Глава 15

Андрас Калести

– Как ты вообще с ней общий язык находишь? – не унимался Рианс, продолжая отжиматься недалеко от лавки, на которой я сидел.

– Играючи, – ответил я, не отрывая взгляда от кружки с чем-то подозрительно пахнущим. – И мне вот это нужно выпить?

Последний раз оттолкнувшись от земли, Рианс поднялся, стряхивая с ладоней пыль.

– Да, нужно, если не хочешь и дальше вести себя как… – он сделал секундную паузу и продолжил, – как Астрид. Не знаю, как ты здесь наткнулся на лунный цветок, но это единственный антидот. И тебе ещё повезло, что у Тианы оказались нужные травы.

Я поморщился. Упоминание Тианы настроения не улучшило: и без того много фактов указывало на неё, хоть и косвенно. Головой я понимал, что аргументы Астрид убедительны, но интуиция требовала ещё чего-то в качестве доказательств.

– Вряд ли вкус или цвет отвара поменяется, даже если ты весь день будешь его гипнотизировать, – насмешливо завершил Рианс.

Я только тяжело вздохнул и поднял кружку. Желудок запротестовал, но выбора не было. Запрокинув голову, влил содержимое внутрь одним рывком. Теплая вязкая жидкость обволокла горло и тут же вызвала импульс отторжения. Сделав несколько быстрых вдохов, я подавил тошноту, медленно выдохнул и покачал головой.

– Ты действительно не помнишь, как и где мог оказаться возле цветка? – Рианс посмотрел на меня со своей характерной непрошибаемой уверенностью.

Поза у него была, как у магистра, читающего лекцию. Только раздражал он больше.

– Рианс, – нарочито медленно заговорил я. – Мы почти всё время находимся вместе, что меня уже изрядно раздражает. Но именно благодаря этому обстоятельству все места ты знаешь. Да и ничего опасного лунный цветок мне сделать не мог.

– Может, и так, – задумчиво произнес Рианс, уставившись куда-то поверх изгороди. Его голос звучал как-то отстранённо. – Я бы и не заметил, если бы ты сам не сказал. Это Астрид у нас специалист по Андрасу Калести.

Он пытался скрыть раздражение за показной невозмутимостью. Но меня он обмануть не мог – голос, интонации, взгляд слишком уж очевидно выдавали его истинное состояние.

О, тьма, он своей необоснованной ревностью меня до мрака доведет!

Надо бы закрыть эту тему навсегда.

– Твою мать, Рианс, ты серьёзно? – я резко поднялся с лавки, бросив взгляд на тропинку.

Слава Хаосу, Астрид пока не возвращалась. Не хватало ещё, чтобы она стала свидетелем этого абсурдного обмена «любезностями». Но договорить придется.

– Хотя нет, даже не отвечай. Я тебе всё сказал. Не дошло – твои проблемы. И хочу напомнить, что у тебя прав на неё – как у упыря на новую жизнь, то есть никаких.

Он даже бровью не повёл, но в глубине глаз полыхнуло.

– Это ты так решил? – в голосе прозвучало ледяное спокойствие, которым он всегда прикрывался.

– Это судьба так решила, – отрезал я. – Но если хочешь с ней сыграть, то начни с рассказа о себе.

– Я это уже слышал, – отозвался он сухо.

– Вот и не хрен возвращаться к теме, когда ты не сделал ровным счетом ничего, – голос понизился до угрожающих ноток.

– Договорились, – Рианс утвердительно кивнул, держа маску самоконтроля.

Впрочем, как обычно.

Тот его эмоциональный всплеск после лицезрения Астрид в моих объятиях был исключением из правил.

– Её не пора искать? – сменил он тему. – Мы уже достаточно потратили времени здесь. Надо выдвигаться.

– Думаю, на сегодня нам лучше задержаться, – я снова опустился на лавку, прислонился к спинке и сложил руки на груди, намеренно копируя его позу.

– Потеряно много времени, а у меня и помимо этого похода с первогодками хватает своих забот, – на этот раз недовольство ярко отобразилось на его лице.

Вот тебе и невозмутимость.

– Брось, один день ничего не решит, – пожал я плечами, хотя сам знал – это не совсем правда.

Но сейчас не про дела, сейчас – про неё.

– Нет, Андрас. Порой одна минута значит больше, чем годы. У меня. Нет. Времени, – каждое слово он отчеканил, будто ставил печати.

Лицо снова стало маской, но я уже знал, что за ней прячется.

Я не стал спорить. Если Астрид не в порядке, то плевать я хотел на его «срочные заботы». А поскольку она не вернулась спустя четверть часа, я пришел к выводу, что в ближайшее время её ждать не нужно. Как и искать.

Сегодня его годовщина. День, когда Долина потеряла наследника, а я – друга. Когда Астрид потеряла больше, чем кто-либо из нас способен себе представить.

Я знаю, что происходит с ней в этот день. Лашарель не раз рассказывала мне о тех «годовщинах». В один из таких дней Астрид сутки не выходила из комнаты, а целители лечили служанок, получивших ожоги, пытаясь проникнуть внутрь. Говорят, её стоны и крики слышались до рассвета, а дверь обуглилась изнутри…

Ответом на невысказанный вопрос стало звонкое:

– Скучали?

В распахнутой калитке стояла улыбающаяся Астрид с надкушенным яблоком в руке. Помахав мне рукой, она перевела задорный взгляд на Рианса и тут же нахмурилась.

– Ты совсем не ценишь подарки, Либери. Я тебе такую замену рубашке создала, а ты… – с ленцой и грацией кошки она вошла во дворик, недовольно качая головой.

Рианс ответил с едкой ухмылкой:

– О, ну простите меня, мисс Веленская. Не ценитель я высокого искусства на своём теле.

Глаза его скользнули по ней, будто он искал доказательства своего поражения или причины для нападения.

– Ты подсказал? – в меня ткнули яблоком, на что я поднял руки вверх, демонстрируя свою непричастность.

– По-твоему, мне нужна чья-то помощь, чтобы снять детское заклинание? – вопрос Рианса прозвучал то ли высокомерно, то ли обиженно.

Я мысленно ухмыльнулся.

– Эльфийское детское заклинание, – поправила она его, бросив на ходу взгляд через плечо.

Снова укус яблока. Щелчок зубов.

– Дружишь с эльфами?

Сомнительно. Учитывая, как закончилась история с Миританиэ́ль, дружбой там и не пахнет.

– Приходилось сталкиваться, – глаза его не отрывались от Астрид, но та, казалось, больше внимания уделяла фрукту в руке, чем собеседнику.

– Повезло, – хмыкнула она.

Ещё один укус.

– Дошадно, – добавила уже с набитым ртом.

– Лунный цветок? – взгляд на меня.

– Нейтрализован, – я кивком указал на оставленную на лавке кружку.

– Ингредиенты? – с недоверием уточнила Астрид.

– У Тианы.

– Ну, конечно же, – вздохнула она. – Снова Тиана.

Огрызок яблока полетел за пределы двора. Выражение её лица ненадолго стало задумчивым. Кивнув каким-то своим мыслям, она снова подняла взгляд на Рианса.

– Та рубашка мне нравилась больше, – весело бросила ему.

Не дожидаясь ответной реакции, она развернулась на пятках, гордо вскинула подбородок и пошла в сторону дома. Очень, очень выразительно покачивая бедрами. Рианс выругался себе под нос, после чего стремительно покинул двор.

– А я не понял, – раздался голос Ника справа от дома.

Рядом с ним с букетом полевых цветов стояла смущённая Тиана.

– «Та» рубашка – это когда он был без неё или которой она его наградила?

Как будто я знал ответ на этот вопрос.

***

– Какой смысл нам идти ближе к западной границе Осфэра с Лерста́ном и делать крюк? Колебания были зафиксированы на границе с Милдэвэем и топями. Логичнее двигаться сначала к восточной части, – глядя на карту, я продолжал недоумевать, почему был выбран такой маршрут.

– Ставлю на то, что наш блохастик соскучился по стае, – с неприкрытой иронией проговорила Астрид, в очередной раз лениво подбрасывая в воздух кинжал. – Прямо мечтает о теплой встрече.

Лезвие описало дугу, на мгновение вспыхнув в лучах солнца, и с тихим звоном легло в её ладонь.

Последнюю четверть часа она именно этим и занималась: улеглась на большом валуне, ноги свисают, болтаясь в воздухе, взгляд задумчивый, и летающие кинжалы. Когда я увидел такую картину впервые, мои нервы натянулись до предела, а сейчас уже привык. И даже с долей насмешки наблюдал за реакцией окружающих.

– Золотце, поверь, тебя на этой встрече тоже вниманием не обделили бы, – не отрываясь от карты, над которой стояли и мы с Риансом, парировал оборотень.

Сказано это было с таким смаком, что рука сама по себе потянулась к ножнам. Подсознательно, конечно, но… Я уже начал разворачиваться, готовый выразить своё отношение к его «юмору», как рядом раздалось:

– Ник, прекрати.

Пальцы Рианса, до этого безмятежно лежавшие на краю карты, сжались в кулак.

– Исключительно с самыми добрыми намерениями, – Никлас тут же поднял руки в примирительном жесте, хотя на лице застыла его фирменная улыбка. – А вообще, не я начал.

– Но ты закончишь, – Рианс бросил на оборотня предостерегающий взгляд.

Сначала на лице Никласа возникло удивление, потом задумчивость, потом – довольная ухмылка. Как у кота, который уронил вазу и теперь смотрит, как ты собираешь осколки.

– Всё-таки я был прав, – многозначительно протянул он и хлопнул Рианса по плечу.

Тот не отреагировал.

Я бросил взгляд на Астрид. Казалось, что она отгородилась от всего вокруг: вся в своих кинжалах, в их весе, балансе, траектории. Полная сосредоточенность без единого лишнего движения. Не улыбка, но намёк на нее.

И что мне с этим делать?

– Магистр Салтон поставил задачу поговорить с населением, не приближаясь к выходу в Бесконечное море, – Рианс указал пальцем на обозначенные на карте точки. – Если жители хоть что-то знают, слухи расползутся по всему нижнему Осфэру. Не стоит рисковать и приближаться к точке колебаний, мы ведь понятия не имеем, что их спровоцировало. К тому же, в этой части, – его палец указал на часть леса, где не так давно мы столкнулись с наемниками, – я установил первый накопитель. Для закрытия «треугольника силы» нужны накопители здесь, – точка в паре верст от нас почти на границе с Милдэвэем, – и здесь, – палец указал на границу с Лерстаном.

– Но в этом случае место активных колебаний находится за пределами треугольника, – неуверенно проговорила Тиана, глядя на карту из-за плеча Ника.

– Сила притяжения, – хором ответили Рианс и Астрид, после чего наступила напряженная тишина.

Даже один из кинжалов в руках Астрид задержался чуть дольше обычного. Впрочем, Астрид не дала паузе затянуться:

– «Треугольник силы» привязан к месту накопителей первые три-четыре дня, пока устанавливается связь с потоками, которые образуют единый строй, – пояснила она, поигрывая лезвием. – Затем они невидимыми нитями окутывают пространство внутри треугольника, считывая и сохраняя информацию.

– Все равно не понимаю, – Тиана развела руками, на лице смешались растерянность и раздражение.

– Объясню проще, – Рианс сделал шаг в сторону, освобождая Тиане обзор.

Его палец аккуратно очертил три точки.

– Смотри: это углы, где стоят накопители.

На карте в ответ на движение его пальца появилась тонкая синяя нить, соединяя указанные места в правильный треугольник. Линии мягко засветились, откликаясь на магию. Затем сам треугольник приподнялся над поверхностью карты, став объёмным.

– Когда он соединяется с потоками, – продолжал Рианс, – всё, что внутри, начинает напитываться окружающей энергией. Каждое движение, каждый выброс фиксируются. И хотя всплеск может произойти и за пределами, – он сделал щелчок пальцами, и сбоку возникла мерцающая сфера, – эффект всё равно отразится внутри треугольника. Потоки связаны. Всё едино.

Сотни тонких нитей потянулись к сфере, меняя расположение треугольника.

– А как накопители передают информацию? – лицо Тианы выражало искреннее желание понять.

– А никак, – в голосе Астрид послышался насмешливый оттенок.

Она, наконец, села, свесив ноги с валуна, и с лёгким щелчком синхронно вернула кинжалы в ножны.

– Они просто собирают информацию. Чтобы её получить, нужно лично явиться и забрать накопитель.

Выражение лица у неё такое, словно вопрос ей задали про особенности хранения лука, а не о сложной структуре магических приборов.

– Интересно, – Рианс развернулся к Астрид, скрестив руки на груди.

Голос его звучал нейтрально, но взгляд был цепким.

– Откуда у первокурсницы такие познания? Насколько я помню, накопители проходят в первом семестре второго курса.

– Я много читаю, – небрежно ответила она, даже не удостоив его взглядом.

– Астрид, – нарочито мягко протянул Рианс и сделал шаг в её сторону. – Я очень не люблю, когда мне недоговаривают. И тем более, когда меня пытаются обмануть.

А это уже перебор.

– Рианс, рекомендую тебе остановиться прямо сейчас, – вмешался я, заставляя себя говорить спокойно, хотя в груди начинало покалывать от раздражения.

Он бросил на меня быстрый взгляд, бровь приподнялась, но ответом стала только тишина.

– Андрас, постой, – мягко спрыгнув с облюбованного места, Астрид направилась к Риансу. – Мне вот любопытно, в какой момент наш самопровозглашённый командир решил, что может задавать вопросы, не имеющие к заданию никакого отношения?

С каждым словом она подходила ближе: движения точные, выверенные, словно в танце. Когда остановилась, между ними оставалось не больше локтя. Ни один из них не отводил взгляда

– Может, в тот момент, – Рианс чуть наклонился вперёд, голос стал хрипловатым, – когда вытащил тебя из огненных колец, которые априори не могут создавать первогодки? Или когда возвращал в мир живых после попытки стать утопленницей? Или, быть может… – он наклонился ещё ближе, сокращая разделявшее их расстояние до минимума, – когда на нас вышел второй отряд наёмников, которым нужна была ты?

Я машинально коснулся рукояти клинка. Астрид незаметно подала знак: не вмешивайся.

– С чего ты взял? – непреклонно стояла она на своём.

– Ты серьёзно думаешь, что вокруг тебя идиоты, Астрид? – выпрямляясь, произнес Рианс. – Все слепые и глухие, не умеющие сопоставлять факты, да? Должен тебя огорчить: это не так. Мне уже порядком надоели ваши с Андрасом тайны, но плевать я на них хотел, если бы это не коснулось безопасности каждого из присутствующих здесь. Тебе мало Ника? – он кивнул на друга, который, как и Тиана, замер в молчании, едва началась перепалка. – Его чуть не убили, когда пришли за тобой. Так что да, Астрид, я считаю, что у меня есть право задавать вопросы и получать на них ответы.

Быстро взглянув на Астрид, я понял: если не вмешаюсь, случится что-то очень нехорошее. Шагнул к ним, переключая внимание на себя.

– Рианс, если у тебя претензии, говори со мной, – я встал перед ним так, чтобы вынудить его повернуться.

– О да, Андрас, есть претензии, – он резко развернулся ко мне, глаза потемнели. – В первую очередь меня не устраивает то, что ты постоянно вмешиваешься в наши разговоры. Меня не устраивает, что вы оба что-то скрываете, и это угрожает нашему отряду. Меня не устраивает, что нас всех хотели убить, а мы даже не знаем причин. Может, уже пора рассказать? Чтобы я хоть в курсе был, за что меня во мрак отправят?

– С чего ты взял, что наёмники напали из-за неё? Насколько я помню, мы здесь оказались из-за энергетических колебаний, которые, хочу тебе напомнить, были такими же, как в Акроне, когда убили адептов. Или в их смерти ты тоже Астрид виноватой сделаешь? – его нападки начинали злить.

– Будет тебе, Андрас. Я хочу услышать правду, а не искать виноватых. Но пока всё, что услышал, – ложь. А насчет колебаний не знаю. Это ведь ты их почувствовал первым.

Руки против воли сжались в кулаки.

– Будто ты не знаешь почему. Или тебе напомнить историю мрачных?

– О, это я знаю, – в разговор неожиданно вмешался оборотень. – Там что-то про связь мрачных с темными эссенциями, которые присутствуют почти во всех запрещённых заклинаниях.

Поскольку мы не отреагировали, Ник быстро встал между мной и Риансом, переводя взгляд с одного на другого и делая успокаивающие жесты руками в обе стороны. Мы же продолжали прожигать глазами дыры в друг друге.

– Андрас, достаточно, – снова вступила в разговор Астрид. – Если Рианс так уверен, что я угроза для отряда, пусть дальше идут без нас, – она сделала паузу, дожидаясь, когда взгляды будут направлены на нее. – Точнее, возвращаются без нас, а мы завершим миссию.

Резкий порыв холодного ветра говорил только об одном: Рианс зол. Очень зол.

– С меня хватит, – сквозь зубы процедил он и сделал молниеносное движение к Астрид, вынудившее её сделать шаг назад.

Я рванулся к ней, но ледяной вихрь снес и меня, и Никласа. Чтобы прийти в себя, хватило мгновения, но ни Астрид, ни Рианса уже не было.

Проклятье!

Рианс Либери

– Рехнулся? – резким жестом Астрид выдернула свою руку из моей и отпрыгнула, стоило нам оказаться в конечной точке выброса.

Поток возмущения тоже не заставил себя ждать.

– Мы несколько дней не пользуемся ни переходами, ни порталами, а передвигаемся пешочком да конях, потому что так сказал магистр Салтон. Он предупредил, что возможны последствия. А ты сейчас одним махом перечеркнул все! И ради чего? Поговорить захотелось? Так я тебе сейчас скажу…

Её слова и эмоциональные размахивания руками только подогрели кипевшую внутри меня злость. Казалось, что зубы скоро заскрипят от того, насколько сильно я их сжал в попытке сдержаться. Почему-то с ней мой самоконтроль постоянно летел в бездну. Но мисс Веленская не унималась.

– Молчишь? Отлично, тогда я продолжу, раз уж ты меня притащил сюда, – она набрала побольше воздуха для следующей тирады, но внезапно озадаченно спросила: – Рианс, а куда ты нас перенес?

Я молчал, закрыв глаза, чтобы собрать остатки самообладания, поэтому не глядя процедил сквозь зубы:

– Пара вёрст на запад от привала.

– Ты что, ещё и злишься? – возмутилась Астрид почему-то полушепотом. – Я, конечно, видела, что с логикой у тебя не ладится, но, если кто-то сейчас и имеет право злиться, так это я! И открой, наконец, глаза!

Вернув себе частично самообладание, я взглянул на девушку. На удивление аккуратным шагом она приблизилась ко мне так, чтобы оказаться прямо перед глазами.

– Твой дружок переходами владеет?

Удивление, вызванное неожиданным вопросом, чуть притушило злость.

– Нет. И мне очень любопытно, откуда эти навыки у тебя, – челюсть немного расслабилась, позволив говорить нормально.

Но Астрид проигнорировала как скрытый вопрос, так и мой прищуренный взгляд. Небрежно откинув назад косу, она отвернулась, но мысль продолжила:

– Тогда вся надежда только на Андраса. Только вот если нас закинуло сильно дальше, то куда его может перебросить, неизвестно.

Сильно дальше?..

С трудом отведя взгляд от Астрид, я осмотрелся и тихо выругался. Похоже, императорский блокиратор создал помехи при пространственном переходе.

– Очень надеюсь, что ты водишь дружбу не с одним представителем оборотней, иначе у тебя будет не одна, а две проблемы, – голос Астрид прозвучал подозрительно невозмутимо.

– Две? – уточнил я, поскольку в паре десятков локтей от нас недобро скалилась стая серых волков размером с лошадь.

– Первая: тебя попытаются сожрать они, – она повернулась ко мне, а её палец указал на стаю за спиной. – Вторая: я сама сверну тебе шею.

Договорив последнюю фразу, она недвусмысленно размяла кисти и пальцы. И тут мне в голову пришла идея, которая настолько понравилась, что я не смог сдержать улыбку. Астрид на это отреагировала по-своему.

– Точно с ума сошёл, – буркнула она. – Предлагаю атаковать первыми.

– Стой, – я слегка коснулся её руки, останавливая на полпути к ножнам. – Лучше сдаться.

– Что сделать? – искренне изумилась Астрид и гневно сверкнула глазами, ясно давая понять, куда мне идти с такими предложениями. – Я таких слов не знаю.

– Астрид, перед нами стая серых оборотней, самцов. Это среднее звено иерархии волчьих кланов, то есть охрана границы, первый рубеж. А значит, не так далеко белые и красные, они…

– Знаю-знаю, белые что-то вроде полководцев, красные – спецотряд.

Я хмыкнул и потянул её за локоть, вынуждая посмотреть мне в глаза.

– Да, что-то вроде, – я постарался быть максимально убедительным. – В этот раз тебе придется сделать по-моему, если хочешь остаться целой.

Сделал паузу, ожидая ответа. Она молчала целую вечность, только в её глазах читался вулканический поток мыслей, ругательств и обещаний моей скорой кончины. И, видимо, я действительно сошел с ума, раз это поднимало мне настроение.

– Хорррошооо, Риансссс, – процедила-прошипела наконец она. – Но я это не забуду.

И развернулась лицом к стае.

Ох, я очень на это надеюсь, изумрудка.

Посмотрев на стаю, я поднял вверх правую руку с вытянутым мизинцем – знак мира и дружбы. Один из волков, немного крупнее остальных, вышел вперёд. Не сводя с нас грозного взгляда, он повёл носом, изучая наши запахи. Я мысленно взмолился Ньорду, чтобы этот серый ничего не испортил.

Правое ухо волка резко дернулось – сигнал настороженности, но через мгновение кончик опустился вниз, признак удивления. Я скосил взгляд на Астрид, стоявшую ко мне спиной. Быстрым движением коснулся указательным пальцем губ, давая стае знак. Ухо волка чуть выгнулось в другую сторону, как будто он размышлял, но затем быстро вернулось в прежнее положение. Волк пригнулся к земле и низко зарычал, тихо, но весьма убедительно.

– Это они отказываются от твоего щедрого предложения или что? – шёпотом спросила Астрид.

– Проверяют твёрдость наших намерений, – сдерживая улыбку, ответил я.

– Я хоть сейчас готова кинуть кинжал в этого дворового переростка, – вполне серьёзно сообщила она.

– Ты же понимаешь, что они тебя прекрасно слышат? – обратил я её внимание на прекратившийся рык волка.

– Я это не просто понимаю, а очень даже на это рассчитываю, – даже не видя её лица, я был уверен в том, что в конце фразы она плотоядно улыбнулась.

– Ты ведь согласилась с моей тактикой.

– О чем очень сильно жалею и уверена, что буду жалеть ещё долго. Однако это не мешает мне их провоцировать. Ведь в таком случае первыми нападут они.

Не нападут.

Это знал я, это знали оборотни. Но вот Астрид этого не знала, так что…

– Ты в очередной раз подставляешь не только свою жизнь под угрозу, но и мою, – сокращая дистанцию, я сделал шаг ближе.

Между нами осталась тонкая полоса воздуха, которая могла исчезнуть от малейшего движения. Это ещё не касание, но уже близость на грани дозволенного и недопустимого.

И я снова не выдержал. Чуть наклонившись, прошептал:

– Почему же тебя так возмущают мои вопросы?

Увидел, как на открытом участке её кожи проступили мурашки, что вызвало у меня непроизвольное чувство удовлетворения. Она заметно напряглась и нервно дернула плечом, пытаясь избавиться от этой невольной реакции.

– Не думала, что у тебя проблемы с памятью, но раз так, придется напомнить, – отвечала она мне так же шёпотом.

Очень, очень недовольным шёпотом.

– Это ты нас сюда перенёс, а не я.

Перехватывая инициативу в действиях, я аккуратно положил руки на её плечи, слегка сжимая их, не давая сразу вырваться, и наклонился к уху, чтобы она меня точно услышала:

– Хорошо, тогда позволь решить этот вопрос мне. От тебя потребуется только одно – ничего не делать. Совсем ничего, Астрид, – сказал я мягко, с нажимом на нужные слова. – Можешь даже не идти, я с удовольствием понесу тебя на руках, – на последнем слове я всё же позволил себе нарушить призрачную дистанцию, едва коснувшись губами кончика её уха.

На это она отреагировала мгновенно: резкий шаг вперед, движение плечами, чтобы избавиться от моих рук.

– Боюсь, вес такого сокровища не осилишь даже ты, – бросила она, так и не обернувшись.

– Ты зря сомневаешься в моих способностях. Сокровища – моя стихия, – парировал я, чувствуя, как игра между нами обретает новую остроту.

Оборотни медленно стали приближаться. Их движения грациозны и опасными, как у хищников, готовых к прыжку. Вожак не отрывал от меня взгляда, будто утверждаясь в правильности действий. Я смотрел в ответ, транслируя прежнее намерение.

Спина Астрид напряглась, но она не шелохнулась.

– Так ты из банды пиратов?

Даже не видя её глаз, я понимал, что внутри неё сейчас настоящая битва. Она не привыкла уступать, сдаваться, а тем более подчиняться. Это читалось в её взгляде ещё тогда, в библиотеке академии в первый учебный день.

А кинжал у моего горла только подтвердил первое впечатление.

Лишь бы она его сейчас не достала, неудобно получится.

– Я их предводитель, – ответил я, став так, чтобы Астрид оказалась у меня за спиной.

Астрид Веленская

Говорят, что демоны – самые беспощадные к своим врагам. Три «ха-ха» два раза! Те, кто это утверждает, просто не оказывались в костевозке оборотней. У нас всё просто: видишь врага – убиваешь на месте. Нужен «язык» – переход в подземелье, где их держат в темнице до начала допроса. Да, после этого почти никто не выживает, но мы не издеваемся над ними по дороге в эту самую темницу.

Сейчас же я ощущаю на себе все прелести передвижения в повозке оборотней. И предпочла бы этому открытый бой со всей стаей. Такое отношение даже к пленникам можно назвать только изощрённым издевательством. Повозка прыгала на каждой кочке, которых в лесу предостаточно. Решетчатые стены настолько близко расположены, что, казалось, вот-вот соприкоснутся и раздавят нас. И при каждом прикосновении решетки на коже остаются занозы, а на одежде – затяжки. Вишенка на этом торте – угрожающее рычание волков, сопровождающих нас с двух сторон.

– Если мы выживем, а мы выживем, ты труп, – я говорю тихо, но синеглазый меня слышит.

Даже грохот этого убийственного средства пыток не заглушит слова, поскольку мы сидим на расстоянии двух локтей друг от друга. Понимая, что это максимально возможное в таких условиях расстояние от него, я хочу взвыть в голос в духе оборотней. Но нужно прилагать немало усилий, чтобы это расстояние сохранять, а не свалиться на недооборотня при очередном подскоке нашей «кареты».

– Буду ждать с нетерпением, – слышу я шёпот в ответ.

Огорчение? Вина? Сожаление? Ничего подобного! Наоборот, мне показалось, что в его голосе прозвучали нотки удовлетворения.

– За какой бездной ты позволил им надеть на нас это?! – всё, нервы сдали.

Рывком поднимаю руки вверх, чтобы продемонстрировать два серебристо-белых с синим отливом браслета на моих руках, соединенных прочной цепью. В ответ он поднял свои руки с точно такими же.

– Я понятия не имел, что они из силе́нтиума27.

– А мне плевать, что ты там имел или не имел! – голос уходит в шёпот, в котором больше ярости, чем в крике. – Ты нас в это втянул, ты решил сдаться без боя, ты позволил лишить нас магии. Вот теперь ты нас и вытаскивай, Рианс.

Задыхаюсь от злости, воздух в повозке кажется слишком тяжелым. Кричать шёпотом не очень приятно, в горле тут же запершило. Откашлявшись, стискиваю кулаки и отвожу взгляд на лес за решёткой, наблюдая за мелькающими мимо скачущей колымаги деревьями.

– Так в этом и заключался наш уговор, – слышу довольный голос Рианса.

Продолжаю молчать и смотреть на лес. По грохоту цепи и движению понимаю, что Рианс подвигается ближе, и чувствую, как волна раздражения накатывает снова.

– Меня, может, магии и лишили, но не рук и ног, Рианс.

– Я всегда готов проверить уровень твоей боевой подготовки, даже несмотря на то, что уже испытал на себе некоторые приёмы. Но на сей раз прошу тебя отложить месть, – говоря все это, он каким-то образом умудряется в ежесекундно меняющей положение повозке усесться точно напротив меня, перекрыв ногами единственный путь отхода. – Ведь в противном случае тебе придётся выбираться из логова оборотней самостоятельно, а без магии это не так просто.

Двигаться мне некуда. За спиной глухая деревянная стена, справа решётка, слева ноги недооборотня, напротив он сам. Удобно устроившись на полу, смотрит на меня, как будто мы сидим у костра, а не в заточении.

– Пожалуй, это лучший момент, чтобы поговорить, – с довольной улыбкой говорит этот тип.

Рианс Либери

Она напоминала лисёнка, загнанного в капкан. Шипит, рычит, брови сдвинуты так, что кажется – вот-вот набросится. Но за всей этой яростью в глазах плещется другое. Страх, упрятанный глубоко под слоем колючек, но мне – видно.

Проклятая цепь на запястьях холодит кожу, как будто к рукам приложили лёд. Я и сам этого не ожидал. Откуда у них взялся силентиум? Это довольно редкий металл, который обладатели прячут за десятью замками, а тут у оборотней… Они ведь его всячески избегали, потому что силентиум глушит потоки и не даёт сменить ипостась. И вот такой вдруг поворот.

Решили смотреть страху в лицо?

Ладно, это потом выясню, сейчас лучше не отвлекаться. Браслеты с цепью на руках, штука неприятная, но не смертельная. А вот поговорить с Астрид нужно успеть в дороге.

– О чём поговорить? – голос её режет, как лезвие, но за ним слышится искреннее недоумение.

Увы, долго оно не продержалось. Злость вернулась быстрее, чем я успел открыть рот.

– О том, что ты идиот, который втянул нас в неприятности?

– Я бы начал не с последствий, а с причины, – говорю и понимаю, что моё хорошее настроение и улыбка только масла в огонь подливают, но ничего не могу с собой поделать. – Например, почему я вообще перенёс нас от остальных.

– Теряюсь в догадках, – хмыкает, поднимая ладонь, и начинает загибать пальцы, – либо ты идиот, либо у тебя серьезные проблемы с головой, либо ты решил меня прикончить…

Пауза. И вот он – прямой взгляд, дерзкий, почти вызывающий. Она касается четвёртого пальца и делает вывод:

– …Либо ты меня хочешь.

Зверь внутри настораживается, щёлкает когтями, повизгивает от радости. А я – застыл. Надеюсь, что ни один мускул не дрогнул, ни одна эмоция не прорвалась наружу.

Астрид смотрит в упор. В её глазах – не просто ожидание. Она бросает вызов. И, небо раздери, как же она в этом хороша!

Ох, изумрудка, что же ты делаешь?

– Хочу, – признаюсь, лишь бы успокоить зверя.

В её глазах вспыхивает искра торжества маленькой уверенной победы. Я подаюсь вперёд, сужая и без того узкую полоску воздуха между нами. Уклониться ей некуда.

– Но это у нас взаимно, – шепчу ей почти в губы и аккуратно, чтобы не задеть браслетами, заправляю за ухо выбившуюся прядь.

Мягко, нежно.

– Разве что в твоих снах, – протестующий шёпот в ответ, отчего губ касается тёплое дыхание.

Снова спорит… Упрямая, дерзкая, вечно на взводе… Ей самой не надоело? В конце концов, мы взрослые люди. Ну, почти люди.

– Астрид, даже если забыть то, что произошло на привале в лесу и в таверне, – чуть опускаю голову, чтобы дыханием коснуться кожи на её шее.

Реакция не заставила себя ждать. Довольно улыбнувшись проступившим мурашкам, отклоняюсь назад.

– Тело не обманешь, а оно выдает тебя с головой.

– Знаешь, Рианс, – казалось, она ничуть не смутилась.

Хотя о чем это я: Астрид и смущение находятся по разные стороны материка.

– Женское тело, будучи без мужчины достаточно долго, способно выдать реакцию… не по запросу. Но это ещё ничего не значит. Разум – другое дело. У мужчин все проще, – её губы растянулись в легкой усмешке. – Увидел – захотел. В исключительных случаях увидел, услышал, унюхал – захотел. Довольно короткий путь. Мужское желание – это огонь, который разгорается от малейшей искры, но также быстро может угаснуть. Желание женщины – это волна. Прежде чем накрыть с головой, она вырастает из глубин океана, где каждая капля важна. А знаешь, что это за капли?

– Что же? – мне не хотелось гадать или язвить.

Астрид начала говорить, и это главное.

– Комплименты. Запахи. Взгляды. Прикосновения, смех, голос. Воспоминания, поступки. Поцелуи, шёпот, – на последнем слове она резко отвернулась в сторону в попытке спрятать во взгляде то, что я успел увидеть.

– Я так понимаю, это не полный список?

– Верно понимаешь, – возвращается к диалогу, и на этот раз её глаза сверкают. – Чем больше капель, тем сильнее волна. Возжелать кого-то телом – инстинкт. А вот каждой клеточкой своего существа – результат искусства, требующего вдохновения, времени и упорства.

Я едва заметно киваю, выдерживая паузу, прежде чем заговорить вновь:

– Что ж, позволь и мне тебя немного просветить, – не отрываю от неё взгляда, чтобы не упустить ни малейшей реакции. – Возникшее у женщины желание меняет не только её взгляд, но и запах. И мужчина, если у него с нюхом всё в порядке, прекрасно улавливает это изменения. Так вот, – быстро продолжил я, увидев её стремление перебить меня, – когда твой запах поменялся, я и пальцем тебя не тронул. Знаешь, когда это случилось?

В ответ увидел лик мраморной статуи. Она не дала дёрнуться ни единому мускулу на лице, даже зрачки не двинулись. Понятия не имею, кто её обучал, но он точно мастер своего дела. Вот только мне нужно видеть её эмоции. Пожалуй, пора направлять разговор в русло первостепенной важности.

– Нет? – аккуратно, хотя и с сожалением, отодвигаюсь назад, насколько это возможно в трясущейся повозке, возвращая нам обоим пространство для нормального вдоха. – Что ж, оставим тогда ответ на более подходящее время.

Недовольное фырканье можно перевести как «Да неужели опомнился?».

И не надейся, изумрудка, я только начал.

– Но время даром предлагаю не терять, – говорю спокойно, хотя внутри всё закипает. – Давай поговорим на тему: кто охотится за рыжей головушкой?

– Так ты этот список возглавляешь с самого моего зачисления. Вот и узнай, кто стоит позади и в затылок тебе дышит, – огрызнулась Астрид, на секунду скривив лицо в недовольной гримасе, отчего кончик её носа вздернулся вверх.

Забавно, если бы не фраза до этого.

– Трижды.

– Что «дважды»? – явно не поняла она.

– Я дважды спас тебе жизнь, но ты до сих пор считаешь, что я хочу тебя убить? – моё хвалёное спокойствие снова начало сдаваться раздражению. – Позволь напомнить, что первой танец с клинком у горла начала ты. А сколько раз мой клинок был у твоего?

– Можно подумать, что это твоя заслуга, – нахально звучит в ответ.

– Что, прости? – раздражение пинками выгоняло с места спокойствие.

– Отсутствие результата не всегда говорит об отсутствии намерений. Возможно, просто цель тебе не по зубам, – подчеркнуто дерзко заявляет Астрид.

Она издевается?! Клянусь небом, если бы не силентиум…

Сверху постучался рассудок и обратил внимание, что таким поведением она снова уводит разговор в сторону. Вот же хитрая лиса.

– Кто за тобой охотится? – с нажимом повторяю вопрос, игнорируя провокации.

– Да я откуда знаю? Они не представились, если ты не заметил.

– И снова ложь, – сухо констатирую я. – Почему ты не говоришь правду?

– А почему ты считаешь, что я лгу? – подражая моей интонации, она чуть вздергивает нос вверх.

Мило, но неубедительно.

– Во-первых, ты ни разу этого не отрицала, а во-вторых, по воле судьбы мы проводим достаточно времени вместе, чтобы я изучил твой язык тела.

– Ой ли? – мимолётным взглядом она окинула свою позу. – И что же говорит тебе о моей лжи?

– Отсутствие правды, – её сузившиеся глаза вызвали невольную улыбку. Хорошо, делаю следующий шаг. – Ты не желаешь отвечать на мои вопросы, почему я должен отвечать на твои?

– Я отвечаю, но мои ответы тебя не устраивают, – пожала плечами Астрид.

– Не поверишь, аналогичная ситуация.

Продолжить разговор я не успел. Повозка в очередной раз резко дёрнулась и остановилась. Я не упал на девушку только потому, что уселся достаточно устойчиво в этих условиях. Но встряска напомнила, что время поездки подходит к концу, а желаемых мной результатов нет как в чувственных вопросах, так и в насущных.

Нужно ускоряться.

А потому, делая вид, что это повозка во всем виновата, резким выпадом вперед зажимаю Астрид между стеной повозки и своим телом, одновременно запрокидывая её руки над головой. Они в цепях, что оказалось очень удобно. Мои тоже – это неудобно. Несмотря на полезшие в голову мысли, мой голос предельно серьёзен. Как и взгляд, который я вперил в неё.

– В отличие от твоих ответов, мои не несут ценности нескольких жизней. Поэтому спрашиваю ещё раз: кто и за что хочет тебя убить?

Астрид Веленская

Вот это наглость! Навис надо мной, как амарок над мясом, и глазами зыркает. Ох, были бы руки мои свободны, я бы эти глаза выцарапала!

Правду он хочет…

За такую правду тебе потом головы лишиться придется, а ты так и просишь. Но, видимо, увиливать больше не получится… А если в обморок упасть? Идея отличная, только её реализовывать нужно было гораздо раньше, в идеале – до перехода.

Хм, память всё же иногда подводит

Осенившая меня мысль настолько подняла настроение, что я едва не замурлыкала от удовольствия.

– Что, не можешь вспомнить правильный ответ? – скептично отозвался Рианс.

– Да-да, только на другой вопрос, – его бровь вопросительно поползла вверх, но я решила растянуть удовольствие. – Очень хочется узнать, в каком учебнике и на каком курсе учат обходить императорские блокираторы пространственных переходов?

Не будь так тесно – я бы заплясала, честное слово. Но в тесноте тоже были плюсы: его усилиями мы находились настолько близко друг к другу, что я увидела смену каждой эмоции на лице. Как будто ветер прошелся по колосьям. Отдаю должное: все произошло почти мгновенно, но я увидела. И от этого на душе прям радостно стало и хорошооо.

Вот тебе, синеглазый! Секретики ему мои не нравятся! О своих сначала поведай, таинственный спаситель.

– Раз, два, три, четыре, пять, начинаешь отвечать? – щёки ноют от улыбки от уха до уха, но ничего поделать я с этим не могу.

Картина – просто шедевр! Он все так же нависает надо мной, сверкая синими глазами. Лицо – маска, идеальное полотно без единой эмоции. И тишина без единого звука.

А яааа… довольная, как упырь, которого гонял маг, но вдруг истратил всю магию, да ещё и споткнулся и кааак упал!

Ответа я не дождалась, ибо застывшую картину нарушили блохастые. Дверь решетки резко отворилась, и в неё тут же пролезла лохматая светловолосая голова.

– О, так слухи не врут! – радостная улыбка озарила лицо, добавляя ему мальчишеских черт.

Рианс отодвинулся от меня, развернулся к двери.

– Я сначала не поверил. Ну что Риансу могло понадобиться в наших краях в это время, да ещё и в компании леди? Ты обычно с ними не по лесам расхаживаешь, – даже если бы не видела, то все равно почувствовала бы оценивающий взгляд этого молодого наглого оборотня на себе.

Отреагировать не успела – рядом раздался низкий рык.

– Локи, ты, как всегда, не вовремя, – Рианс.

Таааак, а вот на этом месте остановочка.

– Вы знакомы?! – мой вопрос прозвучал громче, чем планировалось.

– С моего рождения, – улыбка светловолосого парня стала ещё шире.

В голубых глазах горел неподдельный интерес к происходящему.

– Интересный способ передвижения ты выбрал, однако. Парни удивились, но решили не спорить, разобраться в месте назначения, так сказать.

– Увидел бы ты его взгляд в тот момент, тоже не стал бы вопросы задавать, – судя по голосу, к повозке подошел мужчина, внутрь заглядывать не стал. – А нам-то что? Нам прокатить несложно. Даже силентиум достали, чтоб по пути не прилетело чего. А то поди разбери этих высокородных.

Рианс выругался. Я зашипела: знакомы, значит. Прокатиться решил, синеглазый? Ох, я эти глазки-то выцарапаю, когда выберусь отсюда.

– Нас выпускать собираются или как? – от злости опять могу говорить только сквозь зубы.

– И правда, чего-то мы не очень гостеприимные, – парнишка, которого недооборотень назвал Локи, исчез в проёме и уже за пределами повозки скомандовал. – Выходите!

Рианс был ближе к выходу, так что я ждала, пока он выберется первым. Но он не торопился.

– Ты решил тут на ночлег остаться? – моему голосу сейчас даже змеи позавидуют, так шипеть.

– Я тебе всё объясню, хорошо? – он снова смотрит на меня своими синими глазами, и голос как будто обволакивает.

Ну смотри, пока есть чем… Я ушла в глухую оборону ровно до того момента, когда почувствую свободу. Но синеглазый не унимается.

– Астрид, я тебя прошу, не злись и не срывай злость на других. Сейчас я поговорю с Локи и после объясню тебе всё.

Вдох-выдох. Мне плевать, что хочет недооборотень, но эмоции действительно нужно держать в узде. По крайней мере, до тех пор, пока папенька не снимет печать.

– Рианс, скажи, я похожа на дуру? – совсем промолчать в этой ситуации я никак не могла.

– Не понял, – опешил он.

То-то же! А вот теперь можно и добить. Пока словами. И его любимой логикой.

– А вот я прекрасно всё поняла и без твоих объяснений. Достаточно узнать, что ты с ними знаком, чтобы логическая цепочка выстроилась сама по себе.

– И что ты поняла? – неуверенный вопрос в ответ.

Мне прямо нравится эта его растерянность!

– Ник – оборотень. Ник – твой лучший друг. Мы сейчас на территории оборотней, которые знают тебя, потому что ты друг Ника, который, вероятнее всего, из этой стаи оборотней. У оборотней прекрасный нюх и память на запахи, так что они тебя сразу узнали, но ты решил поиграть в пленников и сделал вид, что знать их не знаешь. Меня засунули в эту вонючую повозку и нацепили проклятый силентиум! – на последних словах я потрясла цепью перед лицом Рианса, еле сдерживаясь, чтобы не задушить его ею.

Повезло ему, что цепь короткая.

– Про силентиум я не знал, честно.

– Да мне плевать! Честно! – цепь уже не кажется мне такой короткой, если взять под углом…

– Эй, голубки, вы выходите или вас оставить наедине? – весёлый окрик беловолосого прерывает нашу перепалку.

Молча, сжав челюсти, Рианс перебрался к открытой двери и спрыгнул из повозки. Когда я пробралась к выходу, он стоял справа, протягивая мне руку уже без кандалов. В ответ протягиваю ему руки в браслетах, требуя снять их немедленно. Рианс повинуется, после чего я, фыркнув, молча спрыгиваю с повозки без его помощи. Тоже мне, нашел леди в беде.

Быстро осматриваюсь. Помимо Рианса, Локи и того мужчины, что говорил у повозки, на небольшой полянке около дюжины волков и четверо мужчин. И те, и другие – оборотни, поскольку на этих территориях другие не водятся. Детально рассматривать каждого желания нет, лишь мельком отмечаю присутствие серых и красных волков.

– Итак, дорогие гости, добро пожаловать в Лерстан!

Андрас Калести

– Он окончательно спятил! Что он вытворяет?! – рычу сквозь зубы, с каждым шагом прорезая тьму, будто слепой с тросточкой.

Пробую пространство, вслушиваюсь в мир, как в глухую стену.

– Переход! Он, мрак его раздери, воспользовался переходом!

– Что тебя больше бесит: что у него получилось или что он вообще додумался до этого? – голос Никласа звучит лениво, как будто мы обсуждаем погоду.

Прошло не меньше четверти часа с момента их исчезновения. Первые минуты я ещё надеялся, что Астрид вернётся – с криком, угрозами, возможно, даже с кулаками. Но потом вспомнил про блокираторы. Обойти их у некоторых силы хватило, а включить мозги и вспомнить, что они в любом случае вызовут пространственные помехи – нет. И где теперь искать эту парочку?!

Насколько же он утонул в чувствах, что забыл не только об осторожности, но и о собственном прикрытии.

Сам поймал Астрид на знаниях, которых не должно быть, – и сам же так глупо подставился. Думает, она не поймет? Напрасно. Она из тех, кто сначала сделает вывод, а потом спросит. И это – в лучшем случае.

Если до того, как я их найду, его не покалечит Астрид – это сделаю я. Устал предупреждать.

Сгустки тьмы вернулись, скользнув по краю восприятия. «Пусссто, пусссто, пусссто… Нассследницсссы нетссс», – раздалось шипение в голове.

– Проклятье! – выплеснул злость, сдерживая желание ударить кулаком по дереву.

– Снова ничего? – уточнил оборотень.

– В радиусе трех вёрст нет и намека на их присутствие, – раздражённо констатирую я.

– Не думаю, что Рианс построил бы так далеко точку выброса, – я почувствовал женскую руку на плече.

С момента их исчезновения Тиана молчала, видимо, опасаясь вклиниваться между мной и оборотнем.

– Ты не знаешь, насколько сильно блокираторы могут повилять на расстояние телепорта?

– Не знаю. Как-то не приходилось ставить эксперименты в таких условиях, – ответ вышел резче, чем планировал.

Но Тиана даже не заметила.

– И что теперь? Где их искать?

То ли тревога настоящая, то ли игра настолько тонкая, что и тьма бы не разобрала. А я, к сожалению, не тьма.

– Прекрасная Тианочка, ты забыла, что у нас есть самое лучшее средство, – рука оборотня обвила талию девушки, оттягивая её от меня. – Нам никакие мрачные не нужны.

Улыбка, которая сопровождала эту фразу, была той самой, за которую в приличном обществе можно схлопотать по лицу. Или по шее.

– Ты о чем? – непонимающе спросила Тиана, пытаясь освободиться.

– Это он про собачий нюх, – опередил я Ника с ответом.

– Волчий, – Никлас тут же убрал руку и угрожающе ощетинился.

– А разница? Родственные связи – штука крепкая. Как говорится: кровь не водица.

– Андрас, – угрожающих ноток стало больше.

– Я всего лишь констатирую. Без обид. Или ты сейчас в драку полезешь за фигуру речи?

– За формулировку, – в глазах Ника сверкнуло золото.

О как, к обороту готов уже.

– Во-первых, охлади клыки. Прекрасно знаешь: один на один ты мне не соперник. Особенно против демона моего рода. Во-вторых, если ты на каждую шпильку будешь бросаться с пеной в пасти – прощайся сразу с местом вожака.

Как только закончил, золото в его взгляде погасло.

– Мрак тебя задери, Андрас! – Никлас вспыхнул, уставившись на Тиану, которая стояла с округлёнными глазами и приоткрытыми от удивления губами. – Зачем ты сказал?!

– А ты их без оборота как искать будешь? Ползком? – отмахнулся я, переводя взгляд на девушку. —Она бы все равно увидела. Рианса же нет, чтобы иллюзию поддержать, – этот аргумент мгновенно охладил разгоряченного Никласа.

Возмущение в его жёлтых глазах сменилось удивлением, а затем подозрением. И я ожидал его следующего вопроса, но тут очнулась от ступора Тиана. Шагнув вперед, она развернула Никласа к себе лицом.

– Вожак? Ты?! – её голос был наполнен изумлением, а взгляд – недоверием.

Никлас, уловив интонацию, тут же сдулся, поджал губы, как обиженный щенок. Я фыркнул, не сдержав смешок. От этого он насупился ещё больше, хотя напряжённый взгляд был направлен не на меня.

– А что тебя так удивляет? – осторожно и как можно спокойнее спросил он девушку.

Тиана замялась. Сжала ворот своей рубашки в кулаках – будто хотела спрятаться в нём целиком – и, не поднимая взгляда выше его груди, тихо произнесла:

– Прости, я не хотела обидеть, – после этой фразы быстро взглянула в лицо оборотню.

Убедилась, что он её слушает и, чуть осмелев, продолжила.

– Мне не приходилось лично видеть вожаков, однако в книгах их описывали несколько… – она запнулась, подбирая подходящее слово, – иначе.

– Я даже могу тебе процитировать это описание, – Никлас мгновенно перестал строить из себя обиженного.

Одним прыжком оказавшись на ближайшем валуне, изобразил в руке книгу и с видом лектора продолжил наставительным тоном:

– Вожаки оборотней выделяются высоким ростом, крепким телосложением и хищной грацией. Они обладают выразительными чертами лица: высокие скулы, резкие линии челюсти, глубоко посаженные глаза и так далее и тому подобное, – он захлопнул воображаемую книгу, спрыгнул на землю и встал в полный рост, будто на смотринах.

– И в чём я не похож?

Тиана всё ещё выглядела растерянной, но это не мешало ей задать ещё вопрос:

– А разве вожаками не становятся оборотни постарше?

– Так он им ещё не стал, пока только претендует, – ответил я на её вопрос, намеренно опередив Никласа.

– Вопрос времени, – не стал тот спорить. – Теперь вы, юная леди, знаете о ещё одном моём неоспоримом достоинстве. Мечта, а не мужчина. Правда ведь, Тианочка?

– Мечта трупореза, – хмыкнул я, закатывая глаза.

– И то верно, – он весело кивнул. – Многие хотели бы лицезреть мою тушку на алтаре, но мечтать не вредно. Хотя, по правде, вредно. Особенно им.

– Болтать долго будешь? – я намекнул оборотню, что пора переходить к действиям.

Никлас отошел от нас с Тианой на несколько шагов, чтобы получить свободное пространство, присел на корточки, довольно сощурив глаза.

– Приятно видеть, что ты наконец-то признаёшь моё превосходство, – с видом победителя сверкнул взглядом в мою сторону.

Я пропустил это мимо ушей. Шагнул на всякий случай ближе к Тиане: процесс оборота весьма впечатляет тех, кто видит его впервые. На долю секунды воздух вокруг сгущается, словно перед бурей. По телу оборотня пробегает дрожь, мышцы напрягаются, обрисовывая контуры, а суставы начинают двигаться иначе, освобождая животную сущность.

Я слышу, как трещат его кости, удлиняясь, увеличиваясь в размере, меняя форму, но не ломаясь, а перетекая в первозданную сущность. Пальцы вытягиваются, когти прорывают кожу, обнажая смертоносные чёрные клинки. Позвоночник выгибается, вынуждая тело податься вперёд. Плечи смещаются, грудная клетка расширяется, приспосабливаясь к новой природе.

Шерсть вырастает тёмной струящейся волной, окутывая новое тело. Она черна, как ночь без единого проблеска, словно живая тень. Лицо Никласа вытягивается, обнажая оскал, уши заостряются и, наконец, глаза становятся яркими, словно раскалённое золото.

С глухим рыком огромный чёрный волк встряхнулся и сделал шаг. Лошади испуганно заржали, но – что странно – не побежали.

– Тиана, – шепчу почти беззвучно, взгляд не отрывается от волка. – Без резких движений. После оборота они не всегда сразу возвращаются в себя. Лучше постоять немного, пока Ник не возьмет вверх над сознанием.

Золотые глаза сверкнули. В них не было безумия – только внимание. Я напрягся, но тут же понял, что ошибся. Волк… плюхнулся прямо на филейную часть. Наклонил голову и издал звук, похожий на фырканье.

– Андрас… – Тиана улыбнулась, и в голосе её проскользнуло удивлённое веселье. – Мне кажется, он тебя сейчас очень вежливо послал.

Никлас – то есть волк – снова фыркнул. Потом закатил глаза, как будто сказать хотел: ну правда, ты серьёзно?

– Я уже понял, – проворчал я, подходя к своему коню и похлопывая его по морде.

Конь дрожал, но держался. Тиана окутала лошадей заклинанием, и те успокоились.

А оборотень-то силен, оказывается.

Конечно, я понимал, что Никлас не задохлик, всё же будущий вожак. Но чтобы мгновенно захватить контроль сознания в таком возрасте – не такой уж и балбес, каким прикидывается.

Как только Тиана поняла, что опасности нет, тут же оказалась возле волка.

– Какой красивый, – заворожённо протянула она. – Я думала, что чёрные волки давно вымерли.

Девушка осторожно протянула руку, под которую оборотень тут же поставил голову, требуя ласки.

Все же балбес.

– Продолжай думать так и дальше, – буркнул я, привязывая поводья коня Рианса к седлу своего. —И всем остальным говори аналогичное. Никлас как-то забыл предупредить тебя об этом перед оборотом.

Сзади послышался низкий рык.

– То есть я берегу твой секрет, а ты ещё и недоволен? – сказал через плечо. – Никлас, если хочешь быть вожаком – начни с простого: думай, прежде чем делать.

Закончив с лошадьми, я обернулся. Картина предстала потрясающая: Тиана со счастливой улыбкой на лице самозабвенно чесала лохматого во всех доступных ей местах, волк же пользовался таким вниманием, подставляя ухо, шею, нос – в общем, всё, что обычно собаки подставляют с требованием ласки. А ещё злится на мои намеки о связи с собаками. Он даже мимолетно ей руку лизнуть умудрился.

– Тиана, ты же не забыла, что это Никлас? Смотри, так дочесать можешь, что не заметишь, как спать ляжешь с волком в ногах, а проснешься с голым мужиком в постели.

Волк оскалился, недобро сверкнув золотом. Я молча призвал в ладони тьму: она вспыхнула густой вязкой тенью, скользнув между пальцами.

– Будем мериться силами или делом займёмся? – поднял руку на уровень груди, тьма тут же оплела запястье плотным узором.

Никлас намёк понял. Коротко рыкнул, отворачиваясь, но уже с другой интонацией. Наверно, это означало что-то вроде «ещё посмотрим».

– Вы ведете себя как гоблин с гномом, – Тиана укоризненно покачала головой, поднимаясь на ноги.

– Тогда я буду гоблином, – я протянул ей поводья её лошади в связке с лошадью Никласа.

Тиана зажала поводья между колен, чтобы собрать волосы в хвост. Оборотень занимался прямыми обязанностями: пронюхивал территорию. Коня Астрид я сцепил со своей кобылой с другой стороны. Удивительно, но лошади Рианса и Астрид явно не ладят, постоянно стараясь друг друга укусить. Не зря говорят, что животные похожи на своих хозяев. Правда, хозяева уже не только кусаются. От возврата мыслей к сложившейся ситуации кулаки сжались сами собой.

Разумеется, я ни в коем случае не буду вмешиваться в личную жизнь Астрид, но и стоять в стороне не могу. Он до сих пор ей ничего не сказал… Что ж, его выбор. Только когда она узнает об этом сама, остановить её не сможет даже тьма. Не зря же во главе Долины всегда стояли огненные.

Короткий вой отвлек от рассуждений. Ник нашел след.

***

Стоило ли удивляться, что след вывел нас прямиком в самое сердце территории оборотней?

Если бы не Никлас – их будущий вожак – нас бы здесь встретили когтями и клыками. Но вместо этого мы беспрепятственно пересекли границу Лерстана, и теперь, ведомые невидимой нитью запаха, двигались всё глубже в лес.

Лес жил. Где-то потрескивали ветки под лапами пробуждённых теплом зверей, в вышине перекликались птицы. Солнце клонилось к горизонту, холод пробирался под одежду, заставляя прибавить шаг. Внешне всё было спокойно, но скользящие меж деревьев тени напоминали, что мы здесь не одни. Горячие взгляды прожигали спину, дыхание хищников смешивалось с ароматами леса. Сопровождали и присматривались. Были готовы к нападению. Понятно, что запах Никласа они учуяли ещё до границы, но не показывались. Нужны будут – позовёт.

Пожалуй, пока мы здесь, нужно воздержаться от перепалок. Оборотни не принимают никаких шуток над вожаком, даже если он с приставкой «будущий».

Шли молча, ведя лошадей в поводу, пока идущий впереди Никлас вдруг не замер. Его голова резко поднялась вверх, нос зашевелился, улавливая что-то в воздухе. Затем он припал к земле, мышцы напряглись – и в следующую секунду тело содрогнулось, перетекая в иную форму.

– Знаешь, – заговорщицки прошептала Тиана, – мне всегда интересно, куда девается их одежда.

– Туда же, куда ты отправляешь свои вещи: в подпространство, – ответил я, чуть наклонившись к ней и наблюдая, как шерсть на теле Никласа сменяется кожей.

– Но почему она снова оказывается на них, а не в руках? – продолжала допытываться она.

Теперь её тон был скорее задумчивым, чем насмешливым.

– Жалеешь, что не можешь лицезреть Никласа в неглиже? – ухмыльнулся я, бросив на неё лукавый взгляд из-под бровей.

Она возмущенно хлопнула меня по спине. Я рассмеялся, но пояснил.

– Во время оборота одежда на нём, а не в руках. У тех, кто имеет вторую ипостась, в подпространстве есть скрытый карман, где потоки зациклены, чтобы мы не предстали в чем мать родила. Одежда возвращается на то же место, где была до оборота.

Тиана приоткрыла рот, явно осмысливая новую информацию.

– То есть у меня тоже может быть такой карман? – лицо её выражало смесь изумления и восторга.

– Появится после первого превращения, так что…

– Кхм-кхм, – раздалось впереди.

Я повернулся. Никлас стоял на том же месте уже в привычном обличье. Спина прямая, плечи расслаблены. Спокойный, собранный, он скрестил руки на груди, наблюдая за нами с лёгким оттенком насмешки. Теперь это был не просто не весёлый друг Рианса, а оборотень из клана черных – будущий вожак.

– Короткий курс по обнаженной натуре завершён или мне ещё подождать? – даже в шутке звучали другие интонации.

– Есть новости? – спросил я, намеренно игнорируя вопрос.

– Наша парочка сейчас в городке Легиона, – уверенно объявил Никлас.

Внутри все сжалось. Этого ещё не хватало.

– В каком положении? – уточнил я, чувствуя, как в груди скапливается тревожное давление.

– О, не в роли пленников, благодаря одному нашему знакомому, – успокаивающе произнес оборотень. – Но долго так не продлится. Язвочка может устроить хаос в любой момент.

Тиана недоверчиво качнула головой.

– Вы же не думаете, что Астрид настолько безрассудна, чтобы… – она замолчала, встретившись с нашими взглядами. – Поняла, нужно торопиться.

Дальше мы двинулись верхом.

Дорога к городку Легиона вилась среди высоких стройных деревьев и была вполне сносная, чтобы лошади шли ходкой рысью. Ни один из нас не произносил ни слова, но напряжение витало в воздухе. Через некоторое время лес начал меняться: деревьев стало меньше, почва твёрже. Тишина стала гуще, настораживала. Где-то вдалеке завыл волк, затем другой.

«Они знают, что мы здесь», – отметил я.

Высокие ворота словно вынырнули перед нами из-за очередного поворота – массивные створки из чёрного металла, украшенные изящными, но грозными узорами в виде переплетенных тел волков. Прямая дорога к воротам была отсыпана толстым слоем гравия.

Никлас пришпорил коня. Гравий из-под копыт взметнулся веером, ворота с грохотом раскрылись. Слышно было, как гулкий звук прокатился по улицам, отражаясь от стен.

В воротах города стоял мужчина. Высокий, с твёрдой осанкой, он казался воплощением этого города – не просто человеком, а неким его стражем. Черты лица строгие, чёткие – никаких эмоций. Подбородок твёрд, а скулы такие острые, что казалось, могли резать воздух.

Чёрные, словно беспорядочно растрепанные волосы спадали на плечи, но даже в их небрежности ощущалась продуманность. Одет практично, без излишеств. Длинный тёмный плащ с высоким воротом сейчас был распахнут, свисал тяжелыми складками. Покрой явно рассчитан на то, что плащ скроет движения, но не будет их сковывать в случае необходимости. Под плащом – подогнанный по фигуре кожаный жилет поверх тёмной туники из плотной ткани. Предплечья облегали защитные кожаные наручи, вероятно, не единожды спасавшие владельца.

Чёрные глаза мужчины сразу же поймали мой взгляд и не отпускали ни на секунду, словно просчитывая каждое моё движение ещё до того, как я его совершил. В его взгляде ни дружелюбия, ни угрозы – лишь холодная оценка ситуации. Он не показывал своих намерений, но был готов к любому развитию событий.

– Никлас, с возвращением! – раздалось звучное приветствие.

Оборотень легко спрыгнул с коня, отдал повод юнцу, который появился рядом с конём бесшумно, как тень.

– Мастер Кейгард, крайне неожиданно увидеть вас в роли встречающего, – усмешка проступила на губах Никласа.

– Ситуация обязывает, – Кейгард и бровью не повел. – Твои гости прибыли раньше тебя.

– Надеюсь, их встретили как положено? – весело уточнил Никлас.

В глазах мужчины мелькнуло что-то похожее на раздражение.

– Насколько это возможно, – сдержанно ответил он, и я мысленно улыбнулся, предположив, что Астрид отнюдь не вела себя как покорная пленница.

Мужчина, не дожидаясь других вопросов, быстро развернулся, шагнув в город.

Никлас обернулся к нам, ухмыльнулся и с преувеличенной торжественностью развел руками:

– Добро пожаловать в город Легиона!