Глава 9

Вот уж не думала, что сегодня окажусь дома у генерального директора. Но, положа руку на сердце, признаю: мне было интересно взглянуть, как он живет.

Лев привез меня к шикарному жилому комплексу в самом центре. Оставив машину в подземном паркинге, мы поднялись к нему в квартиру. Понятия не имею, сколько там было комнат, но прихожая показалась мне огромной. Все в ней сияло и блестело, как в каком-нибудь тронном зале. Я взглянула на Льва и тут же напряглась.

– Что такое? – спросил он, бросая ключи от машины на столик.

– У вас рубашка порвалась, – огорченно констатировала я, показала ну рукав. – Вот тут.

Он вывернул руку, чтобы оценить дыру, недовольно скривился.

– Можете вычесть из моей зарплаты, – предложила я, украдкой вздохнув.

– Забудьте. – Лев с раздражением расстегнул пуговицы, стянул рубашку и, скомкав, швырнул к ключам.

Он явно не чурался тренажерного зала. У него были мускулистые плечи и подтянутый пресс. Я лишь мазнула по ним взглядом и тут же ощутила какое-то дикое волнение, щеки залило румянцем, во рту пересохло. А еще в голову полезли всякие глупости в духе: он одинок, я одинока, и сейчас мы совершенно одни, а значит…

Я опустила голову, дабы Лев не прочитал по лицу мои пошлые фантазии.

Он вдруг шагнул ко мне, приподнял пальцами мой подбородок.

– Марина, с вами все в порядке?

– Да, а что? – У меня чуть ноги не подкосились от смущения.

Лев смотрел на меня как-то странно, чуть погодя, его взгляд переместился на мои губы.

– У вас такой вид, будто вы сейчас в обморок грохнетесь, – тихо сказал Лев.

– Я не склонна к обморокам.

– Это хорошо, – он обхватил меня за талию, развернул. – Пойдемте на кухню, выпьем чего-нибудь.

Я не стала противиться, хотя сердце колотилось как бешеное.

Кухня оказалась еще больше, чем прихожая. Все в ней тоже было новеньким и блестящим, как с картинки мебельного каталога. Лев усадил меня на диван, а сам пошел к холодильнику, выудил из него непочатую бутылку, потом достал стакан.

– Что это? – спросила я.

– Компот, – буркнул он, откупоривая бутылку. – Друзья подарили на новоселье.

Он налил в стакан золотистый напиток, подал мне. Я сделала глоток и закашлялась: горло обдало горячим.

– Невкусно? – сочувственно спросил Лев.

– По-моему, ваш компот забродил.

– Возможно.

Я отставила стакан на столик у дивана.

– А больше ничего нет?

Лев облокотился о столешницу, сложил руки на груди.

– А чего бы вам хотелось? – спросил он, снова странно меня разглядывая. – Горячего шоколада с зефирками?

– Было бы неплохо, – буркнула я.

Он снова полез в холодильник, выудил оттуда бутылку молока и плитку «Бабаевского». Отвернувшись, Лев на самом деле стал готовить горячий шоколад. Я даже не знала, что сказать. Просто сидела на диване и, как дура, пялилась на его мускулистую спину.

Воздух вокруг меня будто наэлектризовался, мысли скакали. Несмотря на работающий кондиционер, стало жарко. Чем дольше я смотрела на Льва, тем сильней горело лицо. И тем не менее это казалось мучительно приятным – ощущать неукротимую волну жара, дикую взвинченность. Я не могла заставить себя отвернуться.

– Зефирок, к сожалению, нет, – сказал Лев, переливая шоколад из ковшика в большую белую кружку, обернулся. – Могу просто хлеба сверху накрошить. Бородинского.

Его взгляд был непроницаем, и я не поняла, шутит он или говорит серьезно.

– Не надо хлеба, – ответила я, незаметно облизнув губы. – Не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством.

Лев подошел, вручил мне кружку. Наши пальцы на мгновение соприкоснулись, и тело будто прошила тысяча игл. Вздрогнув, я едва не пролила шоколад на себя.

– Вы пока пейте, а я схожу умоюсь, – сказал Лев, тут же отпрянув. Вид у него сделался озабоченный.

– Спасибо, – спохватилась я, но он даже не взглянул в мою сторону, переставил стакан с «компотом» в раковину и вышел.

Горячий шоколад получился безумно вкусным. Я пила его маленькими глоточками и старалась думать о чем-нибудь отвлеченном. Впрочем, у меня не получалось: перед глазами все еще стояло тело Льва. Кажется, воспоминание о нем будет преследовать меня еще долго. Я даже немного разозлилась на себя: не хотелось думать о ком-то с работы в таком вот – чувственном – ключе. Работа не место для сантиментов. А уж фантазировать про начальника, пообещавшего истрепать тебе нервы, вообще стыд и позор.

Лев вернулся на кухню, когда я уже допила шоколад. Он наконец нацепил футболку и сменил джинсы, на волосах блестела вода.

– Ну как, успокоились? – Лев по-хозяйски присел на диван рядом со мной.

Я пожала плечами. Он вдруг стал крайне серьезным, заявил:

– Марина, нам с вами сейчас надо выработать план действий. Ваш отельер может заявиться с разборками к вам домой.

– Что? – Я даже не сразу сообразила, о чем он. – Зачем?

– Этот ваш отельер явно тот еще маньяк, – сказал Лев, хмурясь. – Такие обычно подолгу треплют нервы. И он знает, где вы живете, может захотеть отыграться.

– Он не знает, где я живу, – поспешила успокоить я. – Мы раньше не встречались.

– Не важно. Узнать ваш адрес нетрудно, – сухо констатировал Лев. – Достаточно позвонить в редакцию, и кто-нибудь из ваших клоунов тут же вас сдаст.

– К чему вы клоните?

– Вам надо переехать ко мне, – сказал он. – На пару дней. Давайте сейчас съездим к вам, возьмете что-нибудь из одежды, зубную щетку, шампунь…

Я даже вскочила, замотала головой.

– Не говорите глупостей: я не буду у вас жить. Ваш адрес, кстати, тоже узнать не трудно. Если отельер захочет устроить дебош, он и к вам может заявиться. У меня нет никакого резона переезжать.

Лев взглянул надменно.

– Вообще-то, есть. Я живу в охраняемом жилом комплексе, с консьержкой. А вы в какой-то злачной хрущевке.

– Откуда вы знаете, где я живу? – моментально ощетинилась я.

– Навел справки, разумеется.

Он ни капли не смутился, не отвел взгляда.

– Спасибо за заботу, но она излишня, – буркнула я и вышла в прихожую, нашла сумку.

Лев нагнал меня, преградил путь к двери.

– Марина, не так быстро.

– Что, опять мороженого захотелось? – съязвила я.

– Ну почему же мороженого? – он вдруг протянул руку к моим волосам, поддев одну из прядок накрутил на пальцы.

Его взгляд прожег насквозь, Лев медленно-медленно приблизил свое лицо к моему.

– Марина, я люблю, когда меня слушаются, – тихо сказал он.

Ноги у меня стали ватными. Я, как кролик, завороженный коброй, даже не трепыхалась. И, кажется, не дышала.

– Но бояться меня не надо, – чуть помедлив, продолжил Лев.

– Отельер – друг главного редактора, – решилась на откровенность я. – Он ничего мне не сделает.

– Уверены?

– Более чем.

Он отпустил мои волосы, отодвинулся. На лице как будто проступила досада.

– Хорошо, я отвезу вас домой, – в конце концов, решил Лев. – Но, если этот чудик все же решит вам досаждать, сразу звоните мне.

– Ага, позвоню. А домой я лучше поеду на такси.

– Не спорьте! – Лев поморщился. – Я же сказал: сам вас отвезу.

– А вы не думали, что своей чрезмерной заботой можете поставить меня в идиотское положение? – деланно возмутилась я. – Мой парень все не так поймет.

– У вас нет парня, – насмешливо возразил Лев. – Уже год.

Я прямо задохнулась от возмущения. Вот же гад! Целое досье на меня собрал: и где живу, и как у меня с личным.

– Это вам Милана рассказала про парня? – сердито спросила я. – У нее устаревшие сведения. А, вообще, вы бы меньше лезли в личную жизнь сотрудников – как-то это не этично.

Лев окинул меня тяжелым взглядом, ничего не говоря, распахнул дверь.

– До свидания, – пробормотала я, покидая квартиру, но ответа так и не дождалась.

* * *

На следующее утро была запланирована поездка на шашлыки. С утра на меня напало непривычное смятение: я никак не могла выбрать, что надеть. Мне не давала покоя мысль, что обо мне судачат в коллективе. Если даже Лев знает, что я давно одинока, остальные, того гляди, обидное прозвище придумают – запишут в старые девы.

В общем, пометавшись перед шкафом, я решила одеться сексуальней: натянула джинсовые шорты и светлую майку, в кои-то веки подкрасила губы и ресницы. Наташа Белова обещала, что на турбазе будет бассейн, потому я еще и купальник с собой прихватила, самый лучший – красный, шелковый.

Когда я заявилась на стоянку у супермаркета, объявленную местом сбора, народу там было прилично. Большинство сбились в кучу, шушукались и смеялись. Лев стоял чуть поодаль от основной компании, сосредоточенно обсуждал что-то с начальником коммерческого отдела.

– Так-так, почти все в сборе, – радостно констатировала Наташа Белова. – Ждем Ритку и выдвигаемся.

Я быстро обвела взглядом собравшихся.

– А где Гриша?

– Он сказал, чуть позже подъедет, на своей машине, – объяснила Белова. – Ну и про Аню ты знаешь: она отказалась ехать, потому что дочь не с кем оставить.

Я покосилась на генерального, он, как назло, тоже взглянул на меня. Стало неловко, будто меня подловили на чем-то плохом. Я тут же отвела глаза, сделала вид, что разглядываю одуванчики на газоне неподалеку. И в этот момент кто-то крепко обнял меня сзади. От неожиданности я чуть не завизжала, но это оказался Егор, он почти прижался губами к моему уху и зашептал:

– Привет, сладкая. Ты по мне соскучилась?

Я скинула его руку с талии, попыталась отпрянуть, но не вышло. Егор крепко ухватил меня за запястье, потянул за собой.

– Эй, вы куда? – возмутилась Белова. – Сейчас уже в автобус грузиться будем.

– Мы прямо на минутку отлучимся, – пообещал Егор и заговорщицки ей подмигнул. – Надо по работе кое-что обсудить.

Весь коллектив перестал шептаться и уставился на нас.

– Ладно, голубки, воркуйте! – громко разрешила Белова. – Только из поля зрения не пропадайте.

Мне захотелось провалиться сквозь землю. Егор оттащил меня к лавровишне и вдруг выудил из кармана бархатную коробочку.

– Это тебе, – сказал он и всунул ее мне в руки.

– Что это? Зачем?

– Подарок, – важно пояснил Егор.

– Не надо мне подарков. – Я попыталась вернуть ему коробочку, но он решительно оттолкнул ее от себя.

– Марина, не обижай меня, – с пафосом потребовал Егор. – На нас сейчас все смотрят, а я как лох.

Я скользнула взглядом по коллегам: действительно, многие таращились в нашу сторону. Вот же ужас!

– Егор, ну правда, не надо мне ничего. – Я перешла на шепот, чтобы меньше привлекать внимания. – Забери, пожалуйста, эту свою коробочку.

– Ты сначала посмотри, что в ней, а уж потом ломайся, – возмутился он.

– Не хочу я ничего смотреть.

– Это бабушкин кулон, – занудным голосом пояснил Егор. – Она дала мне его на совершеннолетие и тогда же взяла с меня обещание подарить кулон той, от кого я потеряю голову.

– А я-то тут при чем?

– В смысле? – Егор посмотрел снисходительно. – Марина, я без ума от тебя, забыла, что ли? И если ты не возьмешь кулон, я его просто выкину. Вот прямо сейчас зашвырну подальше.

Я заволновалась. Мне не хотелось, чтобы чья-то семейная реликвия оказалась из-за меня на помойке. И состояние Егора не внушало доверия. С ним явно происходило что-то странное. Вообще, он считался у нас этаким самовлюбленным мачо, меняющим девушек как перчатки. Непонятно, с чего его вдруг заклинило на мне. Может, он умом тронулся? Ох, точно тронулся: вон глаза какие шальные. Наверное, это так обычно и бывает: ходит-ходит человек, а потом бац – начинает делать шапочку из фольги или преследует начальницу.

– Егор, успокойся, пожалуйста, – вкрадчиво попросила я. – Не принимай скоропалительных решений. Не надо ничего выкидывать. Ты еще встретишь хорошую девушку, подаришь ку…

Егор обхватил меня за плечи, больно их сжал.

– Марина, умоляю, возьми кулон, – зашипел он. – Ради всего святого, ради моей бабушки. Ты что, не уважаешь старость?

Я до крови закусила губу. Старость я уважаю, ага, но как же Егор не вовремя спятил.

Вздохнув, я отодвинула его от себя и открыла коробочку. В ней лежало довольно безвкусное сердечко с зеленым камешком.

– Нравится? – ласково спросил Егор.

– Ага, – сглотнув, подтвердила я.

– Дай я сам надену, – он проворно выудил кулон из коробочки, раскрыл застежку.

Я с опаской повернулась к нему спиной. На какой-то момент показалось, что Егор сейчас придушит меня своим чертовым кулоном. Но нет, все прошло нормально. Защелкнув застежку, Егор быстро поцеловал меня в висок.

– Тебе очень идет, – слащавым тоном похвалил он.

– Спасибо.

К нам подскочила Белова, затарахтела:

– Ребята, кончайте миловаться. Все в сборе, пора ехать.

– Уже идем! – закивала я и бросилась от Егора вприпрыжку.

* * *

До турбазы мы ехали почти час. Лев и главный редактор сидели впереди, сразу за водителем. За ними уселась Милана. Она явно пыталась привлечь внимание Льва.

– Ах, поглядите, какое красивое дерево! – то и дело вскрикивала она. – А вон там – такой миленький домик, прямо как в Швейцарии!

Под конец она вообще начала квохтать над генеральным как чокнутая мамаша:

– Лев Константинович, у вас, наверное, шея затекла. Давайте я вам массажик сделаю.

Лев отказался, но, видимо, брякнул ей что-то ласковое. Милана соскочила с места и, зависнув над генеральным, стала с придыханием ему что-то рассказывать. Ее грудь, обтянутая узким лифом, энергично колыхалась на каждой кочке и чуть ли не выпрыгивала на голову Льва.

– Не, ты это видела? – возмущенно забубнил Сева, развалившийся на сиденье рядом со мной. – Этот козел совращает нашу лучшую сотрудницу, а она ведется.

– По-моему, это она к нему клеится, – вставила свои пять копеек сидящая позади нас Белова.

– Нет, мне отсюда лучше видно, – сердито возразил Сева. – Этот гад всю дорогу перед ней понтуется, по ушам ездит. – Он повернулся ко мне. – Слушай, а может, ему в морду дать, а? Чё он такой умный: тока нарисовался тут со своей Москвы, сразу к нашим девчонкам лезет?

Я сразу напряглась. Сева у нас тот еще обормот. На прошлый корпоратив он повздорил с парнем из коммерческого отдела, да так, что мы с трудом их растащили. Вот не хватало еще, чтобы он и в этот выезд драку устроил.

– Сева, а ты когда мне статью сдашь? – строго спросила я, надеясь отвлечь его от Миланы. – Ты же хотел попробовать написать что-то о китайских палочках.

– Я еще собираю материал, – напрягся Сева. – Составляю план.

– Третий месяц?

– Ну да, – Сева взглянул обиженно. – Я не как вы, вал не гоню, всегда вдумчиво подхожу к работе.

– А давай вместе сейчас что-нибудь поищем в интернете о палочках, – предложила я и достала телефон. – Я помогу тебе с планом.

Он скривился.

– Марин, ты совсем уже? Сегодня выходной.

– Ну все равно же делать нечего! – тоном блаженной идиотки воскликнула я. – И ты подумай: опубликуем твою статью, все будут восхищаться, завидовать. Миланка начнет перед тобой хвостом крутить: она любит успешных.

– Даром мне ваша Миланка не сдалась, – пробурчал он, но, поерзав, все-таки согласился: – Ладно, давай ищи чего-нибудь про палочки. Только несложное, я люблю, когда простыми словами.

– Ага, сейчас найду что-нибудь интересное, – я открыла браузер и стала вбивать в строку поиска слово «палочки».

В этот момент автобус как-то слишком бодро подпрыгнул – Милана взвизгнула и с огромным удовольствием завалилась на генерального.

– Не, он точно охренел, – прорычал Сева и попытался встать.

Я вцепилась в его руку, почти повисла на ней.

– Сев, у тебя на шее зубная паста.

– Чего? – Он стряхнул меня как надоедливую букашку.

– У меня есть влажные салфетки, – выпалила я. – Дай я тебя вытру, а то ты как дурачок.

Он чуток растерял решительность, потер рукой шею.

– Где паста? Тут?

– Присядь, сейчас приведу тебя в божеский вид. – Я достала из-под ног сумку и стала нарочно медленно копаться в ней в поисках салфеток.

Лев отлепил Милану от себя и, поднявшись, почти силой усадил ее на место.

Сева вроде немного успокоился, мы с ним снова начали гуглить всякое про палочки, да так увлеклись, что и не заметили, как автобус уже въехал на турбазу. Когда водитель припарковался, мы высыпали на улицу, стали оглядываться.

Турбаза стояла на берегу озера, заросшего камышом. Вокруг было очень живописно. Под ногами стелился клевер, тут и там росли плодовые: сливы, черешни, абрикосы. Почти все деревья усыпали ягоды. Деревянные домики, предназначенные для отдыхающих, располагались на внушительном расстоянии друг от друга. За каждым из них имелись беседка с мангалом и довольно большой бассейн.

Белова быстро сбегала в административный корпус и принесла ключ от нашего домика – мы забронировали его для удобства. Там имелся свой санузел, да и вещи было удобней хранить: за всем подряд на парковку не набегаешься.

– Так, кто первый хочет переодеться? – спросила Белова, вертя колечко с ключом на пальце.

– Давайте пропустим вперед Льва Константиновича, – заверещала Милана.

Генеральный попытался отказаться, но остальные дружно и шумно поддержали Милану. Лев забрал у Беловой ключ, ушел в домик.

Милана схватила под руку Риту Сомову, подтащила ко мне.

– Мы следующие пойдем, да, девочки? – сказала она, сверкая глазами. – Втроем.

Милана выглядела какой-то возбужденной. Она опасливо огляделась, потом сделала нам знак рукой, приглашая встать тесней. Мы с Ритой повиновались.

– Видели, какие джинсы у Жарова? – шепотом спросила Милана. – Просто отпад!

– А, по-моему, обычные, – пожала плечами Рита.

– По-моему, тоже, – поддержала я.

Милана чуть из своего платьица не выпрыгнула, затараторила с придыханием:

– Девочки, вы что? Это же «Бриони». Вы вообще в курсе, сколько такие стоят?

– Нет, а сколько? – сразу заинтересовалась Рита.

– Сейчас специально для вас найду в интернете, – Милана достала смартфон, потыкала в него наманикюренными пальцами. – Вот, зацените. – Она с торжествующим видом сунула смартфон под нос Рите.

– Семьдесят тысяч? – ахнула Рита. – Да ладно? Не верю. Никто не поедет в таких дорогих джинсах на природу. Тебе показалось.

– Ничего мне не показалось! – взвилась Милана. – У меня глаз наметан. Я внимательно слежу за всеми модными коллекциями известных брендов.

– Нет, не верю, – продолжила настаивать Рита. – Тебе показалось.

Милана посмотрела на нее сверху вниз, потом вытянула руку вперед.

– Спорим, что это «Бриони»?

Рита нахмурилась.

– На что спорим?

– На три тысячи.

– Хорошо, – наконец решилась Рита, сжала ладонь Миланы. – Марина, разбей.

* * *

Лев вышел из домика в шортах и майке, выгодно подчеркивающих его мускулы. Я мазнула по нему взглядом – и перед глазами само собой всплыло то, как Лев выглядит без рубашки. От нарисованной воображением картинки почему-то стало жарко и неловко.

– Лев Константинович, вы в такой прекрасной форме! Сразу видно, что не жалеете себя в тренажерке, – громко восхитилась Милана. – Многим нашим стоило бы взять с вас пример.

Мне показалось, что еще секунда, и она бросится ко Льву с просьбой потрогать его бицепс. Лев, впрочем, пропустил ее восторги мимо ушей, ушел осматриваться. А вот Сева надулся, глянул на Милану с обидой. Она ответила ему едва заметной усмешкой, а потом с беспечным видом потянула нас с Ритой в дом.

В доме было только две комнаты. Девчонки заняли спальню, я пошла в гостиную. Из нее открывался отличный вид на полянку с беседкой и мангалом. Посреди полянки стоял Лев, обсуждал что-то с главным редактором. Вид у него был расслабленный, почти беспечный. Сейчас Лев не казался строгим и сердитым начальником.

Хм, чего это я уставилась?

Я отпрянула от окна и, задернув штору, быстро переоделась в купальник. Сразу стало холодно и неуютно. Немного подумав, я натянула поверх купальника шорты.

– Убедилась? Гони три тысячи! – раздался из спальни торжествующий вопль Миланы.

– Блин, а может, это все-таки подделка? – жалобно промямлила Рита. – На рынке сегодня чего только не купишь, любую этикетку нашьют.

– Да ты посмотри на швы: качество – первый класс!

Я сразу заподозрила неладное, выскочив в коридор, заглянула к девочкам. Они стояли у большой кровати, на которой лежала сумка Льва. В руках у Миланы были те самые джинсы, что стали предметом их с Ритой спора.

– Девочки, вы совсем, что ли? – У меня внутри все похолодело. – Вы зачем роетесь в чужих вещах?

– Ничего мы не роемся, – пробурчала Милана, свернув джинсы, запихала их в сумку. – Просто проверили мою догадку.

– Больше никогда так не делайте! – воскликнула я. – Это… Это некрасиво, невоспитанно.

– Да все уже, все! – Милана недовольно сморщилась, вжикнула молнией на сумке. – Вот видишь: я вернула штанишки на место. Можешь расслабиться.

Вид у нее был подозрительно хитрый и наглый. Я смекнула, что лучше проявить бдительность.

– Выходите из комнаты, – попросила я, напуская строгий вид.

– Вообще-то, я еще не переоделась. – Милана подцепила с постели розовый купальник, сердито потрясла им в воздухе.

– Забирайте вещи и топайте в гостиную, – решила я. – А эту комнату оставим для начальства.

– Да ладно? – Милана ухмыльнулась. – У нас разделение на бедных и богатых? Классовое неравенство?

– Представь себе.

– А мне и переодеваться не надо, – весело вклинилась в нашу беседу Рита и быстро стянула через голову желтый сарафан. – Я еще дома напялила купальник. Как вам?

Она сделала один оборот, демонстрируя бикини в горошек.

– Класс! – похвалили мы.

– На распродаже купила, – поделилась Рита. – Правда, пришлось месяц не есть пряники, чтобы в него влезть.

– В шкафу в прихожей есть вешалки, – подсказала я. – Повесь сарафан туда, чтобы не помялся.

– Ладно, – Рита подняла с пола свой рюкзак и быстро вышла.

– Милана, ты тоже иди! – стала подгонять я.

– Ну уж нет, мне удобней переодеваться здесь. – Она смерила меня сердитым взглядом, демонстративно плюхнулась на кровать.

Я сложила руки на груди, прислонилась к косяку, показывая, что так просто не отстану. Некоторое время мы с Миланой сверлили друг друга недовольными взглядами.

– Ну и что ты уставилась? – все же не выдержала она.

– Забирай свои вещи и иди в гостиную.

– Не пойду.

– Пойдешь.

– По-моему, ты слишком раскомандовалась, – огрызнулась она.

– Имею право. Как руководство.

– Мы сейчас не на работе.

– А я все равно чувствую ответственность за всех вас, – вздохнув, признала я. – Давай, подымайся и иди в гостиную.

– Может, у меня тут дела? Может, я хочу подсунуть генеральному любовное письмо? – с вызовом спросила Милана. – А ты мне мешаешь.

Я вытаращила глаза.

– Ой, да брось, не надо так на меня смотреть. – Милана положила на колени сумочку, раскрыла. – Как будто ты сама ни разу так не делала.

Она вытащила из сумки свернутый кусок розовой бумаги, игриво коснувшись его губами, спросила:

– Куда лучше положить: в боковой карман или рядом с джинсами?

– Милан, ты совсем ку-ку?

Она звонко рассмеялась, встряхнула волосами.

– Господи, Марина, я тебе поражаюсь: как ты вывозишь собственное занудство? Это же чокнуться можно, если все время быть такой серьезной и заполошной.

– Не надо никаких записок. – Я нервно сглотнула. – Если тебе понравился Жаров, так ему и скажи. Ты же не восьмиклассница.

– А как же загадка? – Она проворно запихала свой листок в боковой кармашек сумки Льва. – Мужчины терпеть не могут, когда женщины слишком прямолинейны. Именно поэтому нам важно ограничиваться намеками и оставлять им возможность проявить инициативу.

– Блин, научи меня так! – воскликнула Рита, заглядывая в комнату через мое плечо. – Мне вечно не хватает мозгов, чтобы обратить на себя внимание парня, который нравится.

Милана все же поднялась с кровати, собрала вещи.

– Дать пару советов я всегда рада, – озабоченно сказала она. – Но только не сегодня, сегодня мне некогда, сама понимаешь.

Она наконец вышла, а я застыла в смятении. Что мне, черт возьми, теперь делать: вытащить эту чертову записку или оставить? Кстати, Милана ее хотя бы подписала?

– А как включить воду в туалете? – закричала из прихожей Рита. – Кто-нибудь в курсе?

Вздохнув, я решила оставить все, как есть, только дверь в спальню прикрыла и сразу отправилась разбираться с водой.