Глава 9. Мужик я или где!

Александр

— Пуся, ты где? Ты время видел? — голос Маши дрожал от обиды. — Мы с сыночком кушать хотим вообще-то.

— Приготовь. Продукты есть, а если нет, сходи в магазин…, — безэмоционально ответил Александр и сбросил звонок, не отводя взгляда от родных окон. Последние несколько дней он после работы приезжает к бывшему дому. Ну как, к бывшему? Так-то они ещё не развелись. Вопрос, конечно, времени, но ведь по факту он ещё муж Оксаны. В окнах все эти дни не было света, и почему-то это ужасно пугало. Словно бы этот свет нужен был ему. Для чего? Да он, честно говоря, и сам не знал. Наверное для того, чтобы снова почувствовать себя уверенным.

Это же важно, чувствовать себя уверенным в своей жизни, в завтрашнем дне, да даже в сегодняшнем вечере. Вот как раньше. Он вставал утром и его ждал вкусный завтрак, шёл на работу в чистой рубашке и знал, что после работы его ждали дома. Ждали уставшего, недовольного, временами даже злого… Его ждали любого. Сейчас его, правда, тоже ждут. Он криво усмехнулся. Ждут, конечно, ведь жрать-то хочется.

— Где же она? Дома должна бы быть. Может, уехала? — снова с тоской посмотрел он в тёмные окна. Как же хотелось сейчас выйти из машины и войти в родной подъезд, подняться до шестого этажа и, открыв квартиру, окунуться в привычный уютный мир запахов и звуков.

Хочется, чтобы Оксанка, напевая, что-то мешала в кастрюле, а потом бы крикнула ему: «Саш, идём, всё готово!».

Почему он ушёл от этого? Почему ему это стало не нужно?

Оксана была хорошей женой, и матерью была хорошей. Просто ему стало скучно. Показалось, что жена — «прочитанная книга», как говорится. Всё стало обычно, предсказуемо. Скучно.

Он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

Захотелось глупого, восторженного обожания. Захотелось почувствовать себя молодым и влюблённым. Ему же действительно сорвало крышу от любви к Маше. Только была ли это любовь… Может это была все-таки не любовь? А любовь была здесь, на шестом этаже? Когда он увидел Оксану в кафе, обалдел. Настолько она была красивой, стильной, роскошной. На её фоне Маша была глупым бочонком. Почему он раньше этого не видел?

Сейчас, спустя всего-то три месяца, как ушёл из дома, он может признаться себе, что там, с Машей, уже точно не любовь. То, что было сладко и порочно, то, что воспринималось как настоящее, большое чувство, оказалось самообманом. Только как вернуть то, что у него было?

Посидев ещё немного, он решительно стиснул зубы и вышел из машины. Зайдя в подъезд, даже не стал дожидаться лифта, бегом поднявшись на шестой этаж и замерев перед такой родной, привычной дверью, достал ключи.

— В конце концов, я всё ещё муж! А, значит, я имею право здесь быть, — решительно тряхнув головой, вставил ключ в замочную скважину. Вернее попытался вставить.

— Замок поменяла? — недоумённо прошептал он и попробовал ещё раз. — Поменяла.

Разозлившись, он ударил кулаком по двери и ещё раз, и ещё… Пока не почувствовал боль в руке. Почему-то тот факт, что Оксана поменяла замки, было для него как ушат холодной воды. Словно тем самым она вычеркнула его из своей жизни.

— Ну, нет! — зло прошипел он, доставая телефон. — Мы, во-первых, ещё не развелись, а во-вторых…, — он смачно выругался, — я здесь живу по паспорту!

Оксана

«Всё-таки с доверием у меня пока не очень», — я смотрела в окно такси. По стеклу текли капли дождя, размывая очертания деревьев.

А может, это не капли дождя, а слёзы? Вытерев влагу со щёк, я прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. «Сбежала я»...

Было обидно. Вот честно! Я же не навязывалась ему? Вспомнила знаменитую фразу «Не виноватая я, он сам пришёл!», и рассмеялась про себя. Сразу стало чуточку легче. Слёзы высохли и горечь ушла. Правда, вместо них появилось сожаление.

Может зря я убежала? Ведь что, собственно, я видела? Он стоял и обнимал женщину, а она, смеясь, ему что-то рассказывала. Она же может быть другом?

— Пфф… Мне в голову не придёт так прижиматься к Пашке, хоть мы и друзья, — покачала головой я. — Тогда, может, сестра?

Снова кольнуло сожаление. Я не узнаю теперь никогда о том, кто это был.

Я ушла, вернее, убежала, не дав возможности себе даже попытаться узнать.

— Всё же над доверием нужно поработать, — снова вздохнула я и с сожалением прикрыла глаза.

А, с другой стороны, может всё правильно? Может это даже хорошо, что я не узнала правды?

Ведь если представить себе, что эта женщина рядом с ним не сестра и не друг, то как бы я себя чувствовала? Даже гадать не надо. Мне было бы плохо. Вернее, мне даже сейчас нехорошо. Всё же предательство мужа больно ударило по мне, разрушив мою веру.

— Так нельзя, Оксана, — покачала я головой. — Как жить без веры? Как?

Саша своим предательством сломал мою веру в людей, растоптал любовь.

— Ничего не осталось, — я снова заплакала, тихо вытирая слёзы. Было так жалко себя.

— Приехали…, — таксист припарковался возле подъезда и выгрузил мой чемодан.

Привычно задрав голову, чтобы посмотреть в свои окна, поморщилась недовольно.

— Значит, вернулся…, — вкатив чемодан в лифт, я нажала кнопку и призвала себя успокоиться. В конце концов, это не самое страшное, а всего лишь почти бывший муж вернулся.

— Ну это ненадолго, милый, — прошептала я воинственно и нажала на звонок.