Глава 27

Эмиль

Лето имеет одну отвратительную особенность — оно всегда очень быстро заканчивается.

Кажется, что ещё буквально вчера сдавали грёбаную сессию, но за окном уже осень, и мы с пацанами снова вынуждены вернуться в универ.

Учиться в МГУ так-то в целом интересно. Преподы сильные, внушительная база, большие возможности. Миллионы парней и девушек мечтают поступить сюда, однако лишь десятки из них по итогу оказываются в стенах этого учебного заведения. Как правило, это олимпиадники-всероссы или ботаники-медалисты, сдавшие ЕГЭ на высший балл, но таких, опять же, единицы.

Основная масса студентов, как ни крути, — дети обеспеченных родителей. Так уж устроен этот мир: если у тебя есть связи и бабло, ты можешь всё, в том числе поступить в самый лучший вуз страны, не будучи при этом гением.

Вот мои предки, например, засунули меня сюда просто потому что это престижно и статусно. Я не возражал в принципе. На момент окончания школы мне было абсолютно плевать, куда они определят мою задницу. В то лето я отрывался как мог: шумные вечеринки, тёлки, горячительное. Я тупо не выходил из состояния «нестояния».

Сейчас, кстати, история повторяется. Если бы не долбаная работа над грёбаными приложениями, в которую меня втянули Сухоруков и Галдин, я бы, наверное, вообще «улетел» на хер… Но нет. Программисту время от времени нужна ясная голова и мозги, которые «варят».

Ненавижу подобные периоды. Потому что в такие дни эта самая ясная голова, занятая делом, всё равно подкидывает бесящие мысли, от которых не так-то просто отделаться.

Бред, но абсолютно каждая из них так или иначе связана с Гномом. Клянусь, кажется, не было и дня, чтобы я не вспомнил эту долбаную стерву. Два месяца прошло с того идиотского свидания, а меня всё никак не отпустит досада и злость.

«Мне пора идти. Такси подъехало. Вызвала пять минут назад. Спасибо за ресторан и развлекательную программу»

Развлекательную, мать её, программу!

Сколько раз я крутил в башке наш диалог, один дьявол знает!

«А со стояком что делать? Не подскажешь?»

«Ты мальчик взрослый. Технику правой руки давно уже освоил, полагаю?»

Дрянь....

«Кинуть меня решила?»

«А ты значит решил, что всё настолько супер? Нет, это было неплохо, но не прям чтобы очень. Повторять не стала бы, прости»

«Так бывает, не расстраивайся»

«Как-то не то пальто!»

Не то. Пальто.

Шла бы она лесом, однако её слова какого-то хера меня зацепили. Причём я никак не могу разобрать: донимает задетое эго, ущемленное тем, что меня жёстко бортанули, или тот факт, что выбор деревенщины пал на кого-то другого?

«Мне нравится Галдин. Я окончательно поняла это, когда мы с тобой целовались»

Финиш просто!

Когда она это произнесла, мне хотелось разорвать её. Отвечаю! Подумать на хрен только! Я снизошёл до того, чтобы поцеловать её, а она зарядила мне такое!

Стараюсь дышать медленно и размеренно.

Сука, до сих пор успокоиться не выходит! Как вспомню тот вечер — пиши пропало. Бомбит не по-детски. Все, кто рядом, страдают от моего психоза и неадекватного поведения.

Есть ещё один прикол, который мне дико не нравится. Странная шляпа происходит в те моменты, когда я нахожусь с кем-то в постели. Кто бы не лежал подо мной: блондинка, брюнетка или рыжая, всякий раз я представляю, что это она — бесящая меня деревенщина.

Сперва решил, что с перепоя глюк поймал, но когда подобное повторилось, я всерьёз напрягся.

Нет, хотеть нагнуть девчонку, пусть и такую долбанутую, — вполне нормальное желание для такого самца как я. Особенно если между вами, невзирая ни на что, люто искрит на уровне физики. Но вот так конкретно на ней двинуться…

Чтобы вы понимали, у меня в квартире этой ночью такая соска огненная осталась! Чёрная секси-пантера в кожаном красном мини. Лицо и волосы как с обложки глянца. Фигура шикарная. Рот рабочий.

И чё?

Стоило ей опуститься вниз и коснуться пальцами ширинки, как моя больная фантазия тут же подкинула образ девчонки, которую я целовал на смотровой Москва-Сити.

Вот кого отчаянно хочется поставить на колени. Сбить с неё спесь. Показать, кто главный. Заставить заткнуться и подчиниться...

Всё, конечно, состоялось. Тёлка осталась довольна и даже просила ещё, но я, охреневший от накрывшего меня прихода, связанного с Гномом, психанув, вышвырнул её за дверь.

Звездец.

Мне, по ходу, пора лечиться, ведь даже сейчас, сидя в спортзале с пацанами, я опять думаю о Ней. Вернее о последних выложенных в соцсети рилсах.

Она на видео с Галдиным, естественно. В аквапарке веселятся. Довольные и счастливые. Аж светятся оба.

— Нет, вы прикиньте, зрение не подводит: там действительно Миронова.

Услышав знакомую фамилию, отрываю взгляд от экрана телефона.

И правда. В фокус попадает та самая девчонка из Загадаево, которая в эту секунду толкается с пацанами за мяч.

Признаться то, что я вижу, на какое-то время отвлекает от Бриж. Потому что Миронова носится по залу как долбаный Роналдо. Ещё и гол забивает в ворота, вызывая одобрительный свист игроков своей команды.

— Во даёт!

Галдин смеётся, а на Сухорукова страшно смотреть. Мой друг выглядит так, будто привидение увидел. Стоит, таращится на эту Олю, не моргая.

— Эй, парень, — он подзывает к себе какого-то фрика, когда Миронова после непродолжительного диалога с физруком, окрылённая победой над соперниками, сваливает в раздевалку переодеваться.

— Ты мне? — переспрашивает ботаник с сомнением.

— Тебе, да, — мрачно изрекает Богдан. — Какой факультет?

— Космических исследований, — сообщает тот деловито, поправляя на носу огромные стрёмные очелы. — А в чём, собственно, дело?

Дебил.

— Ни в чём, шуруй, опоздаешь на пару, — обращается к нему Галдин.

Задрот топает к выходу. Препод в эту же минуту свистит в свисток и выстраивает очередную группу в линию.

Снова втыкаю в экран своего смартфона. Сестра что-то пишет.

— Она круто играет.

— Лицо тренера видел?

— Он в афиге.

— Засадила по воротам с дальняка.

Миронову обсуждают проходящие мимо пацаны.

— А кто такая, не в курсе? Зачётная, между прочим, тёлочка…

— По ходу, поклонников у Оли прибавится, — доносится комментарий от Галдина.

— Ты мог бы сказать, что она поступила сюда, — недовольно предъявляет ему Богдан.

— А я знал, по-твоему? — защищается Лёха.

— Типа Сеня тебе не говорила?

— Прикинь, но нет, не говорила.

— Гонишь!

Фоном слушаю их срач.

Прям бальзам на душу.

— Я сам офигел, когда увидел Олю тут.

— Так это правда? Она реально умеет играть в футбол? — вклиниваюсь в их разговор.

— А ты слепой, что ли? — ещё больше раздражается Сухоруков.

— Как она вообще здесь оказалась? — печатаю Эле сообщение. — Реально сама поступила?

Не может этого быть. Где Забодаево и где МГУ?

— Вас удивляет тот факт, что люди попадают сюда не только благодаря баблу?

Поднимаю взгляд на Галдина.

— Гении, вроде тебя? — не сдержавшись, уточняю. Потому что его фраза про бабло стопудово именно мне предназначается.

— Заметь, это твои слова, не мои.

Сверлим друг друга глазами.

В последнее время напряжение чувствуется слишком остро. Нам стало сложно общаться и находиться в одном пространстве. А ещё ведь, в довершение ко всему, работать как-то вместе приходится.

— Какого хрена между вами происходит, может, объясните? — глядя на нас, недоумевает Богдан.

— Нечего объяснять, — сквозь зубы цедит этот придурок. — Спортзал занят. Пойдём пожрём или что?

— Мне надо позвонить, стрельнёмся на паре.

Встаю со скамейки и направляюсь к выходу, поскольку есть большая вероятность того, что наша беседа закончится чем-то нехорошим.

* * *

— Эмиль, я не поняла, какого чёрта эта овца делает в МГУ? — недовольно осведомляется сестра, едва я выхожу на веранду для того, чтобы выпить свой утренний кофе.

— Долго до тебя новости доходят, систер, — зевая, падаю на стул и вытягиваю вперёд ноги.

— Ты знал, да? — наезжает на меня, возмущаясь.

— Видел её в спортзале на неделе. Она с пацанами в футбол играла.

— И промолчал!

— Прям событие? — пожимаю плечом.

— Я просто охренела вчера! Смотрю, стоит возле гардероба деревня эта! Я думала, мне показалось.

— Не показалось. Она реально поступила. Причём сама.

— Капец!

— Вот тебе и деревня...

— Но как такое возможно? — высказывает она мне сердито.

Выглядит при этом растерянной и злой одновременно.

— Миронова стобальница и медалистка.

— Она нарочно это сделала!

— В каком смысле нарочно, Эль? — делаю глоток крепкого кофе. Без него не проснуться.

— В прямом! Это сто процентов из-за Богдана! Тебе смешно? — злится ещё сильнее, когда я улыбаюсь. — Не догоняешь?

— Твоя версия — полный бред.

— Она специально поступила туда, где учится Богдан. Хочет увести его! — заявляет истерично.

— У тебя паранойя, — откидываюсь на спинку.

— Ты идиот? Она заранее это спланировала!

— Может Оля мечтала поступить туда ещё до встречи с Богданом.

— Да ну конечно! — фыркает. — Ты правда в это веришь?

— Вполне. Тысячи абитуриентов мечтают оказаться в МГУ. И явно не из-за Богданыча, каким бы классным он ни был, — угараю.

— Таких случайностей не бывает, алё! — вытаращив глаза, упрямо гнёт свою линию. — Она из-за Богдана это сделала! — повторяет уверенно. — Хочет подобраться поближе.

— Чушь.

— Ни фига!

— Что за спор с самого утра, дети мои? — на веранду выплывает наша матушка, одетая в шёлковый халат.

Пила вчера с подругами опять, судя по тому, как сегодня выглядит. Удивительно, что вообще в такую рань проснулась.

Десять утра на часах.

— Нет, ты представляешь?

— М? — мать поправляет патчи.

— Та курица из деревни поступила в МГУ! — с ходу жалуется ей наша недовольная принцесса. — Я говорю ему, — тычет в меня пальцем, — что это хитрый продуманный ход, а он не верит!

— Стоп. Давай по порядку. Какая курица? — уточняет родительница, занимая место напротив меня.

— Долбаная Оля из Забодаево! — выпаливает сестра раздражённо.

— Загадаево, — поправляю на автомате. Потому что Гном вечно бесилась и исправляла меня.

— Да плевать как эта грёбаная дыра называется! — Эля швыряет приборы на тарелку.

Нож, соскочив с неё, с грохотом падает на пол.

— Тише ты, ненормальная. Что за психоз?

— ТЫ! УБЕРИ ВСЁ БЫСТРО! — приказывает прислуге.

— Конечно, сейчас, — женщина спешит исполнить её команду.

Думаю, вы догадываетесь, по какой причине у нас вечная текучка персонала.

— ВЫ РЕАЛЬНО НЕ ПОНИМАЕТЕ! ОНА ХОЧЕТ УВЕСТИ ЕГО!

— Боже, да ты уже помешалась на своём Богдане, — закатываю глаза.

— Они обнимались у него дома в тот вечер! Ты же сам видел!

— Ты серьёзно? Это было полгода назад, Эль.

— КАКОГО ДЬЯВОЛА ОНИ ПРУТСЯ В МОСКВУ! Всей своей долбаной деревней заявиться сюда решили? Сначала одна припёрлась, теперь вторая! Понаехали, твари колхозные! Они вообще себя видели? Убогие! Какая им столица! Сельпо стрёмное!

— Москва большая. Тебе жалко, что ли?

Меня забавляет её неадекватная реакция.

— Вот именно! Большая! Не хрен лезть в мой МГУ к моему Богдану!

— Успокойся, дорогая, — мать гладит её по спине.

— НЕ СОБИРАЮСЬ Я УСПОКАИВАТЬСЯ! У МЕНЯ СВАДЬБА НА НОСУ И ВДРУГ ПОЯВЛЯЕТСЯ ОНА НА ГОРИЗОНТЕ!

Мать морщится от её ора и принимается массировать виски.

— Тише, милая, прошу. Голова раскалывается.

— Вы меня слышите? НИКАКАЯ ЭТО НЕ СРАНАЯ СЛУЧАЙНОСТЬ!

— Даже если допустить, что так, ты настолько не уверена в себе? — выгибаю бровь.

— А если Богдан тупо поведётся на неё?

— Расслабься, сколько было уже таких Оль.

— Эмиль, прекрати! — резко одёргивает меня мать.

Снова закатываю глаза. Смысл этого показного лицемерия?

Всем прекрасно известно, что Сухоруков тот ещё ходок налево. Они с Элей оба этим грешат.

— Мам, ты можешь что-нибудь сделать? У тебя же есть люди в универе. Пусть они выкинут эту деревенщину из МГУ!

— Элечка…

— МАМА, ПОЖАЛУЙСТА! Я ТЕБЯ ПРОШУ! — орёт Элина, срываясь на слёзы.

— Вы долбанутые совсем? Девчонка, возможно, всю жизнь мечтала там учиться, а вы из-за Элькиной паранойи херни сейчас натворите!

— ТЫ ЧЁ ЭТУ ДРЯНЬ ХИТРОЖОПУЮ ЗАЩИЩАЕШЬ!

— Потому что ты спятила, дура чокнутая! — ставлю пустую чашку на стол. — Тебе отец сказал: никуда твой Сухоруков уже не денется! Нет у него вариантов! Предки по-любому заставят его на тебе жениться из-за слияния компаний!

— Мам, чё он орёт на меня! — по традиции воет. Манипуляторша.

— Начни опять пить свои колёса, а?

— Эмиль….

— Ой, идите на хер, — поднимаюсь со стула. — Задолбали!

— Куда ты, сынок?

Матерюсь себе под нос.

— Эмиль!

— Работать, — бросаю сухо, спускаясь по ступенькам. — Нам с пацанами приложение допилить надо.

Они говорят мне вслед что-то ещё, но я уже не слышу. Или тупо не хочу.

Пару минут спустя оказываюсь в салоне своей тачки и охренеть как радуюсь тишине.

Выезжаю за ворота отчего дома и даже не возникает желания подрубить музон. Так и еду, наслаждаясь лишь рёвом мощного баварского мотора.

Идиллию нарушает входящий, который я сперва намеренно игнорирую, поскольку не хочу общаться с высветившимся на экране абонентом.

— Чего тебе? — отвечаю недружелюбно, принимая третий по счёту вызов.

— Ты где? Время, — раздаётся в динамике недовольный голос Галдина. — Богдан просил закончить к трём. Мы не успеем.

Цокаю языком.

— Я еду от родителей.

— И когда будешь?

— Минут через сорок.

— Ясно.

— Давай, — собираюсь сбросить, но палец не успевает нажать на кнопку.

— Погоди, разговор есть...

Этот тон мне уже заранее не нравится.

— Какой? — интересуюсь я нехотя.

— Заказчик оплатит работу и я переведу тебе оставшиеся деньги за шубу, — заявляет он мне опять то, что уже пронёс однажды. — Озвучь сумму, которую тебе должна Еся.

— Хрена ты лезешь? — сжимаю руль пальцами и кожа под ними жалобно трещит.

— Мне жалко девчонку. Ты в курсе, как она встряла вчера ночью?

— Откуда? Это ж ты трёшься с ней рядом, не я, — усмехнувшись, не могу не съязвить.

— Ментовской корпорат. Они танцевали с Мироновой в долбаных костюмах медведей до глубокой ночи! Мне пришлось ехать туда с пацанами. Их тупо не отпускали!

— Люди хотели повеселиться.

— А если бы что-то пострашнее произошло?

— Например?

— Я не хочу, чтобы она этим занималась и рисковала собой из-за твоей шубы!

— Мы с ней сами как-нибудь разберёмся.

— Нет.

— Да.

Сбрасываю вызов и стискиваю челюсти до хруста зубов.

Ни хера. Не возьму я с него эти деньги. Сраный долг за шубу — единственное, что меня сейчас хоть как-то связывает с Гномом.

Не будет, как он хочет.

Рассчитывает на оплату выполненного заказа? Что ж, значит мне придётся подставить Богдана...