Глава 9. То самое платье

До магазина готовых платьев мы добрались лишь после обеда. Йормэ очень настойчиво просил о прогулке, и я не смогла ему отказать.

Во время нашего патрулирования лис все больше рассказывал, как обстоят дела в управлении, что от меня требуется и чего лучше не делать. Лекции прерывались лишь для того, чтобы сорвать со стены очередную листовку с сомнительным содержанием. Теперь пришла моя очередь рассказывать. О тех двух годах, что я провела в академии после того, как он выпустился, Йормэ интересоваться поостерегся, чтобы случайно не вспоминать былое, но о годичных курсах для зачисления в стражу спрашивал с нездоровым интересом.

Что ему рассказать, я не знала.

– Училась я весь год, больше ничего. Иногда с Юной в город выбиралась. У меня же с выносливостью всегда проблемы были, вот… тренировалась много. Ничего, правда, не вышло.

– И что? Только с Юной? – дотошно уточнил он. – Подожди, Юна – это же та, с которой ты обедать ходила?

Прогулку можно было бы считать приятной, если бы я не чувствовала себя преступником на допросе, а лис просто спросил то, что его интересует. Я же не понимала, чего он добивается.

Йормэ прекрасно знал, что я скучная саламандра и предпочитаю прятаться от мира за страницами книг. Мы с ним и познакомились из-за моей этой слабости.

Ночью, в библиотеке, у стеллажа с историческими летописями – единственной литературой, в которой хоть как-то можно было разглядеть приключения. Академия не тратила место на своих полках на художественную литературу…

Я любила книги потому, что только с ними в детстве чувствовала себя хорошо. Йормэ – потому, что это была его единственная связь с матерью, которую он видел слишком редко.

Успокоился лис лишь после того, как я заверила его, что с момента нашей последней встречи не стала ни общительнее, ни дружелюбнее.

– Юна единственная, кто сумел со мной ужиться, так и подружились.

На это Йормэ лишь фыркнул и попросил не забывать про его безграничные терпение, доброту и покладистый характер… но больше допроса с пристрастием не устраивал.

Ныряя из одной тени в другую, мы добрались до парка, за которым нас ждали центральные улицы.

И нужный нам магазинчик, расположенный напротив резных двустворчатых и высоких парковых ворот.

– Нам туда, – произнес лис. Он быстро осмотрелся по сторонам и, приобняв за плечи, увлек меня на другую сторону улицы.

На мгновение мы остановились у большой витрины, в которой на солнце искрились драгоценными камнями изысканные наряды, чтобы я могла морально настроиться на предстоящую примерку.

– Герцог!*

Йормэ напрягся, услышав рокочущий голос за спиной, бросил быстрый взгляд через плечо и тихо ругнулся.

Прямо к нам в сопровождении изящной юной девы шел самый настоящий дракон. Рыжая чешуя на его висках искрилась на солнце не хуже рубинов, что украшали платье на витрине. В глазах отражались всполохи огня, и, казалось, даже в темных волосах вот-вот готово было разгореться пламя…

– Милорд, – неприветливо отозвался лис.

Наваждение развеялось, стоило только мужчине приблизиться. Пламя не окутывало его фигуру, всему виной было солнце.

– Приятно видеть вас, моя леди, – произнес Йормэ куда мягче и дружелюбнее, обращаясь к спутнице потревожившего нас аристократа.

– Добрый день, – почти прошептала незнакомка, смущенно потупив взгляд.

Настроение мое, и без того подпорченное явлением дракона, окончательно испортилось от осознания: сейчас, во всей своей драконьей красе, передо мной стоит трепетная жертва лисьего обаяния.

С влюбленными драконицами мне еще не приходилось раньше сталкиваться. И пусть я не сомневалась в своих силах, а девушка выглядела совсем хрупкой, не было у меня уверенности, что я выживу, случись нам серьезно повздорить. Драконы, даже такие безобидные на первый взгляд, куда сильнее саламандр.

Природа порой бывала безжалостна к своим созданиям.

Не успел Йормэ представить нас друг другу, как дева, продолжавшая краснеть под взглядом лиса, неожиданно повела носом и ахнула.

– Саламандра. – Быстро подняв на меня глаза, она мгновенно потупилась, залившись краской до кончиков ушей.

Драконица оказалась до крайности стеснительной, чем почему-то напомнила мне Иветт.

– Действительно? – удивился мужчина и бесцеремонно склонился ко мне.

Я… растерялась. Огрызаться было опасно, прятаться за Йормэ – стыдно, и я осталась стоять на месте, не делая резких движений.

Лишь вздрогнула, когда он отвел прядь волос от моего лица, чтобы увидеть полупрозрачную золотую чешую на виске.

– Ну надо же.

Я почувствовала, как мягкая ткань его перчатки коснулась чешуи, и отпрянула.

– Мне стоит считать это оскорблением? – Голос от злости сорвался в хриплый шепот.

Проходившая мимо нас немолодая пара с опаской покосилась на меня и ускорила шаг. Напугать мне удалось лишь их…

– Моя ошибка, – легко согласился дракон, опустив руку. – Приношу свои извинения. Забылся.

– Вам стоит обратиться к врачу, – раздраженно выплюнул лис, все же оттеснив меня себе за спину. – Проблемы с памятью могут быть опасны для здоровья.

– Брат не хотел вас обидеть. Мы просто… давно не видели саламандр.

От волнения голос драконицы дрожал.

– В любом случае нам пора. Вейя…

Йормэ потянул меня к дверям магазина. Дракон просто так отпускать нас не пожелал.

– Я слышал, вы будете присутствовать на званом обеде тети. Увидимся там.

Йормэ еще раз ругнулся.

На работниц магазина его мрачное лицо произвело неизгладимое впечатление. Сначала они старались еще улыбаться, но после нескольких безуспешных попыток просто проводили нас в отдельную комнату для примерок, принесли три платья и поспешно удалились, стоило только лису сказать, что он сам поможет мне с нарядами.

– Даже при условии, что ты знаешь, как правильно застегиваются все эти пыточные приспособления, так нельзя.

Я хотела выйти, чтобы попросить самую смелую девушку помочь с примеркой, но Йормэ не позволил. Дверь лишь слегка открылась и сразу же захлопнулась под натиском лиса. Я оказалась зажата между прохладным деревом и едва теплым лисом.

– После встречи с Ияром мне нужно поправить нервы. – Его пальцы поверх моей руки чуть сжались. – Не лишай меня такой возможности.

– Йормэ…

– Я же не заставляю тебя раздеваться передо мной. Спрячешься за ширмой, переоденешься. Я просто все застегну. – После секундной заминки он с предвкушением добавил: – А потом расстегну.

Он прижался лбом к дверному косяку над моим плечом, и я чувствовала его теплое дыхание. Сердце сбилось с ритма.

Йормэ не увернулся, когда я ударила. Не ожидал.

Хотя ему-то давно пора было запомнить: когда я смущена, я бью.

– Да что ж такое, – простонал он, отстранившись. – Вейя!

Получив свободу, я почувствовала себя увереннее. Искать работниц не пошла, вместо этого вернулась к развешанным платьям.

– Почему их три?

– Я тоже выбрал парочку на свой вкус.

Систему покупок по каталогу я знала весьма приблизительно: нужно было выбрать понравившийся наряд и отправить в магазин его номер вместе с днем примерки. Чтобы нужный товар случайно не продали кому-нибудь другому.

Леди были в восторге от подобной услуги, а магазины, которые начали выпускать каталоги, очень быстро стали популярны…

Йормэ попытался вручить мне вешалку с изумительным платьем глубокого изумрудного цвета.

– Вот, примерь сначала его.

– Нет.

– Но, пирожочек!

– Его я точно не надену на ужин. Ни за что.

Платье, выбранное лисом, привлекло и мое внимание во время изучения каталога. Оно было сказочно прекрасно, но надеть его я не могла. Из-за особенностей фасона плечи оставались оголенными… От одной мысли, что все увидят мою чешую, становилось дурно.

Я не была драконом и не могла с гордостью демонстрировать что-то столь необычное.

– Вейя?

– Начнем с того, что выбрала я. А потом, если мне что-нибудь не понравится, я посмотрю второе платье.

– Для отказа есть веская причина?

– А мой комфорт не считается?

Йормэ тяжело вздохнул, принимая поражение.

– Хорошо. Как скажешь.

Спрятавшись от лиса за ширмой, я спросила, чтобы как-то отвлечь его от напряженного разглядывания скрывшей меня перегородки:

– Те драконы на улице, кто это был?

Лис проворчал что-то неразборчивое и явно нелестное в сторону дракона, но, когда я переспросила, неохотно ответил:

– Граф Киллиан с сестрой.

Я замерла, так и не стянув второй ботинок с ноги.

– Подожди, банк Киллиан…

– Да-да, это они. Ияр наследник.

– Но тебе разве не стоит быть с ним дружелюбнее? Не портить отношения? Все же он не его отец.

Лис очень выразительно промолчал. И я решила не продолжать этот разговор.

У него были причины недолюбливать нынешнего главу семьи Киллиан. Тот был другом отца Йормэ, и именно он долгое время помогал герцогу скрывать от жены наличие любовницы.

Узнала об этом я на первом курсе, когда как-то спросила у Йормэ, почему он так жесток к девушкам, которые признаются ему в любви. Он легко соглашался с ними встречаться, не скрывая своего равнодушия и предупреждая каждую из них, что едва ли задержится с ней надолго. Некоторые отступали, но были и такие, что верили в свои силы и в то, что именно им удастся покорить сердце этого отмороженного лиса.

Только за те полгода, что я имела неудачу наблюдать его легкомысленность, Йормэ умудрился сменить пять девушек. Самые долгие отношения длились чуть больше двух месяцев: та девушка была очень целеустремленной и всеми возможными способами отгоняла от него потенциальных соперниц. Самые короткие отношения не продержались и дня. На завтраке ему призналась одна несчастная, и он согласился с нею встречаться. За ужином – другая, и он тут же принял ее чувства.

Кажется, именно после того случая я и осмелилась поинтересоваться причинами такой жестокости. Хотя мы еще были не очень близки, Йормэ рассказал мне о предательстве отца. Лис считал, что причина в том, что герцог полукровка, и винил во всем его человеческую сторону. И в человеческую любовь не верил. Хотя порой мне казалось, что он просто не верил в любовь.

Но после первой в моей жизни сессии лис неожиданно сам расстался с последней девушкой и больше ни с кем не встречался. Безжалостно отвергая любое признание.

Причину называть он отказался.

– И все же это ребячество, – пробормотала я себе под нос. Намеренно портить отношения с будущим владельцем столь надежного банка – просто сумасшествие.

– Я все слышу, – напомнил Йормэ.

Смутить меня этим ему не удалось. Я и сама прекрасно знала, что он все слышит. Лисий слух – удобная вещь.

– С юной леди ты был весьма вежлив.

Хотя чем-то необычным назвать это было нельзя. Лис всегда был мил и обходителен с девушками. Пока они не открывали ему свои чувства.

Стоило этому случиться, как все его хорошее расположение исчезало.

– Малышка ни в чем не виновата. И в отличие от своего братца ничуть не раздражает.

На то, чтобы переодеться в выбранный мною наряд, отлично скрывавший все ненужное, мне понадобилось не так уж много времени. Платье сидело хорошо и без подшива, но самое главное заключалось в том, что застегнуть его я могла сама. Без посторонней помощи. Никаких корсетов, никаких каркасов или вороха подъюбников.

Больше всего меня порадовало озадаченное выражение лица Йормэ, когда я вышла к нему.

– Это еще что такое?

– Я решила, беру его.

– Одумайся! Оно такое… строгое.

Будто я не знала. Я пять минут себя со всех сторон рассматривала, прежде чем вышла к лису. И с какой стороны ни смотрела, все вспоминала свою преподавательницу этикета. Она была немолодой, чопорной, трижды вдовствующей леди, любившей использовать в процессе обучения розги.

Все связанные с ней воспоминания были ни капли не радостными, но образ холодной отстраненности мне нравился. Хотя чего-то решительно не хватало…

– Может, стоит прикупить к этому платью плетку? – пробормотала я себе под нос, разглядывая свое отражение в трех больших зеркалах.

Йормэ эта идея неожиданно пришлась по вкусу.

– Нам срочно нужно в оружейный магазин!

Все связанные с примеркой платья заботы, как и выбор подходящих туфелек, прошли в исключительно сжатые сроки. На глазах у обескураженных работниц магазина вершился самый легкомысленный выбор наряда для крайне важного – потому что выход в свет для любой аристократки значимое событие – ужина.

Платье и туфли, вместе с плетью, которую Йормэ все же купил, были отправлены в его квартиру, ждать нужного дня.

***

Появление Йормэ в общежитии просто не могло оставить дежурную равнодушной. Но когда я вернулась, она не проронила ни слова, и на следующее утро ничего не произошло.

Я было решила, что она смирилась с моим присутствием и не будет заходить дальше тяжелых взглядов и злого бормотания мне вслед. Я ошибалась.

Ее ко мне неприязнь была слишком сильной. Причины этого я не знала, хотя догадывалась, что виной всему дурная слава саламандр. Для драконов само наше существование было несмываемым позором, пятнающим честь великой расы, и те, кто благоговел перед этими теплокровными ящерицами, переняли их к саламандрам отношение.

В прошлый раз, когда такая же почитательница драконов пыталась обвинить меня в бесполезности моего существования, я немного вышла из себя и готова была превратить ее в головешку, но почему-то прежде, чем призвать огонь, задала вполне логичный, на мой взгляд, вопрос: «Раз саламандры такая великая проблема, почему бы драконам не перестать связываться с аспидами? Мы-то в чем виноваты?»

Ответ был настолько глупым и нелепым, что вся моя злость моментально испарилась.

«Вы могли бы просто не рождаться», – сказала она.

Купить новые сапоги в тот день у меня не вышло…

То была мимолетная встреча в обувной лавке, в которую я больше никогда не заходила. Каждый день сталкиваться с такой же почитательницей драконов в общежитии было в разы утомительнее. Особенно когда она не могла обойтись лишь недовольным цыканьем.

– Вейя, деточка, – от мягкого голоса дежурной у меня холодок по спине прошелся. Таким фальшивым казался ее тон. Цепкий и неприязненный взгляд был куда честнее нежных речей, – подойти сюда, я хочу с тобой поговорить.

Весь день было тихо, и даже бумажной работы сегодня будто было меньше, а вечер оказался приятно прохладным и умиротворяющим. И настроение мое было просто замечательным… ровно до этих ее слов.

– Вейя? – неуверенно позвала меня Иветт.

– Все нормально. Я сейчас.

В холле было шумно и людно. Кто-то возвращался со службы, кто-то уходил на дежурство. И именно в этот момент дежурной захотелось со мной поговорить.

Когда я подошла, она тут же заговорила, не потрудившись понизить голос.

– Вы, конечно, молодая и можете позволить себе некоторую легкомысленность, но не стоит вести себя неприлично. Девушке не подобает бегать на свидания со всякими сомнительными мужчинами. Подумайте о своей репутации! Что будет, если кто-нибудь узнает, чем вы там занимаетесь…

– Подумать о репутации? – Я ушам своим не верила. Она говорила такие двусмысленные вещи с таким сочувственным выражением лица и так громко, чтобы наверняка кто-нибудь да услышал. – Разве вы сейчас не порочите мою репутацию? Тот сомнительный мужчина, о котором вы говорите, мой куратор. И почему вы считаете предосудительным дружескую встречу в выходной день?

– Это непрофессионально! Такие отношения между коллегами…

Я чувствовала, как наш разговор привлекает все больше внимания. В груди закололо от едва сдерживаемой злости.

– Вы… вы готовы понести ответственность за клевету? – Срывающийся голос Иветт привел меня в чувство. Из-за случившегося в прошлом она слишком остро реагировала на любую попытку наговора, и мне стоило бы об этом помнить.

– Я лишь беспокоюсь…

Слушать ее дальше не имело смысла. Я могла бы сдержать свою злость и перетерпеть унижение, но слова этой женщины растревожили Иветт.

– Знаете, что бывает, когда я расстраиваюсь? – Я склонилась к ней, и нос тут же забил едкий запах мази для суставов. – Пожар. Я же саламандра, верно? От меня всего можно ожидать.

– Т-ты мне угрожаешь? Наглая девчонка!

– Как можно? – Отступив на шаг, я смогла нормально вздохнуть и невольно улыбнулась. Как же сильно, оказывается, мне не хватало этого ощущения, что на моей стороне кто-то есть. – Лишь в благодарность за вашу заботу даю вам добрый совет. Я огнеопасна, будьте осторожны.

Невероятным образом после разговора с дежурной настроение мое ничуть не испортилось. Чего нельзя было сказать про Иветт.

– Мы должны подать официальную жалобу. Она не имеет права распускать грязные слухи о тебе.

– Все нормально.

– Но, Вейя!

– Правда, тебе не стоит беспокоиться о подобных мелочах. Если вдруг ее сплетни выйдут из-под контроля и на меня начнут показывать пальцем… что ж, я просто переломаю все эти пальцы. Ты же не поверила ее словам?

– Конечно, нет!

– Только это для меня и важно.

Иветт не сразу мне поверила, но, насмотревшись на мое довольное лицо, сдалась.

________

* Да, герцог, а не маркиз. Да, при живом-то отце. Да, я знаю что такое «титул учтивости». А ещё я разрешила себе менять этикет в этом мире как мне нравится, поэтому первые сын и дочь у нас получают титул отца ещё при рождении, все остальные дети уже придерживаются классических правил и идут по внутрисемейной иерархической системе.

Чтобы никто сильно не путался, у главы рода (отца Йормэ) будет титул – владетельный герцог.