Глава 7

Портал замерцал, активируясь, и через несколько мгновений в окутавшем его зыбком тумане начали появляться первые, неясные еще фигуры.

Ну наконец-то.

Кирстен мазнул внимательным взглядом по полукруглой ажурной арке, отметив про себя, что межпространственный переход открылся вовремя, без сбоев, и тут же снова переключился на заместителя, возвращаясь к прерванному разговору. Это сейчас важнее, а с размещением его подопечных и сопровождающие прекрасно справятся.

Нет, Марвелл, разумеется, ждал их, знал, как важны новые сотрудники, а стажеров своей экспериментальной группы сам отбирал — одних после беседы, других по личным делам, — но в данный момент его беспокоили совсем другие проблемы.

Ворк побери!

Кир с силой сжал кулаки, пытаясь успокоиться и вернуть себе утраченное на миг хладнокровие. Новости определенно не радовали.

Партию «лунной пыли», которая, по агентурным данным, ожидалась неделей позже, пытались переправить с Земли в Мидгард именно сегодня. Как раз в то утро, когда они с Денмаром уехали в академию, чтобы встретить новичков. Это не могло быть случайностью и означало лишь одно — предатель рядом, и он осведомлен обо всех планах «обережников».

— Ден, поторопи аналитиков. Я жду их доклад вместе с отчетом оперативников.

Готье кивнул, доставая связующий артефакт. Кир подождал, пока он пошлет сообщение, и уже собирался продолжить, как вдруг его будто что-то толкнуло, заставляя вновь развернуться к порталу.

У арки перехода стояли двое. Парня он узнал сразу и досадливо поморщился. Верле-младший… Перспективный стихийник, что и говорить, но, если бы не настойчивость и связи отца, Кирстен ни за что бы не взял наследника этой семьи. Впрочем, мальчишка Марвелла сейчас мало интересовал. Взгляд словно приклеился к ярким огненным всполохам — именно так сияли на утреннем солнце рыжие локоны девушки, что находилась рядом с Артуром.

Вот она, гневно бросив что-то, присела, чтобы собрать выпавшие из сумки вещи…

Тонкие пальцы быстро порхали над каменными плитами площади, касаясь одного предмета, другого, и у него вдруг отчего-то перехватило дыхание, а сердце забухало тяжелым молотом, разгоняя по венам горячую кровь.

— Воронцова. Ева, — пояснил Ден, заметив, на кого смотрит Марвелл. Сверился со списком. — Она…

— Я помню, — тихо перебил Кир.

Он, действительно, помнил…

Ева… Ева… Воронцова Ева…

Омерзительный запах, который душил, проникал в нос даже сквозь плотно прижатый платок, причиняя почти физическую боль. От этого запаха слезились глаза, и неимоверно хотелось чихать, чтобы хоть на время избавиться от смрада.

Сначала он решил, что девушка просто переборщила с духами, но быстро понял, что дело в другом — в ее сумке разлилось что-то пахучее. Видимо, флакон разбился, и содержимое вылилось на подкладку, пропитав заодно и кожу.

Однако, осознание произошедшей трагедии отнюдь не облегчало его участи.

Тигр ревел, ослепленный, лишенный обоняния. Рвался на свободу — то ли для того, чтобы наброситься на посетительницу, то ли затем, чтобы убежать от нее. Кир с трудом сдерживал оборот.

И все же, помимо нарастающей боли в висках, помимо раздражения, граничащего с яростью, и острого желания срочно избавиться от источника страданий, было и еще что-то. Какое-то странное чувство, тугим обручем сдавившее грудь — оно не позволило немедленно вышвырнуть девчонку из кабинета, заставило выслушать ее и даже… взять в свою группу.

Нечто похожее он испытал накануне, когда встречался с Верле и его сыном. Тогда Марвелла словно позвало что-то, — еле слышно, неразборчиво, но очень настойчиво, — заставляя прервать беседу и скользить жадным взглядом по безликим окнам здания, на крыльце которого они стояли. Что он надеялся там увидеть? Кир сам не понимал. Но, по старой оперативной привычке, все-таки вернулся через некоторое время, прошел по этажам университета и, естественно, не обнаружил ничего, на что стоило бы обратить внимание.

И вот теперь эта пропахшая отвратительными духами посетительница…

Он так спешил поскорее решить все вопросы и выпроводить ее, что почти не обратил внимания на внешность. Запомнил только глаза — большие, зеленые, испуганные. Но несмотря на это, был абсолютно уверен — за сутки внешность девушки изменилась. Конечно, он знал о креме, который давали новичкам. Помнил, что после его применения люди менялись. Но чтобы настолько?

Хотя… Тигра в первую очередь привлекает запах, а вчера Кир его просто не чувствовал.

Сейчас же…

Его ноздри затрепетали, вдыхая еле уловимый аромат. Пахла девушка приятно… Да что там приятно — головокружительно вкусно. И эти волосы с вплетенным в них золотом…

— Лично мне нравится другая. Ее подруга. Бойкая, и язычок острый.

Голос Готье вывел Кира из оцепенения, заставив прийти в себя.

— Но-но… — предупредил он нарочито сурово. — Никаких романов во время стажировки.

Сказал, а сам непроизвольно еще раз втянул в себя воздух. Внутри резко вскинулся зверь. Кирстен не помнил, чтобы его тигр так рьяно на кого-то реагировал.

К Воронцовой подошел один из адептов академии. Подал руку, сказал что-то…

Хм… Хааас, если ему не изменяет память. Наследник Серого клана.

То, как дракон смотрел на Еву, как самодовольно улыбался, явно пытаясь очаровать, как на нее же пялился Артур — зло и вместе с тем собственнически — неожиданно взбесило. Эти двое смеют претендовать на его… гм… будущую личную помощницу?

Да, именно так. Если раньше Кир сомневался, то теперь решил окончательно — Воронцова будет работать под его непосредственным руководством. Уж он-то постарается оградить сотрудницу от назойливого постороннего внимания. Исключительно в ее интересах, разумеется. И на благо вверенного Марвеллу департамента.

Пусть развивает свой редкий ведьмин дар, осваивается на новой работе и ни на что больше не отвлекается. А главное, ни на кого. Продолжение следует…__Уважаемые читатели! Портал подключил возможность оплаты с карт зарубежных банков. Для читателей из Беларуси рекомендуют оформить виртуальную карту Белкарт-Мир (в банках Решение или Белинвест) и платить с ее помощью через ЮКассу.

* * *

— Никогда не жила в общаге, — бодро сообщила Зимина, когда мы шагали за Тинаидой по каменным коридорам замка. — Представляю, какие здесь сквозняки. Наверное, и привидения имеются. Шумят ночами неупокоенные духи-то?

— Много тут разной нечисти, — кикимора обернулась и лукаво нам подмигнула. — Ты, милая, не бойся того, кто шумит и цепями гремит, бойся того, кто молчит и зло таит. Можешь даже записать, я дурного не присоветую.

Наташка насупилась, а я улыбнулась. Мне в общежитии тоже обитать не приходилось, хотя сокурсницы вроде никаких ужасов не рассказывали. В академии же впечатляло почти все. Одни факелы чего стоили — те самые, которые вспыхивали при приближении и гасли сразу, как мимо них проходили. Конечно, и на Земле нечто подобное можно было устроить, задействовав сложную техническую схему, встроенные фотоэлементы и прочее, но здесь все делала магия. И это буквально завораживало.

Интересно, а какие у меня способности? Теоретически ведьмы должны обладать чем-то таким сверхъестественным и паранормальным. Злые, наверняка, варят зелья из мухоморов, сушеных лягушачьих лапок и ядовитых кореньев, а еще наводят порчу взглядом, но я же добрая. А вот о добрых ведьмах никакой литературы мне что-то не попадалось. Сказки не в счет.

— Ну, стало быть, пришли, — известила нас баба Тина. — Этаж это дамский. Есть, конечно, покои почти королевские, кому по статусу, но лучше уж по-простому. Чего выделяться? Личность, ее завсегда по поступкам судят. Если честен да справедлив, так и отношение будет лучше, чем к иной герцогине, а коли гнилой корень, так народу и дела нет, на какой постели ты почивать изволишь. Ладно, девоньки, осмотритесь тут немного, да идемте, я вам столовую покажу.

Комнаты, которые нам выделили, оказались близнецами и находились по соседству, что не могло не радовать. Просторные, удобные, светлые — из-за большого окна с видом на сад или небольшую тенистую рощу. Травяного цвета ковер, немного потертый, но чистый. Из мебели шкаф, письменный стол, пара полок для книг, несколько стульев — все добротное, деревянное. Нигде ни соринки, ни пылинки. В небольшой вазе — небольшой букет свежих полевых цветов. Вроде пустяк, а приятно, что нас здесь ждали.

Только одна деталь местного дизайна осталась за гранью моего понимания. Стены… Их зачем-то обили мягкими панелями, напоминающими длинные тонкие подушки.

— Как в психушке, — с видом знатока констатировала Зимина, на секунду выглянув из своей комнаты. Словно всю сознательную жизнь из тех самых психушек не вылезала.

В принципе, логика в ее словах была, поэтому я спросила:

— Правда, а почему стены такие… странные?

Кикимора хихикнула.

— Экие вы непонятливые. Так для вашей же безопасности. Чтобы вы ничего себе не повредили, когда сила в вас проснется да мотать начнет. Заодно и излишки магии в экстренных случаях впитают, чтобы, стало быть, академию не разрушили. И еще. отпечаток на двери видите?

— Лапы? — крикнула Зимина. — Тут у вас тигры что ли водятся?

— Водятся-водятся, — в тон ей ответила Тинаида. — И не токмо тигры. Говорю же, кого тут только нет. Отыскала?

— Ага…

— Приложи к отпечатку свою ладонь.

Я тоже нашла тигриную лапу и прижала к ней руку. Ничего не произошло, но кикимора пояснила:

— Ваши комнаты директор сам зачаровывал. Ключей тут нет, так что подойдете, ладонь к двери приложите, она вам и откроется. Форма стопочкой на кроватях лежит, но сегодня, так уж и быть, можно без нее. Завтрак из-за нас задержали. Спрашивайте, что еще непонятно, да пойдемте уже. А то как бы лорд наш не осерчал. Ректор-то местный супротив него пожиже будет.

Лично у меня вопросов не имелось, осталось лишь желание зайти в ванную — и все. Я достала расческу, заглянула в маленький привычный, на первый взгляд, санузел, пригладила волосы перед небольшим зеркалом.

Раковина, унитаз, душ и большая корзина для белья. Лучше бы тазик дали. Как стирать-то?

Тинаида словно мысли мои прочитала.

— Все грязное — в корзину, чистое и отглаженное на кровати само появится. Тут домовушки трудолюбивые, родственница моя ими заправляет Сбыслава Доможировна. Родня дальняя, но, если чего понадобится, покличь тетку Сбысю. Ну, или госпожу Сбыславу, как ее в этом мире величают, — киимора взглянула строго, словно проверяя, поняла ли я, а затем уже громче, чтобы услышала Зимина в соседней комнате, позвала: — Наталия, пора!

— А чего я? Я готова, — тут же откликнулась подруга.

Мы уже были в коридоре, когда она закрывала дверь и… На столе в ее комнате ни вазы, ни цветов я почему-то не заметила.

— Сегодня выходной. Но после завтрака для вас проведут вводное занятие, да кураторов назначат, — продолжала наставлять Тинаида, когда мы уже спускались по лестнице.

Где-то наверху я услышала голос Теофаста. Значит, парни тоже заселились.

— Кураторов? — мгновенно заинтересовалась Зимина.

— Их самых. Решили к вам опытных магов приставить, раз уж в каждом из вас редкий дар дремлет и в любую минуту проявиться может. Занятия будете посещать общие, а дар развивать так, как скажет куратор. А опосля свободное время. Академию там осмотреть, библиотеку посетить да учебниками разжиться. В скверик опять же погулять выйти. Вроде все здесь уже знают, что вы наши, авось не тронут. Токмо в Темный лес не ходите, а то мало ли…

Да я после ее «мало ли» такого себе сразу нафантазировала, что близко теперь к опушке не подойду. Пусть мне только кто-нибудь лес тот покажет, чтобы в дальнейшем обходить его десятой дорогой.

Мы снова влились в поток адептов.

Кикимору здесь знали и уважали, это было заметно. Даже я за два дня к ней душой прикипела, что уж говорить о местных. Баба Тина же, попав в Мидгард, приосанилась, расцвела и кивала знакомым направо и налево.

— Вы что же, всех их знаете? — изумилась Наташка.

— Доброе слово ничего не стоит, а пользу приносит. Всех не упомню, но если ко мне с уважением, то и мой ответ будет ласковым, — Тинаида улыбнулась, от глаз разбежались веселые лучики морщинок, и взгляд стал совсем молодым, задорным.

Несмотря на выходной, коридоры академии были переполнены самым разнообразным причудливо одетым народом, словно улей пчелами. На нас оглядывались, косились, откровенно пялились, за нашими спинами перешептывались и обсуждали. Хорошо хоть пальцами не показывали. Нам оставалось лишь рассматривать их в ответ.

— Ничего, привыкнут, — Тинаида ободряюще коснулась моего плеча. — Раньше-то мы стажеров прямо в учебном центре Департамента обучали. Да и сейчас новички, в основном, там занимаются и обживаются в нашем мире. Без отрыва, так сказать, от работы. А вас вот, экспериментальных, решили в академию послать. Здесь больше специалистов, которые знают, как с редким даром обходиться, да как его раскрыть правильно. Так что вы первопроходцы. Не тушуйтесь, не такая уж большая разница между землянами и местными. У каждого одна душа, одна жизнь, одна совесть, а остальное не важно. Согласна, девонька?

— Да…

Я понимающе кивнула и вдруг услышала, что кто-то меня окликает. Сначала решила: померещилось, а потом… Вряд ли в академии, да и во всем Мидгарде, существовала еще одна «Дунька-Воронцова-слышь-кому-говорю».

В любом случае, кто бы меня ни звал, голос у него был противный, если не сказать — мерзкий, воспитания никакого, и встречаться с ним, по правде говоря, совершенно не хотелось. Поэтому я мысленно остановилась на варианте «пригрезилось» и, не оборачиваясь, даже не замедляя шага, вошла в столовую.

Академическая столовая мало чем отличалась от миллионов подобных заведений моего родного мира. Да и чем ей, собственно, отличаться? Столы, стулья, голодные люди, аромат еды. Причем, в данном случае действительно аромат.

— Справа, у окна, располагаются наставники, нам с Тинаидой Родуславовной туда. А вы можете занимать любые свободные места, кроме преподавательских, — сообщил Теофаст галантно подавая кикиморе руку.

— Чай не купленные, — добавила та, с готовностью опираясь на предложенный локоть.

И они направились к столу, за которым уже сидели внушительного вида мужи и дамы, важные и, по большей части, убеленные сединами. На их солидно-степенном фоне резко выделялись трое: наш лорд-директор, Денмар Готье, его заместитель, и эффектная брюнетка лет тридцати с черными, как антрацит, глазами. Она что-то рассказывала мужчинам, оживленно жестикулируя, сверкая глазами и улыбаясь обоим сразу.

— Ишь, перья распустила… Павлиниха… — сузив глаза, ревниво шепнула мне на ухо Наташка.

— Павлинихе нечего распускать, хвост только у самца, — машинально поправила я.

— Все равно…

Зимина еще раз недовольно фыркнула. Я пожала плечами.

Лично мне было абсолютно все равно, кто там что «распускает» перед начальником… вернее, должно было быть все равно. Но сердце почему-то неприятно кольнуло, и смотреть в сторону лорда директора и брюнетки, которая так и льнула к нему, категорически не хотелось.

Я быстро отвернулась и с преувеличенным вниманием стала изучать столовую.

Купили места здесь или нет, не знаю, но я сразу заметила, что сидели адепты неравномерно. Существовала некая иерархия, которая все еще оставалась за гранью моего понимания. Надеюсь, от недостатка информации. На нас смотрели, за нами наблюдали, но пока просто изучали.

— Верле!.. — крикнул кто-то сидящий тоже у окна, но в противоположном от преподавателей углу. — О, и Алекс с ним. Идите сюда!

Мимо нас прошел Артур, едва не задев меня плечом. Он вообще очень странно вел себя с тех пор, как увидел меня в «Гранях миров» и узнал, что мы будем учиться вместе. То испепелял взглядом, то делал вид, что меня вообще не существует — вот как сейчас. Следом за Верле двигался его приятель, тот самый, что поджидал «нашу звезду» у портала.

— Маги, — как ругательство выплюнул Гаврилов. — Высшие…

— Маги, говоришь? — протянула Наташка. — А ну-ка, пошли, расскажешь нам об этих самых магах — высших и не очень — и их характерных отличиях.

Подруга аккуратно, но цепко ухватила рыжего за локоть, но больше ничего сделать не успела.

— Леди, какая приятная встреча, — произнес рядом знакомый, низкий, с легкой хрипотцой, голос.

Ашер Хаас…

Все так же неотразим и галантен. Стоит, улыбается широко и острозубо.

— Не желаете присоединиться ко мне и моим друзьям? Будем рады.

Дракон указал на стол, за которым уже устроились несколько человек… ну, или не человек, так сразу и не определишь. Особой радости на их лицах я, вопреки уверениям Ашера, не заметила, как, прочем, и недовольства. Скорее, легкий интерес и надменную снисходительность. Нас изучали, как диковинных зверушек, забавных, но совершенно безобидных. А вот Верле, расположившийся за соседним столом, буквально пылал гневом и негодованием. Если бы эмоции могли превращаться в пламя, я давно уже осыпалась бы жертвенным пеплом на пол столовой.

Мой «преданный» враг остался верен себе даже в другом мире и никак не желал оставить меня в покое.

Вскинула подбородок — пусть не думает, что я его боюсь, — резко отвернулась и… столкнулась взглядом с лордом директором. Он тоже смотрел прямо на меня, сурово сжав губы и не обращая внимания на брюнетку, которая что-то шептала ему на ухо, гибко прильнув к плечу. Смотрел и мрачнел с каждым мгновением.

А ему-то что не нравится? Общаться с адептами из других групп вроде никто не запрещал.

— Леди… — напомнил о своем существовании Ашер, улыбаясь еще шире, обаятельней.

И вот вроде бы придраться было не к чему — вел он себя абсолютно безукоризненно, разговаривал вежливо, держался приветливо, но что-то внутри меня противилось сближению с драконом. Кроме того, перед лекцией хотелось все же поболтать с Егором и получить от него хоть какие-то сведения — самые общие, важные, — чтобы не вляпаться по незнанию куда не следует.

В общем, этот Ашер, конечно, любопытный экземпляр, да и с местными неплохо бы познакомиться, однако информация сейчас важнее.

Наташка, судя по всему, полностью разделяла мое мнение.

— Спасибо. В следующий раз обязательно. Сейчас у нас, как видите, уже есть сопровождающий. И он страшный собственник, не любит делить внимание девушек с другими, — пропела она, продолжая цепко удерживать рыжего. Тот уже смекнул, что его ждет, и не оставлял попыток вырваться из захвата.

Бесполезно. От Зиминой еще никто так легко не уходил.

Мы кивнули дракону и быстро отступили к свободному столу, застеленному скатертью из выбеленного льна с незатейливой вышивкой.

— Трое. Одаренные. Иномиряне. Меню стандартное, — провозгласил бодрый голос, едва мы опустились на стулья.

— Кто это? — удивленно заозиралась Наташка.

— Кто-кто, скатерть в пальто, — ехидно буркнул Гаврилов, раздраженный тем, что ему так и не удалось сбежать от Зиминой. Потом все-таки сменил гнев на милость и пояснил: — Скатерть-самобранка.

— Еда из воздуха, — восхитилась подруга.

— Да-да, конечно, — хохотнул рыжий. — Еда из кухни, а забирает и переносит ее сюда вот этот артефакт.

Он постучал по столу.

— Чего изволите? — откликнулась скатерть.

— А что заказать можно? — вмешалась я.

— Все, к чему привыкла. Если на кухне этого нет, заменят аналогом. В академии хорошо кормят.

Есть не очень хотелось, но кто же откажется попробовать еду со скатерти-самобранки? Пусть она ее и не сама готовит.

— Тогда мне блинчики с вареньем, чай с лимоном и… — Зимина запнулась на секунду. — И большое яблоко.

Чай появился, действительно, с лимоном, к блинам подавалась сметана, а вместо яблока на блюдце материализовалась крупная желтая груша.

— Что я говорил? — самодовольно осклабился Егор. — Автоматическая замена работает… А мне яичницу с беконом, гренки и стакан молока.

Этот заказ артефакт исполнил в точности.

— Зеленый чай, пожалуйста, и булочку, — попросила я.

Булку заменили кренделем, щедро залитым помадкой, зато очень вкусным и ароматным.

— А теперь ты нам расскажешь, почему высшие маги «фу», и чем они отличаются от нас… — зловещим шепотом потребовала Наташка.

Шепот Гаврилова не испугал, а вот напор и целеустремленность, похоже, напрягли.

— Не заплатите? — с безнадежной обреченностью поинтересовался он.

— А сам-то ты как думаешь, Гаврюш? Гусары денег не берут. То есть, не дают. Короче, денег нет, а информация нужна позарез. Что делать будем?

— Завтракать, — хмуро откликнулся Егор и, пока Наташка не вмешалась, сунул в рот кусок яичницы.

— Ты это видела? — повернулась ко мне подруга, указывая на рыжего.

Я откусила от кренделя и запила чаем. Завтракать, так завтракать. Кто ж против? Но и ответов никто не отменял.

— Исходя из того, что остался ты с нами, а не побежал за Верле и этим… Алексом, маги — враги для каждого из нас, — произнесла задумчиво, когда крендель внезапно закончился.

— Враги или нет, не знаю. Среди магов тоже есть хорошие, а среди оборотней и прочей чисти-нечисти — плохие. У меня вон дядька — один из самых искусных артефакторов. В жизни ничего плохого не сотворил. Все во благо. А до него — дед. Теперь и от меня ждут подобного, поэтому в экспериментальную группу и засунули, — сдавшись, пояснил Егор и снова уткнулся в тарелку.

— А дальше кто рассказывать будет? — вскинулась Зимина.

— Подожди, Нат, — притормозила я подругу.

На самом деле, Гаврилов и так уже много сказал. Просто манера у нашего нового знакомого была такая — требовать оплаты своих слов. Если же он по какой-то причине не получал желаемого, то переходил на общение ребусами. И тут главное — научиться задавать правильные вопросы.

— Выходит, каждый из нас попал в группу Марвелла потому, что является потенциальным носителем чего-то сильного или редкого?

Это я уже у жующего Егорши спросила.

— Ага, или как у Лемана… ну, у Алекса вашего — опасного. В нем кровь василиска течет. Сейчас его семья относится к магам, поскольку дар перевоплощения давно утерян, но еще три поколения назад некоторые из его предков могли убивать взглядом. Вряд ли у Алекса проявится нечто подобное, но Марвелл решил, видимо, подстраховаться.

— А Верле?

— Верле-е-е… — протянул Гаврилов. — Тут все ясно. Высшие. Стихийники. Артур хоть и жил все это время на Земле, но дар обретет мощный, родовой. А если и не обретет, то недостающее в него папаша вложит. Есть у верхушки свои секреты, недоступные нам, простым смертным.

Постепенно все вставало на свои места.

— Ну, а мы с Зиминой? Что в нас необычного?

— Про тебя, Евка, ничего не знаю. Врать не буду. Но начальству виднее. Почувствовали, наверное, потенциал. А Наталья из лесных. Их после исхода ведьм почти не осталось. Ей бы Тинаиду Родуславовну расспросить. Ей про лесную нечисть все известно.

— Сам ты нечисть, — обиделась подруга. — Мне сказали, что я огонь поглощать могу. Ну, то есть смогу… после того, как даром овладею. Вот.

— Поглощать, говоришь? — хмыкнул Егор. — Лесные, действительно, это умели. Для них очень важно с огнем вовремя управляться и от своих владений его отводить. Почти забытая, утерянная сейчас способность. И довольно востребованная, между прочим.

Рыжий, прищурившись, уставился на Зимину. Оценивающе так. Будто прикидывал, какую пользу и материальную выгоду для себя сможет из «востребованного» дара извлечь.

— Хочешь, вместе попробуем артефакты изготовлять? Потом, когда в силу войдешь, — наконец предложил он. — То есть я создавать буду, а ты магией наполнять. Талисманы, зачарованные против огня, большим спросом у купцов пользуются. Неплохо заработаем.

— Посмотрим на твое поведение, Гаврик. И на желание уже сейчас сотрудничать с потенциальным партнером… — многозначительно намекнула Наташка и показала язык.

Егор скривился, отвернулся и больше на вопросы не реагировал. Словно выключили его.

Ну, и ладно, не очень-то и хотелось.