Глава 11

Экономка принадлежала к той категории женщин, которых нельзя отнести ни к светским дамам, ни к деревенским простушкам. Когда-то она, вероятно, была недурна собой, но девушки такого сдобного типа рано стареют. Даже если не расплываются, то теряют очарование юности. Впрочем, моя собеседница старухой не выглядела и прислугу держала в ежовых рукавицах. Вымышленные злоключения Киары вызвали у неё неподдельное сочувствие.

— Бедная деточка! — всплеснула она руками. — Какие бывают подлые люди!

— Но вы же понимаете, госпожа Илиза, — я понизила голос, — это строго между нами.

— Конечно, конечно, — закивала экономка. — Я никому не скажу, госпожа Керон!

Кир с самым невинным видом поджидал меня у двери.

— Что вы соврали на этот раз? — спросил он, едва сдерживая смех.

— Сделала вас беременной, — невозмутимо произнесла я.

Он поперхнулся.

— Это было обязательно?

— Чтобы завоевать симпатию госпожи Илизы — да. Теперь она спишет странности вашего поведения на перенесённое потрясение.

— И кто меня обрюхатил? — обречённо уточнил Кир.

— Похотливый сынок моей покойной подруги, но я не думаю, что кто-либо осмелится задавать вам вопросы. Что по поводу ауры?

— Не она. Кто у нас остался?

Я мысленно пробежалась по списку. Баронесса, Шениза, экономка, камеристка, пять горничных, кухарка, две её помощницы… Долли!

— Не хватает девушки, которая видела, как выносили моё мёртвое тело.

— Странно, — нахмурился Кир. — Мы обошли весь дом. Может, у неё выходной?

— Выходной перед приёмом гостей? — усомнилась я. — В то время, когда прочие слуги старательно надраивают полы и дверные ручки?

— Давайте, поищем её с помощью магии, — Кир сцепил пальцы.

— Не здесь, — я быстро огляделась. — Пойдёмте в спальню.

В комнате я сразу задвинула засов и выжидающе уставилась на мага. Он неторопливо соединил ладони, затем плавно развёл их в стороны. В воздухе повисла объёмная бледно-зелёная картинка, в которой я с изумлением узнала просвечивающий насквозь дом барона. В разных местах сияли точки — белые и золотистые.

— Так, — Кир повёл ладонями, и картинка послушно повернулась боком. — Белые отметки — мужчины, золотые — женщины. Большинство аур мне знакомо. Видите гостиную? В ней находятся три человека: госпожа Аглая Тоден, госпожа Шениза Тоден и камеристка.

— А это что за яркое скопление на первом этаже?

— Подозреваю, что кухня, где кипит работа. Кроме кухарки и её помощниц, там сейчас находятся пятеро мужчин. Из них я знаю только повара, который ущипнул меня за задницу. Но мужчины же нас не интересуют?

— Повар вас ущипнул? — я с трудом сдержала смешок.

— Ничего забавного, — насупился Кир. — От неожиданности я его чуть не развоплотил.

— Вы на это способны? — по коже поползли мурашки.

— Теоретически — ещё как, — он поморщился. — На практике мне пока не приходилось развоплощать живых людей. Надеюсь, что и не придётся.

— Эмкаэлок вы, разумеется, к людям не относите?

Иллюзия смазливой девушки слетела за долю секунды, светящийся план с точками рассыпался искрами. На меня смотрел очень сердитый маг:

— Вот, значит, какого вы обо мне мнения? К вашему сведению, госпожа Керон, копии, когда рвётся их связь со слепком личности, ничем не отличаются от обыкновенного трупа. И подлежат уничтожению в соответствии с Уставом Магов.

— То есть я могу надеяться, что, если моя миссия, к примеру, завершится сегодня, вы дадите мне дожить оставшееся время?

Наши взгляды встретились. Кир остыл так же резко, как и вспыхнул:

— Даю вам слово, Хеллин: пока ваша душа остаётся в теле, вас никто не тронет.

Он произнёс это без пафоса, спокойно и серьёзно, и тем же тоном продолжил:

— В моём особняке несколько свободных гостевых спален, вокруг дома прекрасный парк, из ближайшей деревни приходит готовить милая женщина. Я предлагаю вам свою защиту на весь оставшийся срок. Никакой господин Фолер не посмеет мне это запретить.

— А взамен? — внутри шевельнулось нехорошее подозрение.

— Вы постараетесь меня простить.

Подобной фразы я не ожидала и удивлённо округлила глаза:

— За что?

— За то, что по моей вине оказались в подобной ситуации.

Кир опустил голову, на смуглых щеках вспыхнул румянец. Мне стало стыдно — и за свои мерзкие мысли, и за неоправданно грубое поведение.

— Я принимаю ваше предложение, — мягко сказала я. — Это лучший вариант из всех возможных.

Улыбнулась мне уже Киара:

— Вернёмся к поискам?

— Конечно, — я глубоко вздохнула: — Кир, спасибо вам.

Настала его очередь искренне удивиться:

— За что?

— Вы не обязаны мне помогать, но помогаете.

— Воображаю себя секретным агентом, — рассмеялся он. — У меня скучная жизнь, Хеллин. Основной доход приносят вещи, не требующие особой фантазии. Омоложение, мгновенное исцеление, заклинания поиска и охраны, те же магические копии. Очень редко заказывают иллюзии: не всем по карману выложить пару тысяч за зрелище, которым будешь наслаждаться самое большее полчаса. Невидимость, изменение облика и ментальное вмешательство вообще под запретом, так что сейчас я чувствую себя ребёнком, распотрошившим коробку сладостей.

Если Кир и лукавил, то самую малость. В его поведении чувствовался неподдельный интерес, достаточно было вспомнить, с каким мальчишеским энтузиазмом он исследовал пол. И сейчас он увлечённо создавал трёхмерный полупрозрачный особняк. Покрутил его и так и этак и перевёл растерянный взгляд на меня:

— Чертовщина какая-то. В доме лишь те женщины, которых мы уже обошли.

— Может, Долли спит?

— Спящие люди в энергетическом плане ничем не отличаются от бодрствующих, — Кир заставил картинку вращаться и внимательно следил за чем-то, видимым ему одному. — Даже мёртвые несколько дней излучают энергию — три дня, чтобы быть точным. Церковники утверждают, что всё это время душа витает рядом с телом… Что ж, расширим территорию поиска.

Изображение дома сжалось до размеров чайного блюдца. Светящиеся линии обрисовали двор, хозяйственные постройки, каретный сарай, конюшню, берег озера, беседку, деревья в парке, оранжерею…

— Есть! — Кир победно указал на маленькую золотистую точку. — Единственная незнакомая мне женщина во всём поместье. Не иначе, пошла за персиками к обеду. Почему вы хмуритесь?

— В оранжерее барона нет персиков. Там растут редкие виды орхидей, зигокактусы, эпифиллумы и прочие тропические растения с непроизносимыми названиями. Ухаживает за ними выписанный из Кадиса садовник-южанин, барон хвастается им так же, как и экзотическими цветами.

— Интрижка?

— Только если Долли предпочитает пожилых, лысых и темнокожих мужчин. Также исключается вариант, что она отправилась срезать букет для вазы. Барона хватит удар, если кто-то прикоснётся к его растениям: он трясётся над каждой веточкой.

— Значит, наш долг — пойти и посмотреть, что Долли забыла в оранжерее, — изображение растаяло.

— Прежде мне следует переодеться, иначе возникнут вопросы, что я столько времени делала в своей комнате.

Я скрылась в спальне и наугад выдернула из шкафа первое же попавшееся платье. Серо-голубое, в цвет глаз, оно было сшито совсем недавно, специально для медового месяца. Боль уже привычно царапнула, но от моего строгого мысленного окрика присмирела, словно собака от пинка. Возиться с волосами было лень, я забрала их под сетку.

— Вам и в самом деле не нужна камеристка, — улыбнулся Кир.

— Большинству женщин, если они не слепые и не безрукие, она тоже не нужна.

— У Лиары было четыре прислужницы, которые бо́льшую часть дня ссорились и сплетничали. Как она с ними справлялась — ума не приложу.

Фраза напомнила, что Кир — взрослый состоявшийся мужчина, мой ровесник, успел жениться и овдоветь. Из-за его внешности и поведения об этом забывалось. Выглядел он моложе Франса, а улыбка и вовсе превращала его в мальчишку. По-ширазски Кир говорил без малейшего акцента, что вкупе с цветом глаз наводило на определённые мысли.

— Один из ваших родителей — ширазец? — спросила я, когда мы вышли из дома и направились к оранжерее.

— Мама, — подтвердил Кир. — Она из Мелфо́ра, там и сейчас магов недолюбливают, а что творилось полтора века назад — вспоминать страшно. Живьём в землю уже не закапывали, зато отлавливали и публично отрубали все пальцы на руках.

Он сжал кулаки:

— Без пальцев мы теряем контроль над магией. Это хуже смерти, Хеллин, когда ты лишаешься возможности выпускать бурлящую внутри энергию. Так изувечили мою бабушку, но ей удалось сбежать в Фархиз и забрать с собой дочь. Бабушка была бойцом по натуре, совсем как вы.

— Вашей матери полторы сотни лет? — я сбилась с шага.

— Сто пятьдесят два года. Они с отцом долго не могли завести ребёнка, у магов это не редкость. Обратная сторона длинной жизни и отсутствия болезней.

— А сколько вашему отцу?

— Сто пятьдесят девять.

В голосе Кира звучала нежность.

— По меркам магов они не так уж и стары, у них впереди лет шестьдесят-семьдесят активной жизни. Но брата или сестры у меня уже не появится. Поэтому император требует, чтобы в брак вступали смешанные пары — у человека и мага рождается два-три ребёнка.

— И все одарённые?

— Как правило. Исключения есть всегда… Хеллин, а нас пустят в оранжерею?

— Мы не спросим, — я заговорщицки оглянулась. — Там есть задняя дверь, она заперта на висячий замок, но вы же маг!

Кир приосанился. Когда в конце аллеи показалась оранжерея, я решительно свернула к зарослям цветущего рябинника. Густые кусты прикрывали нас до самого входа. Снисходительно оглядев тяжеленный замок, Кир слегка его погладил. Я ожидала, что со щелчком откинется дужка, вместо этого металл словно утратил материальность. Засов больше ничего не скрепляло, дверь распахнулась.

— Ничего себе! — чуть не присвистнула я, любуясь на висящий в воздухе совершенно целый полупрозрачный замок. — Кир, да вы заправский взломщик! Банки никогда не грабили?

— Это заклинание и называется «Взломщик», — ухмыльнулся он. — Относится к разряду запрещённых. Идёмте.

После яркого солнца кладовка показалась чёрным провалом. Затем глаза привыкли к темноте, я стала различать тумбы с горшками, флаконами и банками, всевозможные упаковки и мешки, свёрнутые поливочные шланги, составленные в угол подпорки, тазы, вёдра, лейки… Никаких признаков присутствия горничной.

— Там, — Кир указал на ещё одну дверь с круглой ручкой.

Неожиданно он насторожился, решительно отодвинул меня с дороги и потянул за ручку. За дверью оказался встроенный шкаф с глубокими полками, на нижней лежал большой мешок. Я сунулась вперёд, Кир преградил мне путь:

— Хел, стой!

Мешок он вынул сам. Развязал горловину, заглянул и выругался. К этому моменту я уже различила железистый запах крови и не удивилась, увидев сбившуюся кружевную наколку горничной, бледное девичье личико и широко раскрытые остекленевшие глаза. Бедная Долли не отправлялась на тайное свидание.

Она была убита.