевернув его.

Сразу после этого с потолка опустился стол. Я с удивлением поглядела на него, а потом торопливо встала, отряхиваясь.

— Не поранилась?

— Нет, — я качнула головой. Перевернув еще один стул, подтащила его к столу и села. — Он не очнется?

— Почему же? — Десмонд хмыкнул и мельком глянул на по-прежнему лежащего на полу сына. — Очнется, чуть позже.

— И что это было?

— Заклинание, — ответил колдун. — Только глупец посчитал бы, что Совет отпустит его просто так. Ему казалось, что он сам сбежал, но на самом деле ему лишь позволили уйти, предварительно наложив заклинание, которое должно было сработать при определенных условиях.

— Он должен был убить вас?

— Да, — колдун улыбнулся, а потом придвинулся к столу и принялся за завтрак. — Совет посчитал, что уж от сына нападения я ждать не буду. На самом деле, мысль хорошая. Один бросок — и я был бы мертв. Вот только они немного просчитались.

— Вы ждали нападения?

— Конечно, — Десмонд немного возмущенно глянул на меня. — Говорю же, только глупец посчитал бы, что моего сына Совет отпустит просто так.

— И что теперь?

— А что теперь? — колдун удивленно вскинул брови. — Сниму заклинание, и все. Правда, придется проверить его более тщательно, мало ли, вдруг навесили еще что-нибудь отложенное по времени.

— А почему сразу этого не сделали?

— Так ведь не интересно было бы, — выдал этот… человек, глядя на меня таким взглядом, будто я только что ляпнула несусветную глупость. И это взрослый колдун, которому перевалило за тысячу лет. Кажется, со временем инстинкт самосохранения у таких существ атрофируется.

— А ничего, что вы его так оставили? — с легкой опаской спросила я. — Он не очнется?

— Очнется.

— И снова нападет на вас, — я чуть укоризненно поглядела на Десмонда.

— Обязательно нападет, — колдун улыбнулся. — Не волнуйся, он не прямо сейчас очнется, а немного позже. Я успею доставить его к кругу.

— Что за круг? — поинтересовалась, размышляя о том, что сейчас уже нет смысла рассказывать о видении. Зачем? Все уже произошло.

И все-таки моя способность до сих пор удивляла меня.

— Скрытые заклинания находит. Сделал как-то давно на досуге. Хочешь посмотреть?

— Не откажусь, — я кивнула, подумав, что это хороший способ немного отвлечься.

В этот момент дверь в зал открылась, и вошел Рейн. Я сразу же напряглась, выпрямляя спину еще сильнее. От неожиданности в горле встал ком. Сжав губы, я подхватила стакан с водой и отпила несколько глотков, облегченно выдохнув. Напугал!

Посмотрев сначала на Десмонда, потом на лежащего Каина, Рейн качнул головой. После того как его взгляд упал на меня, он сразу нахмурился.

— Ты подверг ее опасности, — сказал он хмуро, отрывая взор от меня и переводя его на отца.

— Не говори глупости, — возмутился Десмонд. — Ей ничего не угрожало. Я все контролировал, — посмотрев в сторону стены, около которой я не так давно сидела, Десмонд явно увидел воткнутый в нее нож. — Почти все, — добавил он, опуская взгляд на тарелку и принимаясь за завтрак. Он хотел показать, что его совершенно не волнует моя недавняя возможная смерть по нелепой случайности. Вот только напряжение во всей позе выдавало его с головой.

— Ты в порядке? — спросил подошедший ко мне Рейн.

Я тут же кивнула, поднимая голову. Рейн стоял рядом и внимательно меня рассматривал, будто выискивал невидимые на первый взгляд повреждения.

— Все хорошо, — ответила я и слабо улыбнулась.

На самом деле адреналин все еще гулял по крови, а присутствие Рейна разгоняло сердце еще быстрее. И это я еще недавно была уверена, что прошлое не будет иметь власти надо мной? Какой наивной я была. Влюбилась почти мгновенно, стоило мне только вспомнить, что когда-то давно мы с Рейном любили друг друга.

После завтрака, прошедшего в атмосфере легкой напряженности, мы втроем, вернее, вчетвером направились к кругу. Правда, Каин не шел своими ногами, а висел на Рейне.

Кругом оказался, как ни странно, именно круг. На каменном полу были выбиты по окружности какие-то надписи. Они мягко пульсировали изумрудным светом, образуя своеобразный рисунок.

— Клади его в центр, — попросил Десмонд. — Головой в сторону окна. Вот так, да. На спину.

Они вдвоем уложили все еще бессознательного Каина в круг, придав ему нужную позу. Так обычно изображают человека во вселенной, с раскинутыми в стороны руками и ногами.

— Отлично, — Десмонд явно остался доволен проделанной работой. Выпрямившись, он махнул рукой в сторону лежащего Каина. Буквы запульсировали сильнее, а потом от них отделились зеленоватые дымчатые нити, которые, поднявшись немного, оплели конечности Каина, привязывая его к полу.

 Это явно не понравилось «пациенту», так как он сразу пришел в себя. Сначала Каин растерянно моргнул, а потом, увидев Десмонда, попытался встать.

— Что происходит? — спросил он хрипло.

— Ничего особенного, — скучающим тоном ответил ему Рейн, стоящий возле стены.

— Ты просто попытался убить отца. И сейчас он хочет проверить тебя на наложенные заклинания.

— Убить отца? — Каин выглядел шокированным. Впрочем, шок быстро прошел, и на его место пришло неверие и злость. — Зачем ты такое говоришь? Я не мог сделать чего-то подобного! Отец? Он ведь врет, не так ли? Зачем мне тебя убивать? Единственного человека…

— Он не врет, Каин, — ответил Десмонд, обходя сына по кругу. — Совет наложил на тебя заклинание отложенного действия. В определенный момент ты должен был напасть на меня и убить. Ты попытался. У тебя не получилось. Ты рад? — задав этот вопрос, Десмонд с любопытством поглядел на сына.

Каин прикрыл глаза и поджал губы. Сжав кулаки, он тихо зарычал. Спустя пару секунд мужчина судорожно выдохнул и расслабился, открывая глаза.

— Я был так глуп, отец? — спросил Каин. — Я верил, что мне удалось уйти от Совета. Посчитал, что старики утратили бдительность.

— Не стоит переживать, — Десмонд присел около круга и зачем-то постучал по одной из написанных в камне строчек. Буквы тут же вспыхнули сильнее. — Многие считают Совет сборищем старых и потерявших разум колдунов. Они сами способствуют тому, чтобы у нужных им людей формировалось подобное мнение. Ты не первый и не последний колдун, обманутый Советом. И да, я не держу на тебя зла, Каин.

— Я ведь никому не причинил вреда?

— Не успел, — хмыкнул Десмонд.

— Хорошо, — Каин поднял взгляд наверх и полностью расслабился.

— Ну, раз мы все обсудили, я предлагаю не отвлекать меня больше и дать закончить проверку, — проворчал Десмонд беззлобно.

Следующие полчаса были наполнены яркими вспышками, шепотом Десмонда, редкими вскриками Каина, его ругательствами и полным молчанием Рейна.

Чрез некоторое время круг погас, а Каин облегченно выдохнул и сел, растирая запястья. Внешне он никак не изменился.

— Вот и все, — Десмонд выпрямился и несколько раз тряхнул кистями, будто сбрасывая с них напряжение.

— Что-то нашел? — заговорил Рейн, расцепляя сложенные на груди руки.

— Ничего серьезного, — отмахнулся его отец.

— И все же, — настоял Рейн, явно не удовлетворившись подобным ответом.

— Какой ты, — проворчал колдун. — Закладка на самоустранение еще была. Должна была сработать после того, как Каин убил бы меня.

— Или при невыполнении задания, — дополнил Рейн. — Такие вещи всегда имеют два возможных исхода.

Десмонд бросил недовольный взгляд на старшего сына.

— И ты едва успел, отец. Не так ли?

— Ты ведь не думаешь, что я не догадывался? — с легким превосходством спросил Десмонд. — Все было под контролем.

После этого мы покинули комнату и разбрелись по замку. Я видела, что Рейн время от времени внимательно на меня смотрит, но не спрашивала его, что не так.

Каин после «процедуры» довольно сильно изменился. Он больше не грубил и разговаривал вполне нормально. Сейчас, видя его таким, я не понимала, на что рассчитывал Совет. Тот, кто знал Каина достаточно хорошо, очень легко мог заметить разницу.

Как пояснил Десмонд, сущность Каина боролась с наложенным на него заклинанием, и это приводило к раздражению, злости, неуравновешенности и прочим проявлениям напряжения магических потоков.

С каждым днем в замке появлялось все больше и больше людей. Несколько раз я пыталась более пристально рассмотреть того или иного человека, но почти сразу мое внимание замечали и вопросительно смотрели в ответ. Это заставляло меня смущенно отворачиваться. В итоге, как бы мне ни было интересно, я старалась сильно не приглядываться к прибывающим в замок людям.

Кроме того, я пыталась подчинить свой неожиданный для меня дар. Десмонд, с которым я говорила на эту тему, посоветовал мне больше медитировать. А еще пробовать силой воли вызывать видения в строго определенное время.

После пары попыток мне хотелось плюнуть и забыть, поэтому пришлось брать себя в руки. Тем более мне и самой было интересно, что может выйти. Просто не хотелось часами сидеть на одном месте, стараясь выгнать любые мысли из головы. Впрочем, через какое-то время я с удивлением поняла, что у меня стало получаться. Почему-то это вызвало удивление.

С видениями в определенное время возникла трудность. Для начала видения полностью пропали. Я просто больше ничего не видела. Кроме снов. Но их я в расчет не брала. Хотя очередным утром, проснувшись, поняла, что сны стали какие-то слишком яркие. Эту мысль я тут же выбросила из головы. Однако еще через пару дней до меня дошло, что видения стали приходить ко мне именно во сне. Когда я поняла это, то минут десять ругала себя за несообразительность.

После этого я стала тщательным образом записывать свои сны, ведь некоторые из них забывались едва ли не сразу после пробуждения. Вскоре я начала понимать, где именно сны, а где видения.

О своих успехах я не торопилась рассказывать, опасаясь, что стоит мне это сделать, как все пойдет, как обычно, кувырком.

Научившись отличать видения от снов, я попыталась придать им направленность. Для этого я перед тем, как уснуть, долго о чем-нибудь размышляла. Строила гипотезы, представляла, как могут развиваться события, задавала вопросы, на которые не могла знать ответов. Больше всего меня интересовала та самая битва, которую я видела не так давно и которой заинтересовался Десмонд, начав созывать своих людей в замок.

 Каждое видение-сон, имеющее отношение к тем событиям, я тщательным образом записывала в своей тетради, пытаясь выправить последовательность действий.

По всему выходило, что Десмонду и его людям удастся убить членов Совета. Обойдется не без потерь, но все-таки. К тому же я явно буду присутствовать при этом всем. Откровенно говоря, я совершенно была не рада подобному. Мне бы хотелось находиться как можно дальше от событий, желательно где-нибудь вместе с Рейном. Но, судя по всему, он тоже будет там и примет самое непосредственное участие в схватке.

В принципе, картина у меня уже сложилась. Правда, были еще слепые пятна, в которые я никак не могла заглянуть. И это меня крайне нервировало. Мне казалось, что в этих пятнах скрывается что-то очень важное для меня.

— Вот, — я протянула тетрадь Десмонду, игнорируя прямой взгляд Рейна. В последние дни он только и делал, что постоянно смотрел. Впрочем, после того поцелуя наши отношения стали какими-то странными. Мы будто старалась держаться друг от друга как можно дальше. Иногда мне безумно хотелось оказаться в его объятиях, но почти сразу накатывал непонятный страх, заставляющий меня отступать, снова прятаться в своей раковине. Рейн и вовсе практически не разговаривал со мной. Он будто что-то обдумывал все это время или выжидал.

— Что это? — Десмонд заинтересованно глянул на тетрадь, а потом забрал ее из моих рук. Открыв, пролистал, пробегая взглядом по написанным строчкам.

— To, что мне удалось увидеть, — ответила я, поводя плечами, словно пыталась сбросить с себя чужой взгляд. Кажется, он стал только еще более сверлящим.

— Рассказывай, — потребовал колдун, захлопнув тетрадь.

— Но я ведь все записала, — возразила я, помня, насколько утомительным бывает Десмонд, когда начинает выспрашивать любые мелочи.

— Мне проще спросить, — он пожал плечами. — Это я потом тоже почитаю, — произнес колдун и спрятал тетрадь в ящике стола, закрыв его потом на ключ.

Кинув взгляд на Рейна, я уселась на диван и вздохнула. Кажется, отвертеться не удалось.

Разговор занял много времени. Очень много времени! Десмонд настолько надоел мне, что я под конец начала уже рычать. Мне кажется, он забавлялся моей реакцией. В итоге Рейну все-таки пришлось прерывать нашу беседу. Недовольным «старый» колдун не выглядел. А еще, когда мы выходили, я увидела, как блеснули весельем его глаза. Мне сразу захотелось вернуться и как следует стукнуть его по голове.

— Спасибо, — сказал Рейн, когда мы дошли до моей комнаты.

— За что? — поинтересовалась, выплывая из своих мыслей. Оказалось, что Рейн стоит как-то слишком близко. От осознания этого температура моего тела резко подскочила.

— С твоей помощью у нас будет больше шансов выжить.

Я задумалась над этими словами. Что-то во всем этом меня беспокоило. И когда я поняла, что именно, то едва не захлебнулась воздухом.

— Что с тобой? — встревожился Рейн, придерживая меня за плечи. Сама не поняла, как едва не свалилась на пол, покачнувшись.

— Разве будущее может быть таким? — прохрипела я. — Если мы что-то в нем изменим, то и все дальнейшее тоже изменится. To, что я увидела, — это лишь один из всевозможных сценариев. Если отойти от него хотя бы немного, то все пойдет по другому пути. To есть, — я пытливо взглянула на Рейна, — мой дар просто бесполезен. Зачем он мне вообще?

— Ты ошибаешься, — попытался переубедить меня мужчина. — Главное, мы знаем общую картину. К тому же отец явно не просто так спрашивал о мелочах. Он тоже все это понимает. Пойдем, тебе нужно отдохнуть немного, поспать.

Я кивнула, но отходить от Рейна не торопилась. Жар, исходящий от него, манил к себе и заставлял тело отвечать. Тихо вздохнув, я начала нехотя отстраняться, но меня притянули обратно.

Замерев, я медленно подняла голову и задержала дыхание. Взгляд Рейна казался странным и немного пугающим.

— Это правда? — спросил он. Я чуть нахмурилась, пытаясь понять, о чем меня спрашивают. — Тиа?

Я сильно вздрогнула, услышав это обращение. По непонятной причине страх буквально сковал сердце. Мне внезапно захотелось вырваться, убежать куда- нибудь, скрыться с его глаз, забиться в самую глубокую и темную нору.

— Я… — дернувшись, я попыталась отстраниться, но Рейн удержал меня, глядя пытливо и требовательно. В его глазах я не увидела ни капли радости. Захотелось расплакаться. — Не понимаю, о чем ты, — выдохнула, попытавшись сделать как можно более безразличное лицо.

— В самом деле? — Рейн не отрывал от меня взгляда. И мне казалось, что он способен увидеть любую ложь, которая может сорваться с моих губ. — Не думаю, что отец случайно оставил портрет Тиа на видном месте. Он никогда не делает ничего просто так. И пусть иногда он кажется безрассудным и нелогичным, но это совершенно не так.

— Может быть, он просто забыл? — предположила я.

— Отец? Не думаю, — Рейн качнул головой. — До этого момента он никогда не оставлял портрет Тиа на виду, так как знал, что на него могу наткнуться я. А сейчас это явно было сделано намеренно. To есть отец хотел мне о чем-то этим сказать. Так как рядом со мной в последнее время никого, кроме тебя, не появлялось, можно сделать вывод, что речь идет как раз о тебе. К тому же, когда я произнес имя, ты не выглядела удивленной, скорее напуганной. Любой другой человек на твоем месте поинтересовался бы, кто такая эта Тиа. Судя по твоему виду и поведению, ты отлично знаешь, кто она. Отец не стал бы рассказывать, Каин ничего толком не знает. Остается только одно — ты узнала все сама. Или же… — Рейн сделал небольшую паузу, давая мне время все обдумать. Действительно, из- за нервов моя реакция явно выдала меня с головой. Что же теперь делать? Что делать? — вспомнила, — закончил он.

 Тишину разорвали чужие шаги. Рейн поднял голову, а потом подошел к двери в мою комнату, за локоть утаскивая меня за собой внутрь. Мне пришлось последовать за ним, хотя хотелось возмутиться подобному поведению.

Кажется, любовь Рейна давно прошла. От этого все внутри тоскливо сжималось. Что мне стоило родиться немного раньше? А теперь… Теперь уже поздно.

Вырвав локоть из захвата, я сложила руки на груди и отошла от Рейна на несколько шагов. В данный момент мне хотелось остаться наедине с собой, чтобы все обдумать. Разговаривать с мужчиной желания не было, как и видеть его.

— Что тебе от меня надо? — спросила резко, глядя на него недобрым взглядом.

— Я хочу услышать правду, — сказал Рейн, закрывая дверь.

— А я не хочу ничего говорить, — произнесла, расцепляя руки и вскидывая подбородок. — Я не знаю никакой Тиа. Ты ошибся. Меня зовут Эмили Картер. Все. Понятия не имею, что там опять придумал твой сумасшедший отец. Меня это никак не касается. Уходи.

Взгляд Рейна потяжелел. Он глядел упрямо, с капелькой безумия, от которого волоски на теле встали дыбом.

— Нет, — выдал он и в одно мгновение переместился ко мне. Я невольно отшатнулась, но сильная рука Рейна не дала мне отодвинуться. — Ты все расскажешь мне, — с угрозой в голосе сказал он, пытливо глядя на меня.

Отчаяние и разочарование во мне начали трансформироваться в злость.

— С чего ты взял, что я что-то знаю? — спросила. — Кто такая вообще эта Тиа? Твоя подружка? — я сделала притворно любопытное лицо. — Бывшая подружка? Все никак не можешь забыть ее, да?

Взгляд Рейна стал поистине опасным. Недолго думая, он притянул меня ближе, заставляя немного прогнуться в спине.

— Я заставлю тебя сказать, — прорычал он, а потом впился в мои губы яростным и подчиняющим поцелуем.

Я протестующе замычала, стараясь оттолкнуть его. Вот только эта идея изначально была провальной. Тело Рейна казалось сделанным из камня.

Сжав руки в кулаки, я принялась колотить по нему. Но Рейн все равно не отступил, кусая мои губы, посасывая их, скользя языком у меня во рту. Горячее дыхание обжигало и буквально отключало разум, но я старалась не поддаваться этому дурману.

Ощутив хватку на волосах, я вскрикнула и непроизвольно укусила его за губу.

Вздрогнув, Рейн замер. Тяжело дыша, он осторожно отпустил сначала мои волосы, а потом и меня и отошел на шаг. Глядя на меня безумными глазами, он поднял руку и стер пальцем каплю крови с губы. Посмотрев на нее, Рейн сделал еще один шаг назад.

— Прости, — пробормотал он и, резко развернувшись, торопливо вышел из комнаты.

Выдохнув, я осела прямо там, где стояла. Только сейчас я поняла, как меня трясет. Слезы подкатывали к горлу. Я сама не заметила, как расплакалась. Закрыв лицо руками, я горько всхлипнула.

Со мной прежней он никогда себе подобного не позволял. Хотя что тут удивительного, любовь явно закончилась когда-то давно. Он ясно дал мне это понять. Только не ясно, к чему все эти поцелуи. Наказывает меня таким образом за то время, которое он провел в ожидании? Винит меня за потерянные годы? Не знаю!

Кое-как поднявшись на ноги, я доплелась до кровати и рухнула в нее. Завернувшись в одеяло, закусила уголок и отдалась на волю своему отчаянию.

Я запуталась.

С одной стороны, я не хотела, чтобы он воспринимал меня как Тиа. Ведь я не она! To есть она, но не совсем. Я изменилась. И мне хотелось, чтобы он принял меня такой, какая я есть сейчас. Но это невозможно, ведь Рейн полюбил именно Тиа, ту девушку, которую встретил когда-то давно.

А с другой стороны, мне хотелось любой любви Рейна. Лишь бы он был рядом. Мне даже казалось, что я готова простить ему его желание видеть во мне именно Тиа. Хотя в следующий миг я яростно отрицала это, убеждая себя, что нет, не готова.

Я будто ревновала к самой себе из прошлого и ощущала себя постаревшей и подурневшей женой, которую перестал любить муж, начав заглядываться на молоденьких девушек. Все это сводило с ума и сбивало с толку.

Когда моя истерика немного утихла, я перевернулась на спину и раскинула руки в стороны, отбросив душное одеяло.

Минут пять смотрела в потолок невидящим взглядом. Острое желание пожалеть себя пропало. Злость тоже испарилась. Мысли о том, чтобы сбежать из замка, растворились от доводов здравой логики.

— И что делать? — прошептала я.

Вздохнув, поднялась с кровати и поплелась в ванную комнату. Одного взгляда на себя хватило, чтобы ужаснуться и понять: в ближайшее время на глаза людям лучше не попадаться. Я напоминала чумную всклокоченную панду. С тоской поглядев на свои волосы, взяла расческу и принялась наводить на голове порядок.

Закончив, ополоснула лицо, вымыла руки, а потом, немного подумав, помылась вся. Освежившись, накинула халат, натянула тапочки и пошлепала обратно. Резко захотелось чего-нибудь сладкого и вредного, но выходить из комнаты не было желания.

Немного помучавшись, я решила отвлечься от мысли о еде какой-нибудь полезной работой. Начала разбирать свои немногочисленные вещи. Рассматривая очередные джинсы, поймала себя на мысли, что нужно купить длинное платье, которое идеально бы подчеркивало мою фигуру. Покачав головой, аккуратно сложила штаны и принялась за толстовки и джемпера.

Закончив с разборкой вещей, снов подумала о платье. Я любила удобство в вещах, поэтому подчеркивающих мою женскую притягательность вещей у меня было крайне мало. Да и те, что были, носить в этом замке мне не хотелось.

К тому же в этом месте собралось много ведьм и колдунов. И все они одевались иначе, чем простые люди на лицевой стороне. Так что даже в обычных штанах и водолазках я ощущала себя здесь чужой. Только сейчас я поняла, что меня все время это нервировало, но я упорно старалась не обращать внимания на свой дискомфорт.

 Отложив все брюки, спортивные костюмы и толстовки, я принялась составлять комплекты из имеющейся одежды. Выбор получился не слишком большим.

Натянув на себя короткую юбку и закрытую черную водолазку, я покрутилась немного перед зеркалом. Черный цвет визуально делал меня стройнее. Из-за юбки ноги казались длиннее. Перемерив все туфли и ботинки, которые у меня были, я остановилась на одной паре. Образ вышел странным, к этому месту он все еще не совсем подходил, но при этом я уже не выглядела как простая студенточка, неведомо как оказавшаяся в прошлом веке.

После одежды я принялась за косметику. Выкинула все просроченное и почти закончившееся. Кое-чем воспользовалась.

Без внимания не остались и волосы. Пару часов я пыталась уложить их хоть в какую-нибудь прическу. Что-то получалось, что-то не очень.

В конечном итоге я устала достаточно, чтобы ни о чем не думать. Настырные мысли о Рейне я отгоняла подальше, решив, что прямо сейчас ничего обдумывать не хочу.

Когда время перевалило за одиннадцать, я разделась, смыла макияж, заплела волосы в косу и легла спать.

И началось…

Мысли будто только и ждали этого момента. Перед глазами проносились образы того, что произошло совсем недавно. Я вспоминала взгляд Рейна, его слова, действия. Ворочаясь, вздыхала, то всхлипывая, то ругаясь в голос.

Уснула я только под утро. Да и то толком не поняла, спала я или же мне это просто показалось. Встала в дурном настроении, с гудящей головой и желанием убивать всех, кто подвернется под руку. А еще лучше — одного конкретного человека.