Глава 8

— Федя, уборка — это совсем не мое — повторяю на следующее утро уже в десятый раз, пока мы идем к экономке.

— Ирина, я никак не могу повлиять на решение хозяина. Так же как и достопочтенная Кларисса, наша экономка. Если хозяин дал четкие указания, мы обязаны их неукоснительно выполнять — вежливо, но непреклонно отвечает блондинчик.

— Эта Кларисса тоже упырь? — спрашиваю.

— Да.

Мы приходим в маленькую комнатку на первом этаже. На мне новое платье взамен вчерашнего, такое же скучное, что и предыдущее. Свои светлые волосы я завязала в тугой узел, неохота, знаете ли, собирать на них паутину или пыль, мало ли куда меня отправят.

В комнатке за столом сидит сухонькая старушка. Седые волосы стянуты в гульку, лицо без тени косметики. Рабочая форма отглаженная и чистая, ощущение, что даже накрахмалена.

Она сурово смотрит, поджав губы сначала на Федю, потом на меня. Особым вниманием пользуются мои красные туфли на высоченных каблуках. Экономка дооолго их рассматривает, потом поднимает глаза на меня. Если сейчас скажет, чтобы я их сняла, развернусь и уйду!

Но неожиданно, она улыбается. Весело и немного кокетливо.

— Отличные туфли — говорит мне.

— Спасибо — вежливо отвечаю, слегка офигевшая от ее похвалы.

— Ирина Семенова, если не ошибаюсь? — спрашивает экономка.

— Не ошибаетесь — подтверждаю.

— Меня зовут Кларисса, я здешняя экономка. По вопросам одежды, питания и работы — ко мне. Хозяин на ваш счет дал четкие указания, пожалуйста, следуйте за мной.

Она встает из-за стола и выходит из комнаты, а мы — за ней. Проходим по коридору и ныряем в коморку под лестницей. Кларисса включает свет, и я уже понимаю, что буду явно не посуду мыть на кухне.

В комнате стоят метлы, веники, швабры, тряпки и ведра. А еще миллионы всяких баночек и бутылочек со всякой бытовой химией. Вот почему в книжках попаданки вляпываются в магические миры, а мне повезло попасть к кровососам с любовью к чистоте и допотопным моющим средствами??

Экономка выдает мне небольшую тачку, туда загружает все необходимое, по ее мнению, по уборке и говорит Феде:

— Федор, проводите Ирину на третий этаж в левое закрытое крыло. По приказу хозяина она убирает те помещения.

Блондинчик удивленно смотрит на экономку, но ничего не сказав, берет мою тачку и выходит. Благодарю Клариссу и выскакиваю вслед за упырем.

— Фееедь, а Федь? А че это ты с такой миной смотрел на экономку? — спрашиваю, едва мы отъезжаем достаточно далеко.

— С чем смотрел? — непонимающе переспрашивает блондинчик.

— Что не так с теми помещениями, куда я иду? — решаю брать быка за рога, так сказать.

— Это нежилое крыло. Раньше оно принадлежало родителям хозяина, но с тех пор, как они умерли, его закрыли и больше никто туда не заходил.

— А почему вдруг, сейчас меня отправили? — удивленно спрашиваю.

— Не знаю. Это может объяснить только хозяин — сообщает Федя, торохтя колесами тачки по ступенькам.

Когда мы поднимаемся на третий этаж, там стоит полнейшая темнота.

— Здесь что, весь этаж необитаем? — шепотом спрашиваю у Федора.

— Почему же? В правом крыле живет хозяин.

— А почему такая темень? — снова лезу с вопросами.

— А зачем вампиру свет? — отвечает вопросом на вопрос блондинчик.

Действительно, зачем? Они же, наверняка, отлично видят в темноте. Это я, пока ползу следом за Федей в левое крыло, дважды чуть не выворачиваю себе ногу и разок едва не падаю, за что-то зацепившись.

— Что это за полоса препятствий? — бурчу себе под нос, когда мы все-таки доходим до места назначения.

— Это ключи от крыла, как уходишь, обязательно все закрывай — напутствует меня Федя, передавая огромную связку ключей. — Если оставишь открытым — будут неприятности.

— Да поняла я — перебиваю блондинчика.

— Убирать, как я понял, тебе нужно все крыло. Тут четыре комнаты и парочка небольших подсобных помещений на выходе. Дня за два управишься? Три? Четыре??? — переспрашивает Федя, видя мое лицо. — Пять?!?

— Ну чё ты развопился? Я же еще не видела фронт работ. И потом, я дипломированный специалист по маркетингу и продажам. А никак не по уборкам. Ладно, вези тачку к самой первой комнате, начнем с нее.

Подъезжаем. Включаю светильник перед дверью, открываю замок. Дергаю дверь. И ничего. Еще разочек, налегаю плечом. И снова ничего. Я еще несколько раз пытаюсь открыть огромную и тяжелую дверь. Федя, устав смотреть, как я бьюсь, словно голубь о стекло, с этой дверью, отодвигает меня рукой и… взявшись за ручку двери, открывает ее наружу. ААААА! Дверь открывается НАРУЖУ! А я, идиот, пихала ее во внутрь!

Взрыв моего хохота эхом разносится на все крыло, заставив Федю вздрогнуть всем телом. Я смеюсь, как ненормальная, с гигиканьем и похрюкиванием, до слез в глазах. И никак не могу успокоиться, только представлю, как я тут бьюсь о дверь, комично дергаясь всем телом, словно меня шарахает током, как опять начинаю хохотать, не в силах остановится.

— Сорян, Федя. Минутка юмора — говорю блондинчику, немного успокоившись и вытерев слезящиеся глаза.

— Я могу идти? — спрашивает он, явно подразумевая можно ли меня оставить одну, не начну ли я тут опять самоубиваться об двери?

— Да, иди, я в порядке. До которого часу мне работать? И как узнать время? Перерыв на обед у меня вообще предусмотрен?

Тяжело вздохнув, Федя отвечает:

— Из окна комнат, где ты будешь убирать, видно часы на башне. Завтрак обычно в 8, а обед в 13.00. Рабочий день с 9 до 18.00 Ужин в 19.00. Но, поскольку у нас тут почти все упыри, а мы в еде не нуждаемся, то свой обеденный перерыв обычно проводим, просто болтая на кухне. Приходи к этому времени, тебе будет полезно познакомиться с коллективом, а то нелицеприятные слухи о тебе продолжают расползаться, нужно это пресечь.

— Зачем? — непонимающе спрашиваю.

— Ну…, - Федя на секунду зависает, — чтобы ты влилась в коллектив, не чувствовала себя одинокой.

— Спасибо, я не любительница подобного панибратства. Печальный опыт на моей предыдущей работе показал, что с коллегами нужно держать ухо востро и близко к себе не подпускать. Так что спасибо, но я обойдусь без упыристых друзей.

Федя вдруг как-то сник весь, а до меня сразу дошло, ЧТО я ляпнула, поэтому поспешила загладить свой тупизм:

— Не считая тебя, конечно. Ты уже давно мне ближе, чем просто коллега.

Блондинчик моментально расцвел и довольно заулыбался.

— Ну, я тогда пойду. Встретимся на обеде.

И ускакал, оставив меня один на один с вечными залежами пыли.

Итак. С чего лучше начать? Осматриваю комнату. Это явно женская спальня. Шторы и стены имеют цвет пепел розы. Хотя…, возможно это из-за толстого слоя пыли. За небольшой дверью — ванная комната. Решаю начать с нее. Странное дело на бортиках ванны, на полочках, стоят различные бутылочки и баночки. Если бы не грязь и пыль, я бы подумала, что хозяйка этого косметического добра недавно вышла и сейчас вернется.

Засучив рукава, подкатив подол и сняв туфли, принимаюсь за уборку. Вымыв зеркала и санузлы, понимаю, что мне срочно нужен отдых. Усаживаюсь прямо в ванной на пол и лезу любопытным носом по бутылочкам-баночкам, которые остались от прежней хозяйки апартаментов.

Большую часть сразу приходиться выбросить из-за полнейшей их не кондиции. А вот парочка бутылочек оказались весьма интересными. В одной — что-то пенящееся, похожее на жидкое мыло или гель для душа, а в другой — масло с безумно вкусным ароматом, вдохнув который я решаю, что заберу бутылочку себе, такую красотень выбрасывать ни в коем случае нельзя.

Собрав мусор, обращаю внимание, что уже можно спускаться к обеду. Весьма кстати, между прочим, потому что мой желудок уже где-то с полчаса настойчиво играет похоронный марш, явно намекая на желание калорийного обеда.

— Лааадно, — говорю ему, — так и быть, покормлю тебя, тунеядца.

Сполоснув руки, поправив платье и надев туфельки, быстренько топаю на кухню, не забыв предварительно включить свет в крыле, чтобы не топать в темноте, когда вернусь, и закрыть его на замок.

В кухню я врываюсь со словами:

— Ух, я такая голодная. Кого тут можно съесть? — и лыбой на все 32 зуба, типа я очень дружелюбная дама.

Мне в ответ раздается истерический визг, почти поросячий, и грохот. Слегка выглянув из двери в кухню, вижу лежащего в обмороке того самого, нервного, упыря. Вокруг разбросана еда, а у поверженного моими шутками индивидуума на груди красиво уложен пучок петрушки. Прелесть какая! Салют едой и букетик петрушки. Меня тут любят, раз так встречают!

Прижав ладони к груди и умильно улыбаясь, говорю:

— Что ж вы нервные все такие? Валерианку попейте, что ли.

— Валерианку? — переспрашивает Федя, оттаскивая тельце упыря с тонкой душевной организацией куда-то вглубь кухни.

— Да, лекарство такое, чтобы нервы успокоить — отвечаю, заинтересовано наблюдая за тем, как он пытается усадить постоянно заваливающееся фрикасе из упыря. — Слушай, оставь его в покое, успокоится — проснется. Что у нас на обед?

Еще трое упырей сидят за обеденным столом со стаканами, наполненными какой-то нежно зеленой бурдой, и смотрят на меня квадратными глазами.

— Успокойтесь. Я не кусаюсь — говорю им вполне дружелюбно, но ради прикола, добавляю — сегодня.

В ответ раздается дружное трио облегченных выдохов.

Беру тарелки и организовываю себе обед, раз уж никто не хочет помочь-подсказать. Эти трое так и сидят статуями за столом, а Федя все не наиграется с обморочным.

Подозрительно принюхиваюсь к чему-то, похожему на томатный суп. Но! Давайте не будем забывать, что это дом вампира! А потому, тут может быть менее вкусный аналог помидорам.

— С кровью? — на всякий случай уточняю у трио мальчиков — упыряльчиков.

Одновременное махание головами влево — вправо с вылезшими из орбит глазами, служит мне отрицательным ответом.

— Отличненько. А то кровь я предпочитаю свеженькой, а не переваренной — доверительно сообщаю коллективу синхронного махания, который не сводит глаз с моей скромной персоны.

Зачерпнув парочку половников супца, ставлю тарелку на стол и заглядываю в другую кастрюлю, где, по идее, должно быть второе. И оно-таки есть! Я уже почти люблю этот мир!

Организовав себе первое, второе и компот, присаживаюсь за стол к молчаливому трио. Н-да, пытаться есть, когда на тебя пялится шесть выпученных глаз — то еще удовольствие.

— Ребятки, вы таааак на меня смотрите, что до ужаса напоминаете мне раков. А я их очень люблю, сначала сварить в кипятке, а потом съесть.

Один из упырей роняет стакан и это служит, как я понимаю, сигналом к отступлению. Все трое одним синхронным движением вскакивают из-за стола и по мановению волшебной палочки — исчезают из кухни. Надо же какой замечательный коллектив подобрался. Чудненько! Теперь можно спокойно поесть.

— Ты зачем всех запугиваешь? — спрашивает непуганый Федя, усаживаясь напротив со своим стаканом бурды.

— Ну, надо же поддерживать имидж Разрушительницы — отвечаю, пожав плечами.

— Ты — не она — сообщает капитан Очевидность.

— И что?

— А то, что ты абсолютно зря заводишь себе врагов на ровном месте — говорит Федя.

— От врагов, хотя бы, понятно, чего ожидать. А вот с друзьями — всегда сюрприз — отвечаю, доедая вкуснейший суп и принимаясь за тушеные овощи.

— Ладно, это твое дело, с кем дружить, а с кем — нет.

— Вот тут я с тобой полностью согласна.

В этот момент в кухню заходит экономка.

— Что у вас тут творится? — интересуется она, указывая на разбросанные продукты и снулого упыря в углу.

— Павлу что-то нездоровится — отчитывается Федор, — поэтому обед хозяину повезу я.

— Лучше я — встряю в разговор, подумав, что наверняка уже известны результаты анализов, а значит, я смогу, типа между прочим, узнать их у Большого Босса.

Оба упыря поворачиваются ко мне с таким видом, словно я сожрала их домашнего питомца.

— Что? Я хочу помочь — нагло вру.

— Хорошо — подозрительно быстро соглашается Кларисса, тут же принявшись заново сервировать столик на колесах.

Да уж, кому-то тут явно не томатный суп будет, а кое-что повкуснее. С жадностью вдыхаю аромат мяса со специями. Вау, даже маленькое блюдце с печеньками! Я тоже хочу такоееее!

— Прошу, отвези побыстрее, мы и так задерживаем обед на целых четыре минуты. Хозяин этого не любит — говорит мне вдогонку экономка, а я уже бодро марширую в сторону кабинета, позвякивая на мраморных полах колесиками симпатичного обеденного столика.

Вот сейчас заеду за угол и…