ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ · СЧАСТЛИВАЯ НАХОДКА

Было уже совсем темно, но полная луна давала достаточно света, чтобы Рена смогла удачно приземлиться. Её ноги погрузились глубоко в крону, но она нащупала опору и обрела равновесие. Альгерон отстегнулся от кресла и по совету Рены отполз по ветвям на довольно большое от неё расстояние. Она это пояснила тем, что если она во сне вдруг соскользнёт с ветки, то он останется в безопасности.

Ночь пролетела словно одна минута, и ласковые лучи солнца пробудили Альгерона на рассвете. По всем признакам Рена ещё спала, и он решил даже не шевелиться, чтобы не нарушать её сон. Но, чтобы совсем не заскучать, он решил оглядеться. Каково же было его удивление, когда совсем рядом, метрах в двадцати от него, в огромном гнезде он увидел большое голубое яйцо. Он тут же вспомнил рассказы Рены о диковинных птицах и понял, что яйцо принадлежит фельгарам. Им тут же овладело сильное беспокойство, ибо их близкое соседство с гнездом могут расценить как вторжение, и потому он решился нарушить покой Рены.

Он как можно тише подполз к ней и стал гладить её по носу. Она открыла один глаз, явно не желая просыпаться, тогда Альгерон указал ей пальцем в направлении яйца.

Буквально через секунду она открыла второй глаз и со свистом прошептала:

– Это же яйцо фельгары. Это огромная удача и такая же огромная опасность, ведь мы нарушили их границы, и если родители нас застанут, то нам грозят большие неприятности. Быстро крепись к креслу, и тихонько отбываем на более безопасное расстояние.

Они отлетели на противоположный край леса, и Рена снова разместилась в кроне дерева.

Альгерон не мог понять её манёвра и потому спросил:

– Не расскажешь мне, какие мысли тебя посетили?

– Я знаю, что яйцо никогда не покидают. Самка всё время находится рядом, а самец заботится о её пропитании. А судя по всему, яйцо с самого вечера находится без присмотра. Что-то здесь не так, надо понаблюдать за гнездом.

– А с какой целью мы будем наблюдать?

– Ну сам подумай! Если родители до вечера так и не появятся, значит, случилось что-то весьма трагичное, и, возможно, уже давно. В этом случае мы забираем яйцо к себе в пещеру. Не дадим же мы пропасть потомку фельгар.

– О, ты уже всё предусмотрела! А со мной посоветоваться не сочла нужным?

– Но неужели ты будешь против и бросишь этого беззащитного малыша?

– Конечно, нет, но всё же надо было поделиться со мной своими планами.

– Ну перестань меня расстраивать. Я, например, буду очень рада спасти малыша, особенно после того, как уничтожила три яйца. Это своего рода искупление. Может, это сама судьба нас сюда привела. Вот подежурим здесь до вечера, и всё станет ясно. Я же говорила тебе, что они очень умны и со временем начинают говорить. Так что у нас может появиться новый друг и собеседник, не говоря уже о том, что это может быть ещё и отличный защитник. Эта находка увеличивает наши силы вдвое. Правда, всё это я только слышала из рассказов своих предков, но у нас будет шанс в этом убедиться.

Альгерон был весьма доволен её объяснениями и пытался себе представить их содружество на практике. Конечно же, при благоприятном исходе это давало бы большое преимущество в борьбе с любым врагом.

Остаток времени они провели почти молча. И с каждым часом уверенность в том, что родителей не будет, становилась больше.

Часам к пяти вечера Рена сказала:

– Не будем более ждать, нам надо до темноты попасть домой и устроить яйцо у тёплого озера. Если ещё не поздно, то через некоторое время у нас появится очаровательный воспитанник.

– Прекрасно, и я во второй раз стану мамой!

– А что в этом плохого? Ты будешь первым человеком, воспитавшим дракона и фельгару. Это войдёт в историю. Ты должен гордиться, а не впадать в истерику. Кроме того, ведь теперь рядом буду я, и тебе будет гораздо легче. Ты даже сможешь иногда отлучаться.

– Я вижу, что ты слишком далеко забежала вперёд. Давай сначала благополучно доберёмся с ним домой.

Альгерон ещё не закончил фразу, как из ветвей появился подросток лет пятнадцати, с длинными светлыми волосами и в простой холщовой одежде.

Сначала все молча разглядывали друг друга, но потом мальчик довольно уверенно заговорил:

– Приветствую вас в нашем лесу! Я принадлежу к роду геперионов, а зовут меня Гериот. Наши предки живут здесь несколько столетий. Но наш род уже давно начал угасать. Трудно жить в постоянном страхе и, кроме того, постоянно бояться упасть. У нас много несчастных случаев среди детей и стариков. Люди перестали заводить детей, не желая им такой жизни. Мы только из рассказов древних стариков знаем, что существует другая жизнь, но не знаем где. Да и при таком количестве серых драконов и волков, которое мы постоянно наблюдаем, любые путешествия привели бы к неминуемой гибели. Теперь нас осталось всего пятнадцать семей из пятидесяти. Нам всё труднее добывать пищу, поскольку мы не можем удаляться на большие расстояния. Взрослым приходится очень рисковать своими жизнями, высаживая и собирая лён, из которого мы делаем холсты и верёвки, а также добываем масло из семян. Это единственное, чем мы можем заниматься в этих суровых условиях. Оружие передаётся из поколения в поколение, и его уже почти не осталось. И вот, в то время, когда наш народ был доведён до полного отчаяния, мы увидели в небе красного дракона с всадником. Мы были очень рады и в то же время огорчены, поскольку вы улетели в сторону, где обитают серые драконы. Ведь было совершенно понятно, что, пролетая обратно, вы бы нас всё равно не увидели и не услышали. Но судьба была к нам благосклонна, потому что вы решили заночевать в нашем лесу, но, к нашему сожалению, в той стороне, которая принадлежит фельгарам. Мы даже предположили, что вас заинтересовало их яйцо, которое уже два месяца остаётся без охраны и тепла. Ему, правда, некому угрожать, но вот в тепле оно, конечно, нуждается, чтобы птенец мог появиться на свет. Раньше здесь проживало пять семей фельгар, но по какой-то причине они стали улетать. Последняя семья продержалась на семь лет дольше других, но потом пропал самец, а примерно два месяца назад исчезла и самка. А потом мы заметили, что вы перелетели на нашу сторону леса. Зная, что вы находитесь почти рядом, взрослые почему-то очень боялись встречи с вами, а я решился отправиться к вам, чтобы хотя бы увидеть вас, но всё же решился заговорить. Вы даже не представляете, как я рад! Впечатлений от этой встречи нам хватит на всю жизнь! Мы теперь точно будем знать, что где-то ещё живут люди.

Альгерон слушал этого мальчика, и всё рассказанное им яркими картинами рисовалось в его воображении. Ему было бесконечно жаль людей, которые жили в совершенно ужасных условиях. Одно дело – прожить так некоторое время, но из поколения в поколение…

Он только собирался заговорить с мальчиком, как Рена опередила его:

– Мы, наверное, могли бы вам чем-то помочь? Как ты думаешь, что в первую очередь вам необходимо?

По всему было видно, что мальчик не ожидал услышать речь и мощный голос дракона. Он попытался спрятаться в ветвях, но чуть не упал, Альгерон еле успел схватить его за рубашку.

Когда мальчик перестал дрожать, он его обнял и сказал:

– Неужели вы не знаете, что красные и белые драконы говорят?

– Я об этом, конечно, слышал, но всегда думал, что это просто сказки, ведь это так невероятно. А они не только говорят, но и думают?

– Ты мог в этом убедиться, ведь тебя спросили, чем мы можем помочь. Значит, она сделала определённые выводы из твоего рассказа.

– Да, теперь мне всё понятно. Помощь нам, разумеется, нужна, но какая точно, мы и сами не знаем. Нам, конечно, хотелось бы покинуть эти места, но мы вообще не знаем, в каком направлении могли бы двигаться, чтобы дойти до других селений, да и страх перед драконами и стаями волков все наши желания сводит на нет.

– О драконах пока можно не беспокоиться. Мы только что уничтожили последнего дракона и кладку яиц. Но, чтобы дойти до наших земель, вам понадобится трое суток. А учитывая то, что вам придётся захватить всё необходимое на первое время, – и того больше. Давай сделаем так: мы отправимся домой, соберём большой совет, и там решим, как прийти к вам на помощь. Это непростая задача, и одни мы в этом вопросе мало что можем. Но в любом случае мы к вам вернёмся примерно через пять дней и расскажем, как обстоят дела. Ты теперь осторожно ступай к своим сородичам и расскажи обо всём. А мы заберём яйцо фельгары и направимся домой.

– А вы точно вернётесь? А то меня сочтут лжецом, и моя жизнь будет ещё ужасней, чем была.

Теперь уже слово взяла Рена:

– Запомни, мальчик, раз и навсегда: драконы никогда не нарушают данного слова. При любом исходе большого совета мы с Альгероном найдём способ, чтобы вам помочь. Это я тебе говорю, а моему слову можно верить.

Мальчик буквально засиял от радости, а Рена добавила:

– А чтобы никто не сомневался в твоих словах, мы сделаем так: мой друг привяжет тебя к своему креслу, и ты долетишь с нами к твоему дому, я спущусь как можно ниже, и ты по верёвочной лестнице сойдёшь вниз, ведь это для тебя не проблема.

– Это просто чудесно, только спустите меня чуть поодаль. Все и так с нетерпением меня ждут, а потому все взоры будут устремлены в небо, но я боюсь, что люди будут сильно напуганы приближением дракона…

– Да, ты совершенно прав, так и сделаем. Мы сначала доставим тебя, а потом заберём яйцо и полетим домой, где нас тоже ждут с нетерпением, а мы ещё сообщим им столько приятных новостей. Нам уже давно пора, так что занимайте свои места.

Альгерон первым влез по лестнице на своё кресло, и Гериот весьма проворно последовал его примеру. Ещё минута, и Рена уже летела в том направлении, куда указал мальчик. Не прошло и пяти минут, как пришлось спускаться. Лесные люди выглядывали из крон деревьев: всё-таки любопытство гораздо сильнее страха. Им было прекрасно видно, как Гериот спускается вниз со спины дракона. Рена на прощание сделала несколько кругов и помахала лесным жителям крыльями, а Альгерон кричал им, что они скоро вернутся.

Затем они подлетели к гнезду. Рена зависла над ним и стала медленно опускаться, и, когда её пальцы коснулись яйца, она бережно обхватила его и тут же стала набирать высоту.

Пока они летели, Альгерон думал о том, что за такой малый срок произошло столько важных событий, которые принесут ему много хлопот, и его жизнь опять сильно изменится, наполняясь новыми и совершенно неизвестными приключениями.

Затем его посетила весьма важная мысль. Он понял, что не стоит приземляться перед городом с яйцом фельгары, и они ещё не обсудили это с Реной. Ему не хотелось до определённого времени раскрывать эту тайну. Но его опасения были напрасными: Рена летела гораздо правее их поселений, вдоль берега моря, с намерением приземлиться у своей пещеры. Она в очередной раз поразила его своей проницательностью.

Вскоре была совершена ювелирная посадка на выступе пещеры. Рена тихонько опустила яйцо на такое место, откуда оно не должно было никуда покатиться. Когда же и она коснулась земли, то сразу развила бурную деятельность, направленную на заботу о новом поселенце. Ничего не объясняя, она помчалась в лес и стала срывать пушистые ветки с сосен. Насобирав внушительный ворох, вернулась в пещеру и, пройдя к их маленькому тёплому озеру, начала старательно мастерить гнездо. Минут через двадцать она посчитала, что всё в полном порядке, и с большой осторожностью поместила яйцо в центре гнезда. Только после этого с довольным видом посмотрела на Альгерона и сказала:

– Я же говорила тебе, что буду всячески помогать! И, когда малыш появится, я возьму на себя роль няньки, а твой распорядок дня почти не нарушится.

– Ну тогда мне совсем не о чем беспокоиться, всё под твоим неусыпным контролем. Только можем ли мы надеяться на то, что птенец всё же появится?

– Я в этом совершенно уверена. Что такое два месяца без тепла? Мне вообще пришлось ждать пять лет. Я просто чувствую, что там есть жизнь и она скоро заявит о себе. Здесь тепло и сухо, так что нам остаётся только ждать и не оставлять его без присмотра, чтобы первые минуты его жизни не были наполнены страхом. Это потом очень плохо сказывается на характере.

– Ты и об этом знаешь?

– Странно, что ты этого не знаешь. У вас разве как-то иначе? Неужели ваши матери сразу после рождения бросают своих детей и возвращаются к ним много часов спустя?

– Конечно же, нет! Мать всегда рядом с малышом!

– А теперь представь себе, что все матери одинаковы, буквально все! Но сейчас нам стоит поговорить о главном. Я правильно тебя поняла, что завтра на собрании совета мы не упоминаем о фельгаре?

– Да, ты как всегда предусмотрительна. Я думаю, что, пока птенец не появится и даже чуть не окрепнет, не стоит о нём говорить. Осторожность нам не помешает. Завтра на совете мы доложим о решении нашей военной задачи, а затем перейдём к вопросу о геперионах. У меня уже даже есть некий план на их счёт, если наш энтузиазм по поводу их переселения на общем собрании не поддержат. В этом случае я предлагаю их перевезти в нашу местность, а именно на берег нашего любимого озера. Там есть все условия для проживания. Самое главное – это вода, а в ней полно рыбы. Лес, из древесины которого можно построить дома и в котором полно мелкого зверья. Кроме того, они будут постоянно находиться под нашей защитой.

– Мне нравится твой план, но в этом случае у нас не будет места для отдыха. Здесь станет шумно, и мне придётся постоянно улетать к морю, чтобы уединиться на природе, но я готова пойти на жертвы ради этих несчастных людей. Однако я ужасно устала и намерена отправиться к озеру, мне хочется искупаться и отдохнуть в воде…

Рена ушла, а Альгерон стал обдумывать речь для доклада, и в основном ту её часть, что касалась геперионов. Нужно было подобрать нужные слова, чтобы убедить людей согласиться на некоторые неудобства. Необходимо привести в пользу беженцев аргументы, найти в их переселении положительные стороны. И тут он вспомнил, что они занимаются льном. А это весомый аргумент, ведь ткани и всё прочее горожане закупают по высоким ценам, когда к ним в порт приходят корабли с нужным товаром. Теперь всё складывалось наилучшим образом, и настроение его сразу улучшилось.

На утро следующего дня было решено оставить собак в пещере, для охраны нового обитателя, а самим отправляться с докладом. Перед отлётом было видно, что Рена нервничает. Она постоянно била хвостом о стену пещеры и даже не замечала этого.

Альгерон решил её успокоить, приводя нужные доводы:

– Мы же с тобой наметили запасной план на худший случай, поэтому не стоит так переживать.

– Дело в том, что я начинаю злиться, хотя ещё ничего не ясно. В худшем случае я вообще не захочу больше нести ответственность за город и его окрестности, если окажется, что там живут совершенно бесчувственные люди.

– Ну что ты так разошлась? Не будем забегать вперёд.

– Если не будет согласия, значит, они способны думать только о себе. Сколько было сделано для их защиты! Они живут в таких красивых домах, у них есть поводы для веселья и возможности для привольной жизни, и, если их не тронет история этих несчастных людей, я им точно объявлю протест.

– Давай не будем заранее думать о людях так плохо. Примем соответствующие решения уже после собрания. Я и сам в подобном состоянии. Меня тоже тревожат сомнения. Но нужно лучше думать о наших людях. Они много пережили и знают, что такое постоянный страх и чувство безысходности. Давай-ка мы скорее отправимся к городу и положим конец всем этим терзаниям. Они всё равно не приносят никакой пользы.

Подлетев к городу, Рена сделала над ним и сёлами несколько кругов, таким образом оповещая всех о том, что им надо собраться на площади. Люди, ожидавшие их появления, быстро прибывали на место, и через час там уже было большое количество жителей. Альгерон поднял руку, чтобы наступила тишина, а затем в подробностях рассказал о том, с чем им пришлось столкнуться и чем всё это закончилось. Собравшиеся ликовали и благодарили своих спасителей. Понадобилось немало времени, чтобы все успокоились. После этого мэр города наградил Альгерона медалью и мечом, украшенным золотой вязью и камнями. В адрес Рены он произнёс целую хвалебную речь и заверял, что попросит изготовить для неё цепь с памятным медальоном. Но Рена была так напряжена, что лишь кивала головой, не говоря ни слова.

Затем Альгерон попросил всех ещё раз выслушать его, и все сразу затихли. Пока он говорил, не раздалось ни единой реплики, но, когда он попросил высказываться, заговорили все сразу. Поэтому было совершенно непонятно, что именно они предлагают. Дав людям время посовещаться, он выбрал одного наиболее рьяно митингующего и попросил тишины, чтобы выслушать его соображения. Мужчина представился и рассказал, что он живёт в ближайшем селе и занимается выращиванием пшеницы. Его предложение состояло в том, что семьи селян могли бы на первое время приютить переселенцев. Выделить им наделы земли для посадки льна, а дальше те смогут заработать себе на стройматериалы, и селяне помогут им со строительством домов. По общему гулу и выражениям лиц было понятно, что это предложение всем понравилось.

Тогда, чтобы закрепить успех, Альгерон попросил подойти и записаться тех, кто готов разместить у себя беженцев, и тех, кто готов помочь беженцам вещами и продуктами. Сразу выстроилась большая очередь, а люди продолжали громко переговариваться. Все были крайне взволнованы таким поворотом дел.

Когда были составлены все списки, Альгерон попросил людей подумать о самом переезде, для которого понадобится около двадцати телег, чтобы погрузить стариков, детей и их вещи. Теперь к начальнику стражи стали подходить люди, готовые отправиться за геперионами на своих телегах.

Когда все вопросы были решены, заговорила Рена:

– Я очень рада, что вы с таким пониманием отнеслись к этой большой проблеме, поэтому предлагаю всё задуманное осуществить незамедлительно, а именно, уже завтра на рассвете я предлагаю отправиться в путь. Потому что каждый лишний день ожидания будет отражаться болью в сердцах, которые полны надежды на спасение, и это надо понимать. Прошу также всем иметь с собой запас еды и воды, с таким расчётом, чтобы этого хватило и для переселенцев, а также взять луки и мечи, хоть нам уже и не грозит нападение драконов, но там много волков. Безопасность прежде всего. Итак, завтра в пять утра сбор на этом месте.

По возвращении домой Рена, как показалось Альгерону, что-то тихонько напевала. И он не выдержал, чтобы не подшутить над ней:

– Ты, как я могу понять, готовишься к концерту по поводу большого переселения народов?

– А ты просто не можешь не вставить своего слова, не подцепить меня! Это только ты такой язвительный или это свойственно всем людям?

– Нет, я просто очень рад, что наши утренние опасения развеяны и твоё настроение пришло в норму. Ведь от этого очень многое зависит.

– Вот тут ты совершенно прав. Меня не стоит огорчать, самим дороже выйдет.

– Как это понимать?

– А ты попробуй сам догадайся.

– Даже и предполагать не буду, но хорошо, что предупредила. Как, по-твоему, я вполне прилично себя веду?

– Как часто я жалею, что ты человек! Мне так и хочется тебя хорошенько потрепать, но боюсь, что эта трёпка для тебя может трагически закончиться. Поэтому ты шути, но знай меру, а то в сердцах могу и не сдержаться…

На этой высокой ноте они провели остаток дня и легли спать пораньше с расчётом на раннее пробуждение. Утром к их прилёту весь обоз был готов, и они без промедления отправились в путь.

Как и предполагал Альгерон, к месту назначения обоз прибыл уже к полуночи. Несколько человек спустилось к прибывшим спасателям, чтобы высказать им свою благодарность и спросить, что им делать дальше. Альгерон сказал, что им отводится целый день на сборы, а затем все отправятся к месту их поселения, где их уже ждут.

Когда сборы были окончены и люди стали спускать с деревьев в больших корзинах своё имущество и спускаться сами, это произвело удручающее впечатление. Половина беженцев были стариками и детьми. Причём истощёнными и обессиленными из-за того, что очень мало двигались. Одеты все были одинаково, в холщовые рубахи и брюки. Они так радовались, что почти всё время плакали, не веря в столь радостное спасение. Гериот практически не отходил от Альгерона, и, когда тот спросил, в какой повозке разместилась его семья, ответил, что уже два года живёт один, поскольку его родители, однажды отправившись на охоту, больше не вернулись.

Рена сразу внесла предложение:

– В таком случае я думаю, что тебя можно поселить в городе, в доме Альгерона, ведь он всё равно пустует. Будешь охранять дом и составишь компанию чудесному ослику. Присматривать за тобой будет тётушка Альгерона, а мы будем часто тебя навещать. Со временем ты познакомишься с ребятами своего возраста, и жизнь станет гораздо веселей.

Альгерон тут же поддержал её:

– Ты весьма сообразительна, я сразу и не подумал, что мы можем взять на себя заботы о Гериоте. По-моему, всё очень хорошо складывается.

Мальчик, который их слушал едва дыша, просто сиял от радости и не находил слов, чтобы выразить свои чувства. Немного погодя он всё же заговорил:

– Мне всё время кажется, что это всего лишь прекрасный сон. Всё, что происходит в последнее время, слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я даже мечтать не мог, что у меня будет семья!

Альгерон погладил его по длинным белокурым волосам и сказал:

– Да, теперь у тебя есть довольно интересная семья. Ну, раз всё так складывается и я теперь становлюсь тебе отцом, то поведай мне, сколько тебе лет и на каком уровне твои знания?

– Мне уже шестнадцать лет. А знания мои, вероятно, весьма скромны. Одно могу сказать: читать, писать и считать я умею. В нашем поселении образованием детей занимались родители, и до четырнадцати лет я многому успел научиться. Я, конечно же, с удовольствием продолжу обучение, если будет такая возможность.

– Ну это обсудим потом, а пока выбери себе место на одной из повозок. По прибытии мы всё подробно обговорим.

Когда сборы были закончены и обоз тронулся в путь, переселенцы смотрели на удаляющийся лес, который они покидали навсегда, и их глаза снова наполнились слезами. Они прощались не только с лесом, который долгое время был их пристанищем, но и с теми, кто навсегда остался под его кронами…

Два сильных чувства овладели их душами: радость и печаль. Глаза геперионов ещё долго были устремлены в сторону их родного леса. Теперь такое желанное спасение вдруг внесло в их души беспокойство, поскольку всё неведомое, что ждало их впереди, немного пугало. Дух сомнения терзал их до самого приезда на новое место.

Когда спустя сутки обоз прибыл к городу, их уже ждали гостеприимные горожане и селяне, так как вестовые давно заметили обоз, а колокола возвестили о его скором прибытии.

Беженцы не торопились покидать обоз. Их переполняли новые впечатления. Они, никогда не видевшие строений, были настолько поражены их красотой и размерами, что пребывали в каком-то оцепенении, а толпы красиво одетых людей, которые проявляли к ним такой интерес, просто пугали их.

Альгерон предложил своим соотечественникам дать приехавшим некоторое время, чтобы они немного пришли в себя, а потом уже везти их к назначенному месту проживания. Чтобы не терять время даром, он велел принести столы и предложить путникам угощения. При этом напомнил, что следует быть весьма осторожными с горячительными напитками, а то это может сильно повредить людям, которые, возможно, никогда их не употребляли.

Весёлое застолье, а также умеренное количество вина сделали своё дело. Переселенцы стали более раскованными и вступали в беседы, так постепенно все они познакомились с теми, с кем им предстояло жить в ближайшее время.

Спустя пару часов приезжие разъехались по своим новым жилищам в сопровождении гостеприимных хозяев.

Альгерон посадил Гериота на коня, а сам шёл рядом, и они направлялись в его новый дом. Рена смотрела им вслед и ужасно жалела, что в этот важный для мальчика момент она не может быть с ним рядом. Но Альгерон сказал, что он скоро вернётся, и это её слегка успокаивало. Она решила прилечь и немного подремать, чтобы время прошло как можно скорей.

В это самое время Гериот знакомился со своим новым домом. Его здесь поражало буквально всё. Сам дом, который был очень большим, с множеством комнат. Огромное количество вещей, которых он вообще никогда не видел. Он постоянно всё трогал и спрашивал, для чего служит та или иная вещь. Когда он немного успокоился, Альгерон позвал свою тётушку Энею и познакомил их, ибо в основном Гериоту предстояло теперь общаться с ней.

Поскольку эта новость застала тётушку врасплох, она сразу принялась сетовать:

– И что теперь прикажете делать? Ведь мне столько надо предпринять! Надо купить одежду и сводить его в цирюльню, чтобы привести в порядок его голову. Да и готовить теперь надо гораздо чаще, значит надо пополнить кладовую, которая совершенно пуста. Как мне со всем этим управиться?

– Не стоит так волноваться, дорогая моя тётушка! Гериот жил в весьма скромных условиях, поэтому задержка с его экипировкой и походом к парикмахеру его совершенно не побеспокоит. Самое главное – это его питание. В данный момент он сыт, так как хорошо подкрепился на празднике в честь встречи переселенцев, а с завтрашнего дня и начинайте хлопотать. А теперь я вас покидаю, меня ждёт Рена. И ещё хочу добавить, что Гериот у нас навсегда, поскольку я его усыновил. В ближайшее время я пришлю за ним, и его привезут к нам в пещеру, чтобы он мог увидеть ещё один мой дом.

После этих слов он покинул дом и отправился к Рене, которая заметила его, как только он шагнул за городские ворота. Ещё несколько минут, и они уже летели в свою горную обитель.

Первое, что сделала Рена после посадки, – проследовала к новому обитателю пещеры. Там всё было вполне благополучно, и она довольная улеглась спать. А Альгерон обдумывал планы на ближайшее будущее. Принимая тот факт, что жить ему здесь предстоит довольно долго, он решил значительно улучшить условия своего проживания. У него созрел план построить внутри пещеры небольшое помещение, где бы можно было разместить нужную мебель и вещи. Не откладывая эту мысль надолго, он взял лист бумаги, начертил план строения с размерами. Добавил небольшой список необходимой мебели и вещей и определил сроки доставки всего, что требуется. Затем сделал небольшую приписку, чтобы вместе с обозом к нему отправили Гериота. Всё это он поручил своему помощнику Антерию и решил утром же отправить с письмом Фарго.

Примерно через неделю приехал большой обоз с Гериотом, рабочими, стройматериалами и мебелью. В тот же день взялись за дело. Рабочие строили большой короб с левой стороны от входа, но без одной стены, которая была обращена к противоположной стене пещеры. Это было предусмотрено для того, чтобы Рена не чувствовала себя оскорблённой из-за решения Альгерона отгородиться. Они уже обговаривали его план. Но она очень нервничала по этому поводу, постоянно упрекая его в том, что он решил часть времени проводить без неё и поэтому затеял эту стройку. Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы объяснить ей, что спать и есть на полу для него тяжело и что это она проявляет ужасную несправедливость в отношении его. Но она всё равно ревниво наблюдала за строительством, а потом и за расстановкой мебели.

Когда большая комната была обставлена, Рена увидела настоящую кровать, на которой теперь будет спать её друг. Стол, который будет служить ему для еды, чтения и написания писем. Шкафы, в которых теперь аккуратно висит его одежда и сложены постельные принадлежности. Всё, что она увидела, ей очень понравилось, но, когда натянули металлическую проволоку в самом верху строения, от одного конца до другого, и повесили на неё шторы, которые при необходимости полностью скрывали всё, что находится в комнате, она не выдержала и громко заявила свой протест:

– Ну и как это прикажете понимать? Ты и теперь будешь меня убеждать в том, что совсем не желаешь от меня отгораживаться?

– Рена, прошу тебя, пожалуйста, успокойся. Мне опять придётся тебе объяснять весьма простые вещи, на которые ты не обращала внимания, но они мне доставляли большие неудобства. Я тебе приведу несколько примеров. Прежде, для того чтобы мне переодеться, нужно было выходить из пещеры. Чтобы помыться, я вынужден был каждый раз следовать к озеру. Теперь у меня рядом с моим домиком стоит бочка с водой, и я могу слегка обмыться прямо здесь, и, чтобы сменить одежду, мне не надо будет выходить из пещеры, а стоит лишь задёрнуть занавес. Теперь моя жизнь гораздо удобнее, а ты, вместо того чтобы порадоваться за меня, устраиваешь мне скандал, да ещё в присутствии Гериота.

– Признаюсь, что я проявила ужасную несообразительность. Всё казалось таким само собой разумеющимся, что я и не подумала, что это создаёт тебе большие неудобства. Прошу прощения за свои капризы, а твой сынок меня поймёт, ведь в каждой семье бывают маленькие размолвки. Мне только одно непонятно, а почему бы тебе не мыться в нашем тёплом источнике?

– Это из соображений гигиены. Мы же там набираем воду для питья, как же мне там смывать с себя грязь и пыль?

– Ой, сколько у вас, людей, всяких условностей! Но делай как считаешь нужным, я постараюсь ко всему этому привыкнуть.

Гериот, живший во время строительства в пещере и принимавший активное участие в обустройстве дома, сидел за столом и улыбался. Всё, что происходило в последнее время вокруг него, было так интересно, что буквально всё он принимал за великое благо, и эта маленькая ссора просто веселила его.

После завершения дела рабочие уехали, а все оставшиеся ещё немного поговорили, а затем, пожелав друг другу спокойной ночи, стали укладываться спать. Альгерон, предвидя, что его воспитанник теперь часто будет оставаться с ним, предусмотрительно заказал две кровати. Одна стояла у левой стены строения, а другая у правой. Теперь у него была очень большая семья, если учитывать всех его животных. Собаки тоже предпочли спать в новом доме. Фарго хранил верность хозяину и лёг у его кровати, а Сантея легла возле кровати Гериота. Она с самого первого дня его опекала и не покидала ни на минуту. Жители пещеры погрузились в спокойный сон, а её стены надёжно укрывали их от стихии, которая не на шутку разбушевалась и на суше и на море.

Проснулись они от звона колоколов, которые услышала не только Рена. Сильные порывы ветра доносили звуки до вершины горы. Когда они вышли из пещеры, то увидели вокруг настоящий хаос. Множество больших веток сорвало с деревьев, а те деревья, которые стояли поодаль от своих собратьев, были повалены на землю. Стало сразу понятно, что горожанам и селянам нужна срочная помощь. Поскольку всем покидать пещеру было нельзя, для охраны яйца решено было оставить Гериота и собак.

Когда Альгерон и Рена подлетели к городу, было видно, что самые большие беспорядки были в порту. Небольшие рыболовные суда были по большей части перевёрнуты. Рыночные навесы вообще отсутствовали. Многие крыши крестьянских домов снесло порывами ветра. Город практически не пострадал, так как высокие стены и скала защищали его от урагана.

Когда они приземлились, к ним подъехал помощник Альгерона и сообщил, что два рыболовных корабля не успели войти в порт до шторма, и, поскольку они были совсем недалеко от суши, их выбросило на берег. Требуется участие Рены – стащить корабли в воду и помочь им добраться до порта.

Выслушав просьбу, Рена отправились к месту крушения. Ещё на подлёте они увидели корабли, которые словно малые щепки выбросило на берег. Рена спустилась около них, немного подумала и стала вытаскивать из них якорные цепи. После чего объединила корабли и стала потихоньку тащить их к воде, но раздался такой страшный треск, что сразу стало понятно, что при таком способе передвижения суда развалятся, едва достигнув воды.

Рена опять задумалась и стала осматривать берег. Увидев неподалёку сломанные мачты, она принесла их к кораблям, разломала пополам и стала подкладывать под один из них. Когда четыре бревна легли в ряд, она приподняла нос корабля и натащила его на первое бревно, затем стала подталкивать сзади, и судно легко двинулось вперёд. Постоянно перенося последнее бревно вперёд, она спустила первый корабль на воду. То же самое она проделала со вторым. Когда оба корабля уже были на плаву, она вошла в воду, оттолкнула их подальше от берега, а затем стала подталкивать по очереди в нужном направлении. Поскольку команды кораблей отсутствовали, то её не очень волновало то, что судна сильно качало и заливало палубы водой.

Альгерон шёл следом по берегу и с удовольствием наблюдал за её работой. Он был невероятно горд, что Рена очень мудрая и добрая, что она не только готова вступать в бой с врагами, но и помогает людям в беде, которую навлекла на них разбушевавшаяся стихия.

Часа через четыре они прибыли в порт, где Рену опять ждала работа. Ей нужно было навести порядок в порту, поставив на места рыболовные шлюпки. На это у неё ушло ещё четыре часа, и, когда она заканчивала работу, день уже клонился к вечеру. Едва она вышла из воды, как к ней подъехали повозки с угощениями, а затем стали подходить люди и выражать ей свою благодарность за спасение их кораблей и шлюпок.

Домой они прилетели уже на закате, уставшие, но довольные. Войдя в пещеру, они увидели перед собой неожиданную картину. Гериот сидел на кровати, а рядом с ним был ярко-голубой, но довольно большой пушистый шар. Видимо, услышав их, шарик повернулся в их сторону, и они смогли увидеть два огромных глаза, которые внимательно их разглядывали. Сразу стало понятно, что, пока они отсутствовали, на свет появилась маленькая фельгара. Но, вопреки всем ожиданиям, её родителем стал Гериот, и этот факт резко менял все планы. У Сантеи и Фарго прибавилось хлопот, но по всему было видно, что появление нового воспитанника их совершенно не расстраивает. Все сообща стали придумывать имя новому члену семьи.

Первой голос подала Рена:

– А что тут мудрить? Надо оставить ей часть родового имени и назвать её Фельга!

– А почему ты решила, что это девочка?

– По оранжевым полоскам под глазами. У самцов полосок под глазами нет.

Её предложение было принято единогласно, и собаки принялись тормошить Фельгу, пытаясь от неё добиться каких-нибудь ответных действий. Через несколько минут она поднялась на лапки, расправила крылышки и зачирикала. Все пребывали в полном восторге, принимая её действия как игру. Но, когда Фарго протянул к ней лапу, она его клюнула, и все поняли, что она предпочитает в данное время покой.

Альгерон наблюдал за этим и думал о том, что теперь нужно гораздо больше еды, ведь мальчика надо хорошо кормить, а для этого совсем нет подходящих условий. Надо постоянно разводить костры и готовить на лоне природы, а это не всегда удобно, учитывая погодные условия. Он стал обдумывать, где расположить печь, ведь для неё нужна тяга.

Тогда ему пришла мысль разместить небольшую кухню с печью у источника. Там светло, тепло, рядом вода и есть тяга. Опять пришлось взяться за чертежи и расчёты и обратиться за помощью к Антерию. Теперь нужно было решить, где же укрыть Фельгу, чтобы раньше времени не раскрывать её появление. Решение пришло утром, когда все решили прогулять птенчика и для этого направились к озеру. Прогулка Фельге очень понравилась, она сразу же начала исследовать кусты и с радостью принялась поедать ягоды. Она сначала изучила все окрестности, а затем зашла в воду. Немного погодя она опустила в неё голову и стала что-то собирать на дне. Стало ясно, что вопрос с пропитанием малышки решился сам собой.

Глядя на эти прекрасные окрестности, Альгерон решил построить среди кустарника шалаш и оставить в нём Гериота, Фельгу и собак, на то время пока в пещере будет идти строительство кухни. Поделившись с семьёй своими планами, он предложил сразу начать строительство. Его предложение поддержали, и сразу закипела работа. Основную её часть, как всегда, выполняла Рена. Она наломала нужного размера ветви сосны, а Альгерон и Гериот быстро соорудили шалаш. Новое жилище очень понравилось Фельге, поскольку сразу после завершения она вошла в него и никак не хотела его покидать. Только после того, как они удалились от неё на приличное расстояние, она вышла и с недовольным ворчанием, широко расставив крылья, стала их нагонять. Характер у птенца был гораздо сложнее, чем ожидалось. Альгерон часто вспоминал маленькую Рену и видел между ними большую разницу.

Через неделю Фельгу в сопровождении её нянек отправили в новый дом, а в их пещере снова закипела работа. Около озера, в намеченном месте довольно большую площадку вымостили камнем, а затем на ней соорудили большой мангал и стол для разделки продуктов. На стены навесили несколько шкафов для кухонной утвари. Всё получилось очень добротно и красиво. Работы были выполнены за три дня, и жизнь обитателей пещеры снова вошла в свою колею, и теперь внимание уделялось только малышке.

Она, как и Рена, росла не по дням, а по часам. Свой рост она уже увеличила вдвое, и теперь по пещере носился и чирикал огромный комок перьев на ножках. Характер её понемногу улучшался, ибо она привыкла к тому, что её вовлекают в игры. Когда они выходили из пещеры, собаки сразу убегали и лаяли, приглашая её играть в догонялки, и она понемногу усваивала правила игры. Гериот, дойдя до берега озера, прятался в кустах или в шалаше и звал её по имени, и она начинала его искать, а найдя, пыталась обнять крыльями.

Все жили довольно мирно, и время летело совершенно незаметно. Примерно через два месяца Фельга начала говорить. Это были небольшие предложения, но было вполне понятно, что она хочет сказать. В основном это были требования, которые она адресовала Гериоту, и он их беспрекословно выполнял. Основным её желанием были длительные прогулки к озеру. И это было вполне понятно, ведь птицы не живут в пещерах, они любят свободу. Но как раз этого они не могли ей позволить. Но все надеялись, что со временем она привыкнет к тому, что на ночь нужно укрываться в пещере.

Прошёл ещё месяц, Фельга уже довольно хорошо летала, и Альгерон понимал, что уже пора её представить на большом собрании, но решил подождать, пока у неё появится возможность самой защищаться, а именно: появится особый дар усыплять.

Время проходило с видимыми результатами не только у жителей пещеры. Переселенцам выделили большой надел земли для посевов и их будущих домов недалеко от реки, немного поодаль пристани. Геперионы уже успели вырастить первый урожай и принялись за производство тканей и верёвок. Но было ещё одно довольно интересное событие. Один из старейших жителей нашёл в записях своего прадеда, как можно изготавливать кирпичи из глины, соломы и воды. Мужчины быстро смастерили необходимые деревянные формы для будущих кирпичей и принялись свозить к месту изготовления глину. Потом начали косить и сушить траву. Когда всё было подготовлено к работе, они сделали из досок большой квадрат, в который насыпали глину и размельчённую траву, залили всё водой и стали вымешивать ногами до получения нужной консистенции. Однородную массу разложили по заготовленным формам и оставили на три дня для просушки. Таким образом, весьма быстро и совершенно бесплатно появлялось всё больше кирпичей для строительства домов. Этот способ был в новинку для местного населения, поэтому они с удовольствием сначала наблюдали за процессом, а потом начали помогать трудолюбивым и находчивым геперионам. Многим селянам, желавшим построить сараи для животных или пристроить к дому дополнительные постройки, это новшество пришлось весьма кстати, и они тоже принялись за дело.

Через пару недель Рена, пролетая над сёлами, могла наблюдать за тем, как на многих участках сушатся самодельные кирпичи. Теперь не приходилось платить довольно большие деньги за камень, и это являлось хорошей экономией для людей. Так новые жители неожиданно помогли коренному населению осуществить свои планы, не вкладывая в это деньги, а только свой труд. Когда Альгерон летел на следующее собрание гарнизона, то внизу уже виднелись возводимые стены новых домов. Эта картина очень радовала, потому что жизнь поселенцев быстрыми темпами улучшалась, их же стараниями.

Но вот настал день, когда Фельге исполнилось четыре месяца, и возникал вопрос, как узнать, обрела она свой волшебный дар или нет.

Как всегда, на помощь пришла Рена, которая не стала особенно церемониться и во время очередной прогулки на берегу озера заговорила с Фельгой:

– У меня к тебе есть вопрос, ответ на который интересует нас всех. Ответь, пожалуйста, ты уже можешь защитить себя сама, если нас не будет рядом?

– Я уже давно гораздо больше человека, и я думаю, что это я представляю для него угрозу. Ведь у меня очень мощный клюв и острые когти на ногах, а ещё сильные крылья.

– Всё это, конечно, хорошо, но тебе просто пока ещё не встречались люди с опасным оружием. Тут твои когти, а также клюв не смогут помочь. Даже если ты решишь улететь, у них есть стрелы, которые летят весьма далеко.

– Тогда мне придётся спеть им мою колыбельную песню. От неё нельзя убежать, если я лечу следом.

– Именно это нас и интересовало, но ты уверена, что ты уже владеешь этим даром?

– Мне кажется, что да, но мне и самой хотелось бы проверить. Просто скажите мне, на ком это можно испытать?

– А скажи нам, какое расстояние будет безопасным, чтобы просто понаблюдать за экспериментом?

– Я думаю, метров триста, а если хорошо закрыть ушные отверстия тканью, то достаточно и пятидесяти.

– Тогда поступим так. С нашей площадки перед скалой видна небольшая поляна, на которой иногда пасутся косули. Я буду наблюдать за этой поляной в ближайшее время, и, как только они появятся, я тебе сразу сообщу. Ты отправишься к ним, а мы сможем понаблюдать за результатами твоей колыбельной.

Все последующие дни Рена проводила на площадке, но косули как назло не появлялись. Она смогла их заметить только на пятый день, и Фельга тут же полетела к поляне, чтобы удостовериться в силе свого волшебного голоса. Чтобы не напугать животных, она разместилась на большой сосне и, немного понаблюдав за красивыми зверями, запела. Косули слегка встревожились и стали смотреть по сторонам, а потом начали ложиться на землю и засыпать. После чего певунья вернулась к своим друзьям.

Данный эксперимент очень обрадовал Альгерона, и он объявил о том, что на следующее собрание городского совета они полетят в полном составе. Альгерон написал письмо своему помощнику, чтобы через неделю собрали большой совет, на котором они представят ещё одного защитника города. Сам он ужасно нервничал, и это волнение передавалось всем.

В последний день перед полётом Фельга заговорила с Альгероном:

– Что тебя так беспокоит, что ты стал таким угрюмым?

– Я волнуюсь за тебя, хотя знаю, что ты уже можешь себя защитить, и, кроме того, с нами Рена. Наверное, меня преследуют родительские инстинкты. Как бы ни был велик и силён ребёнок, родители всё равно постоянно за него переживают.

– Мне очень приятно, что ты ко мне так относишься. Хотя мой наставник Гериот, я больше доверяю тебе, поскольку он ещё юн. Скорее всего, это я его буду учить, а не он меня. Но я этим вполне довольна. У меня к тебе есть просьба. Когда мы будем среди твоих друзей, закажи для меня такое же снаряжение, как у Рены. Мне бы хотелось приучить Гериота к полётам. Мои предки тоже были дружны с людьми и даже позволяли некоторым из них летать на них, я это точно знаю.

– Я с удовольствием исполню твою просьбу. Я так понимаю, что ты хочешь, чтобы это был сюрприз.

– Совершенно верно. Очень хочется сделать для моего друга что-то приятное.

Настроение Альгерона после беседы с Фельгой улучшилось, и, когда настал день отлёта, он был уже спокоен. В назначенный день было принято решение, что собаки останутся сторожить пещеру, Альгерон с Гериотом полетят вместе с Реной, а Фельга будет следовать за ними. Так представительница фельгар летела на знакомство к людям, которых ей в дальнейшем придётся защищать.

Ещё на подлёте они заметили, как ожидавшие их люди сильно жестикулировали и что-то выкрикивали. Это было неудивительно, поскольку на фоне неба появилась гигантская птица, которую они никогда не видели. Когда защитники города приземлились, гул голосов ещё долго не стихал. Подождав минут десять, Альгерон поднял руку, и наступила относительная тишина. Люди очень внимательно слушали рассказ о том, как герои во время путешествия нашли гнездо с яйцом, и про все последующие события. Упомянул Альгерон и об уникальных способностях Фельги, чтобы никому не пришло в голову с ней пошутить или поиграть против её воли, хотя, наверное, нашлось бы весьма малое количество людей, у которых бы возникло желание позлить пятиметровую птичку. Но могли появиться те, которым бы захотелось запустить ради шутки стрелу издалека и понаблюдать за результатом. Альгерон и это предусмотрел и пообещал, что такой шутник будет обязательно выявлен и жестоко наказан.

После его речи стал выступать мэр города. Он рассыпался в похвалах в адрес главного стража города и приветствовал нового её защитника. После этой речи он дал знак, и к Рене подъехала большая телега, на которой, переливаясь на солнце, лежала груда металла. Мэр объяснил, что ремесленники долго трудились, чтобы изготовить для их защитницы боевую кольчугу.

Двое мужчин подошли к Рене и попросили её нагнуть к ним голову. Когда она это сделала, они накинули на неё петлю и попросили её тихонько подниматься. Петля примыкала к кольчуге, которая по мере подъёма Рены расправлялась, ложась ей на грудь. Когда она полностью выпрямилась, то конец кольчуги опустился ниже крыльев. Справа и слева к кольчуге были прикреплены кожаные ремни, которые мужчины застегнули на спине Рены, взобравшись на неё при помощи лестниц. Теперь Рена имела свои доспехи. Было видно, что она очень довольна подарком. Теперь её уязвимое место было полностью защищено. Она поблагодарила всех, кто принимал участие в изготовлении кольчуги.

Но мэр опять подозвал к себе пару человек, которые держали в руках большой сундук. И, снова обращаясь к Рене, попросил её ещё раз склонить голову. Как только голова оказалась на уровне человеческого роста, мэр открыл сундук и при помощи мастеров надел на её шею красивую цепь. Когда Рена подняла голову, все увидели на её груди огромный медальон, на котором был изображён их город, а на его переднем плане была голова дракона. Все присутствующие стали громко аплодировать и выкрикивать слова поздравления и восхищения, поскольку понимали, насколько расщедрились казначеи города, изготавливая такие подарки. Альгерон радовался не меньше Рены, понимая, что всё это она заслужила.

После награждения начались народные гуляния с обильной едой, питьём и плясками. Несколько человек из рода геперионов решили подойти к Гериоту, чтобы пообщаться с ним, но Фельга издала громкий гортанный звук и закрыла его крыльями. Все присутствующие сразу стихли и замерли. Альгерон внёс ясность, объяснив, что она не знает приближающихся людей и потому решила защитить своего друга от незнакомцев. Гериот в свою очередь объяснил своей защитнице, что это его друзья из леса, где всегда проживали и её предки, и что теперь они живут здесь и от них не исходит никакой угрозы. На что она ему ответила, что о таких визитах надо предупреждать её заранее. Она заботится о нём, а потому любое приближение к нему воспринимает как угрозу. Таким образом, все увидели, что Фельга весьма серьёзно относится к охране дорогого ей человека.

После этой небольшой заминки собравшиеся направились к столам, и началось бурное веселье. Но теперь Рена относилась ко всему этому гораздо терпимее. Она спокойно наблюдала, как её друг с сыном веселятся на празднике, который люди проводят в её честь.

Фельга вела себя совершенно спокойно и с интересом наблюдала за людьми, а потом обратилась к Рене:

– Мне кажется, что люди как-то изменили своё поведение.

– Меня в первый раз это тоже удивило. Оказывается, у людей есть напитки, которые их сначала очень веселят, а потом валят с ног.

– В такой момент и моя колыбельная не нужна, а вдруг именно в этот момент нападут враги?

– Я и об этом говорила Альгерону, но он меня заверил, что стражи никогда не пьют и всегда следят за окрестностями.

– Это весьма слабое утешение, когда большинство мужчин еле двигаются.

– Ты совершенно права, но, немного пообщавшись с людьми, я поняла, что они устали бояться и иногда позволяют себе просто жить.

Дело близилось к полуночи, когда Альгерон дал своим домочадцам команду возвращаться. Целую неделю семья жила, наслаждаясь прогулками по окрестностям, уходя всё дальше от пещеры в северном направлении. На седьмой день, удалившись километров на пять, они обнаружили красивую поляну у подножья горы. Она была со всех сторон окружена кустарниками, покрытыми белыми цветами. Это было так красиво, и, кроме того, в воздухе витал приятный аромат. С горы сбегал небольшой ручей, который протекал по центру поляны, орошая её влагой, поэтому и трава здесь была довольно высокая и имела очень яркую окраску. Все решили, что именно здесь они сделают небольшой привал перед тем, как отправиться домой.

Рена растянулась на мягкой травке и с наслаждением обнюхивала ароматные кусты. Альгерон обходил поляну в поиске ягод, а Фельга направилась к самому подножию горы, её заинтересовали заросли, по форме своей напоминавшие огромную арку с проёмом. Гериот ступал за ней. Когда они подошли поближе, то оказалось, что здесь имеется проход в пещеру. Фельга незамедлительно проследовала вперёд. Гериот, шедший за ней, увидел, что в дальней части пещеры виднеется свет и именно туда устремилась его подруга. Когда они подошли к источнику света, то поняли, что он идёт сверху, а в конце пещеры находится большой водоём. Гериот сразу заметил, что эта пещера очень похожа на их пещеру, с той разницей, что водоём немного меньше и внутри она не делится на две части. Он поспешил сообщить эту новость отцу, и они все вместе стали тщательно осматривать ещё одно творение природы.

Рассмотрев пещеру, Альгерон высказал свои догадки:

– Дорогие мои друзья, а ведь это продолжение нашего водоёма, который течёт под землёй и выходит на поверхность в соседних пещерах.

Рена предположила, что, вероятнее всего, и в этой пещере некогда проживал дракон, ведь это место очень удобное для длительного пребывания.

Эта находка весьма всех оживила, и Рена тут же обратилась к Фельге:

– Мне тут вот какая мысль пришла в голову, а ведь со временем мы можем с тобой расселиться, если наша компания вдруг разрастётся.

– Это каким же образом?

– Ну, насколько я знаю, через месяцев пять ты уже будешь в состоянии воспроизводить потомство, ведь вам, как и нам, для этого помощь со стороны не нужна. В противном случае мы бы уже давно вымерли. Я примерно через два года сделаю то же самое, и мне кажется, что в нашей пещере будет перенаселение.

– Я об этом даже и не думала.

– И я не думала, пока не увидела эту пещеру, но теперь мысли так и теснятся у меня в голове. Я даже уже представляю, как у каждой из нас будет своя пещера и мы будем друг друга навещать, когда нам этого захочется.

– Да ты, я смотрю, большая фантазёрка!

Тут в их разговор вмешался Альгерон:

– Милые мои, я почему-то совершенно ничего не услышал о том, как же будет решена наша с Гериотом судьба.

На его вопрос незамедлительно ответила Рена:

– Да всё очень просто. Вы обретёте свободу и будете гораздо чаще проводить время среди своих соплеменников, навещая нас, когда вам это будет нужно или когда соскучитесь, а мы к вам будем наведываться в случае опасности.

– В таком случае, мне твои размышления очень даже нравятся. Пусть всё именно так и случится, к нашему общему удовольствию.

После этой весёлой беседы все в приподнятом настроении отправились домой, где их ждали друзья Альгерона, которые привезли заказанные им подарки для Гериота с Фельгой и Рены. Сначала с одной из телег выгрузили и занесли в пещеру большие рулоны. Когда их стали раскладывать, то стало понятно, что Альгерон позаботился о более комфортном ложе для Рены. Это были цветные циновки, которые он уже давно заказал для неё. Рена пребывала в полном восторге от того, что и у неё теперь есть настоящая постель. После этого в пещеру занесли кресло, которое он заказал для своего сына и его воспитанницы, что вызвало не меньше радости. Теперь жизнь Гериота будет более разнообразной и интересной.

Когда все немного успокоились, он пригласил своих друзей, которые доставили все эти дары, разделить с ними ужин, и они долгое время проводили за приятными беседами в его комнате за столом.

Уже со следующего дня Гериот начал совершать пробные полёты с Фельгой. Им обоим это очень нравилось, и они с каждым разом отсутствовали всё дольше, обследуя ближайшие окрестности. Жизнь жителей пещеры стала более насыщенна.