Глава 10

А утром пропал Руперт. Мы недоуменно рассматривали его разобранную, но уже пустую кровать. Кей предположил:

— Он ушел сам. Может, решил размяться на рассвете? Все-таки нам сегодня предстоит непростая задача, да еще и первыми придется спускаться в шахту.

— Может, — неуверенно отозвалась я.

Только на полигоне Руперта не оказалось, и к завтраку он не явился. Перекличку, к счастью, не делали — все равно скоро в экипажи грузиться, но это ничуть не успокаивало.

Я взволнованно рассматривала Лодушку в окружении грузных мужчин. Они уже давно сдвинули несколько столов, чтобы усаживаться вместе, с тех пор за ними место в столовой и закрепилось. Почти уверенно произнесла:

— Она сделала очередной ход — сначала лишила нас Татьи, сегодня и Руперта. Или выбрала из нас самого слабого, или продумала на несколько шагов вперед Точно! Это же идеальная махинация — Руперта отпустят, если Лодушка выйдет из шахты живой!

Кей серьезно поразмыслил и возразил:

— Невозможно. Пусть Лодушка и не слабачка в магии, но украсть человека из запертой комнаты так, чтобы он даже не пикнул, — это все-таки абсолютно другой уровень. Хватит нам и одного Лиама Северта, два — уже серьезный перебор. По моим прикидкам, у нее наверняка второй ранг или, в худшем случае, самое начало третьего.

Я поверила. Просто стало бы слишком страшно, если бы не поверила.

И действительно, Руперта никто не захватывал — самодовольная морда обнаружилась сама, когда мы уже грузили вещи в огромный дилижанс.

— Ты где был?! — Я едва не набросилась на него с кулаками, хотя испытывала только облегчение. — Мы тут чуть войну банде Лодушки не объявили за тебя, а ты посмел явиться живым и здоровым?

Руперт распахнул куртку, показывая какие-то папки, и с горделивой улыбкой объяснил:

— Только сегодня получилось попасть в капитанский кабинет. Как ни сунусь — постоянно охрана. А сегодня все были заняты организацией поездки, вот я и улучил момент. Личные дела всех троих — Торока, Лодушки и Хосса, как твой заносчивый братец и умолял. Грит, добудь, благодетель, без тебя мы ничего не стоим. Ну ты и сама все слышала.

— Спрячь. — Кей обводил глазами толпу, контролируя любое нацеленное на нас внимание. — Но ты мог хотя бы предупредить. А заодно и действительно молодец.

— Еще бы! — Руперт имел все основания и принимать похвалу, и хвалить себя самостоятельно. — Когда вернемся в академию, я снова сразу исчезну. Кабинет на время нашего отъезда заперт, но это для меня не проблема, лишь бы охрану не успели заново выставить. Эх, где же и моя невидимость? Да умей я такое — меня бы вообще жандармы не поймали!

— На восьмом ранге об этом подумаешь. Или на шестом, если ты тоже лучший студент за несколько потоков, — утешил Кей. — Так что поговорим лет через десять. Правда, твой предшественник к тому времени уже будет на три тысячи двести пятидесятом — ему плевать, что рангов всего десять. Но кто на него ориентируется?

— Ты, — с ухмылкой поддел Руперт. — Места себе не находишь. Лиам — главная козырная карта, которая нам досталась, а ты все рожу кривишь. Ну хорош же бесенок, согласись! Или че, ты привык быть на вершине пищевой цепи, да внезапно место оказалось занято? Не переживай, уважаемый глава отряда, зато какие-то девки твои — есть же такие дуры, которые предпочитают брюнетов блондинам! Ой, стоп, а единственная девка — твоя собственная сестра, вот ведь невезуха.

— Тебе сейчас шею свернуть или сначала в шахту спустимся, чтобы никто не видел, как ты обгадишься?

— Так я от чистого сердца за товарища переживаю! — разошелся Руперт. — Татья пока болеет, советую быстренько приглядеться к Лодушке, а то у нее линия жизни уже сегодня прерывается.

Кей на подколки реагировал так же легко:

— Ого, как у тебя без женской ласки мозги потекли — все мысли только об одном. Хотя смотрю на твою пучеглазую морду и понимаю, что у тебя на личном фронте всегда одинаково — хоть на свободе, хоть в тюрьме, хоть в шахте. Ни одна же добровольно не согласилась, правильно?

— Чего это не согласилась? — деланно обиделся Руперт. — У моих любимок же просто установлен тариф. Правда, самые ушлые из них накручивали цену втрое, когда мое прекрасное лицо разглядывали. Теперь ты и мне завидуешь? Никак остановиться не можешь?

— Я вот уже на дне жизни, но представить не могу глубину подвала, откуда я мог бы тебе хоть в чем-то позавидовать.

— Ребята, заканчивайте, — поторопила я. — Идем, надо занять правильные места.

Хоть мы сели на самую последнюю скамью и смогли укрыться за спинами сидящих впереди, но просмотреть папки удалось не сразу — опасались попасться на глаза сержанту, но и он устал бродить туда-обратно, отчего вскоре уселся где-то в середине. Документы оказались весьма подробными — буквально все собранные расследователями факты и показания свидетелей. Непонятно, зачем такие детали Гельту или министерству, — наверняка просто полностью изымали дела, чтобы даже имя шахтера в судебном производстве нигде не фигурировало.

Мы передавали бумаги, снова и снова перечитывали и менялись, как будто надеялись, что при втором взгляде ситуация изменится. Делиться мнениями и тем более продолжать друг над другом подшучивать никому не хотелось. А в груди давило так больно, что дышать становилось труднее. Хорошо, что Руперт добыл эти папки. Плохо, что так поздно — мы приняли неверные решения, которые уже не изменить.

***

К нашему приезду шахта уже была готова для спуска. Профессионалов под землей не было со вчерашнего дня — поблизости мы их не видели, вероятно, решили устроить себе выходной. Значит, Гельт тянуть не станет, и с минуты на минуту отправит первый отряд к подъемнику. Но пока приказа не раздалось, мы не приближались и прятались от жары в сени деревьев.

— Как думаете, Лиам уже внизу? — задумчиво поинтересовалась я.

Кей ответил:

— Если он все-таки нашел способ добежать отсюда до дыры за двадцать секунд. Там постоянная охрана, они даже на перерывы отходят посменно.

Руперт добавил предположение:

— Или если он нашел способ растянуть двадцать секунд на пару минут. Какова вероятность, что его магические каналы все-таки разорвались? И каким надо быть идиотом, чтобы искалечить свой резерв ради участия в эксперименте с неизвестным результатом?

— Достаточно быть мною, — раздался тихий голос за нашими спинами. — И нет, оба перечисленных способа я не нашел. Придется воспользоваться третьим.

Обернувшись, я на миг изумилась. Лиам был одет не в ставшую привычной академическую форму, а в какой-то разнородный комплект — кожаные штаны, похожие на наши, только коричневые, высокие ботинки со шнуровкой, серую куртку с глубоким капюшоном, сейчас натянутым на голову. Вообще-то, образ он подобрал верный — примерно так же одеваются обычные шахтеры, для них удобство важнее внешнего вида, а щеголять модными нарядами перед слепыми тварями нелепо. Притом любой, кто заметит его здесь, решит, что один из профессионалов подошел поболтать — подобное же никто не запрещал ни им, ни нам, и слишком светлая, оттого запоминающаяся, шевелюра не привлечет внимания.

Кей кивнул, принимая любой способ, раз уж от компании Лиама не отделаться:

— Тогда можешь двигать. Мы уже скоро присоединимся. — Он махнул в сторону нашего капитана, заканчивающего последние приготовления.

А я насторожилась от неясной тревоги. Вчера, когда Лиам приходил в нашу комнату, он ни разу не посмотрел на меня — может, просто не было повода, а может, немного тушевался от недавних слишком личных признаний. Но сейчас он смотрел в мои глаза прямо и ничуть оттого не волновался.

— Какой еще третий способ? — уточнила я, уже выстраивая примерную цепочку.

— Все правильно, — Лиам кивнул, словно я полностью озвучила мысль. — Давай руку. Потом с мылом ее помоешь, если успеешь. Три секунды твоих страданий, и наша проблема решена. — Он оценил мои чуть расширившиеся глаза и усмехнулся: — Мина, не глупи, ты слишком зациклилась на боязни прикосновений.

Я знала, что это сработает, ведь когда-то я молнией унесла ноги от преследовавших меня Аша и Имиля. Эффект колоссальный. Правда, длится недолго — не зря знакомые Руперта, которые были в связке, почти постоянно держались рядом и погибли в объятиях друг друга. Если касание не прерывать, то и сила останется десятикратно увеличенной. Поэтому даже удивительно, что Лиам не с этого и начал. Но мой резкий отказ опередил Кей:

— Нет. Придумай еще какой-нибудь вариант, ты же такой умный.

Он выступил вперед, закрывая меня собой. Лиам склонил голову набок и медлительно произнес:

— В любой другой ситуации я с удовольствием с тобой поспорю о любой ерунде, но сейчас нет времени для этой чуши.

Лиам с невероятной скоростью и плавностью поднырнул под вскинутой рукой Кея, на продолжении того же движения подхватил меня за талию, развернул к себе и сжал ладонь.

— Вот видишь, это почти не боль — он осекся, а потом отшатнулся, устремив на меня серые глаза. Голос его дрогнул: — Что происходит? Твои каналы изуродаваны, искорежены Мина, ты больна? Ты больна настолько, что сейчас корчишься в предсмертных судорогах, а я вижу иллюзию здорового цвета лица?

Значит, переход на второй ранг тлен из моей крови не выжег, а я втайне на это рассчитывала. И Имиль не унаследовал эту заразу — а на это я надеялась всей душой. Таить секрет было поздно, сила Лиама слишком чутко настроена на состояние моей магии. Но это все потом, а пока в глухой тишине я спросила:

— Наша связка тоже перестала работать?

— Работает — заторможенно ответил он. — По-другому, но все-таки

— Тогда не трать время.

Лиам моргнул, медленно повернул голову в сторону шахты, сделал несколько шагов, пошатнулся, вскинул голову, собрался и пропал. Дальше он точно справится. Одновременно заорал и Гельт:

— Дорны и Руперт, вы что там торчите? Думаете отделаться от задания? Шевелите булками!

Мы поспешили вперед к остальным, уже приближавшимся к подъемнику. Правда, Руперт заинтересовался:

— А что случилось-то, Мина? Ты реально больна, или у Лиама от натуги все в голове перемешалось?

— Все потом, — рыкнул Кей. — Сейчас перед нами стоят вопросы, которые не отложить.

Грузились в корзину и спускались молча. Скрип шестеренок не успокаивал, но настраивал на нужный лад. Хосс заметно нервничал. Лодушка улыбалась в пространство между моим плечом и плечом Кея. Торок ободряюще улыбался то мне, то Руперту — дескать, мы уже сработались, и сегодня справимся.

Далеко уходить вглубь мы пока не собирались — план надо реализовывать строго по порядку.

— И что мы стоим? — нахмурился Торок.

Мы просто молча ждали, когда из темноты за его спиной выделится фигура в глубоком капюшоне. Значит, Лиаму удалось без проблем прыгнуть в шахту. Он без единого шороха вскинул руку, беззвучно прочитал короткое заклинание, после чего сначала Торок, а затем и Лодушка с Хоссом закатили глаза и осели на землю. Ни один из них даже не успел заметить постороннего. Мы задумчиво рассматривали безмятежные лица спящих, все еще не в силах прийти к новому решению.

Однако Лиама волновало совсем другое — он переступил через ноги Лодушки и заявил, не думая приглушать голос:

— Мина, нам нужно поговорить!

— Сейчас? — я тяжело вздохнула. — Напомнить, что времени в обрез? Вам с Кеем придется идти первыми — расчищать путь и добыть одну голову монстра, я пойду следом, пока не найду эфир. Руперт останется здесь, чтобы какая-нибудь наглая шестинога не добралась до этой троицы. И только после мы сможем приступить к основной задаче.

Он услышал только первое слово и упрямо на него ответил:

— Сейчас. Или засуньте весь этот график шестиноге под хвост. Что с твоими каналами? Ты вообще в курсе, что у нас связка, по которой передается и усиливается магия — и я не из банального любопытства интересуюсь? Касалось бы это только тебя — мне бы и дела не было. Я ведь в прямом смысле прикоснулся к твоему резерву и только потом понял, в какую странную субстанцию вляпался.

Осознав сказанное, я невольно отшатнулась, а вопрос вылетел помимо моего желания:

— Ты теперь тоже заражен тленом?

— Чем?! — на высокой ноте взвизгнул Руперт.

На него я не посмотрела. Казалось, что раскрытие тайны перед тем, кто и так постоянно рядом и получает выигрыши от нашей компании, не так ужасно, как перед Лиамом с неизвестными мотивами. В ярком свете нагрудных фонарей показалось, что лицо последнего не дрогнуло — разве что кожа стала бледнее. И голос стал еще холоднее, чем обычно:

— Присоединяюсь к вопросу — чем?

Выкручиваться было поздно. После вздоха я подтвердила:

— Тленом. Я и Имиль совершили ошибку, но ему повезло меньше — он показал это от незнания, за что и поплатился. Извиняться перед тобой не стану. Я не хотела, чтобы ты ко мне прикасался, Кей пытался тебя остановить, поэтому вини только себя.

Я не кривила душой и сожалений не испытывала. В конце концов еще недавно я мечтала о смерти сына Шеллы и все еще не уверена, что он к моему делу непричастен. Вполне возможно, я и сама когда-нибудь использую этот козырь — если узнаю, что мое свержение произошло при его участии или одобрении, то лично и заявлю о том, что мы оба носим в себе тлен. Пусть Лиама уничтожат архимаги, раз моих силенок не хватает. Правда, придется отодвинуть его в конец очереди, сначала доберусь до всех, заслуживающих мести, а после уже можно будет и полечь рядом с последним.

Мой брат успешно держал себя в руках — он тоже уже осознал, что шаг назад не сделаешь, поэтому придется танцевать от той точки, в которой мы оказались:

— Северт, ты ощущаешь заражение? В этом случае тебе тоже придется молчать — никуда не денешься.

Лиам чуть опустил голову, прислушиваясь к ощущениям. После паузы неуверенно проговорил:

— Никаких изменений нет. Вначале появились странные ощущения, но потом исчезли как если бы в меня попала грязь, но потом очистилась. Все-таки мой ранг в три раза выше, каналы гораздо сильнее, чистой силы много — ее хватило, чтобы нейтрализовать искажения.

— Или тлен развернется в тебе позже, — так же монотонно продолжил Кей. — А молчать ты будешь в любом случае. Подумаешь заявить на Мину — я сразу же выдам информацию и про тебя. О вашей связке знают многие, в том числе Рист и Ири, они подтвердят. Будешь ты заражен к тому моменту или нет, уже мало кого волнует, разбираться не станут. Тленная магия пугает людей так сильно, что хватит и одного подозрения. Что, герой, подставишься ради того, чтобы сдать мою сестру?

Лиам отвел от него взгляд, вновь посмотрел на меня и прямо не ответил:

— Скрывать можно, но не до бесконечности. Рано или поздно Мина начнет с удовольствием истязать и убивать людей, такую маниакальную потребность отмечали у всех тленных магов. Когда это начнется, мы тоже продолжим молчать?

— Нет, — решительно возразил Кей. — До того момента мы найдем лекарство. Возможно, чистая мана постепенно уберет все искажения. А если нет, то обязательно отыщем еще какой-нибудь способ.

Лиам выглядел таким заторможенным, словно был не с нами, а копался в ворохе своих многочисленных знаний и всех прочитанных книг. И в итоге нехотя заявил:

— Я не знаю о лекарстве. И, похоже, никто не знает. Существуй оно, Имиля не приговорили бы так скоро — увезли бы подальше, попытались излечить, а уже потом по результатам решали бы его судьбу. Я достаточно хорошо знаю нашего ректора, он никогда не пойдет на крайние меры, если есть хоть одна возможность спасти человеку жизнь. Ладно, мы действительно потратили слишком много времени, поэтому меняем план. Эфира на первом уровне уже нет, весь собрали. Поэтому мы с Кеем спустимся на второй, добудем его и голову монстра. А вы пока найдете подходящую пещеру и разведете огонь. Так будет быстрее.

Мой брат кивнул и прикрикнул на Руперта:

— Ну, что застыл? Радуйся, что опять обошелся без грязной работы! Но на всякий случай будь внимателен — мелочевка могла сюда пробраться. Если Мина пострадает — три шкуры с тебя спущу.

— Да хватит тебе уже рычать, замотал до колик, — устало отмахнулся вор. — Вы, черти, почему и меня заодно не усыпили, прежде чем сыпать страшными тайнами? Обещаю, если я сегодня в шахте тоже случайно погибну, то останусь в этом мире призраком и найду способ свернуть вам кровь!

Кей даже не отреагировал — пошагал в темноту первым. Я с вымученной улыбкой успокоила:

— Отставить панику, никто тебя убивать не собирается. Руперт, ну ты уже с нами повязан тайными делишками — одной больше, одной меньше. Или ты думаешь, что тлен в моей крови намного серьезнее воровства у Гельта, ректора и самостоятельной очистки эфира? Наше министерство добротой не отличается, если ты еще не понял.

— Да понял я, понял, — скривился он. — А ты, маньячка, держись от меня подальше — еще не хватало и мне заразу подхватить.

Зарядил арбалет и отправил меня вперед. Ясно, не доверяет и опасается удара в спину. Про заражение тленом просто отговорился, ведь не зря же мы брошюру штудировали — к счастью, тленная магия от человека к человеку передается разве что по наследству. Про магов в связке вопрос пока остается открытым, но это не случай Руперта.

Пещеру мы выбрали ближайшую. Я колдовала небольшой огонь, надеясь, что он не выжжет весь воздух до того, как мы закончим, и раскладывала на полу нужные ингредиенты, а Руперт за ноги тащил спящих поближе, чтобы их не обглодали слепые монстры. По нашим предположениям, чудовища острее реагируют на звуки, чем на запахи, поэтому у мирно спящих большие шансы вообще не привлечь внимания хищников. Однако рисковать мы права не имели. Эту дилемму придется решить всем вместе, а пока я старалась сосредоточиться на текущей задаче.

Сначала Руперт приволок самого тяжелого Торока, затем Хосса И, когда он уже отправился за Лодушкой, я краем зрения отметила мелькнувшую за отблесками пламени тень. Руперт взвыл от боли, но я успела молниеносно расправить кнут и положилась на сознание артефакта.

Плеть обвила шею твари тугой петлей и рванула на пол. Ударенная башкой о камни шестинога извивалась в попытке вырваться. Руперт был жив, но ранен, и я поспешила добить монстра точным ударом ножа в череп. Осмотрелась в поисках других противников, но их больше не было — возможно, эта мелкая особь притаилась где-то в щербине тоннеля и ждала подходящего момента.

Я побежала за брошенной на полу Лодушкой и, волоча ее к огню, постаралась не выдать голосом волнения за здоровье напарника:

— Руку зацепила? Шея цела? Сосредоточься и запускай исцеление, еще держи флакон с зельем — не думала, что так быстро пригодится. Мы через четверть часа будем на поверхности, лекари легко справляются с такими ранами. А если потеряешь сознание — ничего страшного, дотащим до походной здравницы.

Отползший к стене Руперт перестал скулить и, баюкая израненную конечность, как-то странно уставился на меня. А после очень долгой паузы неожиданно растянулся в щербатой улыбке.

— Выходит, мне повезло с такой проверкой. Такой прекрасный шанс списать меня со счетов, не придерешься, но ты даже мысли не допустила. Странно это. Я бы на твоем месте сначала позволил шестиноге меня доесть, а уже потом суету наводил бы. И нет хотя бы одного свидетеля твоего секрета.

Я покачала головой, уже слыша в тоннеле звуки шагов возвращающихся парней. Руперт сейчас не разыграл удивление, он всерьез поражен и пытается склеить разнородные звенья логики. Поначалу он всех нас сильно раздражал своим скользким характером. Но если вдруг он стал таким как раз потому, что в его окружении все друг друга «списывали со счетов» при первой же возможности?

Появившимся в низкой арке Кею и Лиаму пришлось очень бегло описать произошедшее, и мы без перерыва перешли к следующему шагу.

Способ очистки на самом деле оказался сложным лишь на бумаге — множество шагов, но довольно быстрых и простых. Главное, все делать по порядку и не перепутать, а каждый из нас выучил рецепт наизусть. В итоге мы получили жидкий сплав, закинули туда пузырек эфира, и уже через несколько секунд он вновь поднялся в воздух, даже не изменив цвета.

— Получилось? — недоверчиво поинтересовалась я.

Лиам произнес:

— Кажется, да. С расстояния примеси не чувствую — очевидно, он и сам не был уверен. — Кто испытает первым?

— Я, поскольку обещал, — сказал Кей и протянул руку, ловя в воздухе сине-зеленый пузырек. — Руперт, тебе еще не надоело ныть в углу? Смотри, я держу свое слово.

Он закинул эфир в рот, на его шее дернулся кадык. Черные глаза расширились, а голос стал более радостным:

— Приток сил чувствую точно. Не знаю, насколько мана чистая, но она определенно работает!

Я выдохнула скопившееся напряжение. Мне ли не знать, что грязный эфир никакого усиления сразу не дает — будто бы вообще ничего не меняется. Я не стала мешкать и тоже отправила пузырек в рот, следующий передала Руперту. И вор уже через несколько секунд заявил:

— Даже боль мгновенно притупилась! Вот это да, вот это эффект! Передайте еще парочку, будьте любезны.

Лиам поспешил возразить:

— Ни в коем случае. Усвоение чистой маны занимает не меньше недели, а то и все две. Поэтому принимать ее чаще пары раз в месяц опасно для жизни. Яд из твоей раны все равно надо вымыть, а пока радуйся полученному облегчению. Если мы сможем проворачивать это при каждом походе в шахту, то начнем развиваться быстрее любого мага — и пусть остальные гадают, как так получается. Теперь я точно стану самым молодым архимагом в истории, даже не пытайтесь отговаривать.

Кей выдавил кривую улыбку, но заострять внимания не стал, а поторопил:

— У нас осталось не больше пары минут. Убираем тару в сумки. Мина, займись. Я возьму голову домарины — она тяжелая. Руперт, сам на ноги сможешь встать?

Домарины? Я лишь теперь рассмотрела огромную бронированную башку чудовища. Гельт будет в восторге, даже профессиональные шахтеры уважительно притихли бы, если бы не устроили себе выходной. А чего еще можно было ждать от Лиама и Кея — настолько сильные бойцы и не думали мелочиться.

Правда, Кей тоже только сейчас склонился над трупом небольшой шестиноги, которую я отпихнула к дальней стене. И задал важный вопрос:

— Я же правильно понял, что Мина ее добила?

— Правильно, — поддакнул Руперт. — По сути, жизнь мне спасла.

Но Кей не гордился моей победой — он направил на меня пристальный взгляд и сдавленно посоветовал:

— А вот теперь, моя хорошая, всячески избегай участия в дуэлях. Для начала убедись, что призыв сущности не сработает случайно — это сдаст тебя с потрохами. Будем раз в неделю покидать академию, искать заброшенное место и там тренироваться.

Я кивнула. Брат, как обычно, мгновенно находил выходы из любого тупика.

— Вас уже зовут, — оповестил Лиам, стоявший чуть ближе к тоннелю. — Ждать долго не станут. Но если спустят второй отряд, то вас все равно поднимут — не оставят же здесь. Давайте уже решайте, кто из вас мечтал отомстить за Татью сильнее прочих, и я разбужу остальных.

Ослабший, шатающийся Руперт тяжело опирался на мое плечо, поэтому посмотрела я только на Кея. Откладывать больше не получится, а мы даже парой фраз на этот счет еще не перебросились.

Руперт промямлил:

— Я вор, а не убийца, что-то мне как-то не по себе. С другой стороны, большинство из шахтеров или прикончат, или «удалят с баланса министерства». То есть правильнее самим убирать тех, чью рожу в этом мире лучше не видеть.

Он был полностью прав. Раз останется всего восемь человек, так пусть это будут самые достойные люди. Я вынула метательный нож, но Кей опередил:

— Нет, сестра, я сам. Татья тебе не позволила бы, будь она здесь. К тому же не хватало, чтобы ты потом начала призывать и сущности людей. Мы ведь пока не знаем, как это работает.

Наклонившись, он твердой рукой провел лезвием по незащищенному горлу. Вслух мы выводы так и не озвучили, но хорошо, что в этом вопросе единогласно сошлись. Даже Руперт удовлетворенно кивнул. Кей выпрямился и направил плотную струю огня на труп — второй отряд не должен ни о чем догадаться. Лиам вздрогнул, но не стал вмешиваться в наши дела, вообще придержал комментарии. Просто тоже поднял ладонь и еще более жарким пламенем помог окончательно уничтожить тело.

Дышать второму отряду будет сложно, поэтому как раз для них мы и оставили труп шестиноги — если разглядят, то дальше и идти не придется.