Глава 15. Люблю тебя

– Следовало взять у капитана успокоительное, – пробормотала я, чувствуя, как меня немного потряхивает. Вечер пятницы наступил слишком неожиданно.

До встречи с графиней в ресторации, недоступной простым смертным, оставалось чуть больше часа. И Йормэ вел меня к себе домой. За плеткой.

Он просто предложил мне взять ее с собой, заметив мою нервозность. Пошутил…

А я согласилась.

Лис выглядел озабоченным. Внимательно следил за мной, кажется, надеялся, что я остановлюсь у какой-нибудь витрины и он сможет еще раз меня подкупить. Я демонстративно не смотрела по сторонам. Да и перед собой тоже мало что видела.

Я готова была потерять сознание от волнения и хотела как-нибудь отнять свою влажную холодную ладошку у Йормэ, чтобы хотя бы обтереть ее о форменные брюки.

Идти на званый ужин было не так страшно. Я слабо представляла себе графиню и верила, что смогу затеряться среди других приглашенных… Собственно, так и произошло. Но теперь мне не за кем было спрятаться.

Не за лисом же. Он сам собирался мною прикрываться.

– Не делай такое лицо, пирожочек, – взмолился он неожиданно. – У меня ощущение, что я тебя на казнь веду.

– Ты ведешь меня к своей родственнице, чтобы я спасла тебя от Эллы… – нервно напомнила я. Подумав немного, искренне добавила: – Лучше бы на казнь.

Я не любила встречаться с людьми, которым не нравлюсь. Они тревожили мое самолюбие и возвращали в те страшные времена, когда я еще верила: меня не любят потому, что не заслужила.

Но постаралась взбодриться, чтобы не нервировать лиса.

Он оценил мои старания, страдальчески вздохнул и ускорил шаг.

В кондитерской рядом с домом Йормэ ненадолго задержался и вышел оттуда довольный собой, прижимая к груди внушительных размеров бумажный пакет.

– Чтобы нервы успокоить, – ответил он на мой удивленный взгляд и повел к приметному многоквартирному зданию – единственному в этом районе с серовато-синей черепицей.

По лестнице он стремительно взбежал, вынуждая поторопиться и меня. Долго звенел ключами, ворча себе под нос, но пакет из пекарни доверять мне отказался.

– Мы теряем время. – заметила я, едва сдерживая раздражение.

Йормэ цыкнул на меня, все же сумел провернуть ключ в замке и распахнул дверь, предлагая мне первой ступить в темную прихожую.

Когда щелкнул выключатель, свет зажегся не сразу, с задержкой, сначала немного пожужжав разогревающимся светильником. Лис поднял взгляд к потолку и вздохнул.

– Надо менять.

И почти сразу забыл о проблеме.

Не глядя сбросив китель на вешалку, он скрылся на кухне.

Очень сильно Йормэ нуждался в том, чтобы успокоить нервы… или просто хотел сладкого. Второй вариант выглядел правдоподобнее: лис, заваленный бумажной работой с утра до вечера, не сумел выкроить времени, чтобы хотя бы выпить чаю. Я трижды меняла на его столе полные чашки остывшего чая, пока не поняла, что это бесполезный перевод продуктов.

Подняв с пола соскользнувший на пол китель лиса, я аккуратно повесила его и заглянула на кухню, где полным ходом шла подготовка к чаепитию.

– Кнут где?

Йормэ на мгновение отвлекся от жестяной банки с чаем.

– В комоде. Верхний ящик.

В спальне царил уютный полумрак. Вся яркость заката досталась кухне и немного гостиной, спальня довольствовалась остатками, отвоевывая свое по утрам. Не самое удобное расположение комнат для любящего поспать лиса…

Не включая свет, я подошла к комоду. В верхнем ящике Йормэ хранил… разное.

Плеть лежала сверху. А под ней, в открытой коробочке, рядом со Вдовушкой, поблескивал бусинами браслет.

Узнала его я не сразу.

Браслет пообтрепался, магии в нем совсем не осталось, кожаные ремешки потерлись, а некоторые бусины поцарапались и выглядели еще нелепее, чем я помнила, но сомнений не было: вот это стыдное недоразумение – моих рук дело.

Забывшись, я перебирала браслет в пальцах, ни о чем не думая, и вздрогнула, когда над ухом раздалось:

– Ты что это делаешь, Пирожочек?

– Вот… – первым порывом было спрятать руки за спину и ни в чем не признаваться, но Йормэ стоял слишком близко, и совершить глупость у меня просто не получилось, – увидела. Я думала, ты его уже давно выбросил.

– С чего бы это? – проворчал лис. – Вот сделаешь мне новый оберег, тогда я, может быть, подумаю над тем, чтобы избавиться от этого, а пока пусть лежит.

Он забрал у меня из рук браслет и вернул в коробку.

– Пойдем чай пить. Все готово.

– Сначала, – я взяла плеть, – это.

С ее креплением к ремню мне помог Йормэ, сама я никак не могла понять принцип, и у меня ничего не получалось. Лису со стороны было лучше видно, что я делаю не так. Через несколько минут сосредоточенного сопения он даже сумел понять, как все исправить.

Рукоять очень удобно ложилась в ладонь, использовать плеть можно было мгновенно, но это никак не отменяло всех последующих проблем.

– Это так непрактично, – проворчала я, пытаясь привыкнуть к новым ощущениям. – Ее же потом быстро не убрать.

– Разве это беда? Главное, что освобождается плеть эффектно. Враги будут впечатлены. А как ты ее после будешь скручивать полчаса, они уже не увидят.

– Ну… я все равно не умею пользоваться плетью.

– Всегда можно научиться.

Йормэ отошел на несколько шагов, любуясь полученным результатом.

Я чувствовала, как при каждом движении скрученная плетка бьет по бедру, и не была уверена, что мы все сделали правильно, но это не имело особого значения: плеть мне нужна была для собственного спокойствия, я не планировала отбиваться ею от графини.

К тому времени, как мы все же сели за стол, чай безнадежно остыл.

***

До встречи с графиней оставалось чуть больше десяти минут, когда мы замерли перед ресторацией. Я смотрела на красивое здание и нервно поглаживала витки плети. Это вроде бы помогало успокоиться.

– Надеюсь, нас не прогонят, – сказала я, остро ощущая, как не к месту здесь смотрится наша форма. Я ее надела, чтобы не мучиться с платьями, Йормэ – из солидарности.

Распорядитель встретил нас чуть натянутой, но вежливой улыбкой. Каким бы ни было его первое впечатление, узнав о том, чьи мы гости, мужчина мгновенно переменился в лице.

Настороженность исчезла из его глаз, плечи под дорогим фраком расслабились.

– Позвольте вас проводить, – пропел он.

В просторном зале, сияющем и будто нереальном, мы стали центром внимания. Я невольно поежилась. Когда графиня предложила для встречи место с вычурным названием, достойным самых взыскательных аристократов, мне стоило бы заподозрить неладное…

Плеть успокаивающе постукивала по бедру.

Нас провели на второй этаж, укрыв в полумраке от любопытных глаз. Столик находился у самых перил, подсвеченный лишь одним низким светильником.

Рассадив нас, распорядитель удалился, и я смогла наконец выдохнуть:

– Ты ведь знал, в какое место мы попадем?

Йормэ оскалился. В полумраке блеснули его глаза.

– Это любимая ресторация тети. Для нее здесь всегда зарезервирован столик.

Графиня прибыла ровно в назначенное время. Я раньше лиса заметила ее появление в зале первого этажа. Она проплыла по белому мрамору, гордо держа голову и глядя только вперед, темно-синее платье искрилось россыпью камней на корсете – внимание окружающих ее ничуть не волновало.

– Надеюсь, – прошептала я, следя за тем, как графиня подходит к лестнице, – мне больше не придется с ней ужинать.

– Как знать, – отозвался Йормэ.

Он казался расслабленным. Первым поднялся, чтобы поприветствовать дорогую тетушку. Замешкавшись, я подскочила следом.

И медленно опустилась на стул, когда мне велели не утруждаться. На лице графини не дрогнул ни один мускул, когда она увидела лиса, хотя его присутствие должно было стать для нее шокирующей неожиданностью.

– Сегодня, – она окинула меня взглядом. Уголки ее губ едва заметно дрогнули, когда она увидела плеть, – вы без украшений.

Уши начинали гореть. Во время званого ужина графиня все же заметила на мне гарнитур своей умершей сестры.

Йормэ кашлянул.

– Матушка оставила свои украшения мне, – напомнил лис.

– И ты думаешь, Самина была бы рада знать, как ты ими распоряжаешься?

– Она всегда уважала мой выбор.

Мне хотелось уйти и оставить этих двоих выяснять отношения. Им о многом нужно было поговорить…

Принесли меню, и на какое-то время за столом воцарилась тишина. Увидев перечень блюд и цены, я едва сдержала смешок. Было похоже, что графиня хотела наглядно продемонстрировать разницу в нашем положении.

Будто чем-то подобным меня можно смутить.

Не изменяя своему вкусу, я без особого стеснения выбрала так любимое мною мясо. Лис довольно фыркнул и, не утруждая себя, повторил мой заказ.

Графиня не выглядела довольной.

Я сидела напротив нее и не могла избавиться от ощущения, что она в любой момент может на меня броситься. От оборотней, особенно лисиц, ждать можно было всего. Успокаивало лишь то, что рядом сидел Йормэ, и шанс отбиться у нас был.

– Могу я узнать, о чем вы хотели со мной поговорить? – спросила я осторожно.

– Это… – графиня изящно поправила прическу, и воздух наполнился едва ощутимым терпким ароматом ее духов, – уже неважно.

– Досадно. – Лис не дрогнул, когда графиня обожгла его гневным взглядом, только улыбнулся.

– Я никогда не одобрю ваш союз. Связать свою жизнь с этой…

– Тетя!

– …девушкой, – неохотно выплюнула она, – ты сможешь только после моей смерти.

Я хотела спросить, почему она считает, что я желаю выйти замуж за ее племянника, но Йормэ меня опередил.

– Что ж, так тому и быть, – беззаботно согласился он. – Вы немолоды, я терпелив.

Графиня дрогнула, в ее глазах разгорался холодный синий огонь.

– Йормэ, ты понимаешь, что это значит? Если ты не женишься и не представишь высшему свету наследника, герцогом после тебя станет выродок корыстной дряни, совратившей твоего слабохарактерного отца!

Она старалась, чтобы голос ее звучал ровно, но в каждом слове чувствовалась едва сдерживаемая звериная злость. Тема наследования для нее была слишком болезненной, чтобы самообладание не дало трещину.

– Тетя, разве леди пристало так выражаться?

– Поучи меня манерам, щенок, – огрызнулась графиня. – Ты готов отдать детям этой ведьмы все то, что по праву должно принадлежать тебе? Она родила герцогу сына… после стольких лет ей удалось.

– Дети не виноваты в ошибках моего отца. Но не думаю, что тебе стоит об этом беспокоиться. Как только во главе семьи встанет потомок простолюдинки, влиятельность герцогского дома пошатнется. И разумеется, род Рэйтан будет лишен места в совете. Меня вполне устроит и такой вариант.

– Но твоя… избранница тоже простолюдинка.

А я так надеялась, что про меня забудут до конца ужина.

– Случай Вейи особый. – Йормэ покосился на меня и ободряюще похлопал по руке. – Она воспитанница барона. Ее статус выше.

– Этого все еще недостаточно!

– Тетя, вы пытаетесь свести меня с девушкой из баронского рода. Аристократы в первом поколении.

– Ее мать – моя подруга. Моей поддержки хватит, чтобы Эллу сочли достойной кандидатурой на роль твоей жены.

– Что же делать, тетя, – Йормэ откинулся на спинку стула. От его улыбки даже мне стало не по себе, – если Вейю поддерживают наследники рода Киллиан?

Графиня дрогнула. Во время ужина она не могла не заметить интереса драконов ко мне, и причины верить словам лиса у нее были. Не было желания.

Ужин прошел нелепо и мучительно неловко. Я в беседе почти не участвовала, хотя была одной из главных тем. Слушала, вздыхала и жевала лучший в моей жизни стейк. Графиня к еде почти не притронулась, осушила два бокала вина и чувствовала себя неважно.

Довольный чем-то Йормэ поменял наши тарелки, когда тетя ненадолго отвлеклась на официанта. Взятка едой, догадалась я, но отказываться не стала.

Завершилось все просьбой передать Элле, что ей ничего не светит.

– Меня она не слышит, – добавил лис. – Но вас, тетушка, проигнорировать не посмеет.

Поверженная графиня лишь сверкнула глазами. Казалось, увидеть внуков и знать, что герцогский титул перейдет к ее кровному родственнику, для нее было важнее, чем устроить брак Йормэ с Эллой.

То, как она сдалась, тревожило меня даже больше настойчивого и весьма сомнительного приглашения посетить ее еженедельное чаепитие.

– Раз уж нам предстоит породниться, – неприязненно произнесла она, вглядываясь в мое лицо, – стоит для начала познакомиться.

Ресторацию мы покидали втроем. Йормэ проводил графиню до ее кареты, помог забраться и, дождавшись, когда та тронется, подошел ко мне.

– Поверить не могу, что все так удачно разрешилось.

Он был полон энергии, а меня уже клонило в сон. Я перенервничала и сейчас, в мгновение, когда все самое страшное было уже позади, от накатившего облегчения едва могла стоять на ногах.

– Переночуешь у меня, – решил Йормэ, предлагая локоть. Я без раздумий в него вцепилась. Лучше бы я несколько тренировочных боев с Риком провела… или не только с Риком. Или какого-нибудь преступника задержала, чем еще раз поужинала с графиней.

– С лисом?

Он накрыл мою руку ладонью.

– Если таково твое желание. – В голосе Йормэ слышалась улыбка.

Перспектива провести ночь с большим пушистым лисом меня взбодрила, чуть смирив неясную тревогу, оставшуюся после встречи с его тетей.

– Но тебе не кажется, что все слишком далеко зашло? Так нам и правда жениться придется.

– И что, если придется?

Казалось, сложившаяся ситуация беспокоила только меня. И только я переживала из-за того, как легко графиня смирилась с моей кандидатурой.

– Йормэ, я же не шучу. Твоя тетя уже всерьез рассматривает меня в качестве невестки. Не то чтобы это ей нравилось, конечно…

– А ты что об этом думаешь? Хотела бы за меня выйти?

Сначала я не поверила своим ушам. Потом решила, что он надо мной издевается.

Мы остановились.

От ресторации до дома Йормэ самой короткой была дорога через небольшой парк. На одной из пустынных темных дорожек мы и встали – не самое удачное место для выяснения отношений, но выбирать не приходилось.

– Это не смешно.

– Я серьезен, Вейя. Я… наверное, стоило начать не с этого.

Лис неуверенно взял мои руки в свои. Помолчал.

– Я…

Оборвав себя на полуслове, Йормэ надолго затих. Я терпеливо ждала, интересно было, что он хочет мне сказать. Это должно быть что-то важное, раз он так разволновался.

– Проклятье! Как они это так легко делают? – проворчал он. Отпустив мою руку, лис нервно взъерошил волосы.

– Что делают?

– В любви признаются, – раздраженно ответил Йормэ. – Ладно! Вейя, я…

Прежде чем он успел сказать что-то еще, я закрыла ему рот ладонью.

Никогда не думала, что признание может привести меня в такой ужас, но сердце сжалось совсем не от счастья, и не радостное волнение стало причиной нехватки воздуха.

– Не надо, – жалобно попросила я.

Лис обескураженно смотрел на меня.

– Давай сделаем вид, что ты ничего не хотел мне сказать. Ладно? Просто забудем, чтобы все было как раньше.

Йормэ отвел мою руку от своего лица.

– И как ты себе это представляешь? Правда сможешь делать вид, что ничего не случилось, раз уж поняла, что я собираюсь сказать?

Я не была уверена, что у меня получится, но готова была попытаться. Это казалось безопаснее той ловушки, в которую Йормэ меня загонял.

– Подумай сам: сколько мы дружим?

– Несколько лет, – напряженно ответил он, еще не понимая, к чему я клоню.

– А сколько длились твои самые долгие отношения?

Лис… засмеялся. Склонился вперед, уронив голову мне на плечо и продолжая крепко держать руки.

Мне от такой близости стало только беспокойнее. Я была уставшая, взволнованная, запутавшаяся и немного напуганная, а Йормэ смеялся.

– Я что-то веселое сказала?

Идея сдерживать себя и как-то отучаться от насилия уже не казалась такой правильной. Безумно хотелось ему врезать, чтобы вспомнил, что удар у меня поставлен хорошо, и перестал наконец издеваться.

Мне нравилось быть другом Йормэ. Это казалось безопасным: я могла быть рядом и не переживать, что в любое мгновение мое место может кто-то занять. Не желая большего, я могла жить спокойно.

Но лис хотел забрать у меня это спокойствие.

– Жестоко с твоей стороны сравнивать себя с другими девушками.

– По отношению к кому жестоко? – не поняла я.

– Ко мне. – Он стремительно выпрямился и крепче сжал пальцы, когда я, напуганная резким движением, отшатнулась назад.

– Разве когда-нибудь я вел себя с тобой так же, как с любой другой девушкой?

– Нет. Но это не помешало тебе плохо обо мне подумать и прервать общение.

Он поморщился.

– Я же уже просил за это прощения. Мне стоит извиниться еще раз?

– Не нужно.

– Я отказываюсь делать вид, что ничего не произошло. – Йормэ отпустил мои руки, но не успела я порадоваться свободе, как схватил за плечи. – Я тебя люблю. Ты можешь принять мои чувства или отвергнуть их. Решать только тебе. Но как раньше уже не будет.

Я не могла поднять на него глаза. Разглядывала пуговицы на рубашке и пыталась понять: когда все пошло не так? В тот ли миг, когда, озабоченная словами графини, я завела разговор о женитьбе? Или раньше, когда показала лису письмо его тети?

– Можно подумать, у меня есть выбор.

Большего Йормэ и не требовалось.

– М-м-м… это значит, что сегодня ночью я могу не оборачиваться? – весело спросил он. Голос его едва заметно подрагивал от нервного напряжения.

– Ты обещал мне лиса!

– Но разве у меня не должны появиться какие-то привилегии, раз уж ты приняла мои чувства? – Приобняв за плечи, Йормэ повел меня дальше по дорожке в сторону дома.

Идти так было не очень удобно, но я послушно семенила рядом, пытаясь подстроиться под его шаг.

Йормэ вел себя так, будто ничего особенного не случилось, и от его спокойствия мне и самой становилось легче.

– Не думаю, что после сегодняшнего ты что-то заслужил. Я спасла тебя от графини.

***

На подготовительных лекциях нам рассказывали о случаях, когда последствия сильного потрясения проявлялись лишь спустя какое-то время…

Я никогда бы не подумала, что признание Йормэ может оказаться для меня таким потрясением. Я чувствовала себя хорошо… достаточно уверенно в сложившейся ситуации – быстро справилась со смущением и перестала отводить взгляд, помогла лису уничтожить остатки купленных вечером десертов. Без споров приняла уже хорошо знакомую мне рубаху в качестве ночной сорочки. Недолго поругалась с Йормэ, требуя предъявить мне лиса. И была очень рада увидеть знакомую хитрую морду.

Лежа в кровати и обнимая пушистый бок, я была уверена, что мгновенно усну…

Но всю ночь не смогла сомкнуть глаз.

Чем ближе становилось утро, тем нереальнее казалось произошедшее. Я перебирала в голове сказанные слова, вспоминала выражение лица графини, когда она спорила с Йормэ. И как мы остановились на парковой дорожке, чтобы случился самый сумасшедший и самый важный разговор.

Мыслей было слишком много.

Лис уютно сопел над ухом, щекоча голые ноги хвостом.

Я чувствовала себя бесконечно счастливой. И это почему-то пугало.

Забывшись на рассвете тревожным сном, проснулась я от запаха поджаренного хлеба.

На постели сидел Йормэ и с сосредоточенным видом хрустел тостом. Поймав мой взгляд, он улыбнулся.

– Долго же ты спишь, Пирожочек. Я уже успел добыть нам еду и… – Он с видом победителя продемонстрировал мне вскрытый конверт.

Я прикрыла глаза рукой, чтобы ничего не видеть.

– Только не говори, что графиня уже по мне соскучилась.

– Это не от тети. От барона Джинти.

Первым, что Йормэ решил спасать, когда я подскочила на постели, оказался почему-то тост с джемом.

Вырвав из его рук письмо, я быстро вытащила бумагу, немного помяв конверт, и бегло прочитала скупые строки, написанные убористым острым почерком.

– В смысле – приглашение на охоту? – Я несколько раз перечитала главное предложение. – И зачем он прилагает к приглашению список гостей?

– А ты посмотри на имена, – посоветовал лис.

Я посмотрела. И на какое-то время лишилась дара речи. Сомнений не было: где-то там, в общежитии, меня ждет вот такой же конверт от барона. Хотелось верить, что дежурная не совсем сошла с ума и ничего не сделает с отправленным на мое имя письмом.

– Думаю, он сделал это намеренно. Заметил на ужине, что тобой заинтересовались Киллианы, и решил через тебя добраться до них. И до меня.

– П-предприимчивый, гаденыш, – с восхищением выдохнула я.

Дракон в списке гостей тоже значился, что делало предположение Йормэ особенно убедительным.

– Что думаешь? – Лис был в подозрительно хорошем настроении. – Окажем барону честь?

– Даже не думай, – я бережно вернула письмо в конверт, – отказаться.

– Я знал, что ты так скажешь! – фыркнул он, вытаскивая из-за спины пухлый журнал. – Что ж, Пирожочек, нам нужно подобрать тебе костюм для верховой езды.