Глава 4

Олег

Пока не передумал, беру телефон и кидаю короткую смс-ку:

Вы

Заеду?

Тут же приходит ответ, будто она сидела все это время и не выпускала телефон из рук.

АС

Конечно

Самое противное, что скорее всего действительно ведь сидела. С ее последнего сообщения, которое она мне прислала прошло уже двадцать пять минут, и я не сомневаюсь, что она все это время ждала. Из-за этого я чувствую себя просто ублюдком, но мне же нужно чем-то загасить этот горький привкус на языке? Поэтому я оправдываюсь словами матери: обо мне ведь никто не подумал, когда разворачивал все эти движения, я почему должен? И пусть не верю, что Алиса в сговоре, это уже и неважно как будто. На первый план выходит злость, и мне требуется пара мгновений, чтобы ее потушить, прежде чем подняться за десятый этаж ее новостройки. Уже до боли (при том в прямом смысле) знакомый маршрут. Я его ненавижу. Каждую ступеньку, по которой я ступаю, чтобы потянуть время — ненавижу.

И дверь ненавижу.

И Алису.

Она открывает не сразу, как только я звоню, конечно, но достаточно быстро. Ждала. Вижу, что ждала. И красивая же вроде? На ней сейчас одета облегающая, белая футболка и короткие шортики. Копна пышных волос убрана в хвост, но это ее не портит — так видно ее тонкую шею, а еще лучше видно грудь. Да, Алису природа не обидела — у нее красивая, большая грудь, и чего мне, твою мать, не хватает то? Алены мне не хватает. Вот чего.

Вздыхаю тихо, снимая с себя пуховик — она молчит. Странно это вообще, Алиса редко молчит в принципе, но сейчас вообще ни слова. Я даже взгляд бросаю, чтобы убедиться: стоит или нет? Стоит. В сторонке, руки мнет, потом складывает их на груди и тупит глаза в пол. Красные, плакала что ли?

— Ты плакала? — решаю не ходить вокруг да около, но не она.

Нет, Алиса сегодня до безобразия тихая, вся какая-то…слишком уж спокойная. Она мотает головой, но…боже, ты серьезно? Я будто не вижу.

— Алис, ты врешь, я же вижу.

— Ты приехал, чтобы со мной расстаться? — так тихо спрашивает, будто сложно ей на самом деле это в слух произнести.

А может и правда сложно? Чертова девка! Будит мою совесть покруче всех будильников, но нет. Нет! Олег! Прекрати!

Делаю на нее шаг. Невольно скорее, но в принципе я не против, а вот она да. Алиса неожиданно отшатывается к стене, а я застываю. Вот тебе раз. Что это еще за фокусы?

— Просто ответь. Если да — уезжай и все. Я не хочу ничего обсуждать, и жалость твоя мне тоже не нужна.

Ого. Так, ладно, я такого поворота и не ожидал — у нее оказывается гордость есть? Ха, забавно.

— Вообще-то я приехал, потому что соскучился.

Тут же поднимает на меня глаза, а я брови.

— С чего ты взяла, что я хочу расстаться?

— То, что было на вокзале…

— Мама у меня сложная женщина, а ты дочь моего начальника, к тому же маленькая совсем.

— Мне девятнадцать.

— А мне двадцать шесть.

Молчит. Пальцы теребит сильнее, потом так…до странного жалобно выгибает бровки и еле слышно переспрашивает:

— Ты со мной не расстаешься?

С удовольствием бы да, но…

— Не планировал вообще.

Ну все. Вот теперь тут будет еще и потоп — Алиса оказывается рядом и крепко обнимает меня за шею, а сама рыдает. Я не могу удержаться, закатываю глаза, но потом кладу руки ей на бедра и тихо усмехаюсь.

— Не понимаю, ты рада?

— Коне-нечно да! Что за вопрос глупый?!

— Ну прости, вас женщин не поймешь. Ты рада, а рыдаешь.

Отстраняется, смотрит снова мне в глаза, вытирает кулаком щеку и улыбается.

— Я просто столько сценариев передумала…ты мне не отвечал.

— С мамой объяснялся.

— И чем кончилось?

— Пока не кончилось.

— Все плохо? Прости меня, пожалуйста, я просто…я хотела тебя увидеть. И сюрприз сделать…

— Не извиняйся, — а вот сейчас снова ложь, — Я тебя тоже.

— Ты не разозлился?

— На что?

— Ну…на сюрприз.

— Да нет, мне даже понравилось.

Снова улыбается, а слез будто не было вообще. Актрисулька мелкая…подходит ближе, прижимается ко мне и привстает на полупальчики, робко так касаясь губ.

Я снова совру, если скажу, что она меня не волнует, как мужчину. Алиса красивая, даже не так, она невероятно красивая. У нее потрясающая фигура с узкой талией и крепкими бедрами, очень красивые волосы. Густые, волнистые и длинные. Глаза цвета неба и пухлые губа, а еще от нее всегда умопомрачительно пахнет чем-то очень дорогим, так что да. Она меня заводит, но такая завести любого может. Я ее не хочу душой, она ведь в Москве, сейчас, наверно, спать ложится…

Из-за внезапно вспыхнувшего образа Алены перед глазами, я злюсь. Я так дико злюсь, что меня буквально вынуждают ее предать, сделать ей больно, ради той, на кого по большому счету мне вообще плевать, что я прижимаю ее к себе сильно. Сразу. Без прелюдий. А потом также резко толкаю к стене. Алиса такого поворота не ожидает. Она не знает, как себя вести, поэтому ловит ступор, но, извини, крошка, сейчас я буду думать о себе.

Кладу одну руку на ее упругую задницу и сильно сжимаю, вдавливаю буквально в себя. У меня стоит, отрицать даже не буду, и знаю, что она это чувствую — чувствуй, наслаждайся, малышка. Вторую руку запускаю под футболку. Алиса дёргается было к стене, но я возвращаю ее обратно и теперь еще сжимаю правую грудь. Да, хороша. Нет, серьезно, она действительно потрясающе сложена, как кукла. Вот кто она для меня, и вот почему на самом то деле я ее и не хочу — она просто кукла.

Ну же. Давай. Пугайся, твою мать, или я трахну тебя прямо здесь!

Аллилуйя. Будто она услышала мои мысли и наконец собралась, а может ее отрезвил окончательно тот факт, что я пошел ва-банк и отодвинул ее бюстгальтер в сторону? Не знаю, но вот она стояла передо мной, а вот уже в другом угле. Закрывается руками, красная вся, смотрит на меня во все глаза, а я упираюсь предплечьями в стену.

— Прости… — хрипло отзываюсь, а в ответ слышу рваное, тихо.

— Ничего страшного…

Да чтоб тебя!

Резко перевожу на девчонку взгляд и мотаю головой.

— Хотя знаешь? Мне не стыдно. Я тебя хочу! — повышаю голос и делаю на нее шаг, — Я хочу тебя так, что внутри все переворачивается!

О да. Вижу страх. Наконец-то. Алиса под моим прессингом окончательно сдувается и буквально влипает в стену, а когда я оказываюсь напротив, вообще перестает дышать. Для пущего эффекта на этот раз упираю руку в стену над ее головой и хмурю брови.

— Мне мало того, что у нас есть.

— Олег, я…

— Алис, я мужчина. Мы с тобой уже четыре месяца за ручки ходим, а ты знаешь каково это? Каждый раз отпускать тебя домой?

Хлопает глазами. Боже, ну что за детский сад? Нет, конечно, не знает она ничего, потому что не думала об этом никогда. Я же вижу. Поэтому вздыхаю и отстраняюсь от нее, а потом делаю еще шаг и мотаю головой.

— Ты даже не представляешь себе, как мучаешь меня, да?

— Я не…

— Ты играешь со мной?

— Нет, конечно! Ты мне тоже…в смысле…я тоже…я…

— Думаю, мне лучше уйти.

— Что? Но почему? — снова слышу слезы, но как отрезало.

Я ничего в этот момент не чувствую. Снимаю куртку с вешалки и снова надеваю ее, только бросаю на нее взгляд.

— Ты не готова, я это понимаю, но…Черт, я тоже не железный. Подумай, хочешь ли ты дальше все это продолжать, раз у нас такие разногласия…

Слава богу за мной она не идет, когда я покидаю ее квартиру, потому что, если честно, я вообще не представляю, что еще мне сказать. Молюсь лишь об одном, прикрыв глаза и прижав затылок к стене: просто-отвали-от-меня.

Алиса

Оля и Кристина оказались правы. После того, как Олег ушел, я всю ночь вспоминала то, что между нами произошло, а потом вспоминала это еще целых пять дней. Крутила в голове каждый момент, каждое его движение, его слово, но главное — я определялась. Что я тогда почувствовала? Мне было страшно. Это да. Таким напористым он никогда не был раньше, а в тот вечер, как с цепи сорвался.

Краснею, когда вспоминаю, с чем осталась стоять в своем коридоре. Будто все мое тело стало одним, сплошным нервом и одной сплошной пульсацией. Конечно, я знаю, что такое возбуждение. Я не с неба упала все-таки, и даже больше скажу, я смотрела фильмы для взрослых и изучала свое тело в подростковом возрасте, как все, но…Это все-таки одно, а тут другое. Тут мужчина.

Нет, Оля и Крис точно правы, а мне надо решить. Чего я хочу? Я совершенно точно не готова разорвать наши отношения, но в интернете же столько историй разных, как мужчины использует девушек…С другой стороны, разве Олег такой? Он папу вон как уважает, и не только в папе дело. Хороший он, надежный, добрый…нет, это точно не про нас история. И я так по нему скучаю…мы не виделись пять дней, а как будто пять лет. Он просил меня принять решение и дал свободу, не давит, не настаивает — так как я вообще могу даже на секундочку подумать, что он из таких? Нет, Олежа у меня настоящий мужчина…с ним нестрашно.

Смотрю на календарь и слегка улыбаюсь. Сегодня же как раз тот самый день, его выходной, о котором он мне рассказывал еще из Москвы. Поедет с мамой в деревню, у ее любимой подруги день рождение, надо отвести. Я только шире улыбаюсь — нет, это точно судьба. Он вернется вечером, а я буду его ждать. Он же сам сказал, что ему понравился мой сюрприз?

Ждала я его не то чтобы долго, но достаточно. Вся извелась. Вообще на учебу сегодня еще не пошла — в салоне красоты была. Ни одна процедура, конечно, спокойней меня не сделала, а только сильнее заводила, поэтому когда я вижу его машину, тут же выскакиваю из своей. Олег выходит быстро, он говорит с кем-то по телефону, улыбается, настроение значит хорошее. Пару мгновений еще пропускаю, но потом подбираюсь окончательно, делаю шаг вперед и окрикиваю его:

— Олег!

Он тут же поворачивается. Хмурится пару мгновений, потом что-то еще говорит в трубку, и, сбросив звонок, подходит ко мне.

— Алиса? Что ты здесь делаешь?

— Ты сказал, что тебе сюрпризы понравились, и я…Мы можем поговорить? — с надеждой тихо спрашиваю…а вдруг уже передумал? Вдруг и не надо это все ему вовсе, но нет.

Нет! Я же вижу, как он на меня смотрит, как разглядывает, потом оглядывается назад. Ой, мне, наверно, нельзя здесь быть? Я поэтому отступаю немного, боязливо сама всматриваюсь туда, куда он.

— Мне нельзя здесь быть, да?

— Да нет, не в том…Да, пошли поговорим.

Олег поворачивает к своей машине, но я медлю, смотрю на подъезд, а потом тихо так прошу.

— Может лучше у тебя? Я замерзла.

Снова ловит ступор, косится в сторону дома, губы поджимает. Не хочет звать меня? Или стесняется? Я думаю, что второй вариант, поэтому еще тише добавляю.

— Мне все равно, как выглядит твоя квартира, если ты за это переживаешь. Все нормально.

— Дело не в этом.

— Ты говорил, что мама уехала?

— Ну…да. Говорил.

Нет, он явно не хочет звать меня к себе, и я чувствую себя просто идиоткой. Боже, может он уже забыл обо мне совсем? Может кого-то нормального нашел? Без глупостей всяких?

— Если ты не хочешь, то ладно, это ничего…Я лучше домой поеду, глупо это все.

Срываюсь с места и разворачиваюсь было, но Олег тут же перехватывает меня за руку и цыкает.

— Да, Алиса, стой! Успокойся ты. Просто соседи, они…

— Темно же, меня никто не увидит.

— Ладно, пошли.

Ведет решительно, я даже не поспеваю за ним, но не сказать, что мне это нравится. Я будто грязный секрет, хотя по факту то что? Мне есть уже восемнадцать, и я имею право встречаться с тем, с кем я хочу, разве что людям это докажешь? Нет, они трезвонить буду, поэтому я, наверно, могу его понять, поэтому и молчу. Не возражаю…

Его квартира находится на третьем этаже и встречает нас тишиной. Маленькая прихожая с кучей курток на вешалке, выцветшие, когда-то красные обои на стенах. Здесь чисто, но да, бедно, и мне в миг становится стыдно за то, как я живу. Да и понимаю я его гораздо лучше теперь: вряд ли в этом подъезде хоть кого-то оставит равнодушным мои отношения с Олегом. Обсудят, придумают, заклюют…

— Ну…раздевайся.

Дура! Прекрати ты все так разглядывать! Бью себя по рукам, которые по привычке от нервов тереблю, а потом расстегиваю свою черную дублёнку с белым мехом, но куда ее повесить не знаю. Я как-то совсем растерялась — здесь нет свободных крючков, да и чертово волнение не помогает думать, а наоборот. Черт-черт-черт!

— Алис, давай куртку, я повешу. Ванная — первая дверь.

— Спасибо.

Я сбегаю быстро, точно пуля выпущенная из дула пистолета, потому что мне стыдно, да ко всему прочему я снова чувствую себя дурой. Нельзя что ли было сосредоточиться?! Боже, Алиса, ну что ты творишь…

Смотрю на себя в зеркало: макияж идеальный. Ровные стрелки, тон, красные губы — мне так идет больше всего, я то знаю. Часто меня красят на разные мероприятия, и укладку делают, так что я выгляжу отлично.

Да. Алиса! Ты выглядишь, как супер-звезда, угомонись уже!

Поправляю черное платье, которое берегла для особого случая и придирчиво себя осматриваю. У него лямок вообще нет, они спущены на плечи, а крой приталенный и облегающий. Надеюсь, что ему понравится…

Когда я наконец выхожу, Олег стоит на кухне и курит. До этого смотрел в окно, но на меня реагирует сразу — это немного добавляет уверенности. А его следующие слова еще больше подталкивают:

— Ты куда-то идешь?

— Что?

— Очень красивая.

— А…ты об этом, — смотрю на себя притворно, потом мотаю головой и снова на него, — Нет.

— Это ради меня?

— А если да?

— Алис…

— Можно я скажу?

Он слегка медлит, но усмехается и кивает, как бы приглашая, а я окончательно собираюсь и делаю на него шаг.

— Тогда у меня…эм…Ты сказал, что ты хочешь большего?

— Да.

— Я это понимаю.

— И я понимаю, что ты не готова. Мы с тобой не пара. Посмотри на себя…выглядишь, как модель с обложки, а я что? Простой парень с окраины и…

Что он несет?! Хмурюсь. Так. Он поставил меня в тупик, серьезно.

— Олег, о чем ты?

— Эм…ну ты разве не затем пришла, чтобы со мной расстаться?

— Нет.

Ловит ступор теперь он. Я слегка улыбаюсь, сказанные комплименты окончательно успокаивают и словно охмеляют, так что я берусь за застёжку на своем платье и медленно ее расстегиваю.

Олег

Я поверить не могу. Честно? Думал, что она пришла сюда сегодня со мной порвать. Вся расфуфыренная, ко мне напросилась еще, чтобы подчеркнуть, как она на фоне моего скромного интерьера выделяется…Черт, она ведь и правда выделяется. Как что-то инородное. Не место ей на этой старой кухне, как если бы сюда сейчас золотую люстру притащили и повесили. Нет гармонии.

Я подумал, что? Это маленькая, женская месть, мол, смотри! Кого ты потерял, кабелюга чертова, ан нет. Она здесь не за тем, оказывается, чтобы нос мне утереть. За другим пришла.

Черт возьми…

Черное платье падает к ее ногам, и Алиса остается стоять в таком же черном, кружевном белье. Полупрозрачном. Красивая. Нет, даже не так — мало этого. Она чертовски красивая. Кожа ровная с легким загаром, без единого изъяна. Животик подтянутый, грудь округлая, а талия осиная. Я во все глаза на нее смотрю, таких девушек в обычной жизни просто не бывает! Но она здесь. Она ждет меня. Она ради меня и пришла — красная вся, а смотрит точно в рот. И мне это льстит. Гори я в аду, но да, это дико льстит, как мужчине, внимание такой вот девушки. Тем не менее, я заставляю себя отвести глаза. Потому что несвободен…

— Алис…

— Олег, я правда этого хочу.

— Ты не знаешь, о чем ты говоришь.

— Знаю. Я очень много думала и…

Подходит ко мне и мягко кладет свою руку на мою, и я не могу сопротивляться — смотрю на нее в ответ.

— Я тоже хочу тебя, и я готова. Но…я не знаю, что нужно делать.

Черт. Возьми. Алиса, твою мать! Отойди от меня! Оденься! Вали из этой квартиры подальше! Какого хера ты вытворяешь?! Ну не дура же, почему ты ничего не видишь?! Я. Не. Хочу. Этого. Делать. Ну не хочу! Не заставляй ты меня!

Но она не собирается уходить, а вместо того тянется ближе, и в этот момент перед глазами возникает Алена. Я вижу, как она откидывает свои длинные, светлые волосы за спину и смеется. Как улыбается мне и только мне. Слышу, как она стонет мне на ухо. Будто в живую вижу, как я был с ней всего пару дней назад, смотрел ей в глаза, был внутри нее — и все, меня рвет. Потому что нет у меня выбора. Мне придется предать женщину, которую я люблю, а ты, Алиса, мне за это ответишь. Ты очень жестоко пожалеешь, что переступила порог моей квартиры сегодня.

Я зло усмехаюсь и пару раз киваю, потом смотрю на то, как тушу сигарету, и тихо, хрипло говорю.

— Ну хорошо. Раз так, хорошо. Пойдем.

— Куда? — пугается, уже круто, и я не сдерживаю усмешки.

— Хочешь на кухне продолжить этот разговор?

— А. Ну да. Пошли.

Веду ее по коридору решительно, а потом резко сворачиваю в нашу с братом, теперь уже мою, комнату. Это бесит, кстати, еще больше — брата то тут нет тоже из-за нее, но стоп. Олег. Не будь придурком. Подстрахуйся. Точно. Подстраховаться — с ее папашей лишним не будет.

— Садись на диван.

Моя постель единственная здесь разобранная. Она у окна, накрыта сверху серым пледом, идеально ровная — привычки армейского прошлого. Алиса никак это не комментирует, хотя, наверно, привыкла: батя ее сто процентов с такими же заскоками.

Я подхожу к стеллажу. Уверен, что у брата найдётся парочка презервативов в загашнике и, так и есть. Там же, где он прятал когда-то конфеты, то есть за компьютерными дисками, теперь лежат уже другие конфеты. Я на миг усмехаюсь: повзрослел он быстро, конечно, и теперь шалости его стоят гораздо больше. Ну что? Отвлекся на лирику, тянуть больше смысла нет. Я разворачиваюсь и подхожу к девушке, а сам телефон достаю и включаю запись видео:

— Алиса Степановна Чистова, вы точно уверены, что хотите заняться со мной сексом?

Улыбается глупо.

— Почему так официально? Да, уверена.

— Я не нежный.

— Глупости…

— Серьезно. Точно не передумала?

— Нет…

Отлично. Вот и подстраховка готова. Отключаю телефон и откидываю его на диван с другой стороны, а потом смотрю на нее.

— Что ты там делал?

— Отключал телефон, чтобы не мешали. Расстегни мне ширинку.

Ну что. Начнем, пожалуй.

Улыбка с ее губ тут же пропадает, и я было думаю, ну все, хватило маленькому одуванчику, и снова мимо! Она тянется наманикюренными пальчиками ко мне и расстегивает сначала пуговицу, потом молнию. Черт, малыш, ты сама себя убиваешь.

— Снимай.

Снимает. Она боится, я вижу это, но медленно тянет вниз мои джинсы вместе с трусами, храбрится, но тут то ее смелость и сдувается. Да, Алиса, природа ни одну тебя не обделила. При виде моей эрекции, девчонка тут же теряется и отступает. Все? Достаточно? Смотрю на нее долго, снова надеюсь, что вот сейчас она вскочит и сбежит — и, что ж такое! Снова мимо! Сидит. Ждет. А у меня перед глазами снова Алена, я ведь замечаю глупого мишку на окне, которого когда-то выиграл для нее на школьной ярмарке. Аленка с ним не расставалась никогда, отдала мне только после окончания моей учебы. Мол, напоминать обо мне будет, Олег. Чтобы не забывал.

Маленькая…прости меня.

— Бери его, — хрипло приказываю, вгоняя Алису в ступор.

Да, сучка. Ты не ослышалась.

— Я…я не знаю как.

— Рот открой и высуни язык.

Я не размениваюсь на нежности, да при всем желании не смог бы — меня кроет от дикой, тягучей ярости. Которую, извини, Алис, разгребать тебе. Не будет никакой сказки, и нежности тоже не будет. Сегодня твои розовые замки рухнут громко и жестко: знаешь же, малыш, на землю вообще больно падать с такой то высоты.

— Я…

Начинает, и я замираю. Что? Говори! Что?!

— Можно сегодня…не делать этого? Я не готова.

Твою мать. Конечно, я могу настоять. Знаю, она сделает все, что я хочу, я читаю это в глубине ее голубых глаз, но не могу. Просто не могу, поэтому киваю и тихо шепчу.

— Алиса, ты вообще уверена, что хочешь?

— Да, — отвечает быстро и пару раз кивает, — Я просто…к этому не готова.

— К минету?

Краснеет так, что даже ее руки перенимают на себя часть оттенка, потеснив приятное какао ее кожи. Но она собирается и шепчет.

— Да…

Черт, малышка, ну что же ты творишь? Вставай и уходи. Посмотри ты на меня. Зачем я нужен? А может и правда поможет это? Не подойдет и близко. Она ведь хочет сказки, но я не ее принц — Алиса этого просто не понимает.

Поймет через пару мгновений через боль, иногда это просто необходимо.

— Расстегни лифчик.

Это выполнить она готова. Заводит тонкие руки за спину и одним щелчком освобождается от белья. Да…мне жаловаться грех. У нее идеальная грудь, это я без всякой задней мысли. Как с картинки во взрослом журнале, который мы с пацанами таскали у моего папаши, пока возможно это было.

Но вот в чем проблема. Тогда я мечтал оказаться с такой вот красоткой наедине, чтобы она готова была на все, а сейчас, когда это случилось, я ее ненавижу. Как ведь говорят? Бойся своих желаний? Совершенно точно.

Да, я тварь, но она разве лучше?! Говорил же — вали отсюда. Нет? Теперь сама расхлебывать будешь. Беру ее под колени и тяну на себя, Алиса падает на постель.

Прости меня, маленькая. Прости, если сможешь…

Через пару мгновений одним сильным толчком, я мщу за нас обоих, когда разрушаю все мечты этой богатенькой девчонки, которая приехала на окраину города в поисках новых, острых ощущений. Получи и распишись, однако. Я рад только одному — кончилось все очень быстро. У меня хоть и был секс совсем недавно, его все равно было слишком мало, а Алиса слишком уж тугая. Да и слава богу, если честно.

Сейчас мы лежим и молчим. Я ее не касаюсь, она меня тем более. Потом встает. Медленно так, аккуратно. Не поворачивается, а тихо уходит. Я думаю, что в ванну, но смотреть — не смотрю. Не хочу. Да и не могу, если честно. Мне ее дико жалко, а себя я ненавижу еще больше, чем ее двадцать минут назад.

Я глаза от потолка отрываю только когда слышу хлопок дверью — сбежала. И хорошо. Единственное светлое в этом во всем фарсе: она ко мне больше никогда не подойдет.