Глава 4

А ведь мне действительно выдали самую простую работу. Чтобы ее выполнить, достаточно было просто переодеться в форму, пойти к академическим зданиям во внеурочное время и, избегая знакомых старшекурсников, прогуляться. Возле центральных ворот вниманию учащихся представлялась полная карта, где были отмечены значками сразу несколько библиотек — я запомнила, хотя ставку на них и не делала. Скорее всего, метод очищения эфира не хранится в общем доступе. Или же он требует таких ресурсных затрат, что его хоть на фонарных столбах вывешивай, все равно никто не повторит. Нас больше устроил бы первый вариант — хоть можно было уповать на таланты Руперта и Кея, а не биться головой о тот же фонарный столб из-за полной невозможности повторить технологию.

Поэтому я все-таки искала архив. И для того просто обратилась к проходящему мимо студенту с этим вопросом. Молодой человек остановился, нахмурился и уточнил:

— Архив? Какой еще архив? И что-то я раньше тебя здесь не видел.

Академия огромна! Вряд ли он мог запомнить вообще все лица — разве что дамский угодник, обращающий внимание на любую девушку. Я приплела самое очевидное объяснение:

— Я недавно поступила. Первый курс.

— А-а, понятненько. — Он сделал шаг в мою сторону. — Какая интересно ты заплетаешь волосы — похоже на крестьянскую косу, но все-таки иначе. И зачем понадобился архив столь любопытной первокурснице?

Точно, я угадала с определением, раз он тут же принялся то ли флиртовать, то ли искать зацепки для знакомства. Я вскинула подбородок и отчеканила:

— Я лучшая выпускница Ворданской школы магии, поступила сюда для повышения квалификации, невеста графа Перша и будущая придворная магесса! Двор об этом пока не осведомлен, но я в своих силах не сомневаюсь. Маркиз Дерчанский, между прочим, лично читал мои научные статьи и кивал — а его одобрения заслуживают только светила. И мне некогда лентяйничать, а обычные учебники я еще к одиннадцатилетнему возрасту изучила. Требую архив! Или хотя бы пару-тройку изданий для профессионалов, а не любителей, а то уже чувствую, как глупею, тратя время на этот разговор!

Я и начала-то на громкой ноте, а последние фразы вообще прорычала. Парень отступил — то ли счел меня истеричкой, то ли скучнейшей занудой. И даже не заметил, какую чушь я порола. Ворданская школа действительно существует, но не славится выдающимися учениками, а у нынешнего графа Перша нет никакой невесты, поскольку он уже лет пятьдесят женат, а похвастаться может только выводком дочерей. Маркиз Дерчанский, в принципе, всегда кивает — он глуховат на оба уха и, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, выработал такую странную привычку. Но таких подробностей большинство людей не знает, и обычно, когда сыпешь именами и названиями, речь звучит более правдоподобно.

Молодой человек заторможенно ответил, словно неожиданно попал на допрос к расследователю и боялся утаить правду:

— Так нет же в академии архивов Только отдельные библиотеки для разных курсов. Но наш ректор гордится своей коллекцией редких изданий, у него в кабинете буквально приткнуться негде, повсюду шкафы и полки с книгами. Если наорешь на него точно так же, то наверняка выдаст тебе что-нибудь почитать от неожиданности.

Я подалась к нему грудью и гаркнула, добивая:

— Благодарю! Ты только что внес неоценимый вклад в прогресс магической науки в моем лице!

И гордо пошагала по аллее. К ректору я, конечно, не пойду, но моя задача выполнена и ближайшая цель намечена. Кстати говоря, опешивший парень напомнил мне об осторожности — волосы надо все-таки или распускать, или закалывать шпильками, в ином случае я слишком сильно выделяюсь на фоне прочих студенток. Просто в этот раз поторопилась сбегать туда и обратно, но отныне такой оплошности не допущу.

Передав Кею и Руперту информацию, я засела за упражнения по укреплению разума — рекомендации Лиама требовали немедленной практики. Брат обижался на меня за ночную отлучку, словно я была обязана при похищении его разбудить и все объяснить, а не являться под утро в мужском пиджаке, но его негодование разбилось о привычную заботу:

— Мина, не переусердствуй. Ты очень много тренировалась, твои каналы сильны, а контроль ты развила до предела. Но гнать лошадей ко второму рангу не нужно, иначе свалишься с ног от переутомления.

— Не переживай, мой дорогой, я хорошо себя чувствую, — заверила я, ничуть не солгав.

Вот только посреди ночи проснулась от нарастающих ощущений. Вначале решила, что простыла, так меня знобило. А потом внутри груди возник огненный комок — он начал разрастаться, вынуждая меня метаться по кровати от боли. Кей, конечно, проснулся первым и подбежал ко мне, хотя говорил сдержанно — он обычно в самых критических ситуациях не поддавался эмоциям:

— Что происходит?

— Не знаю, — просипела я. — Меня трясло, а потом

Он приложил ладонь к моему лбу и покачал головой в сторону. Там, оказывается, уже стояла полуголая Татья. Руперта тоже разбудили, он недовольно пробурчал, усаживаясь мне в ноги:

— Может, это просто переход в следующий магический ранг? Приятные, хотя и слишком острые ощущения, через пару минут пройдут.

Приятной я эту боль никак не могла назвать. Она уже распространилась из груди в горло и живот, а потом по каждому каналу потекла лавой. Меня будто заживо варили в кипятке, но я всеми силами пыталась не терять связи с реальностью. Татья суетливо накидывала одежду, говоря:

— Не отходите от нее, я за лекарем!

— Нет, — неожиданно сухо остановил ее Кей. — Это точно переход, у меня было так же — наверное, семейное.

Я знала, что он врет, но не понимала зачем. А Татья остолбенела:

— Ты сейчас издеваешься, или вы на самом деле родня?! И мне насрать, как было у тебя, если девчонка сейчас помрет только потому, что мы мешкали!

Кей секунду поразмыслив, кивнул, но все равно не позволил Татье уйти:

— Я сам отнесу Мину в лекарскую, так будет быстрее.

Он завернул меня в одеяло, вздернул на руки и побежал на выход. Но уже на улице свернул в противоположную сторону, за углом осел на землю и уложил меня к себе на колени. Снова прижал пальцы ко лбу, но промолчал. Наверное, не было никакой лихорадки или малейших внешних признаков болезни, однако внутри у меня пламя выжигало орган за органом, сосуд за сосудом. Я с трудом приоткрыла глаза и посмотрела на брата — хотела спросить, почему он не несет меня в здравницу, ведь дело действительно плохо, но не смогла выдавить ни слова. Кей просто угадал мои мысли:

— Нельзя. Держись, хорошая моя, просто держись. Это точно переход, просто какой-то другой. И я понял, почему так происходит — из-за грязной маны. Она сейчас или выгорит в тебе, или убьет Но если лекари узнают, то тебя сразу же устранит Гельт. Ему не нужны проблемы Понимаешь, сестренка? Я рискую твоей жизнью, чтобы дать тебе шанс выжить.

Я впервые видела, как он плачет, — бесшумно, без лишней мимики, даже не замечая того. Доводы до меня дошли, и значит, мне придется победить эту жуть самой. Он вынес меня из спальни подальше от Руперта и Татьи — им не стоит знать, ведь чем больше людей посвящены в тайну, тем сложнее ее сохранить. Я закрыла глаза, поскольку так утопать в невыносимой боли показалось проще. Кей целовал меня в щеку, в висок, оставляя мокрые следы слез на раскаленной коже, и постоянно подбадривал:

— Борись, сестренка. Ты очень сильная — ты сильнее всех на свете. Пожалуйста, я очень тебя прошу, не сдавайся

В итоге я то ли потеряла сознание, то ли уснула, но даже сквозь пелену продолжала ощущать невыносимый жар.

***

Открыла глаза утром в собственной постели. Кей тотчас подался ко мне — он сидел рядом с кроватью всю ночь и держал меня за руку, боясь пропустить момент пробуждения или окончательной трагедии.

— Как себя чувствуешь?

Я прошлась вниманием по всему телу. Удивительно, но у меня ничего не горело и даже не ныло, словно все страдания приснились в диком кошмаре. Резко сев, я подняла ладони и пошевелила пальцами, а затем и ногами, пытаясь отыскать хотя бы остатки дискомфорта.

— Отлично, — ответила я. — И это не шутка, Кей! Я чувствую себя лучше, чем вчера, когда укладывалась спать!

Руперт подал голос со своей кровати:

— Впервые радуюсь, что я не из вашей пропащей семейки. Ну их, такие сложные переходы. У нормальных людей это несколько минут блаженства, а она тут настоящий цирк устроила.

Татья тоже уже была совершенно спокойна:

— Ну и славно. Хотя меня до сих пор трясет от мысли, что лекарь просто выдал Мине снотворное и отправил обратно. А если бы не помогло? А если бы ситуация ухудшилась? Сразу ясно, что наши жизни здесь и медяка не стоят!

— До тебя это только сейчас дошло? — гоготнул Руперт.

Кей помог мне подняться и подал одежду, все еще постоянно косясь на мое лицо. Но в беспокойстве нужды не было — я действительно стала будто сильнее и легче. Никто не ожидал, что я так быстро достигну второго ранга, а я сумела! И сейчас в самом деле осознавала то, что Руперт и Кей на словах объяснить не могли. Интересно, а мой преждевременный переход не был ли спровоцирован поглощенным эфиром? Да, грязным, но в нем же и усиливающие свойства должны содержаться. И еще любопытнее — выгорели ли все примеси, раз я все-таки выжила? Или теперь каждый новый ранг мне будет даваться настолько же сложными ночами? Что ж поделать, один раз пережила и дальше справлюсь, ведь теперь понятно, что мучения конечны и в итоге принесут настоящий приз.

Ценность подарка стала понятна уже на ближайшей тренировке: я бежала быстрее, прыгала выше, без серьезных затруднений победила Вернея в схватке, хотя ему же в прошлом месяце с треском проиграла. Я теперь маг второго ранга — и любой, кто пока на первом, слабее меня. А таких среди шахтеров — почти все. К сожалению, нам никто не докладывал о переходах других людей, но в любом случае таких явное меньшинство.

Заплетенная коса пока оружием не стала, но наконец-то начала проявлять характер — так же было прежде и с кнутом. Прямо во время физических упражнений она вдруг поднялась и загнулась полукругом над моей головой. Я со страхом сообразила, что прут пока лучше не вплетать — еще не хватало быть убитой собственными волосами! Вот это была бы шутка, которая рассмешит почти всех. Но пока смеялся только капитан Гельт:

— Младшая Дорн, тебе только яда на конец жала не хватает, чтобы окончательно превратиться в скорпиона! Ишь, как хвост уже заворачиваешь!

— Точно, яд! — Кей хлопнул себя по лбу, вмиг взяв удачную идею на заметку. — Отравленный наконечник копья или капсулу — потом придумаем, когда добудем отраву. Ох, сестренка, я буду не я, если не отращу тебе смертоносное жало!

А Гельт уже шагал дальше, чтобы встать в центр круга и огорошить нас очередным известием, которое вряд ли обрадует:

— Замрите, бездари, и послушайте! Вы все еще молодцы, что прошли шахту, но этого мало. Я принял решение: на ближайшем турнире мы будем участвовать в показательных выступлениях, поэтому встаем теперь на час раньше. К сожалению, дуэли пока не намечаются, но надо с чего-то начинать.

И вдруг вперед выступил Имиль и, покосившись в нашу сторону, произнес:

— Я вызываю на дуэль Мину Дорн!

Наша четверка недоуменно переглянулась, но без особых опасений — после подготовки я справлюсь и с этим здоровяком. Правда, убивать его мне очень не хотелось — я ведь почти-почти вписала его в нашу команду, то есть отношение изменила. Зато он, судя по всему, был настроен как раз на убийство — из его пустой головы быстро улетучилась наша кратковременная дружба. Кей ехидно поинтересовался у Имиля:

— Почему Мину-то? Если решил мстить мне — так и вызывай меня. И, кстати говоря, я твоего отца не убивал, иди и мсти в шахту той домарине.

Имиль не ответил, он гордо выпячивал грудь и ждал ответа Гельта. Зато Лодушка не удержалась:

— Потому что это не месть, если ты просто сдохнешь, Кей Дорн! Сначала надо убить твою сестру, потом всех твоих приятелей, и вот когда ты выть от одиночества начнешь — тогда и до тебя доберемся!

Вся их многочисленная братия закивала с угрожающими ухмылками. Понятно, то есть на место погибшего Аша встала полубезумная Лодушка? Они не разбежались из банды, а объединились теперь вокруг нее. Ну а Имиль — это просто Имиль. Все еще обычная дубина, которая без возражений бьет того, на кого старшие пальцем покажут.

Я тихо произнесла, обращаясь к брату:

— Удивляюсь, что они не напали на нас, а решили вызвать на открытую дуэль — что бы это могло значить?

Кей ответил шепотом:

— Что эта Лодушка далеко не так проста и неплохо строит прогнозы на далекое будущее. Она уверена, что Имиль тебя победит, а уж тот первый из шахтеров, кто победит на дуэли, сразу станет на хорошем счету у Гельта. Вся их группировка начнет обзаводиться влиянием. К тебе у нее претензий нет, но она использовала предлог и выбрала из нас самого слабого. Не исключаю, что именно для того так истошно возле шахты и вопила — сразу же начала готовить почву. Да никто в здравом уме не поверил бы в эту чушь. Разве что Имиль. И все, кому нужен был повод.

Я аж присвистнула. Кто бы мог подумать, что за этим обезображенным алкоголизмом лицом скрывается хитрая интриганка? Вероятно, мне надо согласиться и обязательно победить — пусть уж наша команда вырывается вперед. Тем временем Лодушка что-то нашептала Имилю на ухо, и здоровяк проговорил громче:

— Начальник, я вызываю на дуэль Мину Дорн! — послушал, что еще добавила Лодушка, и повторил: — За то, что ее брат убил моего отца и должен пережить такую же потерю!

— Идиот, — отозвался Гельт обреченно. — Нужны дуэли со студентами! Какой смысл, если вы друг друга будете молотить им на потеху?

На этот раз сама Лодушка и отреагировала:

— Имиль пытался вызвать какого-то придурка, гуляющего возле нашего полигона. Тот только расхохотался. Студенты не принимают нас всерьез!

Гельт всплеснул руками.

— Так и я бы расхохотался! Для дуэли нужен повод, а не прогулка по улице. Желательно не такой надуманный как тот, что Дорн прикончил его папашу, будто никто из вас в шахте не бывал и не знает, каково там. Но тут хотя бы за уши повод притянули.

— Капитан, — подала и я голос. — Я согласна с ним драться, если это хоть чем-то поможет всем шахтерам. Оружие пусть использует свое, как и я буду использовать свое.

Гельт обдумал и устало отмахнулся:

— Ладно, тогда подам заявку на дуэль после турнира. В конце концов, студенты же друг с другом дрались до нашего приезда, почему и нам нельзя? Только сделайте одолжение — не до смерти. Вы оба бесите, но на фоне других хотя бы перспективные.

Это он напрасно воздух сотрясал. Лодушке нужна победа — для статуса. Но Имилю требуется воплощение надуманной мести. Я невольно вздохнула — все-таки жаль, что так случилось. Имиль по природе беззлобный человек, просто жил в плохой среде и научен под нее подстраиваться. Попади он к хорошим людям — через год-другой и не узнали бы его, стал бы настоящим героем.

Кей развернулся, раз тренировка закончена, и взволнованным не выглядел.

— С сегодняшнего дня по вечерам будем готовиться. И не нужно нам белобрысых консультантов, — он скривился, вновь припомнив мой ночной урок с Лиамом. — Ты с этой тушей справишься. У Имиля только сила, у тебя — скорость, ловкость, второй ранг магии и готовый артефакт. Начну подкидывать тебе боевые заклинания — вряд ли пригодятся, но доведем уверенность до абсолюта.

Руперт зазудел:

— Ну, я бы для приличия посомневался! Мы тебе рассказывали, как этот дурак сожрал в шахте эфир? Я решил, что он прямо там и подохнет, но нет же. И до сих пор ведь не подох! То ли его желудок действительно что угодно переварит, то ли Имиль бессмертный.

Мы с Кеем молча переглянулись. Противный Руперт нередко бывает прав — по крайней мере недооценивать Имиля точно нельзя. Успокаивало, что он столько же времени, как я, не практиковался и курс общей магии не проходил. Значит, вряд ли тоже совершил переход. Но на всякий случай такую вероятность лучше не исключать.

***

Впервые я пропустила лекцию профессора Игмура по собственной воле, а еще вчера казалось, что такое невозможно. Но приоритеты — штука непостоянная. Я как раз шла на занятие, когда увидела возле центральных ворот скопление дилижансов. От любопытства сдала поближе, поскольку время еще было, и узнала не только знакомый транспорт, но и одного из мужчин. Кажется, он как раз выписывал пропуск, чтобы пройти на территорию. Нам «поводки» ослабили, но пока не было возможности прогуляться за этими стенами, поэтому сама процедура входа-выхода для меня оставалась загадкой — или же нас будут пропускать по каким-нибудь жетонам, как прочих учащихся?

Однако сейчас меня интересовало другое: этот самый худощавый старик в добротной одежде и стоял на обочине после того, как его кортеж перекрыл нашу колонну. Он кого-то высматривал, да и сейчас явился, очевидно, с той же целью. Раз Гельт на его просьбы не отреагировал, то можно попытаться прыгнуть через голову капитана — то есть идти сразу к ректору.

Я осмотрелась — старшекурсников-наблюдателей видно не было, но они часто и не показывались на виду. Сделав еще пару шагов вперед, я застыла. Боялась начать надеяться, но мысли уже скакали, прыгая одна на другую и мешая хоть что-то четко сформулировать. Этот мужчина не был мне знаком, и он точно не расследователь, а пропавшую герцогиню разыскивали бы или столичные расследователи, или кто-то из верных друзей отца, не поверившие в байки Шеллы. А вдруг я просто давно не видела какого-нибудь генерала с Рубежа, позабыла его лицо, а он невероятным образом обнаружил мой след? И тогда через пару минут все наконец-то изменится. Я верну свое положение, потом использую все влияние, чтобы уничтожить Шеллу и Лиама, наказать герцога Аврея, вызволить Кея и Татью Да и Руперта, черт с ним, даже Руперта!.. Однако ноги вперед не шли, поскольку ни единого подтверждения моим надеждам разум не видел.

Мужчина гаркнул на охранника так громко, что я расслышала:

— Укажите, что по личному вопросу! Сколько бюрократии!

В сопровождении пары человек он наконец-то миновал пропускной пункт и тоже замер, увидев меня — буквально выцепил из десятков лиц то единственное, которое рассмотрел в окне проезжавшего экипажа.

— Это ты? — он спешил в мою сторону, но кричать начал еще издали. — Ты Мина, которая служила подавальщицей в харчевне Тайта? Или кто из вас Мина?!

Рядом со мной возникла Таланея. Эрман тоже уже подбегал. Как и ожидалось, традицию контролировать мои передвижения по академии студенты нарушать не собирались.

— Ты почему не на уроке? — спросила студентка, вынудив меня вздрогнуть. — И что тут происходит?

Ей я тоже ответить не успела. Мужчина преодолел последнее расстояние и неожиданно схватил меня за лацкан форменного пиджака.

— Отвечай немедленно! Ты Мина?! Похоже, что так! Идем со мной, бесовка!

Эрман ловким движением оторвал его руку от ткани, откинул мужчину от меня, а Таланея тотчас встала передо мной, не позволяя больше меня хватать. Старик взревел, будто от боли, но успокоить его старались не только студенты, но и один из его сопровождающих — то ли охранник, то ли секретарь:

— Ваше благородие, держите себя в руках, не нужно устраивать шум!

Не в силах добраться до меня, он рыкнул в его сторону:

— Ты только глянь, как хорошо она устроилась — живая и здоровая! Ей место на плахе или на каторге, а она тут развлекается!

В голове раздался хлопок, отчего все мысли подпрыгнули и улеглись заново, уже в правильных местах. Даже фамилия вспомнилась, хотя ей я практически не придавала значения — барон Тебольд. Я видела его сына пьяным и когда его лицо было искажено похотью, а потом яростью. И вот сейчас при одинаковых эмоциях можно было уловить семейное сходство.

Таланея, не оборачиваясь, распорядилась:

— Мина, спокойно. Я сразу же призвала Лиама, он должен появиться. Если потребуется, вызовем Ири с Ристом, но пока не вижу смысла их беспокоить.

Тем временем Эрман нацепил маску вежливости и, не позволяя барону его обойти, раздавал монотонные рекомендации:

— Если она вам что-то сделала, то вначале нужно обсудить это с ректором академии. Понимаете, у нас тут строгий устав. Давайте я провожу вас в его кабинет?

Тебольд и на него взъелся:

— Да твой ректор тоже скажет — мол, не в его полномочиях! Где искать справедливость?! — Эрман его не так волновал, поэтому мужчина вновь закричал в мою сторону: — Ты поплатишься, мерзавка, я клянусь тебе всем, что у меня есть! Раз в нашем королевстве нет правосудия, то я сам его совершу! Когда-нибудь ты выйдешь отсюда — и тогда берегись, гадина!

Подбежала и охрана с пропускного пункта — сейчас барона или позорно выставят за ворота, или под конвоем сопроводят к ректору. Я и не видела, когда подошел Лиам, лишь услышала его голос сзади:

— Иди на наше место, я скоро буду там. И когда ты вернешь мне мой пиджак?

Скандал утихал, а Таланея и не думала принимать заварушку слишком близко к сердцу. Она обернулась и глянула поверх моей головы на Лиама, хитро заметив:

— У-у, «наше место», «пиджак» Пора уже начинать делать выводы?

— Изволь, — он, как обычно, принимал любые обвинения.

Я, все еще дрожа, повернулась к нему и постаралась отвлечься:

— Приходи и забирай пиджак когда угодно. Кстати, на тебе сейчас такой же, так что твой плохой день с моим не сравнится.

— Запасной комплект, — отозвался он. — Уйди уже с его глаз, я приду и сообщу, что тут произойдет без тебя.

Я и пошла, всеми силами заставляя себя не оборачиваться. А «наше место» — это скамья, где мы проводили ночной урок, или все-таки крыша, откуда Лиам меня спихнул? Если ему будет надо — найдет меня где угодно, поэтому я не выбирала и отправилась куда ближе. Когда поднималась по железной лестнице, ощущала, как сильно дрожали ноги. Моя жизнь и без того не проста, но такого усложнения я абсолютно не ожидала.