Глава 12 · Победа или проигрыш?

Истошный вой прекратился.

За спиной чудовища появились огромные перепончатые крылья. Острые когти лап проскрежетали по доскам палубы. Демон подпрыгнул и повис в воздухе, делая широкие взмахи крыльями.

Черт! Главное не упустить этого типа!

— Вилл! Хватай его! — крикнула я.

Мой напарник кивнул, и его глаза засияли. Аккуратно зачесанные волосы раздвинулись — из головы выросли черные изогнутые рога. Смокинг треснул по швам, и из спины прорезались темные драконьи крылья, разодравшие в клочья его рубашку. Обрывки ткани тут же унесло ветром.

Демон, принявший ипостась, прижал меня крепче к груди и, оттолкнувшись, взмыл ввысь. В следующий миг он вытянул руку вперед, сжал пальцы в кулак с такой силой, что побелели костяшки, и резко опустил ее вниз.

В ту же секунду монстра, находящегося в нескольких метрах от нас, невидимой силой потащило вниз, и он с грохотом рухнул на палубу. Доски под его весом и давлением чар надломились, и щепки брызнули во все стороны.

Мы тут же подлетели к Рианаду. Вилл выпустил меня из своих надежных объятий и запрыгнул на демона. Предплечьем свободной руки надавил на могучую шею, покрытую шерстью, и приблизил голову к морде великана.

Глаза воина ярко вспыхнули.

— Подчиняйся! — прорычал он.

Чудовище жалобно завыло. Перепончатые крылья сложились, шерсть стала исчезать. Невероятно! Отмеченный дьяволом смиряется! Он перевоплощается обратно…

Вскоре Рианад принял человеческий облик.

— Я не могу принять ваше предложение, — прохрипел он и посмотрел на демона-укротителя, который все еще не убирал руки с его горла, продолжая давить на шею. — У Берлоги нет доступа к северной империи. Их порталы туда не направлены.

— Для чего тебе доступ к этим порталам? Что ты там забыл?

Рианад прокашлялся и выкрикнул в лицо Виллу:

— У меня там сын! Не для себя я это делаю!

Мой напарник хмыкнул и перевел взгляд на демоницу, которая по-прежнему держала перед собой магический щит.

— Кэр, он правду говорит?

Девица убрала щит и скрестила руки на пышной груди:

— Насчет сына не знаю, а порталы — да. У каждой группировки свои. Наши в северную империю не ведут.

— Договориться можете⁈ — рыкнул на нее Вилл.

В голосе воина слышалось не только раздражение, но и ярость. Кэррит отрицательно помотала головой.

— Черт-те что. — Мой напарник ухмыльнулся и перевел взгляд на поверженного: — Ты все слышал. Выбора у тебя нет. Так что замри!

Разноцветные глаза Рианада расширились. Он принялся бормотать:

— Пожалуйста, поймите. Если сменю хозяина, потеряю путь к своему ребенку! — Демон кашлянул. — Подумайте о моем сыне!

Вилларх пожал плечами и бесстрастно ответил:

— Прости. Ничего личного. У меня тоже есть тот, ради кого я делаю все это.

С этими словами он наконец убрал руку с горла пленника, и тот жадно вдохнул.

— Кэр, иди сюда. Будем ставить ему татуировку Берлоги. Она ведь на подчинение работает, как я понял.

Демоница подошла к воину и начала что-то разъяснять ему.

В этот момент я не слушала их, полностью погрузившись в свои мысли. Наблюдала за Рианадом, прикованным к деку чарами демона-укротителя. Великан все еще пытался вырваться из магической западни, но все попытки оставались безуспешными.

Отмеченный дьяволом теперь не казался мне страшным монстром. Наоборот — он вызывал жалость и сочувствие. Мы ведь не знаем, по каким причинам он очутился здесь, в мире людей, где вынужден обретаться в подземке…

Помнится, Вилл сам говорил: иногда плохие вещи случаются с теми, кто этого не заслуживает… Сердце кольнула знакомая боль.

— Вилл, — тихо позвала я.

В моей голове царил настоящий хаос. О, да, мне безумно хотелось найти жреца, но… Какова цена вопроса?.. Смогу ли отныне спокойно спать по ночам, зная, что испортила кому-то жизнь, отобрав у ребенка отца?

— Вилл! — повторила настойчивей.

Воин прервал разговор с Кэррит и посмотрел на меня:

— Все хорошо, Евора. Не бойся. Я держу его с помощью магии. Мы уже почти закончили.

Я пальцами вцепилась в его локоть.

— Вилл, не надо. Отпусти его.

Густые брови демона взмыли вверх, а твердые губы дрогнули.

— О чем ты толкуешь? Что на тебя нашло?

Почему-то я боялась сказать ему правду. Он посчитает меня идиоткой! Сама же все это затеяла, а теперь что?.. Иду на попятную?

— Пожалуйста, освободи его. И откажись от помощи Берлоги! — мой голос дрожал от волнения, так же, как и пальцы, которыми теребила свисающий лоскут его бывшего нарядного смокинга.

Я продолжала смотреть прямо в глаза напарнику, надеясь, что, может, в моем отчаянном взгляде он сумеет прочесть все те противоречивые мысли, что метались в моей голове и отчаянно боролись между собой.

От Кэррит, которая шумно вздыхала и нервно постукивала по дощатому настилу палубы каблучком, шла мощная волна ненависти, направленная на меня. Да что б она захлебнулась своей желчью! Ее это не касается!

Ну, почти не касается…

Секунды тянулись медленно. Ветер трепал наши потерявшие вид одежды. Спутанные волосы лезли в лицо. Я все крепче и крепче сжимала останки пиджака Вилларха, да так, что, казалось, еще чуть-чуть — и сломаю пальцы.

Воин устало вздохнул, посмотрел через плечо на Кэррит и спокойно произнес:

— Госпоже Силк обо всем произошедшем знать не обязательно.

Симпатичное личико девушки вспыхнуло, хрупкие плечики приподнялись. Хлопая пышными ресницами, она растерянным взглядом вперилась в своего любимчика.

Негодование Кэр меня вовсе не волновало. Я выпустила из рук истерзанный смокинг, крепко сжала ладонь Вилларха и шепнула:

— Спасибо.

После передряги, которой я положила конец, мы сразу покинули судно и направились к машине, ожидавшей нас на берегу. Кэррит не произнесла ни слова с той самой минуты, как воин принял мою сторону и наша миссия провалилась. Даже в стуке ее каблуков слышна была злоба, которую она сейчас испытывала ко мне.

Я своему поступку тоже не очень-то была рада, только зря всех взбаламутила. Лучше бы с самого начала думала головой, чтобы теперь не чувствовать себя виноватой.

Единственный в нашей «шайке», кто вел себя как обычно, был Вилл.

Он невозмутимо шагал рядом со мной, плечом к плечу; при этом каждый раз, когда наши взгляды пересекались, его лицо озаряла чувственная улыбка.

Была бы моя воля — никогда б не выпускала свою ладонь из его руки…

Однако мы уже подошли к машине, и мне пришлось расплести наши пальцы, чтобы забраться в салон. Там, наскоро использовав магию, привели себя в подобающий приличным горожанам вид, чтобы не пугать никого в отеле отрепьями, в которые превратились после сражения с демоном наши вечерние костюмы.

Дорога домой показалась мучительно долгой. Время словно специально тянулось и выкручивало последние нервы. Длинные красные ногти Кэр непрерывно стучали по боковому стеклу, что тоже ужасно раздражало.

Ночные огни города завораживали и постепенно поглощали все мое внимание, так что я смогла хоть на немного отвлечься от угнетающего присутствия демоницы, которая, как всегда, с прямой спиной восседала на переднем кресле и напоминала статую богини гнева.

Вскоре мы подъехали к нашему временному пристанищу, я и мой напарник молча вылезли из машины и захлопнули за собой дверь.

Словно жирную точку поставили. Из моей груди вырвался вздох облегчения.

— Вилл, — позвала тихо.

Тот перевел взгляд с удаляющейся машины на меня.

— Давай выпьем? — предложила я и смущенно пожала плечами. — Отпразднуем то, как ловко у меня получилось провалить задание! И ко всему прочему упустить, по-видимому, единственный шанс найти жреца. Уверена, что Кэррит пожалуется на меня своей хозяйке, а та, конечно, сделает все, что в ее силах, чтобы мы не достигли своей цели.

Теплая рука Вилларха погладила мою щеку.

— Не волнуйся, все будет хорошо, — спокойно произнес он и подмигнул.

Завидую его выдержке!

Хотелось бы и мне уметь так легко ограждать себя от негативных мыслей и бесполезного волнения. Ведь что сделано, то сделано — прошлого не вернуть. Зачем тогда его воротить?

Я кивнула.

— Кстати, могу посоветовать тебе местное вино, — сказал мой спутник и, взяв меня за руку, повел в отель. — Особенно мне нравится, как в этой стране делают белое сухое.

— Красное, — тихо произнесла я, крепче сжав его ладонь. — Мне по душе красное…

На ресепшене мы заказали спиртное и закуски, дождались, пока все приготовят, а потом поднялись в номер. Свет в комнате зажегся, как только мы переступили порог. Прошли в гостиную. Я тут же раздернула шторы и открыла настежь окно.

Сделала глубокий вдох. Прохладный ночной воздух был пропитан гарью. И как люди им дышат?.. В темном небе висела яркая луна, а вокруг нее, сверкая, танцевали звезды.

Даже небо здесь другое… Слишком много городских огней. На их фоне звезды блекнут…

Легкое прикосновение к плечу отвлекло меня от размышлений. Вилларх стоял за моей спиной.

— Когда ты успел переодеться? — слегка повернув голову, поинтересовалась я, заметив, что на нем снова свежая рубашка.

— Пока ты любовалась пейзажем. Уже и на стол накрыл.

Мужчина кивнул на темный мраморный столик, уставленный бокалами, в которых рдело пурпурное вино, и доской с сырной нарезкой и виноградом. Щелчком пальцев демон переместил бокалы к себе — по одному в каждую руку — и протянул один мне. Я повернулась к своему спутнику, приняла фужер и салютовала им, как победным кубком:

— За свободу!

— За свободу, — повторил мой визави и пригубил темно-красной влаги.

Я последовала его примеру и поднесла бокал к губам. Вдохнула терпкий, сладковатый запах, а потом попробовала на вкус. Сделала глоток и ощутила приятное тепло в груди.

— Хорошее вино, — шепнула еле слышно и снова развернулась лицом к окну.

Воин встал вплотную к моей спине, оставив между нами считанные миллиметры. Я чувствовала, как вздымается его грудь. Он наклонился. Горячее дыхание пощекотало мою шею.

Невольно прикусила губу и замерла, боясь пошевелиться.

— Это смесь сортов Каберне и Мерло, — прошептал искуситель, губами едва касаясь моей кожи, словно гладил ее, дразня.

Внутри у меня задымился фитиль. Чувствительная искра побежала вниз по тонкой нити, отзываясь мурашками по всему телу. Из груди вырвался стон.

В следующий миг крепкие руки развернули меня на сто восемьдесят градусов. Бокалы с вином полетели обратно на стол. Вилларх навис надо мной. Его глаза горели. Зрачки расширились. Он рвано дышал.

Обжигающий взгляд соблазнителя вдруг замер в области моего декольте. Твердые пальцы провели по шее и скользнули ниже.

— Чей-то подарок? — прошептал он и сжал в ладони мой медальон.

Я кивнула:

— Мамин… Он помогает отгородиться от ментальной связи с Шейноттом.

Демон оскалился, в глазах сверкнула ярость. Легонько дернул за цепочку, и я невольно подалась вперед, вследствие чего его губы оказались на непозволительно близком расстоянии от моих.

Я немедленно уперлась ладонью в его крепкую грудь. И снова поразилась: не мышцы, а сталь.

Он спросил:

— Часто думаешь о нем?

— О ком? О Шее?

Вскинув голову, встретилась с хищным взглядом мужчины, от прикосновений которого меня бросало в жар, а кожа начинала плавиться, словно горящая лава. Возможно ли, что он ревнует?

Отрицательно помотала головой:

— Не очень.

Воин шумно выдохнул. Красивое лицо исказила гримаса. Точно ревнует! Какой же он все-таки милый… И горячий… Очень горячий.

Я перевела взгляд на его твердые губы. Захотелось попробовать их на вкус.

— А ты о ком-нибудь думаешь? — спросила шепотом.

— О тебе.

У меня перехватило дыхание, а сердце словно остановилось на секунду. Я поняла, что лучшего момента не найти — пришло время пересечь черту…

Легонько толкнула Вилла в грудь. Тот прислонился к спинке дивана и замер. Зеленые глаза смотрели вкрадчиво. Изучали.

Он выжидал. Как хищник выжидает жертву.

Мой искуситель понимал — мы достигли вершины вулкана. И следующий мой шаг решит нашу судьбу: взлетим ли мы к алому небу, оставив дышащий огнем кратер в памятном прошлом, а вместе с тем похороним и ростки наших чувств; или же сорвемся вниз, в раскаленную лаву, срывая друг с друга защитные маски, и прекратим уже терзать измученные незрелыми эмоциями сердца…

В голове зашумело. Я не могла оторвать взгляда от мужчины, который из-за меня пошел против воли наследного принца, рискуя карьерой, репутацией… Тем, ради чего до сих пор просыпался каждое утро, ради чего жил и дышал.

Меня неудержимо тянуло к нему. Все мои бастионы пали, выбросив белые флаги. Я сдавалась на милость победителя. Так пусть же все горит адским огнем!!!

Обвила руками его крепкую шею. Прижалась к широкой груди, кончиком носа провела от ключицы вверх по блекло сияющей изумрудом татуировке до самого его уха. Встала на носочки. Дотянулась до мочки, губами захватывая ее.

На мою талию легли теплые, тяжелые ладони. Воин плотно прижал мои бедра к своим. Я откинула голову, расцепила руки и опустила их ему на плечи. Робко подняла глаза.

Уже давно все решила для себя, хотя душу еще терзали сомнения: а, вдруг, совершаю ошибку…

Горячие ладони нежно сжали мои ягодицы. Подхватили меня и приподняли. Я тут же обвила мужские бедра ногами. Вилл, крепко прижимая меня к себе, упал спиной на диван, и я оказалась сверху.

Поудобнее расположилась меж его ног и ощутила, как что-то твердое уперлось мне в бедро. На дрожащих губах ощутила его горячее дыхание. Стая мурашек пронеслась по позвоночнику. На мои плечи легли обжигающие кожу ладони. Мы потянулись друг к другу, преодолевая расстояние между нами, миллиметр за миллиметром, — ту единственную преграду, что разбросала наши души по разные стороны судьбы.

Губы Вилларха накрыли мои, мягко сминая, скользя по ним горячим языком. Затем язык раздвинул губы, медленно проник внутрь, встретился с моим. Нежный поначалу поцелуй перерос в глубокий, пылкий, опьяняющий. От этой ласки мое тело бросило в дрожь. Я начала задыхаться. Казалось, весь воздух вышел из легких. Сознание рассыпалось сверкающими осколками, и я полностью утратила контроль над собой.

— Ева-а-а… — прозвучало в моей голове. Это был не низкий и тягучий, как у моего соблазнителя, а другой, узнаваемый, но давным-давно чужой мне голос. — Ева, это ты?..

Меня словно шарахнуло ослепляющей молнией.

Я оторвалась от безумно желанных пламенных губ моего мужчины, хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная из воды. Взгляд панически заметался в поисках маминого медальона. О, дьявол! Вот он! Воин крепко сжимал его в ладони, а золотая цепочка раскинулась по белой мужской рубашке.

Черт, черт, черт! Магия кулона больше не работает!!!

Сознание потряс вой-рык мужа:

— Ева-а-а… Я чувствую тебя… Теперь ты от меня не спрячешься!

Ментальная связь оборвалась. Меня обуял ужас. Потными, дрожащими ладонями уперлась в грудь Вилла, приподнялась и посмотрела ему в лицо.

Неужели это был его план с самого начала?.. Приласкать меня, а потом, когда слепо доверюсь и раскрою все свои карты, — вонзить нож в спину⁈ Да хотя какую уж там спину… В самое сердце!

Томность в глазах господина Труэго рассеялась, как только он заметил мое волнение. Демон поднес руку с зажатым в ней медальоном к лицу. Во взгляде явно читался испуг. Вот ведь актер какой! Настоящий профессионал! Решил, видимо, что роль должна быть отыграна до конца…

Лжец! Мерзавец!!

Вскочила на ноги, испытывая одно-единственное, но всепоглощающее желание: очутиться как можно дальше от верного пса Его Высочества. Ринулась к окну, но цепь наручников натянулась и остановила меня. Я взвыла как раненый зверь.

За спиной послышался голос предавшего меня:

— Евора, подожди, все не та-а-а…

— Замолчи!!! — истошно крикнула, не дав ему возможности договорить. Развернулась к предателю ­– к врагу надо всегда стоять лицом! Глаза застилали слезы. Злоба и горечь разочарования встали в горле каменным комком. Я закашлялась надрывно, до рвоты. — Не хочу тебя ни видеть, ни слышать!!!

Вилларх сорвался с места и в долю секунды оказался рядом. Я немедленно выпустила свою магию из капкана скрывающих чар и выставила перед собой щит, чтобы мерзавец не смог даже прикоснуться ко мне! Сняла заклинание с артефакта. Драгоценные камни на браслетах засияли, и наручники бесшумно упали на мягкий ковер.

Ну, вот и все.

Больше нас ничто не связывает…

— Евора, выслушай меня! — не унимался демон-укротитель.

Каждое его слово отзывалось острой болью в сердце, словно в него вбивали гвозди молотком. Не справившись с яростью, пленившей разум, я выставила руку вперед и запустила в воина огненным шаром. Мой бывший напарник, врезавшись в накрытый стол, рухнул на него как подкошенный. Словно в замедленной съемке я наблюдала: вот бокалы летят вниз, мягко приземляются на ковер, вино тут же впитывается в его ворсистую поверхность, оставляя на ней бордовые пятна. Пятна, похожие на кровь…

Я не хотела медлить более ни минуты. Развернулась и побежала к распахнутому окну. Ловко забралась на подоконник и, не раздумывая, прыгнула вниз. Мигом приняла свою демоническую ипостась и расправила крылья, тут же затормозившие падение. Смахнула слезы рукой, осмотрелась и увидела вдалеке маслянисто-черную гладь моря. Полетела туда.

Я стремительно неслась над ночным городом. Ветер бил в лицо, сердце колотилось в груди и сильными толчками гнало кровь по венам, в висках пульсировало, но я не сбавляла темп.

И вот, когда в голове уже гудел набат, а легкие разрывало от учащенного дыхания, я наконец добралась до пустынного берега и повисла над черной бездной океана. Сделала глубокий вдох, обхватила плечи дрожащими руками, сложила крылья и камнем полетела вниз. Ветер засвистел в ушах.

Я знала, что не разобьюсь, упав с такой высоты, даже если удар выйдет сильным и болезненным. Боль — это то, что мне сейчас необходимо. И пусть ее будет много, этой боли, намного больше той, что острыми когтями скребет душу. Хотелось вывернуть себя наизнанку и сжечь кровоточащее сердце дотла.

Черная гладь приближалась быстро. Я вытянулась в струнку, напрягая каждую мышцу тела, и зажмурилась. В следующий миг мои ступни пронзили толщу воды, и вот уже обжигающий кожу океан поглотил меня с головой.

Несколько секунд я медленно опускалась в глубину. Сами собой расправившиеся в воде крылья не позволили мне сразу же уйти камнем ко дну. Вдруг захотелось остаться здесь навечно — как будто под водой можно спрятаться ото всех проблем… Да, было бы хорошо. Да не спрячешься.

Подняла голову вверх и из-под тяжелых век увидела, как сквозь темноту от поверхности пробивается тонкий, блеклый лучик лунного света. Он был как последняя надежда, что освещает жизненный путь в самые трудные минуты и зовет не сдаваться.

Запас воздуха подошел к концу, и легкие немедленно запросили кислорода. Я с большим трудом подтянула и прижала крылья к телу, борясь с течением воды. И, превозмогая пульсирующую боль в груди, помогая себе руками и ногами, начала движение вверх — туда, где меня снова ждет встреча с ужасающей реальностью жизни…

Еще совсем чуть-чуть… Еще пара усилий…

Сделала последний рывок и вынырнула на поверхность.

Я глотала воздух с такой же жаждой, как иссушенный зноем человек глотает воду. Вскоре дыхание выровнялось, и я отпустила свою демоническую ипостась — крылья тут же исчезли. Без них я могла плыть свободно, а до берега рукой подать.

Однако усталость последних дней и магическое истощение после взрыва эмоций давали о себе знать — мое тело меня не слушалось, отказываясь двигаться дальше. Приходилось прикладывать адские усилия, чтобы преодолеть какие-то несколько метров, которые в другой ситуации показались бы мне смешным расстоянием, но не сейчас.

Сейчас у меня едва получалось держаться на плаву. Я боролась с холодной водой, что неотступно тянула вниз. Передо мной стояла одна единственная, но жизненно важная цель — добраться до берега. Устремив взгляд вперед, я медленно, но верно продвигалась к ней.

Неожиданно на берегу появилась крупная фигура, вынырнувшая из густых кустов. И принадлежала она не человеку. Вытянутая морда, хвост. Красные глаза знакомо сверкнули в темноте… Это Шейнотт!

Демон как будто услышал мой зов (ну, конечно, услышал, ведь ментальная связь между нами восстановлена!) и бросился в воду. В следующее мгновение могучие лапы, покрытые густой темной шерстью, бережно подхватили меня, и я оказалась крепко прижатой к широкой груди оборотня.

— Все хорошо, моя маленькая. Я тебя держу, — прозвучал его голос у меня в голове.

Несмотря на то что сбежала, растоптав наше совместное будущее, он пришел за мной. Отыскал при первой появившейся возможности… А что меня ждет, как только вернемся домой? Неминуемое наказание?

Робко посмотрела на супруга. Красные глаза горели, приоткрытая в оскале пасть обнажала клыки, насквозь мокрая шерсть поблескивала под тусклым лунным светом.

Еще совсем недавно я отказалась от этого мужчины, глубоко похоронила воспоминания о нем в своей душе.

Но сейчас безудержно захотелось обнять его…

Несмело обхватила его крепкую, напряженную шею руками и носом уткнулась ему в грудь, вдыхая некогда родной, но успевший стать забытым животный аромат оборотня.

Оказавшись на берегу, Шейнотт упал на колени, которые под весом наших двух тел погрузились глубоко в песок. Глаза демона ярко вспыхнули — он начал перевоплощаться. Густая шерсть постепенно редела, пока кожа окончательно не очистилась от нее; могучее тело зверя превратилось в человеческое, и все это сопровождалось жутким треском костей. Наконец мускулистые мужские руки осторожно опустили меня на мокрый, холодный песок.

— Ева, дорогая, с тобой все в порядке? Нигде не болит? — низкий, хриплый голос звучал тревожно. Горячие ладони накрыли мои щеки, красные глаза смотрели с неприкрытым волнением.

Я отрицательно покачала головой. Из груди мужа вырвался вздох облегчения. Он крепко обнял меня, прижимая к своему раскаленному голому телу. Его жгучее тепло приятно согревало. С детства помню этот нежный, палящий огонь…

— Я не хочу домой… — прошептала ему в ухо.

Тяжелая ладонь ласково погладила меня по волосам:

— Ну, что ты такое говоришь, глупенькая.

— Я не шучу, Шей…

Мужчина отпрянул и посмотрел мне в глаза. Красивые черты его лица исказило недоумение, черные брови сошлись у переносицы.

— Ева… — прохрипел он. — Я места себе не находил. Со своим отрядом метался по всей империи, даже успел побывать в мирах по соседству с этим, а когда стало известно, где ты, я сразу переместился сюда. Мы разделились на группы, каждая из которых прочесывала свой кусок этой планеты. — Пальцы мужа ласкали мою щеку, заправляли мои мокрые волосы за ухо. — Не представляешь, как я обрадовался, когда снова почувствовал тебя по ментальной связи. Сразу помчался по следу.

Крупные горячие ладони нежно сжали мои пальцы. Демон шумно выдохнул и добавил:

— Если не хочешь жить во дворце, давай построим свое отдельное поместье. Только для нас двоих. Где захочешь…

Речь Шейнотта потрясла меня. Никак не ожидала, что наше воссоединение выйдет таким трогательным. Да и, сказать по правде, вообще не рассчитывала, что мы еще когда-нибудь свидимся. Боялась, что при встрече — случайной, разумеется, — меня собьет с ног волна злобы и ненависти. А он искренне волновался…

В глазах защипало, и голова закружилась. Похоже, у меня нет выхода — придется возвращаться домой вместе с супругом. Совсем выбилась из сил. Еще чуть-чуть — и потеряю сознание…

Внезапно рядом послышался шум крыльев, а через пару секунд позади меня кто-то приземлился на песок. В спину ударил поток взвихренного воздуха.

— Ваше Высочество, добрый вечер, — раздался низкий тягучий голос, от которого по моей спине пробежала знакомая стайка колких мурашек.

Я медленно повернула голову и посмотрела через плечо. На берегу стоял верный пес моего мужа. Тот, кто стал причиной провала моего плана по обретению свободы. И первый, кто ранил мое сердце…

Никогда не прощу ему это. Никогда!