Глава 7

Утро в зверином логове началось обманчиво тихо. План на день я составила себе предельно простой: забаррикадироваться в библиотеке, обложиться чертежами и до самого вечера изображать самого усердного архитектора в мире. Тем самым — откровенно игнорировать Даррела. Конечно, где-то на периферии сознания маячила мысль: а что, если он уже доложил о моей ночной вылазке Саре и Алеку? Но это беспокойство испарилось ровно в тот момент, когда подействовала двойная доза блокаторов. Не знаю, что там вчера учуял Даррел, из-за чего сорвался с цепи, но повторения я не желала. Поэтому сегодня я была под надежным химическим щитом.

На случай допроса у меня уже была готова легенда. Жизнь научила меня главному правилу лжеца: хочешь, чтобы тебе поверили — скажи правду, но не всю. Я просто объясню, что для полной реконструкции инженерных сетей мне позарез нужны были данные об этой старой постройке. Даррел из-за личной неприязни отказал в доступе, а беспокоить Альфу жалобами на начальника охраны я не решилась. Вот и отправилась на разведку сама.

Профессиональное любопытство и бессонница. Звучит логично. И почти честно.

Вооружившись этим оправданием и ледяным спокойствием, я вышла из комнаты. Но дойти до рабочего места мне было не суждено. Я не успела сделать и десяти шагов по коридору. Тень отделилась от стены так стремительно, что мой глаз едва уловил движение.

Рывок. Жесткая хватка на локте. Мир крутанулся, и в следующую секунду я уже была впечатана лопатками в деревянные панели стены. Удар выбил воздух из легких, но я даже не пискнула.

Надо мной навис Даррел. Выглядел он паршиво: под глазами залегли черные круги, на щеках темнела щетина, а взгляд был таким воспаленным, словно он всю ночь не спал, а гонял чертей по лесу. От него волнами исходил запах крепкого кофе, морозного леса и какой-то невероятно усталости.

— Стоять, — выдохнул он мне в лицо.

В любой другой день я бы, наверное, попыталась вырваться или вступила в конфликт. Но сегодня мое лицо было сплошной ледяной глыбой. Мисс Спокойствие. Спасибо таблеткам, моя нервная система напоминала бетонный бункер.

Даррел не стал тратить время на разговоры. Он просто подался вперед и уткнулся лицом мне в шею, прямо над воротником свитера. Это было слишком грубо и бесцеремонно, но вполне в духе оборотней. Я замерла, безучастно глядя в потолок и изучая трещинку на лепнине.

Он втянул воздух с шумом, как ищейка, пытающаяся взять след. Его горячее, прерывистое дыхание обжигало кожу. Он нюхал меня снова и снова, жадно, агрессивно, перемещаясь от уха к ключице. В этом не было ни капли страсти. Это была проверка. Паническая попытка подтвердить свое безумие или опровергнуть его.

Разумеется, он ничего не нашел.

Надо будет мысленно поаплодировать ученым, создавшим эти блокаторы. Когда всё закончится, напишу им благодарственное письмо. Гениальное изобретение — делать нас невидимыми для зверей.

Даррел замер. Потом резко отстранился, глядя на меня с выражением абсолютного когнитивного диссонанса.

— Ничего… — пробормотал он, словно не веря своим рецепторам. — Опять какая-то химия.

Ох уж это уязвленное волчье самолюбие! Великий хищник не может поверить, что его совершенный инструмент дал сбой.

Он схватил меня за плечи и встряхнул, пытаясь выбить из меня хоть какую-то реакцию.

— Где он⁈

— Кто? — мой голос прозвучал ровно, даже слегка скучающе.

— Запах! — рыкнул он, и его зрачки на секунду сузились в вертикальные щели. — Вчера… Вчера ночью в лесу ты пахла иначе. Что это за химия такая, что перекрывает твой аромат!

* * *

— Да сколько можно меня нюхать? — я вздохнула с наигранной усталостью, даже не пытаясь вырваться. — Ты ведешь себя как токсикоман в поисках клея. Что, так сильно пристрастился к моему запаху? Или это новый способ ухаживания — занюхать жертву до смерти?

Я окинула его взглядом, полным вежливого недоумения, так бы я смотрела на буйного пьяницу в приличном обществе.

— Адель! Ты уходишь от ответа! — рыкнул этот неандерталец.

Разумеется, ухожу. И собираюсь стоять на своём до последнего.

— Даррел, я пахну как обычно, — я закатила глаза, всем своим видом демонстрируя скуку. — Мылом и шампунем. Может, тебе показалось? Ты выглядишь… мягко говоря, не очень.

Надеюсь, мой взгляд был достаточно красноречив.

— Показалось⁈ — он почти взвыл, ударив кулаком по стене рядом с моей головой.

Штукатурка жалобно хрустнула и посыпалась мне на плечо.

— Вот видишь! — хмыкнула я. — У тебя нервы ни к черту.

— Я не мог ошибиться! — продолжал бушевать он. — Я знаю этот запах слишком хорошо! Я бы узнал его из тысячи!

— Может, это галлюцинации? Стресс из-за полнолуния? — предположила я тихо, невозмутимо стряхивая строительную пыль с рукава. — Может, тебе стоит выспаться, а не кидаться на людей в коридорах?

Он замер, тяжело дыша. Мои слова неожиданно попали в цель. Я видела, как в его глазах уверенность сменяется сомнением. Он действительно начинал думать, что сходит с ума. Что бы он себе там ни надумал вчера, сегодня это казалось лишь плодом его больного воображения.

Он снова подался ко мне, но уже не так агрессивно — скорее с обреченностью, желая убедиться в последний раз. Его лоб почти коснулся моего лба. Мы стояли непозволительно близко в интимной полутьме коридора…

— Ох, простите! — раздался со стороны звонкий, веселый голос.

Даррел отпрянул от меня, как ошпаренный.

В начале коридора, конечно же, стояла Сара. В руках она держала стопку накрахмаленных салфеток, а на лице сияла хитрая улыбка сводницы, которая уже составила в голове сюжет любовного романа.

— Я, кажется, не вовремя? — пропела она, ничуть не смутившись, а наоборот продолжала откровенно рассматривать нашу двусмысленную позу. — Шла по делам, а тут… такие страсти. Прямо в коридоре? Волки, когда чуют истинную пару, совсем теряют голову, да?

— Сара! — рявкнул Даррел. Его уши мгновенно покраснели. — Это не то, что ты думаешь!

— Да брось, — она махнула рукой, подходя ближе. — Я же видела, как ты к ней принюхивался. Прямо дегустация какая-то! Наконец-то!

— Ты бредишь, — прорычал он, нервно оправляя рубашку. — Я проверял… Я просто проверял…

Он запнулся, словно слова застряли у него в горле.

— Я проверял её на наличие посторонних запахов после прогулки! — выпалил он первую попавшуюся глупость. — Меры безопасности!

Сара прыснула, прикрыв рот ладонью.

— О да, конечно. «Меры безопасности». Звучит очень сексуально. Алек тоже примерно так и начинал.

— Ты невыносима, — выплюнул Даррел.

Он бросил на меня последний взгляд — смесь ненависти и полной растерянности — и быстрым шагом направился прочь, едва не сбив Сару с ног.

Когда его тяжелые шаги стихли, Сара повернулась ко мне, всё еще улыбаясь.

— Ну, как ты, дорогая? Не сильно он тебя помял? Оборотни бывают слегка… экспрессивными.

Я поправила свитер, чувствуя, как внутри сквозь химическое спокойствие начинает пробиваться азарт. Сара видела романтику там, где была только паранойя. И это было мне на руку.

— Он… странный, — осторожно сказала я. — Вчера кричал на меня, чтобы я не ходила в лес, а сегодня… Я не понимаю его.

— Гормоны, — подмигнула Сара. — Полнолуние плюс запах, который манит. Гремучая смесь. Зверь давит на мозги.

* * *

Ага, манит. Но совсем не в романтическом смысле. Скорее, как красная тряпка быка.

Вслух я, конечно, этого не сказала. Вместо этого сделала максимально невинное лицо.

— Слушай, может, мне пока лучше избегать его? — спросила я, нервно теребя рукав. — От греха подальше. Есть какое-то отведенное для него рабочее место? Где он сидит, когда не торчит возле меня? Я бы просто десятой дорогой обходила этот район. Это наверное, кабинет на втором этаже?

Сара фыркнула так громко, что стопка салфеток в её руках опасно пошатнулась.

— Кабинет? Ой, не смеши меня! Даррел и офисное кресло — вещи несовместимые. Он там появляется раз в год, и то, если Алек угрожает увольнением. Нет, наш угрюмый волчара предпочитает свою «Конуру».

— Конуру? — переспросила я.

— Ну, это мы так любя называем комнату охраны, — пояснила Сара с ехидной улыбкой. — На первом этаже, сразу за кухней, возле выхода к гаражам. Там у него всё его царство: мониторы с камер наблюдения, карты периметра и всякая прочая дребедень… Он там и ночует иногда. Если хочешь спокойной жизни — просто не суй нос в то крыло. Он сейчас наверняка там: дуется на весь мир, смотрит в камеры и зализывает уязвленное самолюбие.

Бинго.

Комната охраны. Первый этаж. За кухней.

Наверное, именно через камеры наблюдения он и засек меня ночью. Но главное, скорее всего там находятся и ключи.

— Спасибо, Сара, — я улыбнулась ей самой благодарной улыбкой, на которую была способна. — Теперь я знаю, где зона поражения. Пойду в библиотеку, зароюсь в чертежи и буду тише воды.

— Иди-иди, — кивнула она, уже теряя ко мне интерес и переключаясь на свои хозяйственные дела. — А я пойду прослежу, чтобы этот Ромео не разнес полдома от переизбытка тестостерона.

Раздумывая о своих дальнейших действиях, я развернулась и пошла прочь. Внутри,, сквозь химическое спокойствие таблеток, начинал пробиваться холодный азарт.

Сара думала, что поможет мне избежать неловкости. На самом деле она только что вручила мне карту туза.

Мне нужно попасть туда в его «конуру». И нужно сделать это так, чтобы этого нервного не оказалось на месте.

Добравшись до библиотеки, я первым делом закрыла дверь на замок. Не хватало еще, чтобы Даррел решил ворваться сюда с очередной проверкой на «подозрительные запахи».

Хватит уже меня обнюхивать. Это все больше нервировало.

Я сгребла со стола свои чертежи, которые до этого момента казались скучной рутиной, и развернула план первого этажа.

Так, где тут у нас «Конура»?

Палец скользнул по бумаге, минуя кухню и кладовые.

Вот она. Помещение, скромно подписанное как «Технический блок». Вход из коридора, второй выход — в гараж. Идеальное логово для угрюмого хищника.

На бумаге всё выглядело просто. Дверь, стены, пара окон под потолком. Но лезть туда сейчас было бы самоубийством. Даррел взвинчен, он сидит там и, скорее всего, гипнотизирует мониторы.

Мне нужен момент, когда его бдительность даст сбой. Или, когда его просто не будет на посту.

То есть, все в итоге и так сводилось к завтрашней ночи. Новогодней.

Плохо лишь то, что я до конца не понимала, как именно оборотни празднуют ее и почему Сара делала такой акцент на том, что в эту ночь еще и полнолуние. В моей голове я рисовала грандиозный праздник. Толпа оборотней, фейерверки, шум, гам и какие-то «дикие традиции» стаи, что начнутся ближе к полуночи. В таком случае Даррелу точно будет не до меня, и уверенна его держурка будет пустовать.

Я откинулась на спинку кресла и покрутила в пальцах карандаш.

Что ж, пока завтра все будут поднимать бокалы за Новый год, я сыграю с тобой в игру на твоем же поле. И очень надеюсь, что новичкам, как и дуракам, везет.