Глава 36

Ноа Монро

Прикрыв свое тело простыней, маркиза, затаив дыхание, наблюдала за мужчиной.

Когда Ноа стянул халат, повернувшись спиной к кровати, женщина увидела его широкие плечи и крепкие мышцы спины, по которым скользили рассветные лучи солнца, пробивающиеся сквозь полупрозрачные шелковые шторы.

Безупречное, идеально сбалансированное телосложение и привлекательное угловатое лицо. Его черты настолько совершенны, будто тщательно вылеплены скульптором.

Шрамы, как большие, так и маленькие, усыпанные по всему его телу, но даже они, казалось, были произведением искусства.

Маргарет понимала, что быть любовницей Ноа Монро довольно легко, даже почетно...

Но, к сожалению, сохранить свое сердце рядом с ним было невозможно.

У него вошло в привычку хладнокровно разрывать близкую связь, как только у него пропадал интерес.

Неважно, кто это будет, ему подойдет любая женщина. Кто-то, кто сможет согревать его постель и не докучать.

Поэтому все его подобные отношения заканчивались в тот момент, когда он начинал чувствовать скуку, и от этих мыслей женщина прискорбно выдохнула.

Я обернулся, ощутив плотоядный взгляд Марго, и встретился с голубыми глазами почти обнаженной дамы.

– Проснулась?

Застегивая запонки на уже одетой рубашке, я сузил глаза, наблюдая за растягивающейся женской улыбкой.

– Ноа... – она протянула свою руку, подзывая.

– У меня много работы, но ты можешь не торопиться, – отводя взгляд в сторону, я направился к рабочему столу. – Отдыхай.

Непривычное, колющее ощущение измены угнетает, но искать оправданий я не собирался. Что случилось прошлой ночью, останется, и этого не изменить.

Угнетает даже не факт очередной моей измены, а то, что я опустился до иллюзий, что так сильно вскружили мне голову. Это скорее стыд перед самим собой, а ещё перед Дианой, о которой я по-мальчишески мечтал этой ночью.

Шелест простыней за спиной отчетливо обозначал, что маркиза поднялась с постели и шла в мою сторону.

Когда её руки коснулись моих плеч, мышцы напряглись.

– Вы так заняты, но, быть может, у вас получится уделить мне ещё совсем малость своего времени?

Тонкие изящные руки Маргарет медленно скользили по спине вниз, обвивая мое тело в кольце своих рук.

Неприятно.

Если под покровом ночи я обманывал сам себя, то с рассветом пелена спала, и пришло время расплаты.

Перехватил кольцо женских рук и, медленно расцепив его, обернулся к улыбающейся маркизе. Она наверняка решила, что победила, но, прочувствовав серьезность атмосферы, вопросительно подняла бровь.

– Марго, это была последняя подобная наша встреча, – с каждым моим словом её взгляд приобретал жестокость, которую ранее я не замечал. – Отныне такого не случится.

Стянув со спинки снятый ранее халат, я набросил его на обнаженную женскую фигуру. Но Марго не шелохнулась.

Оголенная округлая грудь и плоский живот были не прикрыты, но этот факт женщину нисколько не трогал. Её некогда голубые глаза наполнились льдом, а ресницы нервно трепетали.

– Это все из-за неё?

Ничего не ответив на её вопрос, я молча скрестил с ней взгляд.

Она всегда была проницательна и мудра, однако сейчас её глаза пылали ревностным огнем, подобным адскому пламени.

– Раньше тебя не беспокоило наличие невесты, к которой ты никогда не питал чувств!

Затягивая пояс халата, губы её ехидно растянулись в подобии усмешки, но затем даже это выражение исказилось. Маркиза начала осознавать, насколько близко она подобралась к истине.

– Нет... – округлив глаза, она отступила на шаг. – Не верю.

Больше не в состоянии держать бесстрастное выражение лица, я пальцами зачесал свои влажные волосы назад, отвел глаза в сторону, а усталый вздох проскользнул по комнате.

– Я все тебе сказал. Я не хочу больше тебя видеть рядом с собой или Дианой.

Короткий смешок прокатился следом за моими словами, перерастая в истерический женский смех.

Неприятное предчувствие засело внутри меня ещё с момента пробуждения, но сейчас многократно усилилось. Ранее невозмутимое выражение моего лица мгновенно стало диким, и её оно развеселило куда больше.

– Марго, что ты знаешь? Что ты задумала?

Она смахнула с глаз выступившие слезы, но взгляд определенно был безумен.

– Очень скоро все изменится, дорогой Ноа. Совсем скоро ты познаешь, каково, когда твое сердце разрывают на части. Всему виной – любовь, помни это.

Маркиза теперь не была той, кого я знал ранее, а она теперь видела перед собой не того, кого так горячо любила и из-за кого так долго страдала её гордость.

***

На лице герцога нельзя было прочесть никаких эмоций.

Он словно прекраснейшая статуя застыл и совсем перестал дышать.

Ноа не выдержал и искоса взглянул на камин, от чего улыбка женщины стала шире, обнажая белые зубы.

Без сомнения, в камине пылал огонь.

Однако, как ни странно, температура в комнате резко упала, и только сейчас маркиза осознала, что пробудила демона.

Быстрым движением я перехватил за шею отступающую назад маркизу.

Вены на тыльной стороне руки, державшейся за женскую тонкую шею, вздулись и посинели, когда Маргарет пыталась ослабить его хватку. Её заметно одолевал ужас, но она могла лишь хватать ртом воздух, когда он приблизил их лица.

– Забавно. Я всегда думал, что ты умна...

Маргарет была настолько перепугана, что вначале говорила сбивчиво, через слово запинаясь, но герцог кое-как сумел в общих чертах уловить суть.

Женщина со светло-золотистыми волосами осела возле ног мужчины и умоляюще смотрела на него, прося о пощаде.

Эта картина являла собой жалкое зрелище, однако взгляд мужчины оставался по-прежнему холодным. Он смотрел на неё сверху вниз, с безразличным выражением лица.

Независимо от того, как много усилий она прилагала, чтобы быть с ним, ей не удавалось завоевать сердце своего холодного любовника.

« – Я хотела остаться с тобой, даже если ты не любил меня!» – так думала она.

– …Мне очень жаль. Я больше не буду беспокоить тебя.

Глазами, в которых стояли слезы, она в отчаянии посмотрела на него. Но все, что она увидела, это только кобальтовые глаза без каких-либо эмоций.

– Я предупреждал, чтобы ты ничего не ждала.

***

Рыцари поспешно последовали за мной, стоило мне появиться за порогом комнаты, попутно застегивая строгий камзол, который первым заметил в комнате. Я быстро спустился по лестнице, не дожидаясь их, тут же вскочил на своего фризской породы коня, стоявшего во дворе, и пустил его в галоп.

Улицы города в это время были пустыми, поскольку стояло раннее утро, и благодаря этому на моём пути не было ни одного препятствия.

Мысли были заняты лишь спасением жизни своей невесты, ведь, как оказалось, сегодня на неё совершится покушение.

Вскипающая внутри ярость вперемешку с отчаянием заглушает любые встречные вопросы слуг, но сильнее этих чувств был страх. Страх, который одолевал меня крайне редко и о коем я уже начал забывать.

Диана Эрскин

Приглаживая ладонями украшенные серыми перьями плечики платья, я взволнованно осматривала цельность образа, в коим предстану перед виконтессой Фридрих и другими дамами. Такой же мрачный, я бы сказала, как и сегодняшнее утро, плавно переходящее в полдень.

Перья неизвестной мне птицы украшают плечики, переходя в корсетную часть, струящиеся юбки, что также ненавязчиво усыпана перьями с заостренными концами более темного оттенка, переливами играет на дневном свете. В волосы мне вплели серебристые цепочки с крупными сверкающими алмазами, придавая таинственность образу.

Как ни странно, но погода меня вполне устраивала.

Не придется томиться из-за приевшейся жары за последние несколько дней.

Служанки, выстроившиеся в ряд по левую руку, молча наблюдали за каждым моим движением, будто под гипнозом.

Интересно, как на этот раз отреагируют аристократки?

Поражать воображение людей своими творениями... Ну, почти своими, мне безумно нравится. От этого я ощущаю себя более увереннее. Интереснее...

Несмотря на свой истинный возраст, в душе остаюсь всё той же молоденькой и любящей внимание девушкой. Нет ничего плохого в желании быть особенной, лучше других в чем-то определенном. Пусть я и ворую чью-то идею, однако, совершенствую её на свое усмотрение, создаю нечто новое.

Появившаяся в покоях Глория оперативно вырвала нас всех из погруженного состояния задумчивости, поторапливая спускаться к ожидающей карете.

Мое появление перед каретой встретили ахами и охами, с вытекающими перешептываниями слуг, а округлившиеся глаза Тимбелла вовсе вызывают смех.

Складывается впечатление, словно я не в платье предстала перед людьми, а в бикини.

– Что?

Ехидно усмехаясь, я подошла ближе к младшему брату. Тим, к моему удивлению, не осуждал, а наоборот, растянулся в улыбке, похлопав глухо в ладоши.

– Никогда бы не подумал, что буду сопровождать на званый обед неощипанную, – он осекся, уловив предупреждающий взгляд с моей стороны.

Как бы мне не хотелось обидеться, но я отпустила ему его высказывание мимо ушей. Возможно, при другом раскладе, выдала бы подобную шутку в сторону кого-то из дам в подобном платье, исключительно из зависти.

– Долго придется трястись в карете?

– От силы пару часов, но это по короткому пути, лежащему через лес.

Предвкушая, в кавычках, поездку, я с надеждой взглянула на запряженных лошадей, стоящих за спиной у Эсклифа. Мужчина, уловив ход моих мыслей, отрицательно покачал головой.

Мягкая улыбка на моем лице расцвела, словно цветок, купающийся в восхищенных искрах взгляда Феликса. Ему определенно нравится мой нынешний внешний вид, от чего мое самолюбие тихо верещит.

Эти мимолетные секунды доверху наполнили меня прекрасным настроением и уверенностью в успешном знакомстве с виконтессой.

Ухватившись в протянутую руку Тима, я осторожно погрузилась в тень кареты, а следом за мной зашел Тим, усаживаясь напротив.

Карета пришла в движение.

Младший брат не торопился заводить разговор, как и я. Мои мысли, заполненные предстоящим званым обедом. Как никогда прежде, я волнительно строила стратегию бесед с Виконтессой Фридрих, чтобы произвести желаемое впечатление на даму.

Спустя час тело ощутимо начало млеть, а нескончаемая тряска и вовсе вызывать тошноту.

– Сестра, – на его призыв я быстро повернула голову, округлив глаза. – Как ты себя чувствуешь? Ты... Просто ты такая бледная, будто тебя сейчас стошнит.

Как ты прав... Боже, как прав.

– Нет, я хочу как можно скорее...!

Ощутимый удар, а за ним и треск где-то под каретой всполошил нас обоих. Я инстинктивно ухватилась руками за миниатюрные поручни, как и Тим. Самые страшные опасения настигли меня, пробудив панику и дикий ужас.

Неужели нападение?

Карета спустя несколько секунд остановилась вместе с сильной тряской.

Тим воинственно поднялся со своего места и выглянул в окно, напротив которого уже виднелся силуэт Эсклифа, восседающего на боевом коне.

– Господин, не переживайте, технические неполадки с одним из колес кареты.

– Это как вообще? – возмущаясь, Тим отворил дверцу и быстро выпрыгнул из кареты. – Неужто никто не додумался проверить надежность...

Отголоски возмущений Тима удалялись, а я наконец смогла облегченно выдохнуть.

Страх тихо отступал, оставив после себя холодную испарину на спине.

Как назло, я совершенно позабыла об нависающей угрозе со стороны королевы, окрыленная предстоящим знакомством с виконтессой, даже не продумала запасной план своего спасения. Воздух в карете казался спертым, усиливая тошноту из-за неожиданно накатившего страха.

Всё же, не дожидаясь младшего брата, я медленно покинула перекосившуюся карету и остановилась в нескольких шагах от неё, упираясь рукой о ствол попавшегося дерева.

Сгущающая темнота в глазах понемногу отступала, а прохладный кислород действовал отрезвляюще.

Чье-то молниеносное приближение из-за спины откликнулось во мне так же молниеносно обернуться.

– Диана?

Мое спокойное выражение лица почти разлетелось на осколки.

Широкоплечая фигура Феликса застыла в шаге от меня. Обеспокоенный взгляд блуждал на его мужественном лице, а в глазах читалось волнение. Я боролась с собой, чтобы подавить дергающийся нерв, и шумно выдохнула, прижав руку к груди, в которой, словно воробушек, колотилось сердце.

– Феликс. Я предупреждала тебя подавать хоть какие-то сигналы, если ты так крадешься!

Ворчливо заключила я, сведя брови вместе.

– Испугалась?

Беспокойство заменила нежность в его взгляде, обволакивая и меня.

Немыслимо, но я чуть было не бросилась в его объятья.

Мужчина, будто прочувствовав мой порыв, протянул мне свою широкую ладонь, за которую я тут же ухватилась. Это единственный жест, коим мы можем пользоваться у всех на виду, не волнуясь о сплетнях. Тепло его рук успокаивают во мне бушующую бурю страха, заменяя её на другую, более интимную, чувственную.

Волчьи глаза опустились к моей подрагивающей кисти.

Эсклиф заслонил меня от глаз занятых рыцарей, что были поглощены починкой колеса, а после приблизился почти вплотную, прижимая мою ладонь к своей груди. Ощущаемые удары его сердца через плотный доломан и тепло его руки отзывались во мне спокойствием.

Всё хорошо. Он рядом, значит, мне ничего не угрожает.

– Это невыносимо, – подняв глаза, я полушепотом продолжила. – Сдерживать свои порывы.

Серость в его взгляде приобрела насыщенный оттенок, разбавляя нежность серьезностью.

«Как же я с тобой согласен!» – кричит его взгляд, на который я ответила улыбкой и крепче ухватилась за его одежду, заставила мужчину склонить голову.

Всего секунда, но прикосновение наших губ опять сопроводил электрический разряд, однако мне было уже плевать. Я внаглую удерживала мужчину за доломан и проскользнула языком меж его губ, углубив поцелуй. Феликс, совершенно не ожидая подобного, замер, как изваяние, а когда пришел в себя, охотно ответил взаимностью. Лишь мгновение поцелуя вызывали волну мурашей на коже, томный выдох в его губы, и Эсклиф напрягся всем телом, сдерживая уже свои порывы сгрести меня в охапку.

– Как ты жестока...

Отстранившись от мужчины, я одарила его коварной улыбкой. Челюсть его была в напряжении, но он ответил мне ухмылкой.

Отвлекающий маневр никто не запрещал, да и я давно хотела это сделать, но не в таком людном месте.

Благо никто не обратил на нас внимание. Все были заняты каретой, и даже Тим увлеченно наблюдал за починкой колеса.

– Мне нужно проконтролировать охрану и распределить их на посты.

– Да. Я прогуляюсь немного.

– Нет. Тебе стоит вернуться в карету и ждать там.

– Не уверена, что это ускорит установку колеса обратно.

Уперто заявила я и окликнула Тимбелла.

Тот, словно опомнившись, что у него есть сестра, двинулся в нашу сторону.

– Брат, я хочу прогуляться немного, не составишь мне компанию?

Тим молча покосился на Эсклифа.

– Но...

– Ты был прав. Мне стоит прийти в себя, но одной идти неблагоразумно.

Молодой господин понятливо кивнул и предложил мне свой локоть.

Эсклиф хоть и выглядел недовольным, но перечить не стал.

Прогуливаясь вдоль дороги, мы с Тимом наконец смогли завести беседу.

Странно, но я ощущаю, как Тим всё больше начинает открываться мне. Это невероятно радует.

Общаясь на обыденные темы, мы так увлеклись, что не сразу заметили, что отдалились от общей группы.

– Твои планы невероятны, сестра. Теперь я понимаю восхищение отца, когда он говорит о твоих успехах.

– Спасибо, Тим. Правда.

– Но это правда. Я... горд, что ты моя сестра. Раньше у нас были проблемы в общении, но после того инцидента ты сильно повзрослела. Начинаешь казаться адекватной леди с огромными амбициями. Но можно я попрошу тебя больше не облачаться в куриные перья?

Я шутливо ущипнула его за руку, на что Тим заливисто рассмеялся.

– Это не куриные перья! – на его вопросительный взгляд я гордо вздернула подбородок. – Перья какой-то редкой гусыни.

Уже на пару хохоча мы медленно приближались к общей группе, но в какой-то момент Тим остановился. Его взгляд был устремлен вперед, и я медленно проследила за ним.

На расстоянии пятидесяти метров отчетливо рассматривалась борьба, и доносящиеся до нас удары металла об металл снова отозвались во мне ужасом.

Мой эскорт во главе Феликса сражался с неизвестными людьми, облаченными в неприметные одежды.

– Что там происходит?

Без разговоров Тим моментально перехватил меня за руку и со всех ног рванул в гущу леса.

Мы бежали не так быстро, как хотелось Тиму из-за моего пышного подола платья. Однако он продолжал тащить меня за собой в глубь сгущающегося леса.

– Тим! Что там происходит?! Тим... пожалуйста, скажи!

Не понимаю, почему я задаю столь глупые вопросы, но покорно бегу следом, придерживая мешающийся подол. Ответ я и так знала.

– Это нападение, Диана! Нам нужно срочно убраться как можно дальше.

Нападение, в котором, скорее всего, повинна я. Из-за меня сейчас подвергаются смертельной опасности рыцари моего эскорта и Феликс в том числе.

Перед глазами предстала воображаемая картина бездыханного тела Феликса, от чего к горлу подкатывал ком, но я упрямо не позволяла пробить брешь наступающей истерике.

Руки и ноги болели. Пусть меня и тяготило сильное желание сесть и отдохнуть, но нельзя этого делать. Побег от эпицентра боя сейчас являлся первостепенной задачей.

Теперь я четко осознала, чем все это кончится.

Головорезы королевы схватят меня и в лучшем случае приведут к ней. Но это бессмысленно. Меня и, возможно, Тимбелла попросту убьют, инсценировав нападение разбойников. Семья даже не сможет ничего с этим поделать.

Никто не защитит. Никто не сможет помочь.