Глава 17

В сознание я приходила медленно. Тело совершенно меня не слушалось, каждое незначительное движение отдавало болью. С трудом открыв глаза, сначала не поняла, что происходит.

Меня подвесили за руки к потолку цепями в каком-то полуподвальном помещении. Источником света был один единственный факел, вставленный в крюк на противоположной стене, но света он давал ничтожно мало, больше чадил. Далее виднелись очертания лестницы ведущей наверх и Габриэль без сознания, болтающийся на цепях напротив, точно так же, как и я.

Память услужливо напомнила мне события прошедшего дня. Алисия, Рик, Пустошь… Видимо никто нас не спас, да и я сильно сомневаюсь, что смогут спасти теперь. Сами мы себе помочь тоже не сможем — на демоне красовался антимагический ошейник, и, судя по ощущению пустоты внутри, на меня был надет точно такой же.

— Габриэль!

Увидев, что демон начал приходить в себя, я нерешительно позвала его, не узнав свой голос. Звучал он сейчас хрипло, и настолько жалко, что демон поморщился.

— Эрика? — сощурив глаза в мою сторону, позвал меня наследник. — Где мы? Ты понимаешь, что происходит?

— Конечно, понимает, — раздалось со стороны лестницы, по которой к нам спускался Данте в чёрном балахоне. — Она сюда тебя и привела, да, Кэринайя?

Оборотень, медленно приближаясь к нам, внушал мне самую настоящую панику. Вроде, ничего настолько пугающего в нём не было, всё то же лицо, те же растрёпанные волосы, но от него настолько сильно веяло магией Чёрного Бога, что даже с антимагическим ошейником я смогла её почувствовать. Отступник.

— Данте! Слава Богам ты здесь! Помоги нам! — в отличие от меня, Габриэль ещё не понимал масштаб происходящего.

— Помогу, что же не помочь, — не обращая на демона внимания, отступник подошёл вплотную ко мне. — Сколько напрасных жертв. И всё равно ты здесь.

Странно, но я думала, что Данте ровесник Габриэля, или что-то около того, но теперь, глядя в его глаза я поняла, что он гораздо старше, чем казалось раньше. Хотя и точный возраст демона мне не известен…

— Данте?! Объясни мне, что происходит?! — не унимался Габриэль, гремя цепями. Я же в глазах оборотня видела лишь безразличие. — Развяжи нас!

— Я бы на твоём месте брал пример с наследницы Дайренора, — не отрывая от меня тяжёлого взгляда, ответил ему отступник. — Не кричит, не устраивает истерик. Понимает всю бессмысленность попыток. А ты? А ведь должен был стать будущим повелителем.

Не знаю, что пытался разглядеть во мне Данте, но я от страха дышала через раз, что уж говорить про попытки сказать ему что-либо, или попросить! Но если со стороны это смотрелось как-то по-другому, пусть так и будет.

— Наследница? — повторил Габриэль и перевёл взгляд на меня. — Что ты имел в виду, говоря, что она меня сюда привела?

— Ты ему не сказала? — приподняв одну бровь, поинтересовался оборотень. — Как мило. Габриэль, отвечая сразу на все твои вопросы, позволь представить тебе Кэринайю Милоре Трест, единственную живую наследницу данного правящего рода, кронпринцессу Дайренора. Которая любезно согласилась сопроводить тебя к нам.

На счёт «любезно» я была готова спорить. Если шантаж жизнью подруги является, по его мнению, добровольным согласием, то, что же тогда он будет считать насильным?

— Где Алисия?

— Кто? — в ответ на мой вопрос, Данте изобразил непонимание. — Ах да, маленькая полуэльфийка. Мне откуда знать?

— Но ты…

— Кэринайя! — перебил меня отступник. — Иногда нужно перепроверять то, что тебе пишут. Её у нас никогда и не было.

Если бы цепи не держали меня сейчас, я бы рухнула на пол! Какая же я дура! Да, он отступник, и может и не говорить мне правду, но сейчас я точно знала — он не врёт. Незачем. Мы с Габриэлем здесь, нас никто не выпустит, никто за нами не придёт.

Почему?! Почему я не пошла с этим проклятым письмом к директору? Зачем сразу перенеслась? От раздирающих душу сожалений по щекам потекли слёзы.

— Данте? — снова попытался Габриэль привлечь внимание отступника. — Может ты, всё-таки объяснишь мне, что происходит?

— Справедливость, — отвернувшись от меня к демону, ответил он. — Возмездие. Называй, как тебе удобнее.

— И в чём же это заключается?

— Вы с Кринусом не достойны править Нижними Мирами! — чеканя каждое слово, со злостью произнёс оборотень. — Кринус трус. Только никчемный демон будет прятаться за завесой от войны, чтобы спасти своего отпрыска. А ты? Чему смог научить тебя трус? Подумать только, закрыть Нижние Миры завесой! И всё из-за чего? Из-за предсказания Богини, что один никчёмный наследник повелителя погибнет на войне! Спасая твою жалкую жизнь уничтожить столько благородных судеб. Знаешь, сколько оборотней осталось в Верхних Мирах тогда, когда твой отец вызвал к себе Элизабет и попросил её создать завесу? Знаешь, сколько семей лишилось тогда своих пар? Жён? Детей? Повелителю было плевать! Да и какой он после этого повелитель? Вы не достойны править Нижними Мирами.

— И кто же по твоему мнению достоин? — в тон ему ответил Габриэль. — Уж не ты ли?

— А почему бы и нет? Ты сегодня ночью умрёшь, своей силой наполнив один очень интересный артефакт. Уже завтра Нижние Миры склонят передо мной колени.

— Отец этого не допустит!

— Кринус будет стоять в первых рядах подчинившихся мне. Жаль, что ты этого не увидишь, — Данте рассмеялся смехом, граничащим с истерическим.

— Ты сумасшедший, — озвучила я вслух свои мысли, привлекая к себе внимание отступника.

— Сумасшедший? Нет, я просто забираю то, что теперь должно принадлежать мне, в уплату морального ущерба. А ты мне в этом поможешь, — подойдя ко мне, он больно сжал рукой мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. — Я подарю тебе жизнь, если согласишься снять завесу добровольно и встать рядом с нами.

Он предлагает мне стать отступницей?! Я никогда не буду заодно с теми, кто виновен в смерти моих родителей, что я ему и озвучила.

— Глупая девчонка. До полуночи ещё есть немного времени, советую тебе подумать. Завесу мы всё равно снимем с твоей помощью. Разница лишь в одном — придётся ли тебя для этого убить, или нет. Знаешь, вообще сам факт твоего существования для меня стал большим сюрпризом! Когда мы нашли твоих родителей, то слишком легко они сдались. Это немного смутило, не покидало ощущение, что они специально подставлялись под удар, пряча что-то, — Данте внимательно следил за моей реакцией на его слова, — или кого-то. А знаешь, что было последним, что сказала твоя мать перед смертью? Она сказала: «Кэринайя». Мы тогда не поняли, почему она упомянула название цветка из старой драконьей легенды. Но когда ты прошла через завесу, и показала своё истинное обличие в Пустоши — всё сразу встало на свои места. Подумать только, а ведь я чуть было не отравил тебя! Иронично, не правда ли? Сам себя едва не лишил сил управлять завесой. Но, откуда мне была знать, кто ты такая? Я считал тебя просто помехой.

— Ненавижу… — сквозь слёзы прошептала я отступнику.

— Ненавидь. Но неужели ты хочешь умереть? Хочешь, чтобы жертва твоих родителей была напрасной? Да, Элизабет избавилась от большей части своих способностей, сопротивляться нам она не могла. Но ты, правда, думаешь, что взрослый, опытный и чистокровный демон не смог бы справиться с тремя отступниками? Брось, он отдал свою жизнь только с целью скрыть тебя. Неужели ты сделаешь их жертву напрасной? Подумай над моим предложением, Кэринайя.

С этими словами оборотень вышел из помещения, так же бесшумно, как и зашёл. Сил сдерживать слёзы больше не было. В памяти вновь и вновь всплывали обрывки того дня, когда пришли отступники. Скорее всего, Данте говорит правду, и родители действительно сдались почти без боя. Это всё из-за меня. Да, их убили отступники, но почему так гложет чувство вины?!

Габриэль мне что-то говорил, но сейчас я была не в состоянии ни ответить ему, ни даже понять о чём он говорит. У меня перед глазами были лишь три фигуры в чёрных балахонах, которые приближались к нашему дому в тот день, чтобы перечеркнуть мою жизнь на «до», и «после».

— Рад, что твоя истерика пошла на спад, — обратился ко мне Габриэль, когда поток рыданий прекратился, и я просто всхлипывала. — Может теперь, ты мне сможешь внятно объяснить, как мы здесь оказались?

Севшим голосом, который периодически срывался, я рассказала демону про письмо и требования Данте. Единственное, о чём я умолчала, это про всё, что касалось Рика с Георгом. Кто знает, может нас прослушивают здесь? И терять последний, хоть и крохотный шанс на спасение я не могла. Конечно, надежды почти не было, но так хотелось, чтобы по лестнице сейчас начал спускаться один язвительный дракон. И чтобы он с улыбкой вновь назвал меня сокровищем…

— Эрика, — выдержав небольшую паузу после моего рассказа, обратился ко мне демон. — Если мы выберемся отсюда живыми, я лично сверну тебе шею! Как можно так слепо верить какому-то письму?! С кем Богиня решила связать мою жизнь?!

Последняя его фраза была обращена не ко мне, Габриэль просто высказывал своё негодование. Я молча его слушала, прекрасно понимая всю глупость своего поступка.

— Как получилось, что у вас под носом спокойно разгуливал отступник? — выждав немного, я решила перевести тему.

Обвинениями в мой адрес мы всё равно ничего не добьёмся. Ситуация и так хуже не придумаешь, так хоть попытаюсь понять, как такая подозрительная семейка повелителей впустила в своё ближайшее окружение предателя.

— И мне очень интересно, как он всё это провернул. И как прошёл через завесу.

Этим вопросом я уже задавалась, но так ничего в голову и не приходило. Разве что, кроме тех разрывов, что видела, когда протаскивала Дарена с ребятами через завесу. Тогда я решила, что завеса истончается от времени, но что, если её специально каким-то образом прорывают?

Габриэль отклонил данную версию, сказав, что магия завесы слишком специфична, и, если бы существовали способы создания в ней разрывов — он бы непременно знал об этом, но их не было.

Мы вновь замолчали, погружённые в свои мысли. Не знаю, о чём напряжённо думал демон, у меня в голове крутились слова Данте.

Мне не давала покоя одна странная не состыковка. Имя. Да, допустим, что мама перед смертью назвала его, но с чего они сейчас, спустя столько времени, решили, что это именно имя? Откуда они узнали, что это моё настоящее имя? Я и сама его узнала только вчера. И никому не говорила, кроме… Кроме драконов. Семи предводителям драконов. Кто-то из них заодно с отступниками?! Нет, этого просто не может быть. Они все прошли Столетнюю войну, и если бы один из них был предателем — это всплыло бы ещё тогда. Наверное…

Что там было в моём последнем видение про родителей? Роберт хотел записать моё имя в какую-то книгу. Кто имеет к ней доступ? Если среди предводителей нет предателя, то он среди обычных драконов. Всё равно, в отступника-дракона верилось с трудом. Но других вариантов не было!

Мир перед моими глазами пошёл серой дымкой. Видение? Сейчас?!

Я увидела комнату, похожую на что-то вроде объединённой спальни и гостиной. Очертания предметов размывались, оставляя чётким лишь изображение блондинки, которая что-то чертила на большом, в полный рост, зеркале, висевшим на стене у кровати.

Эта была та самая блондинка, что повисла на Рике, когда он переместил меня на Драконьи Острова. Его невеста. Замечательно. Если я могла бы сейчас взвыть от досады, то именно это и сделала. Мало того, что нахожусь в плену у отступников и жить мне осталось от силы несколько часов, так и пятая стихия решила надо мной поиздеваться, показывая будущую жену дракона. Не удивлюсь, если и он сам сейчас появится, и мой дар прорицательства добьёт меня окончательно какой-нибудь пикантной сценой.

Вопреки моим ожиданиям в комнату к ней никто не вошёл. А вот отражение в зеркале пошло рябью, из которой на девушку вместо её отражения взирал Данте.

— Мой господин, — склонилась в поклоне перед отступником блондинка.

— Саманта, — Данте едва заметно ей кивнул. — Ты нашла то, что мне нужно?

— Да, мой господин. В Родовой книге Первого Дома есть запись. Кэринайя Милоре Трест, — девушка снова склонилась в поклоне. — Могу ли я рассчитывать на ответную просьбу, мой господин?

— Хорошо.

Всё-таки я была права. Предатель действительно среди драконов есть. Почему мои видения всегда приходят в каком-то хаотичном порядке? Нет, иногда они, конечно, очень вовремя возникают, как например видение про тайный ход за зеркалом, или про Карла и клятву, но… Но почему это видение не могло придти мне тогда, когда я была у драконов?!

Не успела я, как следует, повозмущаться, как изображение снова пошло мелкой рябью, и в следующий момент я увидела Саманту ночью посреди Пустоши с Данте.

— Держи, — оборотень протягивал блондинке маленький пузырёк с какой-то жидкостью. — Не забывай, что оно на крови демона, достаточно будет всего одного поцелуя.

— Всего один? — Саманта с жадностью выхватила пузырёк из рук Данте и прижала его к груди. — Есть ещё какие-нибудь особенности?

— Нет, просто нанеси немного на губы и поцелуй своего дракона, — оборотень насмешливо засмеялся. — Только сама не оближи случайно, а то будешь до конца жизни по себе с ума сходить!

Судя по словам оборотня, он дал ей какое-то любовное зелье. Невеста Рика решила кого-то приворожить? Но кого? Сразу вспомнилось упоминание родителей дракона, что тот избегает свадьбы. Уж не его ли решила она в себя влюбить таким кардинальным способом? Не знаю почему, но мысль о том, что Рик ничего не чувствует к своей невесте, нашла приятный отклик в моей душе.

Картинка вновь сменилась, и я наблюдала невесту Рика вновь в комнате с зеркалом, где она старательно смазывала губы жидкостью из скляночки. После, поправив платье, девушка вышла из комнаты. Пока она быстрым шагом петляла в коридорах, я неотрывно следовала за ней, наблюдая, как всегда, откуда-то со стороны.

Блондинка вышла в белый зал, где моя копия яростно отчитывала Рика. Видимо, это тот самый момент, когда он меня только перенёс на Драконьи Острова. Странно, но сейчас в его взгляде я отчетливо видела восхищение. Тогда же мне казалось, что он растерян. Очень странно.

— Рики! — кидаясь на шею к дракону, прощебетала блондинка. — Как же я рада, что ты наконец-то вернулся! Я так скучала по тебе…

Мгновение, и мы снова оказались в комнате Саманты, которая продолжая сжимать Рика в объятьях, тянулась к его губам.

— Какого демона ты творишь?! — в последнюю секунду он увернулся от поцелуя, встряхнув её за плечи.

В его взгляде было столько ярости, что даже мне стало не по себе, хоть я и понимала, что в видении мне бояться нечего, что уж говорить о Саманте.

— Всего один поцелуй… — прошептала блондинка, призывно облизнув губы.

— Что в фразе: «Я нашёл свою истинную!» тебе не понятно? Твой дом получит компенсацию за отмену помолвки, — Хендрик презрительно скривился, отпуская её, и исчез. Видимо он тогда действительно говорил правду, что уже через минуту снова был в зале, и сразу же направился меня искать.

Саманта же, кажется, даже не заметила исчезновения дракона. Всё её внимание было направлено на отражение в зеркале.

— Какая я красивая… Какие волосы… — шептала она, подойдя вплотную к отражению и водя руками по стеклу. — Какая нежная кожа… Как же я люблю себя!

Зря она губы облизала. Теперь её, по всей видимости, ждёт то, что в шутку описал Данте, когда давал зелье.

Видение исчезло, и я вновь увидела перед собой подвал, в котором нас держали с Габриэлем.

— Эрика! Да что с тобой такое?! — демон нервно меня звал, видимо не в первый раз.

— Прости, я задумалась, — рассказывать о моих периодических видениях я не собиралась.

— Я даже спрашивать боюсь, о чём так сильно можно задуматься?

— О любовных зельях и их последствиях.

Габриэля мой ответ озадачил, и если до этого он пытался привлечь моё внимание не просто так, то теперь решил ничего не говорить. Я же на разговоры сейчас настроена не была, хотелось обдумать увиденное. Но кто мне даст?!

По лестнице торжественно спускался Данте в сопровождении пяти отступников. Помещение и так было небольшим, когда же собравшиеся распределились рядом с нами, казалось, что свободного места не осталось и вовсе. Даже дышать тяжелее стало. Или это просто сказывается нервное напряжение?

— Кэринайя, — обратился ко мне Данте. — Ты обдумала моё предложение? Согласна присоединиться к нам?

— Нет, — уверенно ответила я.

— Это твоё окончательное решение?

— Да.

Я понимаю, что ничего хорошего меня в будущем не ждёт, если, конечно, не произойдёт чудо, и нас не спасут, но никогда я не буду заодно с отступниками.

— Как знаешь, — оборотень потерял ко мне интерес и обратился к отступникам. — Наверх их.

Нас с Габриэлем почти одновременно сняли с цепей, и, не дав опомниться, и хоть немного размять затёкшие конечности, потащили по лестнице. Дальше были коридоры, бесконечное число поворотов и подъёмов по другим лестницам. У меня складывалось ощущение, что мы в каких-то катакомбах — стены были в одних коридорах отделаны каменной кладкой, где-то деревом, в некоторых просто были земляными.

В итоге мы всё-таки вышли на поверхность, и оказались в… Пустоши.

Я глазам своим не поверила! Отступники устроили себе целый подземный город, и демон знает, сколько времени спокойно в нём обитали! Конечно, кто же их будет здесь искать! Бывший Дайренор если и осматривали на предмет подозрительных личностей, то только на поверхности, да и, я думаю, не слишком часто. И как только мы на практике не раскопали ни один из их коридорчиков? Хотя, раскопки проводились лишь на территории бывшей столицы, не факт, что сейчас мы где-то в её пределах.

Кроме мрачного света Луны, источников освещения больше не было. Нас встречали около тридцати отступников, и, судя по подозрительно горящим красным светом глазам из-под некоторых капюшонов — поглощающие силу здесь так же присутствовали. Они стояли полукругом перед небольшой гладкой плитой, на небольшом возвышении стоявшей на земле.

В голову упорно лезло слово «алтарь». Нет, умом я понимала, что на алтарях обычно делают жертвоприношения, и крайне редко человеческие, нас же просто убьют, чтобы забрать силы, но… Но мне сейчас было настолько страшно, что ни о чём, кроме жертвоприношений Чёрному Богу, я думать не могла.

Габриэль же с виду казался абсолютно спокойным и невозмутимым. Даже когда нас двоих разложили на этом алтаре, приковав к нему цепями за крюки, которые были в него заделаны, демон не выражал никаких эмоций. У меня же от страха и нарастающей паники сбивалось дыхание, и периодически вырывались вскрики.

— Артефакты? — сказал Данте, обращаясь к кому-то из присутствующих.

Тут же ему передали два простеньких с виду серебряных колечка. Это и есть те самые великие артефакты?! Мне стало смешно. Может, началась истерика из-за нервного перенапряжения, но я ожидала увидеть что-то более величественное.

— Рад, что ты не падаешь духом, — сухо обратился ко мне оборотень, надевая на палец кольцо, потом, так же надел кольцо и Габриэлю. — Зря ты отказалась, могла просто убрать завесу и жить в своё удовольствие.

С этими словами он отошёл от нас и дал знак остальным начинать. Двое поглощающих силу с ножами в руках встали рядом с нами, готовые в любой момент лишить жизни. Остальные же распределились вокруг, монотонно читая какое-то заклинание. Сначала шёпотом, но постепенно громкость и скорость прочтения нарастали.

Я закрыла глаза. Смотреть, как мне на грудь опуститься кинжал, я не смогла бы при всём желании. Страх смешался вместе со злостью на всех. На отступников, со своим желание поработить Нижние Миры, на завесу — не было бы которой, не было бы и проблем. Не всех, конечно, но большей части точно!

Не успела я дальше развить эту мысль, как почувствовала её, завесу! Она всё тем же туманом окутывала Нижние Миры нерушимой стеной. Но как?! От удивления я даже глаза распахнула, что зря сделала. Вокруг нас было столько магии отступников, магии Чёрного Бога, что она не просто ощущалась, она стала видимой, даже не смотря на надетые на нас антимагические ошейники.

В ужасе зажмурившись, я вновь потянулась к завесе, вдруг мне просто почудилось? Но нет! Я снова её видела!

Это казалось нереальным, ведь доступ к магии стихий был закрыт для меня сейчас. Но факт остаётся фактом. Объяснить это я не могла, но интуиция кричала, что это шанс!

Почувствовав лёгкое касание пальцев Габриэля к моим, я решила не медлить и попытаться сделать невозможное — пройти сквозь завесу. Опять.

Завеса подплывала ко мне ближе, то ли повинуясь моим мыслям, то ли по своим каким-то причинам, но, когда она оказалась совсем рядом, я начала отчаянно пытаться оказаться с той стороны. Что нужно делать, я не знала, просто мысленно представляла себя в тронном зале у Кринуса, в библиотеке Ричарда, в столовой, где ужинала в первый раз с семьёй повелителя. Даже в тюремной камере и ванной комнате наследника представляла. Так же мысленно обращалась к завесе, то прося её перенести, то приказывая. Молила её открыть проход, и попутно угрожала, что развею её ко всем демонам!

В какой-то момент всё изменилось. Шум голосов смолк, одновременно пропало ощущение присутствия магии Чёрного Бога. Да и звуков не было никаких, ни ветра, ни шорохов. Я всё так же ощущала спиной алтарь, и цепи, и пальцы демона, едва касающиеся моих.

— Габриэль!!!

Прогремел голос Кринуса, и я распахнула глаза. Мы с наследником, всё так же прикованные к плите лежали посредине библиотеки во дворце повелителя. Сам Кринус, вместе с Ричардом, вскочили с кресел, на которых, судя по всему, сидели и играли в шахматы, и подбежали к нам.

— Элизабет? — не веря прошептал Ричард, быстро избавляя меня от оков и ошейника.

Те же манипуляции проделывал Кринус с сыном, причитая что-то про тех, кто с ним это сделал, и про то, что он теперь с ними сделает. Странно, но мне вроде показалось, что при этом он несколько раз упомянул и моё имя.

— Эрика! — обнял меня светящийся счастьем Габриэль, когда Ричард помог мне подняться на ноги. — Какая же ты умничка! Но как ты сумела? Магия ведь была блокирована ошейниками?

— Эрика? — почти хором повторили за ним повелитель с Ричардом.

— Завесой называется мощный блок, содержащий в себе силы пяти стихий, и блокирующий любую магию, кроме магии кровных родственников создателя. Снять завесу может только создатель, или его прямой потомок, — невпопад процитировала я всплывшую в памяти характеристику завесы, слегка заплетающимся языком. — Габриэль, я так устала.

Слабость накатила так внезапно, что, если бы наследник повелителя меня не обнимал, я бы просто упала на пол. Глаза слипались, и бороться с этим становилось всё труднее.

— Потерпи немного, — Габриэль подхватил меня на руки и куда-то понёс. — Сейчас отдохнёшь…

Он ещё что-то говорил, но смысл сказанного до меня не доходил. Я медленно погружалась в сон, под всплывающие в памяти слова «береги себя, моё сокровище».