Глава 17.

— Ну и что вы на меня так смотрите?! — возмутилась Эсса утром следующего дня.

Она проснулась, сходила в организованный доктором туалет, прикрытый от бесцеремонных мужских взглядов контейнерами с вещами. Эти неловкие моменты вызывали у девушки смущение, но теперь к лесу осмеливались приближаться только ящеры. Ополоснула лицо, обтёрлась мокрой тряпкой, подошла к дежурному и получила свой паёк.

Стоило ей спокойно сесть и приступить к завтраку, как Шет, То́го, Нико и Момо уставились на неё со странным выражением на лицах.

Эсса насторожилась и подождала, что ей скажут, но они только пялились, потом перевела взгляд на ящеров, однако те демонстрировали полное равнодушие, не замечая ничего необычного.

Ничего не понимающая прорицательница возмутилась странным поведением людей.

— Эсса, девочка, — вкрадчиво начала госпожа Шет, — ты только не волнуйся, но… — женщина переглянулась с пилотом и адмиралом, словно ища у них поддержки.

— … да говорите уже, доктор! — рассердилась Эсса.

Если бы она так юлила с подачей информации, то её жизнь оказалась бы на удивление короткой.

— Зря ты вчера отказалась от нейтрализаторов, — упрекнула госпожа Шет. — Ты меняешься! — и посмотрела на прорицательницу с жалостью.

— Что?! — девушка схватилась руками за лицо, потом бросилась к рюкзаку в поисках зеркала.

— Госпожа Эсса, не волнуйтесь, вы стали ещё красивее, — услышала она голос Момо.

Произнося эти слова, пилот осуждающе смотрел на доктора. Он парень простой и не умеет культурно выражаться, а то бы сказал этой Шет, что её обиды мелочны и неуместны в сложившихся обстоятельствах.

— А вы не так безобидны и добры, как кажетесь, — небрежно бросил Стрейм, разглядывая женщину с неприятной улыбочкой и заодно переводя взгляд на место, где было сожжено тело десантника.

— Как и вы, — отрезала она, демонстративно отвернулась и обратила всё своё внимание на адмирала.

Эсса пыталась понять, что с ней не так, изучая лицо в крошечном зеркальце. Глаза, нос, губы, кожа… всё вроде бы в порядке. Неужели над ней подшутили?

— Госпожа Эсса, ваши волосы, — подсказал ей подошедший Момо, — они фантастически золотые.

Девушка повернула зеркальце так, чтобы увидеть волосы, и сначала ей показалось, что ничего не изменилось. Но на самом деле ещё недавно её могли назвать золотоволосой только потому, что светлые кудряшки после душа красиво блестели под лампами. А сейчас даже не первой свежести волосы отливали насыщенным золотом, неестественно сочным и ярким.

Эсса не удержалась и потянула себя за прядь, желая на деле убедиться, что зеркало не искажает цвет.

Не понимая, как относиться к подобному новшеству, она растеряно посмотрела на Момо, но тот не успел и рта раскрыть, как его опередил Нико:

— Вы теперь как сказочная принцесса, — с неприкрытым восхищением произнёс он. — Ваши волосы – сокровище!

А уязвлённый Момо добавил:

— О, господин торгаш уже приценился!

Девушка не стала слушать, что ответит Нико.

Она вернулась на прежнее место и молча закончила завтракать. Обсуждать перемены собственной внешности ей не хотелось. Волосы приобрели не только неестественно яркий цвет золота, но и подросли. Пока ещё не особо заметно для постороннего глаза, но, если так будет продолжаться ещё два-три дня, то это увидят все. Эсса тайком изучила свои ногти, надеясь, что усиленный рост и цвет волос связан с новым питанием, значит, ногти тоже должны были бы подрасти, но этого не случилось.

Когда доктор Шет оставила в покое адмирала, который всё ещё лежал, Эсса подошла к нему и поделилась своими соображениями по поводу вчерашнего общего отравления.

— Я понял вас, — задумчиво кивнул мужчина.

Потом он переговорил с ящерами. Их слова подтверждали предположения Эссы об адаптации. Они стали лучше чувствовать окружающее, и уже уверено говорили, что за ними постоянно следят.

— Но кто? — вновь и вновь задавал вопрос адмирал и получал растерянный взгляд всех Драко.

Ящерам и Нико казалось, что на них смотрят отовсюду, но приборы так и не обнаружили ни одного крупного теплокровного или хотя бы какое-то движение подозрительно плотной энергии. Впрочем, окружающий энергетический фон сам по себе вызывал вопросы зашкаливающей насыщенностью, но никто из присутствующих не был достаточно компетентен, чтобы понять значение сего феномена.

Чувствуя себя лучше, но всё ещё не имея возможности двигаться, адмирал дотошно выпытывал у Драко, что они ощущают.

До нападения он был уверен, что вся команда двинется вглубь чащи, но сейчас это решение казалось преждевременным. Однако подниматься на гору и сидеть там — это тоже не выход.

— Мой адмирал, — обратилась к нему доктор Шет, и мужчина с удивлением посмотрел на неё. Она смутилась и, сделав вид, что закашлялась, исправилась: — Адмирал, хочу напомнить вам, что часть нашей команды отравлена неизвестным веществом с непонятной нам целью, и пусть сейчас они ведут себя адекватно, я всё же не берусь прогнозировать, как изменится их состояние в будущем.

То́го внимательно смотрел на женщину, отмечая, как она изменилась. На звездолёте он встречался с ней редко и то мельком, но успел составить мнение, что это профессионал с лёгким характером. К тому же он навёл справки и узнал, что доктор Шет подружилась с юной прорицательницей.

Адмирал понимал, что обратный путь, в успех которого все верили, может занять много времени, и Эссе будет трудно одной среди мужчин. Это было одной из причин, почему он поменял десантника на врача, но не ожидал, что Шет испытывает к нему какие-то чувства и вдобавок начнёт ревновать его к прорицательнице. Это был абсурд, но иначе поведение доктора он не мог трактовать. А госпожа Шет продолжала втолковывать ему о нависшей опасности:

— Эсса уже начала меняться, и мы это видим, а что изменилось в Драко? В кого они превратятся? Они уже чувствуют некое единство со здешней природой, а ведь эта растительность напала на нас!

— Природа напала на нас? Вы считаете, что эта планета живая?

— Я не компетентна в этих вопросах, но факты говорят сами за себя. Мы никого не обнаружили, а иголки летели со всех сторон. И я могу точно сказать, что иголки — это часть неизвестных нам растений, а не рукотворное изделие. Ну, а к хлещущим по ящерам веткам мне нечего добавить.

— А если здесь форма жизни такая? Если деревья – это и есть разумные?

— Тогда нам потребуется много времени, чтобы наладить контакт с ними и уж точно мы никогда не выберемся отсюда, — грустно улыбнулась доктор.

— Значит, вы предпочитаете думать, что мы попали на живую планету?

— Да, — неуверенно кивнула женщина и тихо добавила: — В этом случае у нас есть шанс вернутся.

— Хм, — То́го потёр большим пальцем подбородок и аккуратно почесал заживающий бок. — Я изучал живые планеты и вынужден огорчить вас. Если планета живая и взрослая, то уже прислала бы нам свой аватар, так как нас, без сомнений, заметили, и более того, мы вызвали интерес. А если она живая, но слишком юная, то шанс, что среди нас окажется кто-то способный стать её пробуждающей душой — ничтожен.

— А Эсса? Девочка отличается от нас всех.

Адмирал задумался, но вскоре решительно отверг предположения Шет:

— Не вариант. Малышка уникальна, но не обладает теми качествами, что требуются для помощи в духовном росте планеты, — То́го постарался подчеркнуть, что относится к Эссе как к ребёнку, которому следует помогать.

Доктор покивала, соглашаясь с мужчиной, ещё раз напомнила о том, что за теми, кто получил дозу местной отравы, надо приглядывать, и оставила его.

День прошёл спокойно. Никаких происшествий не было, прорицательница не предвещала ничьей смерти, а к вечеру адмирал уже стоял на ногах и старательно счищал с себя засохшую мазь.

В течение дня все готовились к походу, хотя То́го ещё не озвучил своего решения. За ужином он выслушал доклад каждого Драко о той местности, что они разведали, поинтересовался насчёт видений у Эссы, спросил мнения у Нико, как у представителя корпорации, и только потом высказался сам:

— У меня нет сомнений, что нам надо идти вперёд. Смысла сидеть здесь и ждать чего-то или кого-то я не вижу. Пока мы движемся, мы получаем новую информацию, и это поможет нам понять, что за жизнь нас окружает. Ради этого мы сюда летели.

Заявление адмирала вызвало одобрение у всех, а вот с определением направления движения вышли разногласия.

— Простите, — Эсса поднялась и похлопала в ладоши, чтобы привлечь к себе внимание. — Мы теряем время, обсуждая, в какой стороне легче дышится и где будет меньше проблем с прокладыванием тропы. У нас есть Видящий путь, и он поведёт нас.

— Куда он нас поведёт? — снисходительно спросила госпожа Шет.

Её задело, что девочка не спрашивала совета, как это было на звездолёте во время её обустройства, а чувствовала себя равной взрослым, да ещё предложила довериться такому же мальчишке. Им всем повезло один раз, но это не значило, что так будет всегда!

— Хороший вопрос, доктор Шет, — поддержал женщину адмирал.

— Наша цель — найти местное население и наладить с ним взаимовыгодный контакт, — высказался Нико Стрейм и Драко согласно кивнули. Не успел адмирал выразить одобрение, как госпожа Шет вновь засомневалась:

— Но что, если он поведёт нас слишком опасными путями? Допустим, наш проводник чувствует конечную цель, но вот учитывает ли его дар сложности самого путешествия?

Эарии поднялся и, приложив руку к груди, пообещал учитывать слабость взрослой человеческой самки.

— Я молода и полна сил! Я беспокоюсь об Эссе! Она гражданская и не привычна к нагрузкам, — сердито ответила госпожа Шет.

— Я оскорбил человеческого доктора? — растеряно спросил Эарии.

— Нет, — успокоил его адмирал и, посмотрев на прорицательницу, спросил: — У вас есть что добавить? Ничего нового не привиделось?

— Пока нет, — помотала головой девушка.

— Это радует, — оглядывая местность, констатировал мужчина. — Тогда, остаток дня мы посвятим консервированию нашего лагеря, а утром уйдём отсюда в том направлении, какое покажет наш проводник.

Рано утром Эсса всё делала медленно, желая насладиться последними мгновениями комфорта. Как только они покинут лагерь, всё изменится.

Неторопливо потягивая горячий чай, девушка поглядывала на госпожу Шет, которая в свою очередь следила за Драко.

Было очевидно, что доктор отслеживает изменения в поведении союзников и не доверяет им. Её опасения не были беспочвенны по многим причинам. Несмотря на то, что ящеры присоединились к экспедиции и уступили главенствующую роль людям, они оставались сами по себе и преследовали свои цели. А теперь ещё менялось и их поведение.

Эсса поглядывала на адмирала и понимала, что он учитывает возможность того, что союзники пойдут своим путём, но этот вариант развития событий усложнил бы оставшейся команде жизнь.

Девушка видела, что То́го не нравится, как доктор демонстративно проявляет свою подозрительность к ящерам, норовя показать им, что она бдит. А по сути получалось, что женщина создавала некомфортную для всех обстановку и обижала Драко недоверием.

Вздохнув, Эсса перевела взгляд на Каадавра, который продолжал держаться поблизости от госпожи Шет, чем сильно нервировал последнюю.

Всё это, наверное, было бы даже забавно при других обстоятельствах.

С сожалением отставив кружку, прорицательница взяла альбом и лёгкими штрихами набросала увиденную во сне развилку с яркими цветами. Взяв рисунок, она подошла к Эарии, сидевшему на земле с мечтательным взглядом, устремлённым вдаль, и положила листок на колени ящеру.

— Посмотрите, пожалуйста, и запомните это место. В дороге у вас возникнет сомнение, какое выбрать направление пути. Так вот, я прошу вас на этой развилке не идти к виднеющейся цветочной поляне.

— Почему? — спросил здоровяк, склонившийся над рисунком. — Нашего ящерку ведёт интуиция так же, как вас, госпожа прорицательница.

— Господин Эарии уверенно поведёт нашу команду до этого места, — вежливо пояснила Эсса, — а потом он почует очень привлекательный запах, доносящийся с поляны, и засомневается в себе. Судя по тому, что я видела, аромат цветов вводит всех в благостное состояние и нарочно приманивает к себе.

— Это как самки шуары? — обеспокоился здоровяк.

— Простите, не знаю такого зверя, но, думаю, суть вы поняли верно, — кивнула девушка. — Если мы выйдем к поляне, то неминуемо захотим прилечь и быстро заснём, став кормом для удивительных цветов, растущих там.

— Хм, спасибо, госпожа Эсса, — внимательно разглядывая рисунок, поблагодарил Эарии.

Девушка кивнула и отошла к адмиралу, заметив его вопросительный взгляд.

— Моё видение касалось выбора пути, поэтому я подошла к Эарии. Нам нельзя близко подходить к дивной цветочной поляне, но я думаю, что теперь мы даже не увидим её. Больше я смертельной опасности не видела. Наша дорога не будет походить на прогулку, но мы справимся.

— Ваши видения стали полнее? — удивился адмирал, услышав общий прогноз, который ранее Эсса не могла видеть.

— Да. Правда, это усложняет понимание, — тяжело вздохнула она, потирая виски. — Во сне я видела сегодняшний день, но в различных вариантах. Информация поступала одновременно, и я не успевала за всем уследить.

— Это как если бы на одной панели смотреть сразу несколько каналов?

— Да. Я видела, как вы подошли к водоёму и, осторожно зачерпнув воду кружкой, поскользнулись и упали. В этот же момент вы же не дошли до воды, и, соответственно, не упали, но стали ковырять ствол дерева, увидев на его коре капли воды. Пробив кору, вы отшатнулись, так как вам в лицо ударила струя сока, а доктор Шет тут же вколола вам нейтрализатор. Есть ещё картинка с вами, но там Эарии свернул, и вы залезли на чрезвычайно широкое дерево, чтобы понять, годится ли оно для ночлега, но уронили птичье гнездо, и это повлекло за собой какие-то неприятные последствия.

— И всё это происходит в один момент, но в разных реальностях? — пытался сообразить адмирал.

— Да. Я думаю, что видела все ключевые точки дня, но мне не показали, к чему они ведут. Я не поняла, чем опасно то, что вы упали в воду? Или какие последствия будут от упавшего птичьего гнезда? — волновалась Эсса. — Я не поняла, на чём акцентировать внимание, и запуталась!

— Я уже убедился, что у вас отличная память, — попробовал поддержать её адмирал, но девушка, наоборот, сникла и со вздохом добавила последний штрих в тех изменениях, что вновь произошли с её даром:

— В моё видение попадаете не только вы, а все члены нашей команды. В какой-то момент я просто отключилась, чтобы не сойти с ума.

— Хм, понимаю, — То́го не удержался и погладил девушку по голове.

Её волосы оказались удивительно мягкими, а прядки так переливались, что ему показалось, будто в них играют золотые искорки, хотя это было невозможно.

— Не корите себя. Ваши видения важны, но я по-прежнему считаю, что мы должны сами вершить свои судьбы. Если вы предостережёте нас от смерти, будет здорово, ну а преодоление рядовых трудностей оставьте нам!

Эсса облегчённо вздохнула. Ей требовалось одобрение адмирала и, получив его, она почувствовала себя увереннее.

Девушку беспокоило происходящее с её даром. Казалось, она уже изучила его, но новые способности слишком внезапно обрушились на неё и сбивали с толку.

С лёгкой улыбкой на губах она перевела взгляд на дожидавшегося её Момо, но в поле зрения попал Нико Стрейм, злобно смотревший на неё. Опешив от этого взгляда, Эсса вопросительно приподняла брови, но молодой мужчина отвернулся и принялся что-то обсуждать с ящерами.

— Ну что, готовы? — раздался зычный голос адмирала. Увидев, как все бодро похватали вещи, он скомандовал: — В путь!

Эарии несколько часов вёл всех вдоль горы. Эсса выдохлась первой, хотя дорога была относительно лёгкой. Под ноги попадались камешки и приходилось преодолевать небольшие перепады высот, но это было единственным затруднением. Если бы команда вошла в лес, то продвигались бы они все значительно медленнее.

— Привал!

Этой команды девушка ждала последние часа два. Она уже не пыталась почувствовать, как к ним относится раскинувшийся рядом лес, не наклонялась за каждым красивым камешком, не выбирала, куда ступить, и частенько спотыкалась.

Эсса переставляла ноги, монотонно считая: раз-два, раз-два… Момо давно уже забрал у неё не только рюкзак, но даже куртку, и хотел взять её на закорки, но адмирал запретил. Все остальные чувствовали себя хорошо и считали пройдённую дистанцию прогулкой.

— Адмирал, — обратился Эарии к командиру, — нам нужна вода и, хотя путь вдоль горы был бы более лёгким, и в конце концов привёл бы нас к другим разумным, мы не можем больше идти тут.

— Согласен. Вы чувствуете нужное направление?

— Да. Если мы не сбавим темп, то часа через четыре выйдем к источнику.

— Ну, вряд ли мы выдержим быстрый темп, продвигаясь по лесу, — засомневался адмирал.

— Мы пойдём первыми, — вступил в разговор здоровяк, — и проложим тропу, а маленькую госпожу понесём на руках.

— Нет-нет, не надо меня нести. Я сама… — воскликнула Эсса, а выдвинувшийся вперёд Момо буркнул, что и без чешуйчатых есть, кому о девушке позаботиться.

Через пару часов команда продолжила путь. По лесу идти было сложнее. Людям не хватало воздуха, а ящеров угнетало обилие растительности, закрывающей пространство.

Эсса плелась за доктором Шет и с досадой видела, как та себе и другим вводила нейтрализаторы при любом укусе насекомых или царапине. А лес так и норовил добраться до тех, кто ещё не получил свою порцию странного вещества.

Если бы Эсса была стопроцентно уверена, что чувствует дружелюбную атмосферу, то она активнее настаивала бы на своей точке зрения, но лес не особо благоволил к пришельцам. Девушке казалось, что любопытная насторожённость всё сильнее смещалась в сторону неприязни и раздражения. Похоже, ящеры ощущали то же самое, и это отражалось на их настроении. Они вообще на этой планете стали более эмоциональны.

В какой-то момент прорицательница обратила внимание, что опасную для всех развилку они успешно миновали, и вскоре на их пути должен был появиться источник. От усталости Эсса уже плохо соображала. Когда исследователи вышли на крохотную полянку, позволившую им разбить живую цепочку и наконец-то передохнуть пару минуток, не глядя в спину друг другу, она сразу плюхнулась на землю.

Адмирал проверил состояние всех членов команды, а потом его заинтересовало дерево, по которому бежали капельки воды. Он сначала принюхался к ним, мазнул пальцем, а после, опасливо поглядывая на доктора Шет, попробовал на вкус. Удовлетворённо кивнув, То́го начал старательно ковырять дырочку в коре, и вскоре тонкая струя выстрелила ему прямо в глаз.

— А, бездново дерево, — выругался он от неожиданности и, прищурившись, подставил флягу под струю, пока она била в полную силу.

— Адмирал, что вы делаете! Инородное вещество прямо на слизистую! Как можно?

То́го, удерживал женщину одной рукой, не подпуская к себе, пока наполнял соком пустую флягу.

— Вы же взрослый человек, к тому же командующий! — сбавила активность Шет. Поняв, что особого неудобства инородное вещество командиру не доставляет, уже более спокойно принялась вытирать ему глаз, но, когда увидела, что мужчина подносит флягу ко рту, неожиданно сильным движением выбила её из рук.

— Вы с ума сошли! — воскликнули оба.

Впервые Эсса видела адмирала в таком гневе, как сейчас. И наверное, она неприлично таращилась бы на него, если бы Нико не загородил обзор.

— Эй! — ткнула она его пальцем в бок.

— Маленьким девочкам не стоит смотреть на это, — наклонившись к ней, прошептал он прямо в ухо.

Возмущённая Эсса попробовала отпихнуть его, но стоило ей прикоснуться к нему, как Нико строго посмотрел и попросил не лапать его, а то он стесняется.

Девушка растерялась, забыла про адмирала и в шоке уставилась на наглого торгового представителя, пока Момо не отвёл её в сторону.

А инцидент между адмиралом и доктором набирал обороты. Не ожидавшая от всегда выдержанного мужчины агрессии, женщина отпрянула, бормоча оправдания.

— Вы забываетесь, доктор Шет, — прорычал То́го.

— Мы не можем употреблять непроверенные вещества… это неприемлемо… вы отравитесь…

— Вы что, до сих не пор не поняли, что мы здесь должны научиться выживать? Что никакой другой еды у нас нет и не будет! И чем быстрее мы определим, что нам пригодно в пищу, а что нет, тем лучше.

— Но вещество из дерева… его надо продезинфицировать…

— Дорогая доктор Шет, вы представили мне документы о прохождении курса бойца, следовательно, вас должны были ознакомить с правилами выживания в дикой местности.

— Это были виртуальные курсы, и я не думала, что мне действительно придётся когда-либо искать белок для еды или получать жидкость примитивным способом. Наши учёные…

— Забудьте! Ничего из того, что мы взяли на шаттл, здесь не пригодится.

— Вы не взяли из контейнера даже обеззараживающие воду таблетки?

— Не взял.

— Но почему?!

— Потому что незачем!

— Вы… Вы… Я подам рапорт! — как-то совсем беспомощно пригрозила Шет.

К доктору подошёл Каадавр и тихонечко обнял её за плечи, прижимая к себе, а она, всхлипывая, принялась объяснять ему, сколько микробов и всяких вредных палочек можно обнаружить в воде, а если брать древесный сок, то неизвестно, какие паразиты там живут. Ящер кивал и успокаивающе поглаживал самочку по плечам.

Вскоре доктор Шет успокоилась и выскользнула из объятий ящера. Все предпочли сделать вид, что Каадавр не нарушил все мыслимые и немыслимые правила своей расы, а женщина не сделала исключение в воздвигнутой ею же стене подозрительности.

Адмирал вообще был занят тем, что обтирал испачканную в соке флягу, отмечая, что древесная водичка сделала ёмкость скользкой, а когда он обтёр поверхность, то ему показалось, что она вроде бы заблестела как новенькая. Но его больше интересовал вкус водички. Она оказалась слегка сладковатой и бодрящей.

Момо усадил Эссу на рюкзаки и угостил энергетическим батончиком, а сам точно так же, как адмирал, проковырял дырочку в коре дерева и набрал интересной водички себе. Он собирался во время стоянки поэкспериментировать с ней точно так же, как видел в фильмах.

С крохотной полянки все собрались уходить разом, вдруг почувствовав себя неуютно, будто их гнали. Спустя минут двадцать Эарии вывел команду к воде. От открывшегося перед ними зрелища у всех захватило дух!

Это был совсем не тот водоём, что видела Эсса, а значит, ключевая точка с деревом и соком позволила юному ящеру почуять другой путь.

Перед командой путешественников предстало удивительной красоты небольшое озеро. Вода в нём оказалась насыщено-зелёной, и с первого взгляда её можно было принять за полянку. Почти по всему берегу росли цветущие кустарники и у многих из них ветви свисали над водой.

— Потрясающе, — выдохнула Эсса. — Это… это невероятная красотища! — повторила она, окидывая озеро восхищённым взглядом. — Я даже на картинках такого не видела.

— Здесь всё слишком ярко, — проворчала доктор Шет, но было видно, что она тоже потрясена увиденным.

— Мне плевать, ярко это или нет, но у меня от этого зрелища дух захватывает, — ответил женщине Момо и, подойдя к воде, опустил в неё руку. — Когда-нибудь я поселюсь в таком же прекрасном месте, чтобы каждый день наслаждаться этой красотой!

Пилот скинул рюкзаки, одежду, обувь и вошёл в воду. Позабыв об осторожности, он прикрыл глаза, потому что не в силах был сдержать эмоции и боялся, что другие увидят его слёзы.

Ящеры остались на берегу, наблюдая за ним, как и адмирал. Они готовы были моментально отреагировать на любую опасность, но вода оказалась кристально чистой, а дно озера словно ковром покрывали настолько мелкие водоросли, что в них могли спрятаться лишь какие-нибудь рачки.

— Не стоило так рисковать, — заметила доктор, когда Момо наплескался и вышел.

— Я не собираюсь от всего шарахаться. К тому же, если бы я должен был умереть, то госпожа Эсса предупредила бы меня.

Доктор Шет осуждающе покачала головой, но через пару часов она уже сама плескалась у бережка, и вид у неё при этом был удивительно забавный.

— Госпожа Шет, вы что, впервые купались? — спросила Эсса.

— Ну, мне доводилось лежать в оздоровительной ванне, но здесь ощущения совсем иные, — призналась женщина и счастливо улыбнулась.

А потом все ужинали остатками сегодняшнего пайка и смотрели на эксперименты Момо. Он выпаривал на металлической ложке сок дерева, с восторгом глядя на остающиеся кристаллики.

Потом пилот, старательно пыхтя, содрал кору с сухого ствола и сделал из неё кулёк, набрал в него воды из озера и, капнув сок, наблюдал за тем, как более густые капельки растворяются. Это его не впечатлило, и Момо хотел оставить свои эксперименты, но тут Эсса заметила, что кора неказистой посуды совсем немного, но посветлела как раз в том месте, где была налита вода.

— Не думала, что вы такой… — неуверенно начала доктор Шет, подаваясь вперёд и утвердительно кивая на замечание о том, что кора изменила оттенок — … любопытный. А попробуйте бросить кристаллики в воду, — предложила она.

Момо соскрёб с ложки всё, что было, и ссыпал в воду, которая по капелькам просачивалась в дырочку несовершенного кулька. Как только кристаллики растворились, в воде появились хлопья, которые осели вниз, забивая дырочку и одновременно являя ошеломлённым зрителям идеально чистую воду в выбеленном берестяном кулёчке.

— Дайте мне! — Шет с жадностью безумного учёного протянула руки к кульку и, заполучив его, принялась обнюхивать, пробовать, переливать очищенную воду и смотреть на свет, изучать то, что выпало на дно, пуская в ход свои пилюли.

— Не верю своим глазам! Разве так бывает? — всё повторяла она, пока адмирал не распределил дежурство, заставив доктора лечь спать.