Глава 8

Праздновать в доме Альфы начали задолго до полуночи.

Уже к восьми вечера внизу стоял гул от прибывающих оборотней. То и дело хлопали двери, из холла доносились громкие разговоры и взрывы смеха. Я не спешила покидать спальню, чувствуя нарастающее волнение. Хотя я собралась еще полчаса назад, так и продолжала сидеть перед зеркалом, нервно поправляя воротник платья и в сотый раз мысленно прокручивая в голове свой план.

Таблетки я выпила заранее. Сегодня мне не нужны осечки с запахом. Осталось дождаться, когда градус веселья достигнет пика, а бдительность охраны упадет до нуля.

Неожиданно без единого стука дверь распахнулась, заставив меня подпрыгнуть на месте. На пороге появилась Сара. Она выглядела сногсшибательно в своем вечернем наряде, но в руках почему-то держала не бокал с шампанским, а изящную кружку, от которой поднимался пряный, терпкий пар.

— Прячешься? — с улыбкой спросила она, проходя в комнату. — Алек там внизу ржет надо мной, называет это «ведьминским зельем», но я всё равно принесла тебе порцию. Пей.

Она всучила мне кружку. Я аккуратно понюхала дивный напиток. Пахло травами, корицей и чем-то еще неуловимым.

— Что это? — я с подозрением посмотрела на темную жидкость.

— О, не бойся, не отрава, — отмахнулась Сара. — Этим рецептом со мной Агния поделилась. Представляешь, нашла его в тех самых старых записях сумасшедшей бабки Марты. Наши умники из лаборатории разобрали его на молекулы и ничего опасного не нашли. Просто набор трав. Для наших диких мальчиков это как турбо-кнопка для ускорения метаболизма. А для нас, людей — мощнейший энергетик.

Её объяснение не внушило мне доверия, поэтому я попыталась вернуть кружку:

— Сара, спасибо, но я не планирую сегодня бегать марафоны.

— Пей, я сказала! — Сара хитро прищурилась, понизив голос до заговорщического шепота. — Адель, я же видела, как Даррел на тебя реагирует. И поверь мне, в этот особый Новый год тебе пригодится дополнительный заряд энергии. Такая ночь, как сегодня, может выжать из тебя все соки, так что энергетик не помешает, чтобы не уснуть в самый… неподходящий момент.

Она говорила так туманно и расплывчато, что это еще больше сбило меня с толку. Что значит «особый Новый год»? Для меня он был особенным только потому, что я собиралась раскрыть правду о гибели сестры.

Да и спать в мои планы точно не входило. Как раз наоборот, меня ждал взлом чужого кабинета и прогулка по морозу. Однако, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания и не обидеть хозяйку, я решила уступить. Тем более, нужно было поскорее от неё отделаться.

Именно поэтому, глядя ей в глаза, я сделала большой глоток. Вкус оказался странным: обжигающим, сладко-горьким, оставляющим на языке легкое покалывание. В итоге я выпила всё до дна.

— Здорово! — просияла Сара, забирая кружку. — Ладно, пойду спасать дом от гостей и их когтей, — у нее вырвался смешок от собственной шутки. — Спускайся, когда будешь готова!

Едва за ней закрылась дверь, я облегченно выдохнула. Подождала, пока звуки её шагов на лестнице исчезнут, а затем выглянула в коридор. Но стоило мне выйти, как мощная волна жара прокатилась по телу, начиная от желудка и расходясь к кончикам пальцев. Пульс ускорился, забив в висках веселую, ритмичную чечетку.

Твою мать, что это такое?

Мне вдруг стало тесно в собственном теле. Виски сдавило, голову начало неприятно распирать. Я тряхнула головой, пытаясь отогнать это наваждение, и двинулась вперед. Неожиданно в нос резко ударил запах жареного мяса из кухни и даже тонкий шлейф Сариных духов, оставшийся висеть в воздухе после её ухода.

«Ничего себе энергетик», — усмехнулась я, растирая горящие щеки. — «Бабка Марта знала толк в стимуляторах».

Я списала свое странное состояние на действие травяного алкоголя и предвкушение адреналина. Я даже подумать не могла, что в этот самый момент проклятый напиток превратился в моем организме в мощнейший детокс, который безжалостно связывал и выводил из крови всю ту химию, что я предусмотрительно приняла в комнате.

Как и не догадывалась, что мой настоящий, женский запах начал неумолимо просачиваться наружу.

* * *

Спускаться по лестнице оказалось сложнее, чем я предполагала. Ноги казались неестественно легкими, а музыка, гремящая на первом этаже, била по ушам так, словно динамики вмонтировали мне прямо в мозг.

«Спасибо, Сара. Удружила. Теперь я чувствую себя так, словно выпила десять чашек эспрессо».

Я остановилась у большого окна в коридоре, чтобы перевести дух, и осторожно выглянула во двор. То, что я увидела, заставило меня довольно улыбнуться. Заснеженный задний двор освещали желтые фонари, и в их свете целая толпа оборотней устремилась к кромке леса. Парни на ходу стягивали с себя куртки и свитера, совершенно не обращая внимания на мороз. Их раскатистый смех то и дело срывался на низкое, утробное рычание, а движения казались дергаными, дикими.

«Зимний пикник в полночь? Ну-ну, — мысленно хмыкнула я. — Пусть морозят себе хвосты, если им так хочется. Чем дальше в лес, тем целее мои нервы».

Для меня эта массовая миграция значила только одно: вечеринка окончательно перемещалась на природу, и дом стремительно пустел. Идеальный расклад.

Я отлепилась от ледяного подоконника и скользнула в боковой коридор, ведущий за кухню. От этой какофонии ароматов, которые здесь стояли, у меня снова закружилась голова. Я упрямо тряхнула волосами, списывая обострившееся обоняние на адреналин и дурацкие бабкины травы. Главное сейчас — не сбиться с курса.

Служебное крыло встретило меня спасительной полутьмой и тишиной.

Вот она. Серая металлическая дверь. Ни таблички, ни приветственного коврика. Только мигающий красный диод камеры над дверным косяком.

Сердце подпрыгнуло к самому горлу и забилось где-то в районе гланд.

«Только бы не заперто. Только бы этот параноик в спешке забыл провернуть ключ».

Я протянула дрожащую руку и нажала на холодную ручку.

Щелчок. Тяжелая дверь бесшумно подалась вперед. Даррел явно торопился присоединиться к своей дикой стае на улице и оставил свою крепость открытой.

«Бинго!» — мысленно ликовала я, проскальзывая внутрь и плотно прикрывая за собой дверь.

«Конура» Даррела оказалась именно такой, как я её и представляла. Сумрак, подсвеченный лишь синеватым светом десятка мониторов. На экранах сменялись картинки с камер: заснеженный периметр, пустые дорожки парка, массивные железные ворота.

В комнате густо пахло оружейным маслом, потертой кожей и… Даррелом. Его мускусный, терпкий запах буквально въелся в стены. Вдохнув его, я почувствовала странную, предательскую слабость в коленях, а по спине пробежала горячая волна.

«Так, Адель, соберись. Это просто долбанный энергетик шалит. Не время падать в обморок от запаха мужского одеколона».

Я метнулась к массивному столу, хаотично заваленному рациями, бумагами и пустыми кофейными кружками. Мой взгляд лихорадочно скакал по этому беспорядку, пока не зацепился за тусклый блеск металла возле клавиатуры.

Тяжелая связка ключей на стальном кольце.

Я сжала её в ладони. Холодный металл приятно остудил горящую кожу пальцев. Эти ключи — мой пропуск к тайнам, которые так рьяно охранял этот угрюмый волк.

«Полдела сделано, — сказала я сама себе, пряча звенящую связку в глубокий карман платья. — А теперь пора на выход, пока хозяин будки не вернулся».

С ключами в кармане я благополучно вернулась в свою спальню.

Я решила не испытывать судьбу и затаиться еще ненадолго, чтобы время вплотную приблизилось к полуночи. Когда часы на стене показали без пятнадцати двенадцать, а с первого этажа и со двора донесся дружный, оглушительный рев, возвещающий о начале какого-то их дикого ритуала, я поняла — пора.

Мне очень повезло, что Сара больше не искала меня, чтобы поздравить с новым годом. Кажется, я видела, как она со всеми углублялась в лес. Наилучший расклад для меня.

Понимая, что тянуть больше нельзя, я накинула свой теплый пуховик прямо поверх вечернего платья, замотала шею шарфом и, стараясь ступать абсолютно бесшумно, выскользнула через черный ход на улицу.

«Видел бы меня сейчас кто-нибудь со стороны. Девушка при полном параде, в пуховике, идущая на взлом в новогоднюю ночь. Романтика, блин».

Морозный ветер ударил в лицо, но холод больше не пробирал до костей. Напротив — он казался приятным компрессом для моей пылающей кожи. Тело налилось незнакомой, пугающей силой, будто я выпила не кружку сомнительного чая, а чистый адреналин. Зелье Сары жгло вены. Мне было жарко, легко и до одури смело.

Я быстро пересекла двор и нырнула под тень деревьев, на уже знакомую тропу. Снег громко хрустел под ботинками. Откуда-то издалека доносились гортанные звуки и глухое рычание — вечеринка стаи переходила в ту дикую стадию, которую я предпочла бы никогда не видеть, поэтому я ускорила шаг.

До хижины оставалось совсем немного, когда между лопаток вдруг скользнул ледяной холодок. Я резко остановилась Волоски на затылке встали дыбом, а инстинкт самосохранения, до этого усыпленный травами, истошно завопил об опасности. Спину буквально обжег чужой тяжелый взгляд. Четкое ощущение присутствия хищника.

Медленно обернувшись, я до рези в глазах всмотрелась в черноту между вековыми соснами. Никого. Только покачивающиеся ветки да мертвенный лунный свет на сугробах.

«Спокойно, Адель. Это паранойя, — одернула я себя, до боли сжимая в кармане украденные ключи. — Кому ты здесь сдалась? Все оборотни сейчас заняты своими дикими традициями. Это просто разыгравшееся воображение и передоз адреналина. Иди вперед и не оглядывайся».

Я глубоко вдохнула морозный воздух, который обжег своим холодом мне легкие, и, упрямо вздернув подбородок, зашагала дальше. К маячащему впереди темному силуэту заброшенной хижины.

Сделав глубокий вдох — морозный воздух вдруг показался слишком густым и тяжелым, — я упрямо вздернула подбородок и зашагала дальше. К темному силуэту заброшенной хижины.