Глава 23

Я наконец-то почувствовала себя свободной. Будто за спиной выросли крылья и я уменьшилась в весе как минимум наполовину.

Шла по улице, вдыхая морозный утренний воздух и ощущая странную легкость в душе.

У меня снова появилась цель.

Мечта.

Надежда на то, что все будет хорошо.

Я смогу развестись с Андреем, сниму квартиру, заберу с собой Соню. И полностью изменю свою жизнь.

В садике я предупредила, чтобы без меня ребенка не отдавали ни бабушке, ни отцу. Благо я хорошо общалась с воспитателем, в девяноста девяти процентах случаев забирала дочь сама и была уверена, что Нина Васильевна пойдет мне навстречу.

А вот на работе ждал сюрприз. Далеко не из приятных.

— Женя, привет! Слушай, ну ты молодец! Увольняешься, нашла достойную замену. Блин, мне тоже искать надо, не сегодня завтра попаду под сокращение — и куда тогда идти? — чирикнула Светка, одна из сотрудниц нашего отдела, стоило мне зайти в офис.

Я зависла на пару секунд. Даже чуть было не споткнулась.

— Привет. В смысле увольняюсь? — не поверила в услышанное. — Это шутка такая?

— Тебе видней, — пожала она плечами, — но, насколько я знаю, Валентина уже звонила в отдел кадров, чтобы приготовили приказ на твое увольнение.

Под ложечкой засосало неприятное предчувствие. Мысли в голове закрутились со скоростью света.

Где я могла накосячить? Что натворила такого, за что меня сразу на эшафот?

Вроде бы вчера всех предупредила, объяснила ситуацию, убедилась, что меня не пошлют лесом.

— Я не собиралась увольняться, — покачала головой растерянно. — Начальница у себя?

Мне сейчас никак нельзя терять работу. Просто непозволительно!

Переезд, плата за аренду, долг Руслану. Да у меня расходов выше крыши!

— Подожди, то есть не собиралась? Валентина же звонила тебе по поводу твоего отсутствия после обеда? И, насколько мы поняли, вы очень результативно поговорили.

— Мне никто не звонил, — смутно припоминая, что телефон лежал в комнате, а я полдня проторчала на кухне.

Теоретически я могла не слышать звонка. Но ведь ей должны были передать причины моего отсутствия?

— Ну да, ответил твой муж. Он вроде бы и донес всю ситуацию. Сказал, что вы переезжаете, что за такую мизерную зарплату ты больше пахать не станешь и еще много чего интересного, судя по тому, как громыхала наша фурия после этого разговора. Твой фееричный уход вчера вообще всем отделом обсуждали. Понятное дело, что рано или поздно отсюда валить нужно, но обычно люди это делают как-то, кхм, скромнее, что ли, — подмигнула она и направилась к своему рабочему месту.

Оставляя меня одну под рикошетом насмешливых взглядов остальных сотрудниц.

Медлить было нельзя. Пока утро, пока Валентину еще можно застать на рабочем месте, нужно успеть прояснить ситуацию.

Я рванула прямо по коридору, расталкивая по пути мирно болтающих парней, и буквально влетела в кабинет нашей главной.

Хорошо хоть, секретаря у нее нет и не пришлось расчищать себе путь еще и сквозь это препятствие.

— Валентина Алексеевна, доброе утро! — сделала три шага вперед и застыла.

В голове мелькнула мысль: а вдруг слова Светы — это просто развод? Злая шутка?

Я не особо дружила с девчонками из моего отдела.

Две из них были не замужем и одна разведенная. Конфликты не случались, но интересы кардинально расходились. У меня семья, муж, ребенок, у них — ночные тусовки, сплетни, дела амурные.

Я чувствовала себя лишней, слушая их разговоры об очередном поклоннике на дорогой тачке, экономя деньги на обедах, когда они заказывали доставку, избегая совместного шопинга по сезонным распродажам.

Так и заработала славу белой вороны. Хотя в целом мне это не мешало.

Могли ли сотрудницы разыграть меня подобным образом? Посмеяться, решив устроить преждевременный день дурака?

— Кому-то доброе, а кому-то нет, — взглянула на меня поверх очков начальница. — Чего хотела, Артюхина?

— Мне сказали, вы вчера звонили по поводу моего отсутствия на работе. После обеда. Я хотела объясниться.

Вот я дура! Нужно было хотя бы телефон проверить, принятые вызовы. А потом лететь на разбор полетов.

— Так вроде выяснили все. Нет? — откинулась она на спинку стула, поправила очки и взглянула на меня с вызовом. — Заявление написала?

Значит, правда!

Выходит, не розыгрыш.

— Валентина Алексеевна, послушайте, я не знаю, что вам наговорил мой муж. Мой бывший теперь уже муж: мы разводимся, — попыталась оправдаться, набирая побольше воздуха в грудь.

— Да мне какое дело до твоего семейного положения? У меня есть приказ свыше: сократить сорок процентов персонала. Я выбирала не по личным характеристикам! — резко перебила она. — У тебя больше всего пропусков. И ты ведь не отрабатываешь, как другие. Попробуй задержи — садик, дочка, муж. У тебя что угодно на первом плане, но не работа. Нет, я все понимаю, все мы женщины…

— Мне нельзя сейчас увольняться, поймите! Пожалуйста, войдите в мое положение. Я сейчас осталась одна с ребенком на руках. Мне просто не на что будет жить! Пожалуйста, Валентина Алексеевна! Умоляю! Я все отработаю. Все хвосты закрою, обещаю!

— Артюхина, не заговаривай мне зубы. Если раньше у тебя не было времени, то с разводом и ребенком на руках его вообще не будет. Да и не верю я тебе! Вчера достаточно выслушала от твоего мужа. Бывшие так не переживают за своих жен.

— Вы не понимаете…

— А мне и не нужно понимать! — рявкнула она так, что стекла задрожали. — Я не семейный психолог, мне за это деньги не платят. И уж тем более не обязана выслушивать всякие гадости в свой адрес. Это вместо спасибо. Так что собирай свои манатки, пиши заявление — и вперед. На выход. Не порти нервы. Ни себе, ни мне.

— Валентина Алексеевна… — сделала еще одну попытку.

— Можешь отработать положенные две недели. На этом все! И не надо тут обиженную и обездоленную строить. Думаешь, я не в курсе? Ты если даже и разведешься, то при разделе имущества получишь пай, на который еще несколько лет сможешь жить, не работая, — прозвучало с нескрываемой завистью. — Так что не прикидывайся бедной овечкой. Терпеть не могу, когда вот так ужом на сковородке вертятся и при этом святую из себя строят! — выплюнула она презрительно. — Еще вопросы есть? Нет? Вот и отлично. И радуйся, что я даю тебе возможность уйти по собственному желанию. А сейчас освободи помещение. Мне, в отличие от некоторых, работать нужно!

Я вышла из кабинета с пониманием того, что это полное фиаско. Зная характер начальницы, можно было смело брать веревку, мыло… тьфу, бумагу, ручку и идти писать заявление.

Если она приняла решение — ее уже ничем не переубедить. Хоть головой об стену бейся. Не поможет. Рабочий день потихоньку набирал силу. За дверями офисов вовсю кипела жизнь, и лишь мне уже можно было расслабиться.

Ладно. Неприятно, конечно, обидно, но не смертельно.

Да и в чем-то Валентина права. Я никогда не оставалась сверхурочно, спеша домой. Потому что нужно было забрать дочь из садика, прибраться дома, успеть с ужином и обедом на завтра.

Мне некому было помочь, вот и крутилась как белка в колесе. А если опаздывала — так потом ревнивых подозрений от Андрея выслушивала на неделю вперед.

Поэтому между двух зол выбирала, как мне казалось, меньшее.

Я только сейчас осознала, какую тяжелую ношу взвалила на себя в прошлом. И ведь муж видел, но помочь никогда не вызывался. Наоборот, убеждал, что так и надо, так и должно быть. Это и есть святая обязанность жены.

На эмоциях я набрала знакомый до боли номер. Дождалась ответа и прямо спросила:

— Зачем?

— Что зачем? — словно не подозревая, о чем идет речь, удивленно переспросил Андрей.

— Зачем тебе надо было, чтобы меня уволили? Какая тебе лично от этого выгода? — проговаривая четко каждое слово.

В трубке повисло минутное молчание.

— А что? Спонсор отказался содержать? Понял, что ты обычная дырка, каких тысячи, и укатил в закат? — смакуя каждое слово, наконец заговорил он. Рассмеялся едко, наслаждаясь триумфом. — А это будет тебе наукой, дорогая. Чтобы ты поняла, прочувствовала на своей продажной шкуре, что такое настоящая жизнь. Без мужа, без денег, с ребенком на руках. Я посмотрю, как долго ты протянешь одна. Это раньше ты жила как у Христа за пазухой. Ни в чем не нуждалась. Смотрела на мир сквозь розовые очки. Я сам виноват, воспитывать тебя надо было. И носом, носом в дерьмо тыкать. Чтобы знала, чтобы понимала и видела, как бывает с теми бабами, которые себе корону цепляют и незаменимыми считают. Потому что незаменимых нет! Таких, как ты, я найду сотню. А вот в твоем случае это так не работает.

— Правда? — вылетело насмешливое.

Я не собиралась ему перечить. Просто слушала и понимала, что совсем не знаю человека, с которым прожила семь лет. И только сейчас, столкнувшись с трудной ситуации и впервые не приняв его позицию, увидела настоящее лицо Андрея.

— А ты думаешь, за тобой в ряд выстроятся? Думаешь, королева? Да кому ты нужна, еще и с прицепом?! Ни один нормальный, уважающий себя мужчина не захочет связываться с разведенкой и растить чужого ребенка. Ни один, понимаешь?

— А с чего ты вообще взял, что я собираюсь себе кого-то искать? Мне уже хватило тебя. Спасибо! — проронила потухшим голосом.

— Да ладно, — протянул он с ядовито-насмешливой нотой. — Не рассказывай мне сказки. Что вы, бабы, без нас можете? Где бы вы были, не будь рядом перспективного самца? Зарабатывали тем самым корытцем, которым добрые люди посоветовали кормиться?

Каждое его слово било будто по оголенным нервам. Неужели я была настолько слепа? Неужели не видела его гнилое нутро?

Я ведь ради Андрея не пошла учиться дальше, окончив только бакалавриат. Это он в свое время внушил мне, что для женщины главнее семья, а не карьера. Это муж настоял на том, чтобы я не искала работу по профессии, а шла поближе к дому и с удобным графиком.

И пока я с ним соглашалась, я была примерная хорошая жена. А сейчас превратилась в корыстную дрянь?

— Действительно, — произнесла машинально, разглядывая небольшую трещинку в стене. Провела пальцем по шероховатой поверхности. — Где бы я была сейчас…

— На алименты можешь не рассчитывать. А рискнешь подать — не увидишь дочь в ближайшие лет десять. Может, и больше. Уяснила?

Я не стала ничего отвечать. Просто скинула вызов и сунула смартфон в карман.

Если я раньше и сомневалась, мысленно рисуя в нашей истории многоточия, то теперь стало очевидно: уже давно пора ставить жирную-прежирную точку.