Глава 18

Спала я не долго, от силы минут двадцать. По словам наследника повелителя, он принёс меня в свои покои, по пути умудрился отдать указание срочно вызвать лекаря, который в комнату пришёл почти одновременно с нами.

Быстрый осмотр спящей меня выявил лекарем магическое истощение. Тут же в меня были влиты несколько зелий концентрации и восстановления и, как итог, я пришла в себя. Демон поздравил меня с возвращением, а лекарь ушёл, порекомендовав постельный режим в ближайшие пару дней и запрет на магию, оставив нас наедине.

Тут же в комнату вбежали повелитель с Ричардом, требующие от нас объяснений. В основном, конечно, от Габриэля, на меня же Кринус лишь недоумённо косился. Ричард же вообще старательно избегал смотреть в мою сторону. Совесть проснулась, не иначе.

Отстранённо слушая рассказ Габриэля про его появление в Верхних Мирах, войну и Дайренор, я вспоминала свой сон, который умудрилась увидеть в столь коротком бессознательном состоянии. Сном его можно было назвать с натяжкой, скорее всего это было очередное видение, но сильно отличающееся от предыдущих.

На этот раз я наблюдала не со стороны, а была самой собой. Я лежала на кровати, очень удобно устроившись на плече обнажённого мужчины. Сама я тоже наличием одежды похвастаться не могла, но во сне меня это не смущало. Мы с мужчиной о чём-то неспешно разговаривали, но смысл его и моих слов в видении уловить я не могла.

Вроде и говорим на одном языке, и слова все знакомые, но в голове они совершенно не откладывались. Как и голос мужчины. Весь сон я пыталась узнать его по голосу, но либо в видении искажались не только слова, но и звуки, либо я ещё в настоящем не была с ним знакома.

Лица же его мне просто было не видно, всё внимание было сконцентрировано на его широкой груди, переходящей в интригующе подтянутый рельефный торс и… Остальное было скрыто за небрежно накинутой простынёй.

Что это было видение будущего, я почему-то не сомневалась. Хоть и наблюдала от первого лица и не могла видеть себя — интуиция подсказывала, что это именно моё будущее. А мужчина, на котором я так удобно устроилась — мой будущий муж. Это подтверждалось не только моими ощущениями, но и одинаковыми кольцами на наших безымянных пальцах правых рук.

Его кольцо я увидела, когда он бережно перехватил мои пальчики, которые вырисовывали узоры на его груди, и поцеловал. Кольцо было в виде массивного перстня с тёмно-красным камнем. Точно такое же колечко, только гораздо меньше по размеру и не с таким массивным камнем украшало и мою руку. Только на моём кольце была выгравирована какая-то надпись внутри. Видно её, конечно, не было, но я точно знала, что она есть. При мысли о ней по телу разлилось приятное тепло, хоть и видение не позволяло отложиться словам гравировки в памяти.

Узоры на его груди, к слову, будущая я вырисовывала не просто так. У моего супруга в области сердца, было странное родимое пятно, по форме напоминающее семиконечную звезду. В царившем полумраке больше и точнее рассмотреть у меня не вышло.

Но самое поразительное в этом видении было не это. Я чувствовала свои будущие эмоции и одновременно эмоции будущего мужа. Для меня будущей это было в порядке вещей, для меня настоящей же просто потрясением. Прежде я о таком никогда не слышала! Нет, среди магов иногда складывались пары, которые открыто транслировали друг другу свои чувства и эмоции, но случалось это редко — тратить резерв на такие трансляции многим казалось пустой тратой времени.

Но я стихийница! Мне и минуты передачи чувств таким образом хватит, чтобы полностью иссушить свой резерв! Но в видении я чувствовала себя прекрасно, и, если верить ощущениям, специально ничего не транслировала, как будто оно само собой так получалось!

Сами же эмоции мне нравились, такой коктейль из любви, восхищения, преданности и счастья я прежде никогда не испытывала. И самое главное, что всё это было взаимно, в какой-то момент я совершенно запуталась, пытаясь разделить эмоции будущей меня от чувств будущего мужа.

Закончилось видение нашим поцелуем, но лица я так и не увидела. В видении оно было настолько размытым, что не вышло даже распознать цвет и длину волос будущего супруга. Зато при воспоминании от захлестнувших нас обоих эмоциях при поцелуе сердце сбивалось с ритма.

— Эрика? — Габриэль потряс меня за плечо, вытаскивая из таких волнующих воспоминаний о будущем. — Ты с нами?

— У тебя есть родимое пятно на груди?

Вопрос сорвался с моих губ прежде, чем я успела его обдумать. Габриэль, конечно, меня в роли будущего мужа не привлекает, да и я сильно сомневаюсь, что это был он, но любопытство и жажда испытать те эмоции пересилило.

— Нет, — не очень уверенно начал наследник. — А что? Эрика, ты вообще нас слушала?

— Может снова позвать лекаря? — предложил Ричард, явно нервничая, но, не решаясь подойти ко мне.

Видимо он действительно чувствовал себя виноватым за произошедшее в тронном зале и за своё недоверие. И виноват он действительно был, но… В какой-то степени я его понимала. Он боялся ошибиться, и поверить не той. И хоть и склонялся больше в мою пользу, но Кринус внёс сомнения и порекомендовал держаться на расстоянии, как от меня, так и от Кристианны.

— Эрика? — Габриэль пощелкал пальцами перед моим лицом. — Ты меня слышишь?

— Слышу, слышу, — стукнув его по руке, которой он продолжал махать перед моим носом, я повернулась к Ричарду. — Лекарь не нужен, я просто задумалась.

— О моей груди? — мурлыкнул наследник повелителя, но услышав моё злобное шипение сквозь зубы, продолжил говорить, отойдя от меня подальше. — Я рассказал про все наши злоключения, но не хватает истории с твоей стороны. Ты можешь рассказать? Я, кстати, тоже многое о тебе узнал лишь в плену у Данте с отступниками. Если не сложно, то можешь начать с того момента, как ты оказалась в Верхних Мирах? И почему сразу не сказала, что ты кронпринцесса Дайренора? Зачем скрывала?

И с чего они предлагают мне начать? Что после унижений в тронном зале они настолько меня разозлили, что меня захватили стихии, и я на автомате прошла через завесу? А про моё происхождение он зря. Неужели действительно думает, что я намеренно его скрыла?

— Эрика, — доверительно протянул мне Кринус, поняв моё молчание по-своему. — Если тебе неловко за разрушение части замка, то не переживай. Я на тебя не сержусь.

От такой наглости я даже дар речи потеряла. Он на меня не сердится?! Всё-таки хорошо, что у Габриэля нет родимых пятен на груди. Такого свёкра я бы не выдержала, несмотря на все счастливые видения из будущего.

Я перевела взгляд на Ричарда, который с таким негодованием смотрел на Кринуса, что я едва смогла скрыть улыбку. Старый демон, конечно, был виноват, но он мой единственный живой родственник, насколько я знаю. Мой дедушка. И пока он не начал высказывать повелителю всё, что у него накипело, а судя по его виду, накипело очень много, я начала рассказывать.

Нравится Кринусу думать, что моя заминка была связана с разрушением их замка — пожалуйста.

Ментальный блок я сняла сразу же, как начала говорить. Слова подбирала тщательно, убирая моменты, которые Кринуса с наследником никак не касаются. Ричарду же мысленно рассказала намного больше.

Так я решила показать ему, что на него зла не держу и доверяю. Обида, конечно, осталась, но, надеюсь, мы справимся. Старый демон мой жест оценил, внешне это выразилось в нём лишь лёгкой полуулыбкой, но у меня в голове пронеслось тихое «спасибо девочка, спасибо…».

Я старалась рассказать как можно подробней всё, что касается Нижних Миров. Начала я со сна, после которого разбила Сферу Истины. Кринус в этом месте снова проявил небывалое великодушие, сказав, что не сердится на меня. Это было по-настоящему удивительно. Я даже рассказ прервала, подбирая слова ответа для повелителя.

«Я тебе этого не говорил, но Сфера была не настоящей. Это была охота на живца. Кринус решил, что шанс, что самозванцы сами себя выдадут, есть, и почему бы не попытаться. Настоящая Сфера в целости и сохранности».

Это многое объясняет! Спасибо, Ричард! А то я уже решила, что Кринус не так уж и плох.

«Он на самом деле не так уж и плох… Иногда».

Хихикнув и поймав на себе удивлённые взгляды Кринуса с Габриэлем, я продолжила рассказ. Скрывать что-то мне казалось бессмысленным, всё-таки демоны сейчас были больше союзниками, но большую часть информации получал Ричард. Всё, касаемо моих отношений с Риком, я старательно обходила даже в мыслях, но старый демон что-то всё равно улавливал. Слишком уж он подозрительно довольно щурился, при моём упоминании вслух о драконе. Мысли, про последнее видение я старалась гнать как можно дальше.

Кроме всех моих злоключений, я рассказала так же о нападении демонов на будущих учеников школы. Лиска, конечно, рассказала мне это по секрету, и со слов Дарена, но, если эти демоны были вытащены Данте в Верхние Миры, где гарантии, что и тут у него нет сторонников? Не мог же он в одиночку столько времени играть на два фронта, не вызывая ни у кого подозрений.

— Как же я это пропустил? — ни к кому конкретно не обращаясь, пробормотал Кринус, а дальше начал давать указания по амулету связи доверенным лицам, в преданности которых он не сомневался.

«Они давали клятву на крови, пойти против Кринуса не могли никак, не переживай!».

Слова Ричарда успокоили, такую клятву действительно нарушить не рискнёт никто — наказание смерть, причём мгновенная. В нас это вбивали в школе с первого курса, что перед тем, как дать кому-либо клятву на крови, нужно подумать, и очень хорошо. Шутки с магическими клятвами очень плохи, и обойти их нет никакой возможности.

— Я не могу понять, — обратился к отцу Габриэль, когда тот закончил давать указания, — как Эрика смогла пройти со мной сквозь завесу? Ведь на ней был антимагический ошейник.

— Магия завесы довольно специфична, как и магия самих стихийников, — ответил за Кринуса Ричард. — В данном случае она среагировала на кровь, ведь Эрика дочь создателя, для завесы это стало решающим аргументом. Добавим опасную для жизни ситуацию и желание Эрики покинуть место заключения — закрытый доступ к магии для завесы в данной ситуации роли не играл.

— Завеса решила? — искренне удивилась я. — Она живая?

— Не совсем, — протянул старый демон, — но у такого мощного заклинания есть память, позволяющая пропускать сквозь неё одних, и запрещать вход другим. А учитывая сколько времени она стояла без участия своей создательницы, то не удивительно, что потянулась к тебе и позволила совершить переход.

— А как же тогда проходили сквозь неё Данте и демоны? Меня с Габриэлем она пропустила не совсем охотно, как же это удаётся им?

Ответить мне никто не успел, так как в комнату вошли пять статных демонов в военном облачении. Видимо именно с ними связывался Кринус, объясняя сложившуюся ситуацию.

— Повелитель, — один из них склонился в вежливом поклоне перед Кринусом.

— Говори, — видя взгляды, которые вошедшие кидали на меня, размышляя можно ли при мне говорить, разрешил Габриэль.

— Оборотни при проверке начали оказывать сопротивление. Почти все, что находились в замке, взяты под стражу. Некоторым удалось сбежать. По всей видимости, они передали сигнал в общину, так как границы её закрыты. К ним направлены вампиры, на случай если они начнут действовать.

— Что с Кристианной? — кивнув в знак одобрения действий на счет оборотней, спросил Кринус.

— При попытке задержания воспользовалась телепортом. Точка выхода не отслеживается, — поморщившись неудаче с фальшивой кронпринцессой, продолжал отчитываться демон. — По Нижним Мирам разосланы ищейки, поиски продолжаются, но пока безрезультатно.

— Что с проверкой демонов? У Лилии уже есть результаты?

— Да, все сотники и тысячники прошли проверку на Сфере, клятву верности на крови у них приняла повелительница. Прошедшие проверку принимают клятвы у подчинённых. Возмущения были, но быстро стихли.

Судя по всему, Кринус решил обезопаситься от мятежей навсегда, раз в обязательном порядке сейчас принимаются магические клятвы. Странно, что возмущений мало, всё-таки это не шутки, это пожизненная верность повелителю. Или нужно радоваться, что предателей не так много?

— Ларец? — продолжал входить в курс дела Кринус.

— Да, — ловким движением отчитывающийся демон достал из-под плаща маленькую чёрную шкатулку и протянул повелителю.

— Эрика, Габриэль, — повелитель открыл шкатулку и подошёл ко мне, — снимайте артефакты и кладите сюда.

Артефакты? Только я хотела спросить у повелителя, о чём он говорит, как Габриэль снял с руки кольцо и аккуратно переложил его в коробочку. Кольца! Как я могла забыть про эту гадость, что надел нам Данте?

«Это Ларец Симона, вы ведь его проходили в школе?».

Ричард, как всегда, решил меня просветить, чтобы зря не переживала. Конечно, проходили, Симон был известным мастером-артефактником древности. Основной упор его изобретений был на увеличение магических свойств владельца, но случались и промахи, вроде этого самого ларчика. Любые артефакты, помещённые внутрь на длительное время, полностью теряли свои магические свойства. Ларец Симона в Верхних Мирах остался только один, и находился он в Ронгарне. К слову сказать, не просто находился, но и периодически использовался. Запрет на магию там распространяется не только на людей, но и на некоторые предметы. Даже представить страшно, сколько старинных амулетов они уничтожили подобным образом.

— Хорошо, — когда оба кольца оказались в ларчике, повелитель передал его обратно демону. — Что делать с этим знаешь.

— Что-то ещё, повелитель?

— Всех давших клятву ставить в усиление. Предупредить наместников, только лично. Никаких писем. Сколько времени понадобится на проверку всех наших?

— К утру должны справиться.

— Сразу после завершения жду с отчётом. Предателей не убивать и не калечить. Всех в допросные, к валькириям. Оборотней пока не трогать, но при первых же признаках попыток нападения с их стороны — атаковать. К их границе в помощь вампирам отправь пару наших сотников с подчинёнными. Свободны!

— Да, повелитель! — нестройным хором ответили демоны, и, поклонившись Кринусу, вышли из помещения.

— Габриэль, — продолжал раздавать указания Кринус, — возьми себе десятников и магов, и, отправляйся в людские поселения. Предателей к валькириям. Как закончишь, отправь на всякий случай к ним вампиров. Не нравится мне это затишье у оборотней.

— Отец, а как же Эрика?

— Что, Эрика? — непонимающе переводя взгляд с меня на сына, уточнил Кринус.

— Не могу же я оставить её одну в таком состоянии!

Интересно, а что его не устраивает в моём состоянии? Чувствую себя хорошо, правда, покушать было бы неплохо. Но оставаться с Габриэлем наедине совсем не хочется. Особенно с учётом его патриархальных планов в отношении меня.

— Я останусь, если Эрика не против, — подал голос Ричард, и, судя по ухмылке, последние мои размышления его позабавили.

— Хорошо, — Кринус кивнул Ричарду и выжидательно посмотрел на сына.

Габриэлю ничего не оставалось, как идти и выполнять поручение отца. Наградив меня скорбным взглядом, значащим его нежелание оставлять меня без своего внимания, наследник вышел.

— Эрика, — дождавшись, когда за сыном закроется дверь, повелитель подошёл ко мне и протянул тонкий золотой браслет с тремя камушками мутно-синего цвета. — Надень, пожалуйста, это «Улыбка Смерти». Артефакт сокрытия. Как я понял из вашего рассказа, отступники будут искать тебя, чтобы получить силу. И хоть главные артефакты теперь у нас, мы не можем рисковать. Кто знает, что ещё у них имеется.

— На мне уже был надет один артефакт, но отступники всё равно нашли меня, — неуверенно крутя браслет в руках, я озвучила Кринусу свои опасения. — Почему вы так уверены, что этот поможет?

Про «Улыбку Смерти» прежде я никогда не слышала, и, если честно, название положительных откликов в душе не находило. Даже наоборот — надевать браслет совсем не хотелось.

— «Улыбка Смерти», в отличие от других скрывающих амулетов, заклятий и артефактов, не маскирует ауру носителя, а закрывает её ложным фоном, — вместо повелителя начал просвещать меня Ричард. — Фон будет как у мёртвого человека. То есть, кто бы тебя ни искал, если на тебе будет браслет, сможет лишь убедиться в твоей скоропостижной кончине. Единственный минус артефакта в том, что он обрывает родственные привязки. То есть, если бы у тебя был муж, или жених, с которым у вас была бы налажена ментальная связь, то он бы почувствовал твою «смерть» и без всяких заклинаний поиска. Но тут нам переживать не о чем, если только ты не успела с кем-то обручиться.

— А заклятия поиска, даже самые сильные, при определении смерти объекта обнаружить его местоположение не могут, — закончила я за Ричарда, всё-таки в школе мы эту простую истину проходили.

Пропустив мимо ушей его рассуждения о моём замужестве, я надела браслет на левую руку. Теперь у меня их тут два. Странно, что накопитель не свалился с меня, обуглившись, как его предшественник.

Кринус задерживаться в комнате после этого не стал, и оставил нас с Ричардом вдвоём. Возражать я не стала, даже наоборот, внутренне выдохнула. Как бы теперь не относился ко мне повелитель, мне в его присутствии было не по себе. Нет, подвоха, либо каких-то агрессивных действий с его стороны я не ждала, но… Объяснить не получалось даже самой себе.

Ричард распорядился на счёт ужина для нас, у не понятно как возникшей в комнате горничной. То ли я настолько задумалась о повелителе, что не заметила её прихода, то ли прислуга здесь обладала какими-то уникальными свойствами, помимо бесшумности.

Задуматься над этим вопросом в полной мере мне помешали слуги, спешно вошедшие и накрывающие нам поздний ужин на двоих.

С кровати мне встать Ричард не разрешил. И если к его креслу приставили небольшой столик, на который быстро стали выставлять тарелки с разнообразными блюдами, то мне достался небольшой кроватный поднос с ножками. И самым обидным было то, что кроме куриного бульона и салатика из овощей на него ничего больше не выставили!

— У тебя магическое истощение, Эрика, — извиняясь, произнёс старый демон, видя мой растерянный вид, когда слуги вышли за дверь. — Лекарь настоятельно рекомендовал тебе сегодня исключить тяжёлую пищу.

— Я не помню, чтобы он такое говорил.

Если мне не изменяла память, он озвучивал только про постельный режим и рекомендацию не использовать магию в ближайшее время. Ни слова о еде им сказано не было!

«А разве при мне обязательно говорить вслух? Мы столкнулись с ним в коридоре».

На это мне ответить было нечего, а есть всё равно хотелось.

Пока я грустно ковырялась ложкой в бульоне, Ричард просветил меня на счет временного запрета на магию. Истощение я получила из-за использование магии крови, которую можно условно приравнять к бытовой, свою роль тут ещё сыграл антимагический ошейник, и вообще чудо, по словам Ричарда, что, будучи отрезана от магии я смогла дотянуться до завесы.

Исходя из его слов, я поняла, что стихиями управлять могу хоть сейчас и без вреда для себя. Как и через завесу пройти, если смогу, конечно, но демон почему-то не сомневался. Даже сказал, что он абсолютно уверен в моей способности убрать её хоть сейчас. Единственное, что было для меня под запретом на ближайшие два дня — это любая бытовая магия. Никаких заклинаний, даже самых простых. Не сказать, чтобы это меня расстроило, я ими и так не пользуюсь. Слишком разбитой себя потом чувствую, как и все стихийники. Любые виды магии, кроме сил стихий — не наше.

Когда с поздним ужином было покончено, а слуги всё убрали и вышли, Ричард пожелал мне спокойной ночи и покинул спальню.

Уснула я моментально, несмотря ни на то, что всё так же была в школьной форме стихийников, и ни на то, что нахожусь в спальне Габриэля.