Глава 9
Прохладная вода бережно раступилась, мягко обволакивая раскрытую ладонь и постепенно смывая краску от странного камня.
Эн облегченно выдохнула. Кажется, зря она переживала, что попадать в истории - ее специфическая уникальная особенность. Это всё окружающие, особенно, наиближайшие. Так любой разговор вывернут, что, кажется, самое безопасное для Эн место - это комната без окон и, желательно, дверей. Никуда не ходи, ничего не делай, а то потом не понятно, где искать, как вызволять.
К стене прикоснулась - попала в ловушку, похитили. Проявила симпатию и сочувствие горю Знахарки - и вот Эн уже в Безмирье, куда уходят души навечно, а она возвращает возлюбленного Малики.
Справедливости ради, сейчас Эн не могла никоим образом преодолеть грани жизни и попасть в пространство Безмирья (попытки были, но все бесполезно).
В общем, примеров масса, что ни говори, но так ведь оно само как-то случается всё. Разве могла Эн на это повлиять? И уж совсем странно считать такое невезение - ее личной заслугой или врождённым даром. Денотат бы указал.
А самое неприятное, что, когда все и каждый обтекаемо намекают на возможные последствия необдуманных поступков, то даже в безобидном "береги себя" начинается чувствоваться "второе дно", и изо всех сил трепыхаешься, чтобы доказать обратное. Но на сколько хватит терпения? Не проще ли согласиться с окружающими, показать им, что они желают? И все будут довольны...
Но нет, трепыхаемся дальше.
Как хорошо, что по близости оказалась вода. Смоются с руки следы, и все будет хорошо. Главное, ничего больше не трогать.
Как только последние пятна расстворились в воде, Эн отняла руку от стены и стряхнула с мокрых ладоней капли.
За всеми этими процедурами она задумалась и не сразу обратила внимание на мерное шуршание потока воды по стене, на легкий скрип каменной крошки под подошвами, на разговор... который отсутствовал. За ее спиной больше никто не произносил ни слова.
Эн резко обернулась. И застыла.
Словно полномасштабная, приобретшая объем, картина предстала перед ее глазами. Вот один дознаватель склонился над бедным молодым магом, рассматривая что-то. Вот капитан Остереч, чуть повернувшись всем корпусом, что-то говорит Эду. Грандэссин, как всегда, сдержан и собран, никаких лишних движений, только прямой взгляд на Эн. Кто-то смотрит, кто-то записывает, кто-то делает замеры своими приборами.
Несколько человек, каждый из которых занят своим делом, и объединяет их то, что принципиально отличает картину от действительности. Какой бы реалистичной и невероятно детальной она не была, каким бы искусным не был ее автор.
Статика! Никто из отряда Дана, никто из магов, ни Грандэссин не двигались. Замерли, будто в чудовищной игре на выбывание, любой вздох в которой грозит потерей жизни.
- Что?.. - что происходит, хотела бы сказать Эн. Но дыхание сорвалось, и звуки погасли, не достигнув границы слышимости. - Эд!
Эн бросилась к Грандэссину. Это невозможно, чтобы так внимательно смотреть, и в то же время быть... Где?
- Эд! Эд! - Эн трясла его за широкие плечи. Теплые, родные, такие близкие. Но проще было сдвинуть каменные глыбы, чем достучаться до неведомым образом обратившегося в изваяние человека.
Нет!.. Нет!... Это же ведь Грандэссин! С ним ничего вообще не может произойти!
Эн крепче прижалась к груди Эда. Он бы тут же обнял, что-то сказал насмешливое, но она бы услышала в его голосе нежность, почувствовала бы в руках ласку...
Не то!.. Надо собраться!
Эн зажмурилась, пытаясь отбросить ненужные, сбивающие с толку, мысли. Найти равновесие, баланс, нащупать тонкую грань, переступить ее, чтобы оказаться в непостижимом пространстве нитей-мыслей.
Оно не терпит спешки, здесь не должно быть чувств, будоражащих эмоций, абсолютное спокойствие и холодное равнодушие. Иначе выбросит обратно. Или спутает чьи-то мысли, оборвет, нарушит закономерные связи.
Разноцветные нити разных длин, широкие, как полноводные реки, узкие, как боязливые тропки в непроходимых лесах, разлететались в пространстве, начинаясь из неоткуда и уходя в бесконечность.
Золотая. Ей нужна золотая широкая нить. Эн не знала, чем она поможет. Оставила все рассуждения реальному миру, тут ей руководил ее дар. Здесь властвовала магическая искра Стирающей границы.
Золотая нить тянулась, как всегда, ровной прямой. Не будь она нитью-мыслью, то вполне могла поспорить за место стального каната.
Эн дотронулась до нити, и ее буквально снесло волной тревоги, ощущения опасности и угрозы, бессильной злобы, досады, любви, нежности, тихой радости и острого желания вернуться, раздирающей тоски-. Настолько затопили чужие эмоции Эн, что она, пропуская все через себя, не смогла удержаться в пространстве нитей.
Очнулась, почувствовав твердые ладони, сомкнувшиеся у нее на спине. Эн в тот же миг вскинула голову на Эда. Улыбался своей потрясающе красивой и любимой улыбкой. Такой редкой, но такой... Несвоевременной!
- Тихо, тихо! Не взрывайся! - Эд провел большим пальцем по щеке Эн, стирая дорожку слез. - Но зато теперь мне совершенно ясно, что я тебе не менее важен, чем твое увлечение тайнами и всем неизведанным. Небезразличен, - он улыбнулся еще шире. - Это даже очень трогательно. И еще, я хотел бы признаться, что ужасно завидовал Бекхану, за которым ты отправилась сломя голову туда, откуда не возвращаются как правило. Чуть даже ревновал. Что ж... Думаю, могу смело стереть из памяти этот незначительный в свете произошедшего эпизод. - Эд поднял взгляд выше, и черты его лица в мгновение заострились, стали жесткими, улыбка бесследно пропала, рука, с силой удерживающая Эн за спину, взлетела до головы Эн и налилась тяжестью. - Не смотри.
Не те слова, чтобы их исполнить. Эн тут же вывернулась из рук Грандэссина.
Обстановка вокруг менялась на глазах. Со стен осыпались слой за слоем пласты породы, уступая место другим. Выступ, на котором недавно сидела Эн, перестроился словно на невидимых шарнирах, втягиваясь внутрь стены. Магические факелы потухли и рассыпались пеплом. А то, что было "живой" стеной с бегущими водяными струями, превратилось в сверкающий от источающих мягкий изумрудный свет плит в стенах водопад и небольшое озерцо.
Но не это поразило Эн до глубины души.
Люди и маги, что стояли совсем рядом, протяни руку и дотронешься до рукава форменной одежды, стали каменными истуканами, разрушающимися от времени статуями. Обломок за обломком откалывались от них и скатывались на пол, тут же истираясь в крошку. То, что происходило за столетия с неживой скульптурой, сейчас же ускорилось за один-два удара сердца. С живыми.
- Они... - только и смогли прошептать губы Эн.
- Не думаю, - Эд развернул Эн к себе лицом. - Эн, тебе ли не знать, что даже из Безмирья есть дорога...
- Точно! - она усиленно закивала головой. - Точно! Ты ведь абсолютно прав. Я должна попасть в Безмирье и просто вытащить их откуда. И все! Да. Все верно. У меня ничего не вышло позавчера. Но сейчас...
- Эн, - прервал ее Грандэссин грубо, - ты ни в какое Безмирье не пойдешь. Это исключено.
- Ты!.. Как ты можешь так говорить?! Я должна их спасти, попытаться!.. Почему это случилось? Почему я не стала статуей? Ты жив...
- Потому что тут, вероятно...
- А я тебе скажу! Мой денотат сработал. Потом я тебя вернула, разрушила границу между реальностью и... - Эн вдруг остановилась на полуслове. - Ну, конечно! Странный камень! Я опять что-то натворила!..
Эн накрыла руками лицо, сжалась и всхлипнула.
- Душа моя, - Эд жестко прервал стенания Эн, - я уверен, что здесь что-то другое. Твои слезы ничем не помогут. Стажер Эн, придите в себя! Нужно действовать. Осмотреть шахту. Давай выбираться, потолок пришел в движение. Здесь может быть опасно.
Выбравшись из шахты, они окинули взглядом долину. На сколько хватало видимости, ничто не привлекало внимания. Не было поселения, площадки для джетфлаев, магов, дознавателей, Колибри - всё исчезло.