Глава 18

— Хеллин?!

На ошарашенное лицо Грегори было чертовски приятно смотреть, особенно меня порадовали выпученные от изумления глаза. Прислугу он не держал из экономии и дверь нам открыл собственноручно.

— Добрый вечер, господин Фолер, — за меня ответил Кир. — Позволите войти?

Мы решили, что говорить будет он: я боялась сорваться и всё испортить.

— Что вы здесь делаете, господин Эрен? — надо отдать Грегори должное, он быстро справился с потрясением. — Зачем вы отправили мне ложное письмо? Вы срываете операцию государственного значения! И что за старуху вы с собой притащили?

Рот Илизы задёргался. Кир лишил её возможности говорить, но слух и зрение вернул. Так она могла идти сама и не спотыкаться на каждом шагу, оставить же её в экипаже мы не рискнули.

— Какая же это старуха — вполне крепкая дама, — весело возразил Кир. — Со стилетом управляется — дай бог молодым! Что же касается операции, то она завершена, и вы об этом знаете. Так мы можем пройти или вы предпочитаете беседовать на лестничной площадке?

— Проходите, — Грегори широко распахнул дверь.

Я не сводила взгляда с его рук. Наверняка он тоже носит артефакт, который в случае опасности подаст сигнал. Кольцо, булавку, зажим для галстука или пуговицу, как Илиза. А ещё у него обязательно должно быть оружие, если не при себе, то где-то в комнатах точно. Грегори перехватил мой взгляд и издевательски прищурился:

— Ну же, Хеллин, вам прекрасно известно, куда идти.

За прошедшие десять лет в его квартире ничего не изменилось. Время словно застыло. На стенах были те же выгоревшие полосатые обои, окна закрывали плотные жаккардовые шторы. Не поменял своего положения продавленный кожаный диван, с потолка всё так же внушительно свисала люстра с подвесками из кадисского стекла, звенящими от малейшего движения воздуха. Дверь в спальню скрывали старинные бархатные занавеси с кисточками разлохматившейся бахромы, кресло, в котором я безудержно рыдала в день своей отставки, по-прежнему накрывал холщовый чехол. Кир усадил туда Илизу, я устроилась на диване, Грегори остался стоять.

— Где колье? — строго спросил он.

— Здесь, — Кир похлопал себя по карману сюртука. — Хотите удостовериться? Ответьте, где принц Азиар.

— Заперт в гостевой спальне. Покажите колье, — тёмные глаза Грегори сузились до щёлок.

Рубины без должного освещения выглядели обычной розово-лиловой галькой.

— Скажите, господин Фолер, неужели, по-вашему, эти камни стоят шести человеческих жизней? — Кир повертел украшение, ловя скудный свет.

— Откуда вы шесть-то насчитали? — проворчал Грегори таким тоном, словно речь шла о завышенной смете на канцелярские расходы.

— Хеллин, я, Илиза, девочка-горничная, Её Высочество Иолана и Его Высочество Азиар. Вы же не собирались оставлять принца в живых, раз поселили его у себя дома?

— Вас так заботят императорские отпрыски? — Грегори не сводил взгляда с колье. — Про горничную вообще впервые слышу. Остальные… Жертвы неизбежны, господин Эрен. Поступая на Тайную службу, агенты знают, что шансы дожить до пенсии у них невелики. Хеллин стоило проучить, Илиза зажилась на свете. А вы сами виноваты — погнались за большими деньгами.

— Как у вас всё складно получается, — Кир убрал колье в карман. — А предать своего короля и своё государство вам совесть позволила?

— Совесть? — Грегори скрестил руки на груди. — Ради блага государства, господин Эрен, я вкалывал, словно каторжник на рудниках, без отпусков и выходных. Не щадил ни себя, ни агентов. Но один король подарил моё родовое поместье жалкому бездельнику из низшего сословия, а второй щедр лишь на символические награды. Все средства он тратит на собственную никчёмную персону.

Пальцы Грегори потянулись к пуговице, я напряглась.

— Ардан Второй — тупое самодовольное ничтожество. Не сегодня завтра в стране вспыхнет восстание, которое поддержат и знать, и мещане, и армия. В самом лучшем случае власть перейдёт Морену, в худшем нас ждёт крах династии Туранов и годы гражданской войны.

— Руки! — жёстко бросил Кир. — Опустите руки, господин Фолер. Мне не хотелось бы разделить судьбу Хел.

— Хел? — брови Грегори сложились забавным домиком. — Боже мой, вы что, прониклись состраданием к эмкаэлке?

Кир с трудом овладел собой и повторил с нажимом:

— Держите руки так, чтобы я их видел, господин Фолер.

— А иначе что? — Грегори не шелохнулся. — Нашлёте на меня понос? Я кое-что о вас знаю, господин Эрен. Вы мягкотелый идеалист и вряд ли способны на решительные меры. Притом сейчас вы на территории чужого государства, угрожаете высокопоставленному чиновнику. Непонятно, зачем вы вообще заявились. Хватали бы колье и бежали бы домой, авось и остались бы живы. У Ардана ещё много фамильных драгоценностей, а в Фархизе — наивных магов.

— Дурная привычка — недооценивать магию, — холодно ответил Кир. — Не думаете, что во втором кармане у меня артефакт, записывающий наш разговор?

— Будь это так, вы озолотились бы и без моих сравнительно жалких пяти сотен, — презрительно ответил Грегори. — За изобретение подобного артефакта любой власть имущий заплатит вам миллионы. Что вы, собственно, хотите от меня, господин Эрен? Покаяния на коленях?

— Почему Хел? — Я вздрогнула: этот вопрос мы с Киром не обсуждали. — Почему вы поступили так подло именно с ней?!

— Понятно, — ухмыльнулся Грегори. — Следовало ожидать. Чары Хеллин действуют и у бездушной куклы. Цепляющая женщина, да, господин Эрен? Яркая, манкая, с характером. Она и в старости была бы неотразима, я не дал ей такой возможности, — он повернул голову и высокомерно взглянул мне в глаза. — Меня не предают. Я вытащил Хеллин из грязи, дал ей образование, обучил всему. Дьявол, я её даже любил! Если бы она всегда оставалась восемнадцатилетней…

Илиза в кресле отчаянно извивалась, словно пришпиленная щепкой к земле гусеница, рот её беззвучно открывался и закрывался. Грегори этого словно не замечал.

— Хеллин была и умерла моей девочкой. Никакому Велору она принадлежать не могла. Или моя, или мёртвая. Вы удовлетворены ответом, господин Эрен?

У Кира сделалось такое лицо, что я поднялась и встала с ним рядом.

— Уж лучше умереть, чем быть вашей девочкой, господин Фолер, — произнесла с той самой иронией, которую Грегори всегда терпеть не мог. — Мне стыдно, что целый месяц я приписывала вам несуществующее благородство. Низким натурам оно несвойственно, недаром вас лишили титула. Неудивительно, что вы скатились до банального воровства, обокрав собственного короля.

Никогда раньше я не видела Грегори настолько взбешённым: казалось, сейчас он набросится на меня. Я тоже знала, куда бить, своего рода подлость. Но мне нужно было вывести его из равновесия — один из тех уроков, что я хорошо усвоила.

— Вы были отличным магом, господин Эрен, — процедил Грегори. — Создали очень правдоподобную копию. Жаль, что вы умрёте. Я предложил бы вам работать на меня, но такие прекраснодушные глупцы не продаются.

Хлопнула входная дверь, в квартиру вбежали агенты. Один направил пистолет на Кира, второй встал рядом со мной.

— Глупцы, — повторил Грегори с наслаждением, слово ему определённо нравилось. — Артефакт можно запрятать и в ботинок, господин маг. На том свете кланяйтесь от меня Хеллин.

— Не торопитесь, — Кир улыбнулся и повёл рукой.

Иллюзия невидимости слетела. В кабинете возник Его Величество Ардан Второй собственной персоной, не менее разъярённый, нежели Грегори.

— Вот как, Герг? — зловеще произнёс король. — Значит, я — тупое самодовольное ничтожество?

Грегори отшатнулся.

— Я тебя не казню — я отдам тебя палачам, — бычья шея Ардана побагровела. — Пусть они пытают тебя медленно и со вкусом! Предатель! Мерзавец! Ворюга! Опустить оружие! — рявкнул он на агентов.

Те, не колеблясь, выполнили его приказ: не подчиниться королю означало бунт, а в отличие от Грегори, они изменниками не были. Начальник Тайной службы Шираза потерпел поражение — насколько мне известно, впервые в жизни. Раньше я не стала бы добивать побеждённого, но раньше меня и не убивали.

— Какая досада, — я смело встретила ненавидящий взгляд Грегори. — Великие планы сорвались из-за желания проучить Хеллин Керон! В тюремной камере, господин Фолер, думайте о том, что вас переиграла её жалкая копия!

Он выхватил у ближайшего агента пистолет так быстро, что никто не успел помешать. Передо мной, закрыв обзор, выросла спина Кира. Я лишь услышала, как Грегори выплюнул:

— Свидимся в аду, Хеллин!

Два выстрела раздались почти одновременно. Мой крик совпал с яростной руганью Его Величества.

— Кир, ты ранен?!

— Нет, — он отступил, позволяя мне увидеть безобразное пятно на обоях и тело Грегори на полу.

В кресле обмякла Илиза. С чёрной аккуратной дырочкой во лбу она напоминала белсонских танцовщиц. Девочки Грегори должны принадлежать Грегори — даже те из них, которые ему не нужны.

— Чего челюсти отвесили! — грозно зарычал на растерянных агентов Ардан. — Вокруг дома гвардия, позовите!

Гнев Его Величества был понятен: палач остался без работы. Я подошла к Илизе, закрыла удивлённые глаза покойной, затем опустошённо опустилась на диван. Всё закончилось. В квартире появились гвардейцы, один из агентов привёл принца, бледного и перепуганного, но, слава богу, невредимого. Кир ласково заговорил с мальчиком по-фархизски, Азиар слабо отвечал.

— Его не кормили, но давали воду, — перевёл для нас Кир.

— Я знаю фархизский, — надменно обронил Ардан. — Господин Эрен, за вашу помощь я прощаю вам ваше невольное участие в заговоре. Вы можете оставить себе деньги, незаконно выплаченные Гергом. Также я великодушно даю вам три недели, чтобы покинуть пределы Шираза. Верните колье.

Уголок губ Кира дёрнулся, он вынул украшение из кармана и протянул королю. Ардан не постеснялся проверить целость и пересчитать количество рубинов, затем более благосклонно продолжил:

— Три недели, господин Эрен. И копию Керон забирайте с собой. В нашей стране подобная магия недопустима, но я не стану сообщать в Магический Контроль о нарушении.

— Благодарю за оказанную милость, Ваше Величество, — Кир низко поклонился, чтобы скрыть улыбку.

Ардан сарказма не заметил. Величественно развернулся и вышел. Гвардейцы унесли тела, лейтенант виновато обратился к Киру:

— Мы опечатываем квартиру, господин Эрен. Простите, вам следует поторопиться.

— Ты можешь идти? — спросил меня Кир.

— Со мной всё хорошо, — заверила его и в подтверждение своих слов встала. — Но, Кир! Кир, я ужасно за тебя испугалась! Зачем ты подставился под выстрел?! Ты же закрыл собой копию, которая так и так скоро умрёт!

Он протянул мне руку:

— Ты не любишь громкие слова, Хел. А по-другому ответить не получается. Догадайся сама, ладно?

«Твоя жизнь мне дороже своей», — услышала я невысказанное.